Материал:

Под сущностными силами человека, как обычно, понимаются те силы и способности, опираясь на которые человек способен утверждены в мире специфически человеческим способом. В современном обозначении сущностные силы человека выглядят несколько шире, поскольку в названных Л.Фейербахом добавляют еще и человеческую телесность.

Человеческая телесность предстает довольно уникальной, чрезвычайно сложной, такой, которая концентрирует в себе почти все известные нам природно-космические качества: именно в человеческом восприятии цвета начинают приобретать полноты спектральных проявлений, запахи — надлежащей оценки, вкусы — реакций и др. Человеческая телесность имеет чрезвычайную пластичность, высокую степень саморегуляции и др.

Человеческие чувства, как об этом свидетельствуют сегодня специальные исследования, всегда предметно нагружены и в определенной степени интеллектуализированные. Через это они, во-первых, постигают высших чувств, таких, как любовь, самоотверженность, страх, ненависть, надежда и др. Такого рода чувства, во-вторых, способны быть ведущими факторами человеческого поведения, значительно превосходящими всякие другие, в том числе - инстинкт самосохранения.

Человеческое понимание возвышает человека над всем сущим, позволяя судить о нем, оценивать, мысленно перерабатывать, проникать в глубинные закономерности мира, находиться, наконец, на дистанции в отношении ко всякой реальности.

Наконец, воля (воление), наделяет человека уникальными в мире живого способностями концентрировать свои силы, энергию, замыслы на определенной цели, на определенных действиях, что могут не иметь непосредственного витального (жизненного) значения, а также могут находиться на огромной пространственной и временной расстоянии от человека. Существует несколько преувеличен, но и в определенной степени оправдан афоризм: "нельзя, но если сильно желать, то можно'4.

Все эти силы как бы выводят человека в первый ряд того всемирного процесса, где происходит самораскрытие и самопродукування мировых сил и новых сущностей. Через это современное понимание человека позволяет нам должным .мере оценить древние философские утверждения о том, что глубины мира раскрываются в человеке и через человека. А отсюда вышивает, что мы не должны относиться к человеку, как к "биомассы", что ценность человека не может быть ограничена ни ее социальными функциями, ни, даже, ее мыслями и идеалами: это передний край мирового метаморфозу (процесса изменения и порождения новых форм).

Соотношение в человеке природного, социального, личного и трансцендентного. Выходные ценности человеческого бытия

Чем оправдано выделение для анализа человека отношение природного и социального? Прежде всего тем, что в определенном плане природное и социальное предстают противоположностями: социальное ограничивает естественное, вводит его в определенное упорядочение, регулирование, регламентацию, при чем все последнее осуществляется с участием сознания.

Отсюда вытекают тезисы, которые высказывали уже древнегреческие софисты, серьезно обострял Ф. Ницше, по-своему подавали 3. Фрейд и А. Камю:

природное и социальное несовместимы, они находятся в вечном антагонизме;

социальное ограничивает, даже - уничтожает естественное, однако природное своими безграничностью и спонтанностью предстает единственным и неисчерпаемым источником любого содержания и новаций в сфере социального.

Итак, естественное - единый живой и подвижный корень сущего, а социальное накладывает на фонтанирование природного запреты, ограничения, нормы, регламентации. За это, за Из.Фрейду, психика человека всегда находится в состоянии внутреннего разлада. С другой стороны, нетрудно представить себе, что было бы с человеком, если бы она осталась в лоне нетронутой природной: ее потребности были бы чисто поздравительными, и, следовательно, в ней не было бы стремления познавать, творить, совершенствоваться.

Соотношение природного и социального встает внутренней проблемой человеческого способа бытия, то есть только на социальном уровне жизнедеятельности человек сталкивается с коллизией между ними. И лишь на социальном уровне проявляются и раскрываются те свойства природного, которые входят в конфликт с некоторыми характеристиками социальной.

Соответственно, можно утверждать, что противостояние природного и социального является сугубо социальным, а конфликт между стихийным и регламентированным проявляется как конфликт между различными составляющими процесса социальной человеческой жизнедеятельности. Для человека не существует просто природного, а существует естественное, выявленное через социальное, так же, как не существует чистого социального, а существует социальное на почве естественного.

Животные, как правило, очень ограничены в своих возможностях приобретать индивидуальный опыт, но даже тогда, когда его все же получают, они могут передавать этот опыт, накапливать, хранить, то есть - обогащать им всех других представителей своего рода. Именно эти способности человек приобретает благодаря социальному — искусственно выработанным средствам деятельности, материально закрепляют и выражают предметное содержание человеческой жизнедеятельности.

В пределах социальной проявляются и другие чрезвычайно важные стороны человеческого бытия, в частности - человеческая личность (персональность) и приобщение человека к трансцендентному.

Человеческая персональность - это индивидуализированная человеческая целостность, которая проявляет себя через способность человека быть самодеятельной, продуцировать свою жизненную активность исключительно из своего внутреннего духовного центра. Биологически (то есть материально) человек в процессе своей жизни (если оно является достаточно длительным) не остается той же самой: по данным медицины абсолютное большинство клеток нашего организма через семь лет заменяется новыми; наиболее стабильными остаются в нас генетическая программа и нервные клетки. Однако от определенного момента внутреннего прозрівання через всю жизнь мы проносим осознания собственной персональной самоидентичности, то есть неизменной идентичности нашего Я (в некоторых языках этот момент обозначается специальным словом, которое можно передать нашим словом "Язнь" или "Яйність").

Персональность — это наше духовное лицо.

