Имеется описание природы и сути противостояния Гв индора политике Тэрина в Наргот ронде, о чем в «Сильмариллион е» упомянуто лишь очень кратко (стр. 231). Оно не полностью оформлено в повествование, но может быть представлено так:
Гв индор всегда выступал против Тэрина на совете Короля, говоря, что был в Ангбанде и знает кое-что о мощи Моргот а и о его повадках.
-- Малые победы окажутся в конце концов бесполезными, -- сказал он. -- Ибо так Моргот узнаёт, где самые опасные его враги, и собирает силу, достаточную, чтобы уничтожить их. Всей соединенной мощи эльфов и Эдайна хватит лишь на то, чтобы удерживать его чтобы держать долгую осаду и вправду долгую, но лишь до той поры, пока Моргот не пробудится и не сломает заслоны да и не может быть создан такой союз. Лишь в скрытности теперь наша надежда пока не придут Валары.
-- Валары? -- переспросил Тэрин. -- Они бросили вас, и людей они презирают. Что толку смотреть на Запад за бескрайнее Море? Есть один лишь Вала, с которым мы имеем дело, и это Моргот и если мы так и не сможем победить его, то сможем хотя бы нанести ему урон и унизить его. Ибо победа есть победа, как ни мала она, и цена ее не только лишь в том, что происходит из нее. Но есть от нее и выгода, ибо, если вы не станете ничего делать, чтобы остановить его, то не много пройдет лет прежде, чем весь Белерианд падет под тень его, и он выкурит вас с ваших земель одного за другим. А что потом? Жалкие остатки побегут на юг и на запад и покроют берега Моря, попав в тиски между Моргот ом и Оссэ Ossл. Лучше уж отвоевать себе время славы, пусть оно будет коротким ибо конец не будет хуже. Ты говоришь о скрытности и говоришь, что лишь в ней надежда но если бы ты даже мог выследить и отловить всех лазутчиков Моргот а до последнего, чтобы ни один не вернулся с донесением в Ангбанд, уже по этому он узнал бы, что ты живешь, и догадался бы, где. И вот что еще скажу: хоть жизнь смертных людей и мала перед жизнью эльфов, они лучше проведут ее в борьбе, чем побегут или сдадутся. Противление Хэрина Т алиона Thalion -- великое деяние и хоть убей Моргот совершившего это, ему не стереть деяния. Сами Владыки Запада почтят то дело и разве не вписано оно в историю Арды, из которой ни Моргот , ни Манв е Manwл ничего не могут стереть?
-- Ты говоришь о высоком, -- ответил Гв индор, -- и видно, что ты жил среди Эльдара. Но мрак охватил тебя, если ты ставишь рядом Моргот а и Манв е или говоришь о Валарах как о врагах эльфов или людей ибо Валары никого не презирают, и менее всего -- Детей Илэватара. И не знаешь ты всех надежд Эльдара. Есть у нас пророчество, что однажды посланец из Средиземья проберется через тени в Валинор, и Манв е услышит, а Мандос смягчится. До того времени не должно ли нам сохранить семя Нолдора, и Эдайна также? И Кърдан Cнrdan живет сейчас на Юге, и там строятся корабли а что знаешь ты о кораблях и о Море? Ты думаешь о себе и о своей славе, и от нас требуешь того же но мы должны думать и о других, кроме себя, ибо не все могут сражаться и пасть, и их мы должны охранять от войны и разрушения, пока можем.
-- Так отправьте их на ваши корабли, пока есть еще время, -- сказал Тэрин.
-- Они не расстанутся с нами, -- сказал Гв индор, -- даже если бы Кърдан мог принять их. Мы должны держаться вместе столько, сколько сможем, а не приветствовать смерть.
-- На все это уже отвечал я, -- сказал Тэрин. -- Доблестная защита границ и мощные удары врасплох: вот надежда лучше твоего держания вместе. А разве те, о ком ты печешься, любят больше того, кто прячется по лесам и рыскает, словно волк, чем того, кто надевает свой шлем, берет расписной щит и гонит врагов, будь их хоть много больше, чем своего войска? По крайности, женщины Эдайна не таковы. Они не удерживали мужей от Нирнаэт а Арноэдиад.
