Здесь также возможно представить себе на одном полюсе максимально определенные задачи, и на другом полюсе — минимально определенные задачи. По этому признаку рисуночные методы можно распределить таким образом — максимально определенный — рисунок человека, затем рисунок семьи, а далее самое неопределенное — рисунок несуществующего животного.
Аналогичным образом обычно анализируются и внешне заданные стимулы. В этих стимулах, так или иначе, присутствует некоторая неопределенность. Элементарным ее видом является какое-то неструктурированное изображение, типичный пример — пятна Роршаха. Здесь можно провести градацию стимулов, которые начинаются от тематической бессмысленности и минимальной структурированности к определенной структурной осмысленности, т.е. речь может идти о шкале "отсутствие структуры — структурированность". Но большая часть проективных тестов все-таки использует в качестве проективных стимулов изображение или выражение в знаковой форме определенных проблемных ситуаций, с которыми сталкивается человек, как в своем развитии, так и в повседневной жизнедеятельности. Эти ситуации строятся таким образом, что они появляются перед испытуемым как незавершенные и неразрешенные конфликты, по крайней мере, предполагается, что так их интерпретирует испытуемый. Благодаря своей конфликтности и неразрешенности такие стимулы могут становиться определенными "ловушками для сознания" (Выготский Л.С., Пузырей А.А.). Анализируя эти проблемные, конфликтные и неразрешенные стимульные ситуации, можно изучать проективный тест с точки зрения содержания самосознания, для исследования которого он, так или иначе, проектировался. В этом смысле снова можно сказать, что во всякой неопределенности стимульной таблицы существует также скрытая определенность, "втягивающая" самосознание в свое собственное самоопределение по поводу заданной проблемной ситуации. Другими словами, самосознание эксплицирует в данную таблицу свой собственный вариант аналогичного конфликта, а также способы его разрешения. В этом смысле можно сказать, что проективные тесты можно разделить на неспецифические (например, тест Роршаха) и специфические (например, тест Розенцвейга и др.). Конечно, в целом это разделение несколько условно, но можно себе представить совершенно неспецифический проективный стимул (поскольку тест Роршаха тематизирован, по крайней мере, вторично), к примеру, случайные пятна и пр. И на другом полюсе располагаются различным образом тематизированные картинки ТАТа, САТа, теста объектных отношений Филлипсона, стимулы в тесте Розенцвейга и пр. Наконец, стимульный материал можно изучать и с других сторон (см. в дальнейшем более подробный анализ стимулов ТАТа).
Наконец, последним из выделенных нами параметров является определенный образ завершенности проективной ситуации, который задается экспериментатором. Мы говорили, что сначала проективная ситуация строится как ситуация незавершенная и испытуемому дается задание, инструкция ее завершить. Но с нашей точки зрения важен также и тот момент, что во всякой проективной ситуации задается и некоторый общий образ результата, или же задается его некоторая форма. Например, в тесте Роршаха — этой формой будет являться перцептивный образ и его толкование (ответ "на что это похоже?"), в ТАТе — такой формой будет являться рассказ (точнее совокупность рассказов), в тесте незаконченных предложений таким результатом будет предложение, первая часть которого задана и т.д. Форма результата важна, прежде всего, в том смысле, что именно помещенный в нее проективный материал, прежде всего и подвергается анализу. Благодаря тому, что задается такая форма, задается и форма для проекции, определенная форма для экспликации самосознания. Осознание этого может быть важно также и потому, что мы можем прийти выводу, что некоторые значимые для исследователя содержания самосознания могут не иметь возможности проявиться в данной форме результатов. Тогда у психолога может возникать закономерный вопрос о логически обоснованном подборе проективных методов для изучения определенных содержаний самосознания, личности и т.п. По этому параметру, следовательно, можно также различать проективные методы (нарративные, перцептивные, изобразительные и др.) в соответствии с задаваемой в них семиотической формой для выражения самосознания.
