Материал: Философы из Хуайнани. Хуайнаньцзы

Ныне ровная поверхность вымеряется уровнем, прямая - отвесом, но способность вымерять ровность и прямизну без уровня и отвеса - это не всем данное искусство. Ударишь ноту гун, и гун откликнется, тронешь струну цзюэ, и цзюэ дрогнет30 - это взаимный отклик подобных звуков. Но то, что не имеет соответствия в пяти основных звуках, но чему откликаются все двадцать пять струн, - это непередаваемое искусство. Колебание листвы в осенней тишине81 - это гос­ подин формы, покой и тишина - хозяин звука.

В Поднебесной нет устойчивого представления об ис­ тинном и ложном, каждое поколение утверждает свою правду и отрицает свою неправду. То, что называют прав­ дой и ложью, - различно у каждого, но каждый утверждает свою правду и отрицает чужую. С этой точки зрения в де­ лах есть нечто совпадающее с тобой, но это не имеет от­ ношения к истине, как есть нечто противное сердцу, но это не имеет отношения ко лжи 82. Так что те, кто домо­ гаются истины, не ищут действительного порядка вещей, а только совпадающего с собой. Тот, кто отвергает ложь, не искореняет разветвлений порока, а гонит то, что про­ тивно его сердцу. Но противное мне не обязательно не подходит другим, а то, что подходит мне, не обязательно не будет отрицать толпа. Истинные правда и ложь состо­ ят в том, что высшая правда не несет в себе лжи, а высшая ложь не имеет в себе правды. И то, что правда здесь, мо­ жет быть ложью там; а ложное там может быть правдой здесь, - одна и та же правда, одна и та же ложь. Эти ложь и правда есть только один угол или закоулок, а то, что есть Истина и Ложь, - это весь космос (Пространство и Время). Ныне я хотел бы найти правду и утвердиться на ней, найти ложное и отбросить его, но не знаю, что в ми­ ре называют правдой и что ложью, не знаю, кто прав, а кто нет*83 Лаоцзы говорит: «Управление большим царст­ вом напоминает приготовление блюда из мелких рыб» 84 Добрые скажут: «Не надо волноваться». Жесткие скажут «Прибавь соли да кислоты, вот и все» 85. Цзиньский Пингун сказал не должное, и Наставник Куан поднял цинь и метнул его в царя, цинь зацепился за полу царского пла­ тья и ударился о стену. Приближенные хотели изгнать Куана, но Пин-гун сказал* «Оставьте его, это моя ошиб­ ка» 86. Кунцзы, узнав об этом, сказал. «Пин-гун не то что­ бы не чувствовал боли, но он хотел, чтобы его и в даль-

1 81 нейшем наставляли» Ханьцзы же возразил* «Если с л > г нарушивших ритуал, не казнить, это поведет к новым ошибкам» Это и есть причина того, что Пин-гун так и не стал баваном

Однажды гость Мицзы 87 представил ему своего гостя Когда тот вышел, Мицзы сказал:

202

~Твой гость сделал сразу три ошибки, войдя, улыбал-

Ш- это развязность, в разговоре не упомянул о своем учиЦяе - это непокорность; при поверхностном знакомстве

мтронул глубокие темы - это грозит смутой -Т о , что я, войдя, улыбался, - отвечал гость, - это от

Заинтересованности в общем деле, во время разговора не упомянул учителя - это моя компетентность; а то, что с малознакомым говорил на глубокие темы, - это мое доверие.

Облик гостя был один и тот же, но его можно было принять за благородного мужа, а можно - за ничтожного человека. Разница - в собственном взгляде. Так, люди одних интересов чем более откровенны, тем становятся ближе; а далекие друг другу, если и советуют то, что должно, то все же относятся друг к другу с подозрени­ ем 88. Родная мать выдавливала сыну чирей на голове, кровь лилась до ушей Все, кто наблюдал это, считали, что она делает это из большой любви. Но будь она маче­ хой, посторонние приняли бы это за нелюбовь. Случай один и тот же, но взгляд на него - разный. С городской стены бык видится бараном, а баран - свиньей, потому что место высокое. Если смотреться в воду в тазу, лицо будет круглым; а если в четырехгранном сосуде - про­ долговатым. Лицо было все то же, а причина того, что оно виделось то круглым, то продолговатым, была в том, откуда на него смотрели. Ныне я хотел бы правиль­ но воспринимать вещи, но откуда мне знать, как мир смотрит на меня? Если же колобком крутиться, торопясь идти в ногу с современниками, то это равно тому, как стремиться убежать от дождя, - везде намокнешь. Неиз­ меняемое хотело бы пребывать в пустоте, но бытие не может быть пустотой. Так же точно, не прилагая усилий, чтобы стать пустым, стать таковым само собой - об этом можно мечтать, но это недостижимо 89. Поэтому тот, кто проник в дао, подобен тележной оси, которая сама не вращается, но со ступицей пробегает тысячу ли, катится в бескрайние дали. Тот же, кто не постиг дао, подобен заблудившемуся* скажут ему, где восток, запад, север, юг, он как будто уразумел, а чуть повернул в сторону - опять смущен. Так всю жизнь зависит от людей, как флюгер от ветра, ни мгновенья не знает покоя.

