Пилсудский организовал формирование тактики агрессивной политики и понял, что переговоры с "белым" движением не приведут к желаемому результату. Суть этой тактики заключалась в том, что польские войска должны были двигаться на Восток, захватывая территорию соседних государств, несмотря на сопротивление, польские войска должны были оккупировать территорию, которая в будущем должна была быть включена в состав польского государства. В итоге западным державам пришлось смириться с тем, что спорные территории были закреплены за Польшей.
Польские лидеры стремились показать миру, что они координируют свои действия с соседними государствами и не ведут захватнических войн. В 1919 году поляки начали переговоры с Украинцами и Литовцами. В Варшаве было подписано секретное соглашение между правительствами украинской Народной Республики и Польши, в соответствии с которым Польша признала права правительства УНР на территории от верховьев реки Случь до Днепра, а украинцы признали права Польши на земли, расположенные к западу от реки Збруч и Горынь (то есть. Коагуляция и Волыни), а также на белорусских землях вплоть до границ Речи Посполитой в 1772 году.
В ходе затяжных военных действий воюющие государства пытались начать мирные переговоры по урегулированию конфликта.
Первый этап мирных переговоров между РСФСР и Польшей начался в августе в Минске. На заседании мирной конференции представители Советской России заявили о признании независимости и автономии польской Республики, торжественно подтвердили право польского народа определять форму государственной власти и отказались от каких-либо противопоказаний со стороны Польши. Делегация РСФСР предложила определить Восточную польскую границу на основе «линии Керзона», с отклонением в пользу Польши в Белостокской области (в Белоруссии) и на возвышенности (в Украине).1
Летом 1920 года, польские дипломаты заявили, что мирный договор предлагаемый Советской России скорее похож на «условия капитуляции» и отвергли это предложение. Предложение о восточных границах государства также не устраивало поляков. Польская делегация обратила внимание на то, что «польский элемент выходит далеко за рамки линии, предложенной Советской делегацией», а также на то, что соответствующая линия почти полностью совпадает с линией раздела Речи Посполитой в 1795 году и поэтому оскорбляет национальные чувства поляков.
Первые переговоры не дали результатов ни одной из противоборствующих сторон. Западные государства также говорили о проведении этих переговоров и решении проблемы Восточной границы Польши.
Летом 1920 года британское правительство подчеркивало, что оно не поддержит желание Польши расширять свои границы к востоку от «линии Керзона». 21 августа 1920 г. госдепартамент США призвал польское руководство «воздержаться от какого бы то ни было нарушения территориальной целостности России».1
Французское правительство, наоборот, допустило возможность границ Польши к востоку от «линии Керзона». Но в то же время правительство Франции, которое в полном объеме спонсирует польское правительство в ведении войны против Советской России и диктует ей дальнейшие действия, высказывается, что следует проводить границы строго по договоренности.
Главным фактором мира между Польшей и Советской Россией были страны Антанты. Прекращение финансирования и указание на формирование Восточной границы для Польши все чаще принималось во внимание польским правительством. Польша отказывается от «исторических» претензий на земли и согласна о проведении восточных границ чуть восточнее чем «линии Керзона» восточной границы была названа линия «немецких окопов». Заключительные переговоры о мире и установлении Восточной границы Польши состоялись в Риге на мирной конференции.
Главным трагическим последствием войны с Польшей стала судьба русских солдат, захваченных в плен, главным образом в результате польской контратаки под Варшавой в августе 1920 года, решившей исход всей кампании.2
Так сложилось, что вопрос о бесчеловечных условиях содержания российских военнопленных, которые впервые годы после войны были предметом неоднократных официальных протестов со стороны Советской России по дипломатическим каналам, после долгого времени оставался на вне поля двусторонних отношений. Вопрос о военнопленных также не поднимался после Второй мировой войны, поскольку было сочтено неуместным и политически вредным обвинять Польшу в чем-то, ставшем близким союзником, в соответствии с решением высшего партийного руководства того времени. Изучение архивных материалов свидетельствует о
том, что причиной большой гибели русских пленных были прежде всего очень тяжелые условия, в которых они оказались в специальных тюрьмах.
Глава II. Социально политическое развитие советско-польских отношений в 1920-1926 гг.