-- Но им было горше, чем если бы не было этой битвы вовсе, -- сказал Гв индор.>>
Линия любви Финдуилас к Тэрину также была разработана полнее:
Финдуилас дочь Ородрет а была золотоволоса, как и весь дом Финарфина, и Тэрину понравилось бывать на глазах у нее и в ее обществе ибо она напоминала ему его род и женщин Дор-Лумина в доме его отца. Сперва он встречал ее только вместе с Гв индором но потом она стала искать его, и они встречались порою наедине, хотя эти встречи всегда казались случайными. Она расспрашивала его об аданах, которых видела она мало и редко, и о его стране и его родичах.
И Тэрин говорил с ней об этом свободно, хотя и не называл страну, где родился, и никого из родичей своих и однажды сказал ей:
-- Была у меня сестра, Лалайт Lalaith, или так я называл ее и ты напомнила ее мне. Но Лалайт была ребенком, золотым цветком на зеленой весенней траве а живи она сейчас, наверно, горе омрачило бы ее. Ты же царственна, и словно золотое дерево хотел бы я, чтобы у меня была такая прекрасная сестра.
-- Но и ты царственен, -- отвечала она, -- словно из народа Финголфина хотела бы я, чтобы у меня был такой доблестный брат. И не думаю я, что Агарв аэн Agarwaen -- истинное имя твое не подходит оно тебе, Аданэд эль Adanedhel. Я назову тебя Т урин Thurin, Тайна.
Тэрин был поражен этим, но сказал:
-- Это не мое имя и я не царь, ибо цари наши -- эльдары, а я -- нет.
Потом Тэрин стал замечать, что Гв индор становится холоден к нему и недоумевал он также оттого, что тот, сперва было избавившийся от горя и ужаса Ангбанда, теперь снова, казалось, погружается в печаль и тяготы. И подумал он: может быть, горько Гв индору, что я отвергаю его советы и превзошел его жаль, если так. Ибо Тэрин любил Гв индора, своего учителя и целителя, и был полон сочувствия к нему. Но в эти дни сияние Финдуилас также омрачилось, и шаги ее стали тяжелее, а лицо погрустнело и Тэрин, чувствуя это, решил, что слова Гв индора посеяли в ее сердце страх того, что может случиться.
На самом же деле Финдуилас была в тяжелых раздумьях. Ибо она чтила Гв индора, и жалела его, и не хотела ни слезинки добавить к его страданиям но любовь ее к Тэрину росла день ото дня против ее воли и думала она о Берене и Лучиэни Lъthien. Но не похож был Тэрин на Берена! Он не обижал ее и был рад ей но она знала, что в нем нет той любви, какой желала она. Сердце его и душа были где-то далеко, на весенних ручьях далекого прошлого.
И Тэрин нашел Финдуилас и сказал ей:
-- Пусть речи Гв индора не пугают тебя. Он страдал во мраке Ангбанда а такому доблестному мужу тяжко перенести такие увечья и муки в неволе. Ему нужно все утешение и долгое время для исцеления.
-- Я знаю это прекрасно, -- сказала она.
-- Но мы отвоюем ему это время! -- сказал Тэрин. -- Наргот ронд будет стоять! Никогда больше Моргот Трусливый не выйдет из Ангбанда, и вся сила его -- в его слугах так говорит Мелиан в Дориат е. Они -- пальцы на его руке, и мы будем бить его по пальцам и резать их, пока он не спрячет свои когти. Наргот ронд будет стоять!
-- Возможно, -- отвечала Финдуилас. -- Он будет стоять, если тебе удастся это. Но будь осторожен, Адэнэд ель Adenedhel i тяжело у меня на сердце, когда ты уходишь на битву, как бы не лишился тебя Наргот ронд.