Поэтому мудрец воплощает в себе дао и возвращается к своей природе, не претерпевает превращений вслед за встречающимися изменениями и так избегает превратно­ стей бытия. В управленном мире легко хранить себя, лег­

ко делать дела, исполнять обряды, возвращать долги. Вот 182

почему раньше люди не совмещали служб, а служа, не со­ вмещали занятий. Существовали чиновники, крестьяне, ре-

203

месленники, торговцы, области были разграничены, округи размежеваны. И тогда крестьяне с крестьянами обсуждали свои труды, служилые мужи с мужами обсуждали поведе­ ние, ремесленники с ремесленниками говорили об искусстве ремесла, торговцы с торговцами обсуждали счета Поэтому у мужей не было упущений в поведении, у крестьян не было порух в трудах, у ремесленников не было трудных дел, у торговцев не было потерь в товарах. Каждый жил в согла­ сии со своей природой и не спорил с другим

Поэтому И Инь 90 преуспел в земельных трудах. Длин­ ноногим дал заступ и велел копать землю; с сильным хреб­ том велел ее носить на спине; кривым - вымерять уровень, горбатым - ровнять землю91. Каждого определил на то, чему тот подходил, и их природные качества оказались уравненными 92. Хусцы привычны к коням, юэсцы - к лод­ кам. Разные формы, свои роды - измени им занятия, и все пойдет вспять. Утрата своего места обесценивает, а обре­ тение благоприятного для себя положения поднимает в це­ не. Мудрец все обнимает и всему находит применение, его искусство - единственное. Знать наперед, видеть далеко, провидеть за тысячу ли высящиеся таланты и не возлагать ответственности за правление на народ, быть широкооб­ разованным, обладать сильной волей, быть красноречи­ вым и находчивым - это все прекрасные свойства ума, но мудрый правитель не требует их от низших. Гордиться пе­ ред современниками, презирать вещи, не пачкать себя причастностью к толпе - это поведение, выделяющее среди других, но в управленном мире этим не пользуются для преобразования народа Пружина духа глубоко скрыта, резец не оставляет следа - таково тончайшее мастерство, но в управленном мире не считают это делом всего народа. Чан Хун 93 и Наставник Куан предвидели счастье и несча­ стье, в их речах не было ничего, что бы не пошло в дело, но они не могли исполнять службу как все Гунсунь Лун 94 был мастером парадоксов и вычленения истины, выделил понятия «тождество» и «различие», отделил «твердое» и «белое». Он шел своим путем, не с массой. Северянин по имени Нет Выбора отверг предложение Шуня 95 и, оскорб­ ленный, бросился в чистую прохладу пучины. Они не мо­ гут служить образцом для Поднебесной. Лу Бань и Моцзы сделали из дерева летающего коршуна, в течение трех дней он летал, не садясь. Но они так и не стали ремесленниками Недостижимо высокое не может быть мерой для людей, поведение, с которым не сравняться, не может стать обы­ чаем для государства Когда взвешиваешь что-то на руке, то можешь определить вес в пределах чжу и ляна96. Муд­ рец не пользуется этим способом, а подвешивает груз и смотрит, насколько высоко поднялась гирька и чтобы раз-

204

■вда не превышала чи и цуня Мудрый правитель этим не ийьзуется, а выверяет равновесие по уровню. Почему9 долгому что нельзя опираться на исключительность талан-

ддя кляча десять раз переночует и за декаду достигнет того $е. Отсюда видно, что человеческие таланты не таковы,

.уггобы на них исключительно полагаться, а искусство дао98 имеет всеобщее применение. Законы смутного вре­ мени таковы, что мера задана высокая, а обвиняют в том, что этой высоты не достигают; служба задана трудная, а наказывают за неисполнение; обрекают на риск, гранича­ щий с запретами, а казнят за нерешительность. Народ, добывая в затруднении от этих к нему требований, при­ думывает ухищрения и обманывает высших, преступает запреты и живет кривдой, а потом просит помилования. Это значит, что неприступные законы, суровые наказания нс могут победить порок. Отчего? Сил недостаточно. По­ этому пословица говорит. «Птица в крайности клюет, зверь в крайности бодается, а человек в крайности лжет». Об этом сказано.