2.1 Советско-польская дипломатия в рамках реализации Рижского договора
Главным вопросом советско-польских отношений в первой половине 1920-х было выполнение положений Рижского договора. Разное положение Советской России и Польши сильно повлияло на ход дипломатических отношений. Польша, входившая в союз с Францией, обладала хорошим финансирование. Многие вопросы советско-польских отношений выполнялись с прямых указов политической верхушки Франции. Советская республика, желала узаконить свое существование и всячески пыталась соблюдать дипломатические отношения, в конечном счете, должно было установить, как полноправного участника международных отношений. Понимание, что пограничные государства вскоре пойду по пути полного признания, для Советского Союза становится важным создание политического компромисса с крупнейшим западным соседом Польшей. Польское руководство хорошо понимало преимущества своей позиции и пыталось использовать их для некоторого пересмотра Рижского договора. Так как, Варшаве приходилось считаться с мнением стран Антанты, Польское руководство не торопилось выполнять положения договора.
Все это повлияло на установление прочных дипломатических связей с Москвой. Главным образом, Варшава пыталась провоцировать Советских дипломатов на конфликт, так первым предложением стало ограничение полномочий Советских дипломатов на территории Польши и желание вести дипломатические отношения через аккредитованных в Латвии дипломатов. Польская пресса развернула кампанию по обсуждению положительных и отрицательных сторон нормализации отношений с восточным соседом.
Нормализация отношений установилась лишь в октябре, когда Польские дипломаты прибыли в Харьков, а украинские -- в Варшаву.1
Важным вопросом двусторонних отношений стала проблема репатриации военнопленных и гражданского населения. Для ее решения было создано две смешанные польско-советские комиссии, а в марте 1921 года началась обоюдная репатриация военнопленных. Однако обе стороны имели определенные претензии друг к другу: Советская сторона требовала смягчить режим в польских лагерях для советских военнопленных, а польская сторона была недовольна тем, что возвращающиеся польские военнопленные, а также репатрианты, были в основном носителями большевистских идей и по возвращению всячески пропагандировали главные идеи. Польская сторона усложнила процесс репатриации. Главным образом, Польское правительство желала создать внутренние комиссии для фильтрации возвращающихся пленных. Из-за отказа от расширения сети пропускных пунктов на границе, и желание замедлить процесс репатриация продолжался вплоть до осени 1923г.
Демаркация границы вызвала у сторон множество проблем. Весной 1921 года была сформирована специальная комиссия во главе с представителями из союзных стран Антанты. Смешанная пограничная комиссия начала свою работу в Минске, но до конца июля польская сторона фактически саботировала его работу. Когда стороны приходили к обоюдным согласиям, польское руководство требовало перенести уже одобренные границы на 1-2, а то и на 30 км. В результате только в ноябре 1922 года граница была проведена на местности и передана административным и пограничным органам, а работа пограничной комиссии была завершена лишь в августе 1924 года.
Весьма сложным стал вопрос об отказе сторон в поддержке враждебных организаций на их территориях. Выполнение статьи 5 Рижского договора, волновало исключительно Советскую сторону. Осенью 1920 г. в Польше было интернировано около 35 тыс. военнослужащих из отрядов С. Булака- Балаховича, Б. Перелыгина, Б. Савинкова, С. Петлюры. Если учесть, тот факт, что их офицеры не разоружались, а оружие хранилось вблизи лагерей, то вполне понятна озабоченность Советской стороны. Польское руководство отнеслось к выполнению данного пункта исключительно формально. Действия организаций УНР и белогвардейцев были вполне легальными, а протесты Советской стороны привели лишь к временным закрытиям организаций.1
Поддержка антисоветских организаций не ограничивалась Польской стороной. Велась активная финансовая поддержка со стороны Франции и, в меньшей степени, Англии, которая не признавала их и надеялась на скорое свержение Советского режима. Польша была заинтересована в долгосрочном ослаблении своих восточных соседей и поэтому также оказывала некоторую поддержку белогвардейским организациям, но свержение большевистских властей не слишком интересовало польское руководство, так как в случае прихода к власти «белых» оно, скорее всего, пойдет на реконструкцию «Единой и неделимой России». Таким образом, польская Восточная граница будет поставлена под сомнение, и Антанта получит более важного союзника в Восточной Европе, чем Польша. Пока существовала Советская Республика, альтернативы альянсу с Польшей у Антанты не было. Поэтому, хотя не все внешнеполитические действия Варшавы были одобрены Западом, ему пришлось мириться с ними. В связи со сложностью данных фактов, Польша получила Восточную Галицию и Вильнюс.