И после того нашел Тэрин Гв индора и сказал ему:
-- Гв индор, дорогой друг, ты снова ходишь в печали не надо! Ибо ты исцелишься в домах твоих родичей и в свете Финдуилас.
Гв индор же посмотрел на Тэрина, но ничего не сказал, и лишь туча омрачила его.
-- Почему ты так смотришь на меня? -- спросил Тэрин. -- Часто в последнее время ты бросаешь на меня странные взгляды. Чем я опечалил тебя? Я выступаю против твоих советов но мужчина должен говорить, как думает, а не прятать свою правду для тайных пересудов. Хотел бы я, чтобы мы думали одно ибо я перед тобой в великом долгу, и не забуду его.
-- Не забудешь? -- переспросил Гв индор. -- Меж тем дела твои и твои советы переменили мой дом и моих родичей. Твоя тень лежит на них. С чего мне радоваться, если ты отнял у меня все?
Но Тэрин не понял этих слов, и лишь подумал, что Гв индор завидует его месту в делах и душе Короля.>>
Дальше следует отрывок, в котором Гв индор предостерегает Финдуилас от любви к Тэрину, рассказав ей, кто такой Тэрин, и этот отрывок во многом совпадает с текстом «Сильмариллион а». Но под конец речи Гв индора Финдуилас отвечает ему гораздо более распространенно, чем в других версиях.
-- Тебе застит глаза, Гв индор, -- сказала она, -- ты не видишь или не понимаешь, что происходит. Неужели же мне придется взять на себя двойной позор и открыть тебе истину? Я люблю тебя, Гв индор, и стыжусь, что люблю не больше, но поддалась любви, которая еще сильнее, от которой мне не уйти. Я не искала ее и долго боролась с ней. Но как мне жаль твоих страданий, так сжалься и ты над моими. Тэрин не любит меня и не полюбит никогда.
-- Ты говоришь так, -- сказал Гв индор, -- чтобы снять вину с того, кого любишь. Зачем же он ходит за тобой, и сидит с тобой столько времени, и уходит радостный?
-- И ему нужно утешение, -- отвечала Финдуилас, -- а он лишен всех родичей своих. У вас обоих свои тяготы. Что же мне, Финдуилас? Не достаточно ли того, что я изливаю душу свою перед тобой, нелюбимым, и ты еще говоришь, что я обманываю?
-- Нет, нелегко женщине обмануться в таком деле, -- сказал Гв индор. -- И немногие станут отрицать, что любимы, если это правда.
-- Если из нас троих кто неверен, так это я но не по своей воле. Но что же твой рок и твои речи об Ангбанде? Что смерть и гибель? Аданэд ель могуч в сказании Мира, и доберется он еще до Моргот а однажды в грядущем.
-- Он горделив, -- сказал Гв индор.
-- Но также и милосерден, -- возразила Финдуилас. -- Он еще не пробудился, но жалость может войти в его сердце, и он никогда не отринет ее. Может быть, только жалость и станет дверями к его душе. Но не жалеет он меня. Мне страшно за него, словно я и королева, и мать ему!
Быть может, истинно говорила Финдуилас, глядя зоркими глазами эльдаров. Тэрин же, не зная о том, что было между Гв индором и Финдуилас, тем нежнее становился с ней, чем она становилась печальнее. Но однажды Финдуилас сказала ему:
-- Т урин Аданэд ель, зачем ты скрывал от меня свое имя? Знай я, кто ты, я чтила бы тебя не меньше, но лучше поняла бы горе твое.
-- О чем ты? -- спросил он. -- Кем ты считаешь меня?
-- Тэрином сыном Хэрина Т алиона, предводителем Севера.>>
И тогда Тэрин упрекнул Гв индора в том, что он выдал его истинное имя, как об этом сказано в «Сильмариллион е», стр. 230.
