Дипломная (вкр): Роль шинуазри в формировании российских коллекций фарфора в первой половине XVIII века

Собрание Черкасских, после смерти последнего наследника мужского пола, перешло к графу П.Б. Шереметеву, женившегося на Варваре Алексеевне Черкасской (1711-1767). В настоящее время, коллекция хранится в родовых усадьбах Шереметевых - Кусково и Останкино. Проследить историю комплектования собрания фарфора возможно по описям, составленным при ревизии дворца. Т.А. Мозжухина в исследованиях коллекции Шереметевых, приводит некоторые выдержки из имущественных описей: «На двух надугольных консолях поставлены 2 горшка фарфоровые китайские белые с крышками, на них лепная резьба. На крышке и на горшке сверху и ко дну расписано зеленою краскою». Согласно предположению автора, ваза, описание которой представлено в описи, в настоящее время составляет часть постоянной коллекции музея-усадьбы Останкино (Илл. 10).

2.2 Поступление фарфора в Россию из Китая

Прямое взаимодействие Российской империи с Китаем осуществлялось, в большей степени, двумя путями. Во-первых, посредством выстраивания крепких дипломатических и коммерческих контактов с Западом. Во-вторых, через купцов, которые отправлялись сухопутным путем в Китай для торговли различными товарами.

Следует опустить долгую историю выстраивания взаимоотношений Российской империи с Китаем через посольства, имевшие место в XVII в., так как это не является задачей настоящего исследования. Отмечу только, что практика «посольских подарков» китайских правителей была всегда актуальна. Так, например, при раскопках территории Московского Кремля были обнаружены предметы китайского экспортного фарфора, выполненные в технике «селадона» и «кобальтовой росписи». К сожалению, малый интерес к ранним памятникам, явился следствием отсутствия оных экспонатов в литературе, содержащей перечень ранних произведений китайского экспортного фарфора. Исследователь китайского фарфора С.Н. Тройницкий в статье, опубликованной в 1911 г. в журнале «Старые годы» упоминает о них. Однако ни один современный зарубежный исследователь, к сожалению, не знаком с данными произведениями китайских мастеров. Так, например, исследователь Джон Карсвел, специализирующийся на кобальтовом экспортном китайском фарфоре, за неимением информации о фондах российских музеев, не включил их в свою монографию.

Самым ранним датированным произведением китайского фарфора, имеющегося в настоящее время в собрании российских музеев, принято считать фарфоровую сулею XVI в. Согласно литературе, этот посольский подарок предназначался для старшего сына Ивана Грозного - Иоанна Иоанновича, князя Рязанского (1554-1582), о чем свидетельствует именная надпись на самом предмете. «Сулея расписана кобальтом в виде лотосов на длинных, будто оплетающих тулово стеблях. Она является характерным образцом экспортного китайского фарфора того периода, в котором отразилось влияние мусульманских захватчиков. Для этого времени характерны сосуды, повторяющие формы ближневосточных изделий из металла, таких как сулеи, кувшины, кальяны-кенди, курильницы».

Отправной точкой торговых отношений с Китаем стал Нерчинский мирный договор (1689 г.), определявший правила торговли двух государств. Он включал статью № 6, согласно которой «Оба государства, следуя вечному миру, постановили, что отныне и впредь каждый человек, приезжающий в ту или другую страну, если у него есть проезжая грамота, может вести торговлю».

Первым крупным посольством, в результате которого образцы китайского фарфора оказались в собрании царской коллекции, является организованное в 1720-1721 гг. путешествие Льва Васильевича Измайлова (1685-1738). Его целью было «стесненную китайцами коммерцию распространить и удобнейший в течение оной учредить порядок». Значительным успехом являлось разрешение китайского императора учредить должность торгового агента. Им был назначен Лоренц (Лаврентий) Ланг (1690-е-1752), швед по происхождению, состоящий на службе при Петре I. В задачи последнего входило: контроль над торговлей, покупка товаров для Императорской коллекции (Петергофский дворец) и музея (Кунсткамеры), регулирование караванной торговли.

Особенностью складывающейся российской торговой системы, являлась монополия государства по делам купцов. Торговля могла осуществляться исключительно в составе каравана, который имел особые предписания и указания: какие товары необходимо покупать и продавать в Китае. Данная ситуация приводила к снижению количества покупаемых товаров, а также исключала их вариативность.

Среди подарков, которые получил Лев Измайлов от китайского императора упомянуты «тринадцать зерен жемчуга ориентального, несколько золотых с финифтию чашек, коробочки, цветники, японскую разную посуду, парчу». Следует отметить, что среди подарков была вовсе не китайская, но «японская посуда». Данный факт крайне примечателен, т.к. большой проблемой анализа коллекций восточного фарфора является атрибуция оного в качестве китайского или японского. Купцы не являлись знатоками, поэтому приобретали весь фарфор как «китайский». Об этом свидетельствует термин эпохи «шинуазри», который стал известен в России именно под термином «китайщина».