Понятно, что, почувствовав столь значительную поддержку, Польша могла бы проявить значительную внешнеполитическую активность в Восточной Европе, стремясь приобрести статус великой державы. В этих условиях Польское руководство не спешило осуществлять установление Рижского договора, особенно летом 1921 года. Советская Россия переживала исключительный финансовый и упадок, начавшийся голод спровоцировал некоторые надежды на падение большевистского режима. Данными событиями воспользовались страны Антанты и решили подтолкнуть Польшу к более радикальным мерам. Установление ультиматума, по территориям восточной границы, в случае отказа от которого следует начать войну. Советская дипломатия, узнав об этих намерениях, сделала их публичными. Польша отказалась от радикальных мер, однако это не помешало Польше установить контакт с Германией, какие уступки в верхнесилезском вопросе позволят Варшаве рассчитывать на нейтралитет Берлина в случае новой советско-польской войны. Польша руководство имело свойства замедлять или умалчивать не удобные для них процессы, а с другой стороны резко увеличивать к спорным вопросам свой интерес. Так, в сентябре Польша направила РСФСР вербальную ноту, в которой указывалось на несоблюдение Рижского договора. Москва была обязана освободить и доставить всех польских заложников и пленных к границе до 1 октября; передать Польше золото и драгоценности, причитающиеся ей по соглашению; немедленно начать работу реэвакуационных и специальных смешанных комиссий. В противном случае Варшава пригрозила разорвать дипломатические отношения. Советская сторона объявила о своем согласии сделать первый взнос золота до 1 октября и приступить к работе реэвакуационной комиссии, если Польша к этому же времени удалит со своей территории наиболее известных белогвардейских лидеров и наказать виновных за их поддержку. Сотрудники Советской миссии оказались под демонстративным надзором польской полиции, а обстановка на советско-польской границе ухудшилась.
Стремясь избежать усиления конфронтации, РСФСР предложила конкретную программу мер по нормализации отношений на основе взаимного выполнения положений Рижского договора. Москва указала, что многие Польские требования уже выполнены, а остальные будут выполнены на взаимной основе. Советская сторона в очередной раз настаивала на выдворении из Польши лиц, причастных к антисоветскому настроению, аресте и осуждении.
В октябре Советская сторона передала Польше первую выплату золота и драгоценных камней, но Варшава не спешила с выдворением «белых», и только после двух напоминаний и приостановления работы комиссий 30 октября вышеназванные лица покинули Польшу.
Нормализация торговых отношений началась с предложением со стороны польского руководства переговоры, Москва ответила согласием. Переговоры, Экономически-торговые переговоры проходили в Варшаве и показали, что Польша использует торговые переговоры для достижения исключительно политических целей. Варшава потребовала от РСФСР отказаться от поддержки Литвы1, и не желанием расширить транзит в Германию и Австрию. Понятно, что переговоры были прерваны, а попытки Варшавы сыграть на противоречиях провалились. В марте в Варшаве открылась конференция Эстонии, Латвии и Польши, которая стремилась согласовать общие позиции накануне Генуэзской конференции. 17 марта был подписан Варшавский договор, согласно которому участники подтвердили свои договоры с Советской Россией, пообещали не заключать договоры, направленные друг против друга, решать споры мирным путем и сохранять доброжелательный нейтралитет и консультироваться в случае «неспровоцированных нападений» с Востока. Также была достигнута договоренность о координации дипломатических действий с Москвой, благодаря чему Польша получила определенную возможность влиять на внешнюю политику стран Балтии.
В Генуе польская делегация заняла про-французскую позицию и вместе со странами Малой Антанты выступила против признания РСФСР де-юре. Вслед за Англией и Францией Польша осудила советско-германский договор в Рапалло, а польская пресса подняла шум вокруг советско-германского военного Союза и подготовки нападения на Польшу. Советское руководство указало Польше на её действия и не соблюдения Рижского договора, который должен способствовать признанию РСФСР. Со своей стороны, Польша пыталась таким образом добиться признания Англией и Францией своей Восточной границы и получить репарации от Германии. Однако ни одна из этих целей не была достигнута.2 Во второй половине 1922 года Москва неоднократно поднимала вопрос о торговом соглашении с Варшавой, но Польша, ссылаясь на непризнание Советской монополии на внешнюю торговлю, избегала переговоров. Со своей стороны Варшава потребовала от Москвы выполнения финансовых обязательств по Рижскому договору. Тем не менее, 19 сентября 1922 года начались переговоры по почтово-телеграфной Конвенции, которая была подписана 23 мая 1923 года.