Еще один отрывок из этой части повествования существует в форме более полной, чем в «Сильмариллион е» (о Тумхаладской битве и разграблении Наргот ронда других записей нет тогда как разговор Тэрина и Дракона записан в «Сильмариллион е» настолько полно, что навряд ли он был более полно представлен где-то еще). Это отрывок, дающий более полное описание прихода эльфов Гельмира и Арминаса в Наргот ронд в год его гибели («Сильмариллион », стр. 231) об их случившейся ранее встрече с Туором в Дор-Лумине, о которой упоминается здесь, см. стр. 21-2.
Весной пришли два эльфа, назвавшиеся Гельмиром и Арминасом из народа Финарфина, и сказали, что у них дело к Владыке Наргот ронда. Их привели к Тэрину но Гельмир сказал: «Мы будем говорить с Ородрет ом сыном Финарфина».
Когда же явился Ородрет , Гельмир сказал ему:
-- Владыка, мы были из народа Ангрода и долго странствовали после Дагора Браголлах потом мы жили в народе Кърдана в Устьях Сириона. И однажды он вызвал нас и велел идти к тебе ибо сам Ульмо, Владыка Вод, явился ему и предупредил о великой опасности, что подступила к Наргот ронду.
Ородрет же усомнился в них и спросил в ответ:
-- Почему же вы пришли с севера? Или были у вас и другие дела?
На это Арминас ответил:
-- Владыка, еще с Нирнаэт а я все время искал сокрытое королевство Тургона и не нашел его и боюсь теперь, что в этом поиске я откладывал наше поручение слишком долго. Ибо Кърдан послал нас вдоль берега на корабле для скрытности и скорости, и нас высадили на берег в Дренгисте. А среди моряков были те, что пришли на юг в давние года посланцами Тургона, и мне показалось из их тайной речи, что, может быть, Тургон все еще живет на Севере, а не на Юге, как думают почти все. Но мы не нашли ни знака, ни слуха о том, чего искали.
-- Зачем вы искали Тургона? -- спросил Ородрет .
-- Потому что сказано, что его королевство дольше всех будет стоять против Моргот а, -- ответил Арминас.
И эти слова показались Ородрет у дурным знамением, и не понравилось ему все это.
-- Тогда не мешкайте в Наргот ронде, -- сказал он, -- ибо здесь вы не услышите о Тургоне ничего нового. А о том, что Наргот ронд в опасности, я знаю и сам.
-- Не сердись, господин, -- сказал Гельмир, -- на то, что мы отвечаем на твои вопросы правдиво. А то, что уклонились мы с прямого пути сюда, было небесполезно, ибо мы прошли дальше, чем самые дальние разведчики мы прошли Дор-Лумин и все земли под сенью Эреда В эт рин и обследовали русло Сириона, выслеживая пути Врага. Множество орков и созданий зла собирается в тех местах, и большое воинство -- на Сауроновом острове.
-- Я знаю это, -- сказал Тэрин. -- Прогоркли ваши новости. Если был смысл в послании Кърдана, лучше бы оно шло побыстрее.
-- Ну да хоть сейчас услышишь ты послание, господин, -- сказал Гельмир Ородрет у. -- Слушай же слова Владыки Вод! Так сказал он Кърдану Корабельщику: «Северное Зло отравило истоки Сириона, и сила моя уходит из пальцев текущей воды. Но еще худшее случится. Потому скажите Владыке Наргот ронда: “Закрой двери крепости и не выходи наружу. Брось камни гордыни своей в бурную реку, чтобы ползучее зло не нашло ворот.”«
Темными показались эти слова Ородрет у, и он повернулся, как обычно, за советом к Тэрину. Тэрин же не поверил посланцам и сказал с обидой:
-- Что знает Кърдан о наших войнах, о тех, кто живет рядом с Врагом? Пусть моряк смотрит за своими кораблями! Если же вправду Владыка Вод шлет нам совет, то пусть говорит яснее. Ибо сейчас, кажется, лучше нам тут собрать всю силу и смело выступить навстречу врагу, пока он не подошел слишком близко.
Гельмир поклонился Ородрет у и сказал: