Циркуль как мерило, сделавши оборот, не возвращает ся назад; круглый без задоринки; вольный, но не распу щенный; в проявлении чувств умерен; легко развертывает ся, но знает пределы; праздный и раскованный; не вызыва ет обид. Если мера циркуля не утрачивается, то страсти держатся в границах.
Весы как мерило медлительны, но не отстают; ровны и не впадают в обиды; раздают и не считают это милостью; выражают сочувствие, но не порицают. Они призваны вы равнивать доходы народа, с тем чтобы поддержать недос таточных. Полнокровные и солнечные, только благом ве домы. Пестуют растущее и воспитывают подрастающее, чтобы тьма вещей пышно цвела, чтобы зрели злаки, чтобы были полны закрома во всех границах и пределах. Если в управлении не будет упущений, то все на небе и земле бу дет разумно устроено.
Угольник как мерило внушает уважение и не вызывает подозрений, тверд и не теряет присутствия духа, если что забирают у него, не испытывает обиды, если что приносят ему, не видит в том вреда. Величествен и суров, но не вну шает страха. Приказы исполняются неукоснительно. Каз нит, карает и достигает желаемого. Недруги и враги ока зываются побежденными. Если угольник выдерживает точность и нет в нем упущений, со всех спросится и все покорятся.
Гири как мерило настойчиво добиваются, но не завла девают; убивают, но не расчленяют; заполняют полно стью, так, чтобы было плотно и ничто не просочилось; разрушают вещи, но их не забирают; обвиняют и казнят, и не милуют; при этом непременно искренни; их честность неколебима; стремятся вычистить зло и жестокости, но не используют при этом кривых путей. Поэтому для того, чтобы зима была правильной, надо слабое усиливать, мяг кое укреплять. Если гири будут правильны и это не утра тится, то тьма вещей будет надежно укрыта.
Порядок, установленный Светлым залом, таков: в по кое следовать уровню, в движении - отвесу, весной управ лять с помощью циркуля, осенью - с помощью угольника, зимой ~ с помощью гирь, летом - с помощью весов. Вот почему сушь, вёдро, холод и жара приходят по сезонам; сладкие дожди, благотворная роса выпадают вовремя т .
ГЛАВА ШЕСТАЯ ОБОЗРЕНИЕ СОКРОВЕННОГО
Когда-то давно Наставник Куан заиграл мелодию «Бе лый снег», и божественные твари спустились на землю, на летели ветры и дождь, Пин-гуна охватила немощь, а земли царства Цзинь выгорели от засххи, Вдова в отчаянии воз звала к небесам, и гром и молния поразили башню Цзингуна [, покалечив людей, а море вышло из берегов И сле пец. и вдова - люди малые, их место равно ведающем) пенькой, а вес легче пуха Однако тот, чья душа напряже на а дух сосредоточен, способен проникнуть вверх до Дс вятого неба, потрясти само Совершенное цзии2 Отсюда ясно, что от кары Высшего Неба не укрыться ни в могиль ной гьме, ни в глухом уединении, ни в глубокой пещере, ни в опасных юрах
Царь Воинственный, идя походом на иньского Чжо\. переправлялся в Мэнцзинь 4 Дул яростный ветер, Ян-хоу 4 ударами волн обращал течение вспять, в кромешной тьме нельзя было разобрать, где люди, где кони Тогда царь Воинственный, держа в левой руке желтый топор, а в пра вой сигнальный флаг с белым бунчуком, взмахнул им и с гневом во взоре воскликнул «Я служу Поднебесной Кто смеет препятствовать мне9» И ветер стих, и волны улег лись Луян-гун имел сражение с Хань5 В самый разгар битвы, KOIда солнце стало клониться к западу, Луян-гун взмахнул трезубцем, и солнце вернулось на три стоянки ь Тот кто хранит целостность своей природы, бережет есте ственные свойства, не допускает изъяна в своем теле, TOI
чс^петив "еду оказавшись в опасности, душою сливается v небом как если бы никогда не покидал своего корня ' Что только ему тогда не под сил)1
Жизнь и смерть - соседи, не надо бояться могильного холма Один храбрый воин делает всю армию непобеди мой И это ради достижения славы Тем более тот, для ко го небо и земля - дом, кто держит за пазухой всю тьму ве щей, дружит с Творящим изменения, таит во рту совер шенную гармонию, кто нашел свою пару в человеческой форме8, он обозревает все, постигает Одно, знает и непо знаваемое, а сердце его - бессмертно!