И, наконец, осознание значимости форм выражения может иметь значение также потому, что форма и ее реализация испытуемым, предполагают использование индивидом некоторой авторской позиции, которую, на наш взгляд, важно выделять и отдельно анализировать.
Итак, мы попытались рассмотреть проективные методы, исходя из выделенных параметров, и наметить некоторые основы их методологического анализа. Как мы видели, классификации проективных методов возможны по различным основаниям, которые часто в равной мере являются осмысленными. На наш взгляд, такой анализ позволяет глубже осознать устройство проективного метода, его структуру, а также механизм его работы. Анализ такого рода может оказаться полезным не только для работы е существующими проективными методами, но также и для проектирования новых. Вместе с тем, все сказанное не исключает дальнейшего исследования и углубления анализа проективной ситуации как таковой, а также более доскональной рефлексии выделяемых в ней параметров.
3.2. Примеры анализа отдельных проективных методов
Рассмотрим некоторые из проективных методик более подробно для понимания их структурной специфики, в соответствии с которой и будет задаваться форма (-ы) ответа индивида. Мы не будем углубляться в этот вопрос специально, отметим лишь некоторые особенности, чтобы у читателя создалось представление о многообразии как стимульных вариаций (визуальных, вербальных, либо их сочетания; абстрактных и конкретных, завершенных и незавершенных и пр.), так и форм ожидаемой активности от испытуемого.
Тест Роршаха. В данной методике присутствует как внешне заданный стимул (таблица), так и стимул к определенной деятельности (инструкция). Однако параметр инструкции учитывается в целом незначительно, гораздо в меньшей степени, чем, например, в ТАТе, где фактор инструкции несет отдельное диагностическое значение. Предъявляется визуальный стимул (цветовое пятно) и фиксируется его восприятие, таким образом, субъектом осуществляется деятельность толкования стимула. Формой завершения в данном случае выступает некоторое толкование, основанное на перцептивном акте. Через восприятие проявляются определенные личностные особенности, осуществляется наложение внутренних схем восприятия на стимульный материал и отмечается их динамика, тогда проекция понимается как вынесение внутреннего опыта на внешний малоструктурированный материал. Углубление проекции достигается за счет специфической организации стимульного материала (неопределенность, структурные вариации, варьирование цвета). Таким образом, наибольшую значимость в этой методике несет параметр неопределенности. Помимо особенностей восприятия, позже в связи с таблицами теста Роршаха появляется представление о тематической их направленности (Бом Э., Loosli — Ustery M.). В этой связи осознается тот факт, что между структурными и визуальными особенностями стимула и тематическими его особенностями нет нерушимой границы, возможны различного рода взаимопереходы (так, в рисунках верх, низ и пр. имеют такое же значение, что и тематическая рядоположенность).
Методики конструирования. Испытуемому предлагается готовый материал, который организуется по элементарному принципу. Задача состоит в том, чтобы его упорядочить соответствующим внутренним представлениям образом. Поскольку предлагаемые элементы содержатся в более широком пространстве жизни, то они являются определенными константными элементами, и в этой связи предлагается задача построения "собственного мира" (инструкция присутствует как задание некоторой структуры опыта общего характера, и в дальнейшем самостоятельного значения не имеет). В связи с этим осуществляется деятельность конструирования и появляется соответствующая форма завершения тематического целого. Соответственно в этой картине, благодаря использованию постоянных деталей, должны проявиться элементы этого мира, взаимоотношения между ними, эмоциональные связи ("дальше — ближе"), т.е. его структура. Задача исследователя
из анализа этой конструкции выявить характеристики самосознания индивида. Предполагается, что личность будет включена в эту структуру и в сам процесс конструирования. В тестах такого рода важна оппозиция "существующее на самом деле желаемое". Проекция изучается на материале конструирования некоторого желаемого образа мира. В этом смысле предполагается, что нереализованное и реализованное, желаемое и не желаемое, удовлетворенное и неудовлетворенное определенным образом связаны друг с другом. Поскольку в данном случае проективный процесс запускается через конструирование, то должны проявиться определенные латентные, скрытые, нереализованные потребности.