Учение99 о дао и д э подобно солнцу и луне: их направ­ ление не меняется в зависимости от того, происходит это на юге от Цзян или на севере от Хэ, промчись хоть на ты­ сячу ли вперед, они не поменяют своего места. То, как цринимаются или отвергаются ритуалы и обычаи, подоб­ но отношению к расположению помещений в усадьбе: вос­ точный сосед называет их западными, а западный - вос­ точными. Призови на суд хоть самого Гао Яо, и тот не сможет определить их место. Приятие и отказ - одни и те же, но хвалят это или хулят, зависит от обычая. Равные мысли и поступки истощаются или процветают в зависи­ мости от времени. Тан и У копили поступки, множили добро, и они были достижимы для всех, когда же мир встретился с правлением Цзе и Чжоу Синя, то это стало расцениваться как небесный дар. Ныне, когда есть мысли Тана и У, но нет времени Цзе и Чжоу, а хотят осуществить дело бавана, тоже недалеко от этого. Некогда У-ван, держа в руке боевой топор и алебарду, пошел в поход на Чжоу Синя и победил Инь. [Побежденные], заткнув памятную

205

дощечку за пояс и опираясь на посох, явились ко двору После кончины У-вана иньцы взбунтовались* Чжоу-гун за­ ступил в Восточный дворец, ступил на подножку колесни­ цы ,0°. Стоя в простенке между окон 101, устроил аудиен­ цию чжухоу. Затем сослал Цай Шу, казнил Гуань Шу, по­ корил иньцев и казнил шанца |02, принес жертвы Вэнь-вану в Светлом зале. Через семь лет передал власть Чэн-вану 103 Таким образом, У-ван был прежде воином, а потом уж стал носителем мира |04, не потому что его мысли измени­ лись, а потому что он на время откликался. Чжоу-гун со­ слал старшего брата и казнил младшего не потому, что был лишен родственного чувства |05, а для того, чтобы пресечь смуту. Итак, если дела вписываются в современ­ ность, то успех обеспечен; если усилия соответствуют вре­ мени, то слава установится. Некогда циский Хуань-гун, встав на обычную колесницу, отправился на собранный им съезд чжухоу т , а по возвращении ввел казнь с топором и секирой. Цзиньский Вэнь-гун созвал чжухоу и отправился на съезд на тяжелой колеснице, а по возвращении правил, соблюдая обряды и чин 107 Хуань-гун вначале был мягок, а потом тверд; Вэнь-гун вначале был тверд, а потом мягок

184Однако они равно диктовали свои правила Поднебесной, равно властвовали над чжухоу; Это потому, что хорошо чувствовали изменение обстоятельств. Луский государь захотел поставить первым министром отшельника Янь Хэ, но тот не согласился Тогда он послал вперед человека с подарками. Янь Хэ бежал через пролом в задней стене до­ ма и был прославлен Поднебесной Если же взять времена Шан Яна и Шэнь Бухая, то казнили до трех родов ,08, что уж говорить о себе самом* В мире много славят древних людей за их высокое поведение Если взять нынешнее вре­ мя, то равные им мало ценятся Не потому что их таланты ниже, а потому что время неподходящее. Поэтому же шес­ терка скакунов цицзи, четверка рысаков цзюэтит при пе­ реправе через Цзян и Хэ уступит полому бревну. И все в мире так. Поэтому человек, устанавливающий подвиг, разборчив в поведении, осторожен в выборе времени А нынешние люди толпы подвиг считают проявлением дос­ тоинства, преодоление несчастья - умом, встречу с бедой - тупостью, смерть за идеалы - верхом глупости. А я счи­ таю, что каждый достигает своего потолка, и только. Ванцзы Би Гань не то чтобы не знал, что Цзицзы распустил волосы и притворился безумцем, чтобы спасти свою

жизнь, однако нашел удовлетворение в прямом поведении, в высшей преданности и умер за это Поэтому и не посту­ пил, как Цзицзы Бо И и Шу Ци конечно же могли при­ нять жалованье и служить и так установить подвиг, однако нашли удовлетворение в том, чтобы уйти от мира, проти-

206