Когда-то Учитель от Ворот Согласия пришел плакать к Мэнчан-цзюню 9 Строем речи, проникновенной мыс-
108
лью, ласканием сердца, звуками голоса растрогал Мэн- чан-цзюня, слезы у того полились ручьем, он плакал не удержимо Чувства и мысли этого Учителя оформлялись внутри, а вовне вселяли скорбь в человеческие сердца Это непередаваемое искусство Если же заурядный чело век станет подражать его внешнему виду, не овладев «господином формы» 10, то это будет только смешно Пу Цецзы 11 доставал пгиц с высоты свыше ста жэней, Чжань Хэ ловил рыбу в глубокой пучине - оба они вла дели чистейшим искусством (дао), величайшей гар монией. Разные виды существ друг другу откликаются В этом заключается сокровенная тонкость, глубочайшая малость, которую не постигнуть рассуждением, не изъ яснить в речах Приходят восточные ветры, и вино пе реливается через край, шелковичный червь выпускает нить, и рвется струна ш анп - как будто кто-то тронул их. Очерчивают силуэт пепельного круга в лунном свете, и в лунном ореоле открывается проход |3, кит умирает, и появляется комета - как будто кто-то их побудил к это му. Поэтому мудрец, вступая на престол и облагодетельствуя народ, хранит дао и не говорит. Когда господин и слуги не в согласии, то на небе появляется солнечное свечение бэй и цзюэ Это свидетельство того, что челове ческий дух и небесный эфир взаимно откликаются. Об лака в горах подобны пышным зарослям; облака над во дой подобны рыбьей чешуе; облака в засуху подобны дыму от костра; облака в дожди подобны волнам. Все принимает образ того, чем вызвано. Янсуй добывает огонь от солнца, фанчжу - росу от луны ,4.
В пространстве между небом и землей происходит 91 столько изменений, что самые искусные календари не могут их перечесть Рука стремится схватить смутно ощу щаемое, но свет его неуловим глазу. Ведь то, что мы сжимаем в ладони, ведет свой род из-за грани Великого предела, А то, благодаря чему добываются вода и огонь, - это взаимодействие однородного эфира инь и ян Благо даря этому Фу Юэ оседлал звезду Чэньвэй 15 Высшая степень инь - это леденящий ветер, высшая степень я н - это иссушающая жара, от их соития образуется гармония
ирождается вся тьма вещей 16 Коли будет масса самцов
ини одной самки - какое же порождение возможно? 17 В этом и заключается неизреченное красноречие, непереда ваемое дао. Поэтому для привлечения далеких исполь зуют недеяние, для сближения с близкими пользуются бездействием Только путешествующие в ночи 18 способ ны владеть этим искусством.
Когда кони унавоживают поля 19, а колеи повозок не пересекаются за пределами дальних стран - это называется
104
сидя мчаться, тонуть на суше, днем быть во мраке, а ночью видеть свет, зимним холодом плавить, а летним жаром за мораживать Дао не обретается собственными усилиями и не от них утрачивается. Способному дано с избытком, у неспособного - нет и необходимого Кто следует дао - приобретает, кто идет наперекор ему - терпит неудачу Это подобно жемчужине суйского хоу и нефриту Хэ 20 кто об рел их - разбогател, кто потерял - обеднел. Грань при обретения и утраты глубока и тонка, неясна и темна Трудно постичь ее рассуждением, невозможно изъяснить в словах Откуда знаем, что это так? Ныне трава дихуан ле чит кости, «сладкая трава» лечит тело. Применять то, что лечит кости, для лечения тела или то, что лечит тело, что бы лечить кости, - это значит уподобиться некоему Ван сунь Чо, который пытался, удвоив дозу лекарства от су-
92хотки, оживить казненного, то есть просто потерять здра вый смысл. Разжигать дрова огнем и плавить в этой топке металл естественно, но из свойства магнита притягивать железо делать вывод, что он притянет черепицу, - за труднительно.