Рисунок человека и другие рисуночные методы. В чем-то рисунок похож на конструирование, на рассказ, являясь просто иным средством и формой выражения. В методиках такого рода нет внешне заданного стимула, есть только стимул — побуждение к деятельности. Инструкция в данной методике задает общую концептуальную направленность, и в дальнейшем не оценивается. Неопределенность задается через неопределенность деятельности (просят нарисовать "человека", задача обща и абстрактна). Исследователь через так, задаваемую неопределенность предполагает получить концепт того целого, который предлагается к изображению (например, концепт человека, концепт семьи и т.п.). Замысел методики состоит в том, что через образ нарисованного человека возможно выражение особенностей самосознания, рисунок отражает также внутреннее пространство, является проекцией Я в этом пространстве. В рисунке семьи делается ставка на определенный возраст (детский, для которого характерно прямое, непосредственное, реалистическое отражение эмоциональных отношений, переносимых в пространство рисунка). В противоположность абстрактной задаче "рисования человека вообще" задается структура личного опыта, который наполняется семьей. Противоположного рода методикой является методика Р. Жиля, в которой ребенка просят поставить себя на определенное место в уже готовом рисунке. В этой связи если рисунок семьи является синтетической методикой, то методика Р. Жиля, напротив, аналитична, четко ухватывает форму, в которой должно проявиться то или иное содержание. По принципу аналитичности — синтетичности можно различить и другие проективные методики. Моменты аналитичности есть в каждой проективной методике, т.к. всегда задаются элементы какой-то формы. Аналитических, ограничивающих компонентов нет в свободном рисовании, позволяющем увидеть целостные импульсы. Преимущество аналитических методик — четкий ответ на поставленные исследователем вопросы, ориентированность на определенные диагностические задачи.
Методики изучения экспрессии (почерк, спонтанная речь и др.) близки к "естественному эксперименту", предполагается, что в полученных продуктах будет проявлено и самосознание человека. Таким образом, может быть исследована и спонтанная речь испытуемого, не предполагающего возможность такого анализа. Кроме того, сама речь мало поддается сознательному контролю, мы мыслим не речевыми конструкциями, но предметами, и в этой связи структурные особенности речи, будучи объективированными, мало поддаются произвольному варьированию и трансформации, при этом являясь носителями ярко выраженного представления о себе, особенностях самосознания. При изучении экспрессии нет инструкции, предполагается, что ее анализ можно будет осуществить в рамках любой спонтанной деятельности, не важны также и параметры неопределенности и формы завершения.
Методика незаконченных предложений. Предлагается речевая деятельность (письменная или устная речь). Сам по себе параметр инструкции не оценивается. Неопределенность задается с одной стороны незаконченными предложениями, а с другой — самой предъявляемой задачей (завершить, доопредлеить предъявляемый аудиально любо визуально стимул). Соответственно формой завершения будет являться предложение, а также позиция его автора. В этой методике, как и в тесте Розенцвейга, в предъявляемом стимуле есть нечеткая определенность, внутри которой выделяется неопределенность. В методике присутствует явная тематическая направленность предложений, сама структура предложения задает форму выражения мысли. Таким образом, данная методика также относится к разряду аналитических, в ней присутствуют определенные структуры, в которые должно быть включено спроецированное содержание (своего рода "ловушки для сознания" А.А. Пузырей). Сам стимул обладает неопределенностью в смысле незавершенности, в отличие от различных составляющих неопределенности в ТАТе.
3.3. Методический анализ ТАТа
В действии ТАТа (Тематического Апперцептивного Теста) принимают участие те же параметры, которые участвуют и в других проективных методиках. Ранее достаточно подробно нами обсуждались параметры "снятия давления", создания условий для спонтанности функционирования самосознания, инструкции. Остановимся более подробно на структуре неопределенности стимульных таблиц ТАТа. Тематическое значение таблиц в начале было заложено в самом проекте методики Г. Меррем, а затем обсуждалось и уточнялось рядом других авторов (