На чем оно держится? Почему существует эта непрерывная внутренняя наша самоидентичность? — Эти вопросы остаются дискуссионными, однако существует давняя традиция связывать персональность человека с ее приобщением к трансцендентному, то есть к чему-то такому, что находится за пределами материально-природного. В большинстве случаев оно ассоциируется с идеальным, абсолютным, целостным, собітотожним, сущностно неизменным, вечным. Нетрудно увидеть в человеческой персональности проявления именно этих на называемых характеристик трансцендентного.

Рассмотренное выше споры эволюционизма и креационизма базируется на решение вопроса о соотношении естественного и сверхъестественного в человеке.

По большому счету не признавать человеческий связь с трансцендентным было бы бессмысленно, поскольку достаточно очевидным является то, что некоторыми привычными своими характеристиками человек явно выходит за пределы физического и частичного.

Например, тот факт, что мы способны передавать свои знания и опыт другим людям, указывает на наш выход за частность, единичность; наша способность обобщать, потенциальная возможность познавать, овладевать любыми видами деятельности, - все это является свидетельством приобщения к трансцендентному. Ясно, что и персональность, и приобщение к трансцендентному предстают прежде всего свойствами нашей духовности, нашего сознания.

Персональное предстает как индивидуализация трансцендентного, а последнее—как его корни. Считается, что вне ощущением нашего приобщения к трансцендентному мы не способны ощутить в себе содержание и сущность персонального (М. Бердяев).

Скорее всего все перечисленные виды ощущений трансцендентного являются лишь различными сторонами или вариантами того же самого, и у нас есть все

основания полагать, что в случае отсутствия у какого-то человека подобных ощущений в ее жизни не произошло чего-то самого первого, самого важного, такого, что выводит нас за пределы чисто ситуативного физически-материального пребывания среди других вещей.

Для любого человека большое значение имеют ценностные ориентиры, которые возникают именно на почве человеческой персональности и приобщения к трансцендентному. Понятие ценностей обозначает не состояния или свойства вещей самих по себе (или в контексте реальных предметных соотношений), а их качественные проявления относительно человека.

Ценность — это значимость чего-либо для человека.

Понятие ценностей в определенном смысле противостоит понятию знания; человек может знать, что определенная вещь ничего не стоит в аспекте ее предметных соотношений и качеств, но для нее может быть чрезвычайно ценной как память, семейная реликвия и др. (вспомним, как Тарас Бульба погиб, не пожелав оставлять врагам своей люльки). Ценность предстает как целостный, интегральный мотив деятельности и характеристика человеческих поступков в том смысле, что поступок указывает на то, что для определенного человека предстает важнейшим. Ценность проявляется в нашем принятии чего-то еще к его познанию или должного осмысления. С одной стороны, это потому что человек довольно часто не может рациональными аргументами доказать, почему определенные вещи (или отношения) является для нее ценностями. С другой стороны, реальные ситуации жизни (особенно так называемые "чрезвычайные ситуации"") довольно часто могут обнаружить, даже неожиданно для самого человека, его настоящие, глубинные ценностные ориентации, которые могут не совпадать с сознательными представлениями о них. Хотя ценности имеют индивидуализированный характер, до самых главных человеческих ценностей можно уверенно отнести:

прежде всего наивысшей ценностью — именно человеческую жизнь; признание жизни человека высшей ценностью предстает исходным принципом современного гуманизма (человек - всегда цель, но не средство);

с такого признания органично вытекает в смысле второй по важности ценности право человека на выбор жизненного предназначения. Это означает, что первое право распорядиться жизнью принадлежит самому человеку;

если это так, то следующей ценностью для человека является свобода.

Проблема свободы давно волнует философов. Имеет ли человек свободу? Может ли она быть своевластным в своих поступках? Вряд ли следует убеждать кого-то в чрезвычайной важности этих вопросов.

Под свободой целом понимают наличие у человека возможностей для максимального самовыражения.

В этом смысле свобода противостоит границы, ограничению. На первый взгляд, свобода и есть отсутствие сопротивления, отсутствием ограничений; здесь свобода предстает в своих негативных проявлениях. Но на самом деле это не так, во-первых, потому что отсутствие ограничений была бы полной неопределенностью, то есть нереальной для человека ситуацией, а во-вторых, бесконечность сделала бы неопределенными и невозможными любые оценки, в том числе - оценки и самой свободы как свободы. Свобода есть скорее преодоление границ, расширением границ, а не их отсутствием. То есть свобода не исключает необходимости.

До философских идей Бы.Спинозы относят определение свободы как познанной необходимости. Как видим, здесь учитывается связь свободы с пределами. Но познать и даже признать необходимость еще не значит обрести свободу, хотя познание необходимости является условием действительной свободы. Итак, свободы нет вне необходимостью, но пребывание в пределах необходимости также не дает нам свободы. Свобода предполагает возможность изменить необходимость, по-другому ее упорядочить или направить. Буквально вся культурная и производственная деятельность человека связана с использованием определенных природных необходимостей их изменение. Действия человека, который не обращает внимания на необходимость, становятся не свободой, а произволом, который, наконец, может иметь пагубные последствия для человека, общества, культуры. В этом смысле свобода противостоит слепому неблагоустроенном движению. Рассмотрены аспекты свободы дают возможность выделить основные позиции в подходах к ней: волюнтаризм - настаивать на неограниченных возможностях человеческих действий, их зависимости исключительно от желания и воли; фатализм—отрицание всякой свободы, вера в то, что все в человеческой жизни заранее и однозначно определен; детерминизм - признание внутренней связи свободы с необходимостью; оказіоналізм-отрицание возможности существования реальных связей нашей свободы воли с обстоятельствами жизни, признание таких связей исключительно случайными.