Овещах конечно же нельзя судить только на основании их ценности. Янсуй добывает огонь от солнца, магнит при тягивает железо, краб, попав в клей, портит его, а подсол нечник поворачивается за солнцем. Отчего это происходит, будь хоть мудрецом, не объяснить! Ощущений глаз и ушей недостаточно для определения законов вещей, усилий серд ца и мысли недостаточно для установления истины. Тот, кто управляет с помощью ума, не удержит царства. Только тот, кто постиг Высшую гармонию21 и овладел взаимным отзвуком саморазвивающихся явлений, только тот способен на это. Обрушивается гора Яо, и замерзает река Боло, рож дается оружейник Цюй Е, и появляется меч чуньцзюнь22
Чжоу правил неправедно, и рядом был Цзо Цян, а появился Великий гун, и царь Воинственный совершил свой подвиг23 Отсюда видно, что путь пользы и вреда, двери несчастья и счастья не открываются по требованию. Дао и дэ подобны выделанной коже и сырой - далеки, но близки, близки, но далеки. Не поймать это дао, мелькающее как мальки По тому мудрость подобна зеркалу - не провожает, не встреча ет, откликается и не хранит. Совершаются тысячи измене ний, но ничему не причиняется вред. Ухватишь его - но вот уже и потерял; потерял не значит, что вот-вот найдешь. Так, настраивающий струны тронет струну гун, и гун откликнет ся, тронет струну цзюэ, и цзюэ отзовется. Это гармония по добных звуков. Изменишь тон одной струны - и уже она не найдет согласия в пяти [тонах]. Заиграешь - и все двадцать пять струн откликнутся. Разница в звучании происходит не от звука, а от главного тона.
110
Поэтому тот, кто постиг Высшую гармонию, подобен пребывающему в чистом опьянении, сладко засыпает, чтобы странствовать в ее сердцевине, не зная ничего о
том, откуда он пришел В чистой кротости погружается в волны, безмятежно идет к концу, как будто никогда не 9з покидал своего корня Это и называется Великим пости
жением.
Ныне в Цзичжоу странствует чета драконов - безро гий Красный и рогатый Сине-зеленый24. Небо ясно, зем ля покойна, хищные звери не нападают, птицы не угро жают. Драконы гуляют в ореховых чащах, щиплют тра ву, наслаждаются вкусом, смакуют сладость. Бродят в пространстве не более ста му. Угри смотрят на них с пре зрением, полагая, что те не могут с ними соперничать на реках и на морях. Чета драконов отправляется в Белый Дворец, что на Черно-красных облаках, где происходит противоборство инь и ян. Спускается на быстрый ветер, смешивается с холодным дождем, опершись и раскачав шись, возносится вверх. Величием они потрясают небо и землю, громом колеблют пространство меж четырех мо рей. Угри заползают в тинистое дно на сто жэней, медве ди уходят в горы и ущелья, тигры и барсы скрываются в пещерах, не смея даже рычать, обезьяны сваливаются с деревьев, выпустив от страха ветку. Что уж говорить о разных угрях!
Чета фениксов - Фэн и Хуан - парит в стране Высшего блага. Гром не гремит, молния не блистает, ветер не дует, дождь не шумит. Реки и потоки не выходят из берегов, травы и деревья не шелохнутся. Ласточки и воробьи смот рят на фениксов свысока, считая, что они им не соперники
вкосмическом пространстве. Фениксы взмывают туда, в высоту, парят за пределами пространства меж четырех мо рей. Минуют сады Шупу на Куньлуне, пьют из стремнин у Каменного Столба, держат путь к островку у Мэнфань, облетают границы Цзичжоу, пролетают над горами Дугуан, провожают заходящее солнце в Ицзе, проносятся над водами Мертвой реки, на закате ночуют в Пещере вет ров 25. А в это время лебеди и дикие гуси, аисты и журавли
виспуге прячутся и жмутся к берегу реки. Что уж говорить
оразных ласточках и воробьях! Они кое-что смыслят в мелком трепыхании, но им неведомы истоки действитель но больших деяний.
Вбылые времена возничие Ван Лян и Цзаофу 26 всхо дили на колесницу, брали в руки поводья, и кони под- 94 равнивались и послушно замирали, выбрасывали ноги в равномерном согласии, в движении и покое - как одна. Сердцем покойны, духом согласны. Тела их свободны и легки. В покое и напряжении одинаково весел их бег. Их
111