Из посольства Лев Измайлов привез также лично купленные дипломатом вещи. «Измайлов, приняв от караванного комиссара Истопникова десять тысяч рублей на покупку в Китае вещей про обихода государева». После возвращения из посольства в 1722 г., Л. Измайлов написал в отчете «По данной мне росписи про обиход царского величества, что могли сыскать, купили».

Упоминаемый в документах богдыхан, к которому был отправлен Л. Измайлов - император Айсиньгёро Сюанье (1654-1722), девиз правления - Канси (1661-1722). Составной частью политики императора было значительное ограничение взаимодействия с иностранцами. «Им производится насильственная ликвидация богатых морских и сухопутных торговых связей». В отношении Российской империи вводились ограничения, которые последовательно обсуждались с российскими послами. «С Россией же торговля в тот период производилась караванным путем и также строго регламентировалась цинским правительством».

Изменение ситуации было спровоцировано смертью Петра I в 1725 г. Взошедшая на престол Екатерина I, приступила к урегулированию политических и экономических дел, в том числе в отношении Китая. В ее интересах была восстановленная и юридически контролируемая торговля между государствами: «Установить свободное купечество, утвердить границы и все сие непоколебимым заключить трактатом, нужно было иметь в Китае сведущего и искусного в сих делах министра. Для сего был назначен действительный статский советник, иллирийский граф Савва Лукич Владиславич». В записке, содержащей четкие рекомендации для переговоров, было сказано «Предлагая им паче всего о взаимной свободе торгов, о пропуске и вывозе ежегодно разных товаров повольною ценою».

Было принято решение о строительстве пограничного города, который должен был стать торгово-пропускным пунктом. Китайская сторона запретила российским купцам проникать в Пекин, так как «нет надобности». В результате, под руководством С.Л. Владиславича- Рагузинского в 1727 г. была построена Кяхтинская торговая слобода.

Однако позже, во время правления Анны Иоанновны, некоторым членам российского каравана разрешили проезжать в Пекин по разрешению китайской стороны. В составе каравана отправлялись не только купцы, но также люди, которые должны были обучиться в Пекине различным ремеслам, под руководством китайских наставников. Одним из них был целовальник Осип Семенов, сын Мясников (годы жизни неизвестны), который в 1735 г. был в Пекине «до обучения впредь другия китайским художествам». Помимо учебы, в его ведении была также покупка предметов для коллекций «С рапортом (…) какие курьозныя вещи сыскал».

В поданном в 1743 г. императрице доношении он сообщает следующее. «По указу блаженной и вечнодостойной памяти императрицы Анны Иоанновны из кабинета в 1735 году был я нижайше в Китайском государстве, в столичном городе Пекине, при караванах четыре года на обучении тамошня китайских художеств. Велико силы мое со всяким днем обучился я нижайше там: 1. Как медь красную претворяют видом наподобие золота, 2. Из чего делается белая медь наподобие серебра, 3. Из бараних и прочих рогов как делают фонари и паяют их, 4. Из крепких каменьев как всякие сосуды и фигуры вырезывают, 5. Ломаные порцелинныя всякия посуды как железными скобами скавывают, о чем вышечрезвычайно кабинету от бывшего тогда советника господина Ланга обстоятельно донесено».

Учителями российских служащих и путешественников могли быть любые ремесленники, которых следовало найти по приезду в город. «И по тому указу из караванной канцелярии октября 30 дня 1741 году мне указ в котором велено мне когда буду в Пекине приискать для обучения моего мастеров и договориться с ними за какую цену каким художествам могут меня обучить». Согласно найденным мастерам, главной задачей обучения были именно искусства, которые впоследствии можно было реализовывать в отечественных мастерских, в том числе, обучая подмастерьев оным искусствам. «Мне ж велено себе выбрать во ученики как в Тобольску, так и в Иркутске ремесленных молодых людей и тех учеников взять при караване в Китай и обучить тем всем мастерствам, чему я сам обучился и впредь обучаться могу от которых учеников двух вышеупомянутых художествам я доубучил».

Таким образом, европейский фарфор в стиле шинуазри первой половины XVIII в., выделываемый в национальных мастерских, основывался на предметах экспортного китайского фарфора, поставляемого на судах Ост-Индских компаний. В то же время, Осип Семенов, сын Мясников обучался искусству фарфора в Пекине. Для этого им был найден мастер, который «а за тое обучение и показание материи просил у меня серебра тысячу восемьсот ланъ». Примечательно, что в эту сумму входили также и материалы, которые были необходимы для обучения. Все материалы заказывались в других областях Китая «часть серебра требовал наперед для посыли в некоторый город по надлежаще материю и на покупку тамо разных материалов ценинной глины, красок и инструментов». Данные о необходимости заказа материалов для обучения фарфоровому искусству в других областях Китая, подтверждают предположение, что производство фарфора было на юге. Там же и были сосредоточены основные торговые точки сбыта фарфора, где его в большом количестве покупали европейские купцы. В то время как на севере производили, в основном, ткани, которые и стали главным товаром для российских сухопутных караванов.

В той же описи приведен список лаковых вещей, которые были куплены советником Братцевым по поручению императрицы. Среди них «Два лаковых стола, два храма, два ящичка, четыре подноса, девять костяных кукол, девять штук стенных обоев». Однако порцелина, заказанного императрицей, в данной описи нет.

Директором каравана, прибывшим в Санкт-Петербург в 1743 г. был господин Фирсов. Он, по мнению Осипа Семенова, сына Мясникова, свои обязанности в Пекине выполнял плохо и пользовался положением ради своей выгоды, о чем было сообщено в оном документе. «Фирсов за дорого покупает каменья, которые потом нельзя использовать».

Самой важной частью данного документа является опись вещам, доставленным в Санкт-Петербург в 1743 г. с указанием цен, по которым они были куплены. Из списка выяснятся, что из 105 наименований (многие из которых включают несколько товаров) было всего 27 предметов из фарфора. В то время как общая сумма покупки всех предметов, привезенных с караваном - 6120 руб., то сумма, отданная за фарфор - 73 руб. Это крайне мало, в сравнении с количеством привезенных тканей и отданных за них сумм. Более подробная информация представлена в

Таблице

Из описания купленных фарфоровых предметов можно также выявить среднюю цену на отдельные предметы. Так графы «2 чашки фарфоровыя по синей земле с крышки ручки - 1 руб» и «10 чашек фарфоровыя - 3 рубля» свидетельствуют, что цена одной небольшой фарфоровой чашки составляла всего 50 копеек или меньше. Упоминаемые чашки, с наибольшей вероятностью, были вроде тех, что представленных в коллекциях ГМЗ «Петергоф» (Илл. 11) и музея-усадьбы «Останкино» (Илл. 12).

В описи также отдельно выделяются значительно более дорогие предметы, например «2 блюда больших фарфоровых старинной работы». Данная запись свидетельствует о том, что российские служащие/купцы могли определить старинный и «современный» фарфор. К сожалению, описи не дают возможности детализировать купленные предметы и определить, к какому типу они относятся.

Однако, материалы того же документа позволяют выяснить, что происходило с представленными предметами после их привоза в Россию. Часть оных предметов была отобрана Елизаветой Петровной для своего двора. Среди этого мы находим: «Ценинной посуды: 1. Чашки средние (3,20 руб.), 2. Три чашки японских в том числе одна большая (3 руб.), 3. Двадцать чашек больших (15 руб.), 4. Четыре горшочка (1 руб.), 5. Два льва (7 руб.), 6. Два подсвечника фарфоровых (1 руб.)». В заметках на полях к данному списку указано «Оныя товары в присутствии приаукционного торгу ея императорского величества вволила купить, которые по известному ея величества указу в комнату ея императорского величества июля 5 числа 173 (?) года и принял Чюлков (?)».

Таким образом, следует отметить, что в первой половине XVIII в. российское государство стремилось наладить ввоз восточного фарфора в Россию. Напрямую, через сухопутный путь в Китай. Однако, как свидетельствуют данные, полученные из архивных описей, количество фарфора, доставляемое этим путем крайне мало.

2.3 Поступление фарфора в Россию из Европы

во внимание факты, свидетельствующие о составе сухопутных караванов, приезжавших в Россию, можно сказать, что большая часть дальневосточного фарфора поступала из заграницы. В подтверждении этого есть и пример производства фарфоровых изделий по заказу императора по специальному эскизу. Он также был отправлен в Китай через Ост-Индские компании, а не через караваны. «Вначале это были единичные предметы. Затем стали заказывать сервизы - обеденные, кофейные, посуду для чая и шоколада». Первым заказом стали фарфоровые аптекарские сосуды, на тулове которых был изображен двуглавый орел (Илл. 13). Они были изготовлены в Кантоне (ныне Гуанчжоу) - городе, где вели торговлю европейские купцы.

В собрании Государственного Эрмитажа сохранилось также пять тарелок из сервиза, заказанного в годы царствования Елизаветы I (1740-1760е гг.), (см. Илл. 13). Изготовленные в Кантоне (ныне Гуанчжоу), они были вывезены из Китая на судах Голландской Ост-Индской торговой компании. Все тарелки выполнены в одном стиле. Диаметр - 23 см. Надглазурная роспись, с использованием позолоты в исполнении орнаментов на бортах тарелки. В центре - двуглавый орел, выполненный в технике надглазурной полихромной росписи.