Материал: doc20160122-135800

<1> В редакции Закона Республики Молдова от 22 декабря 2013 г. N 315 // СПС "Законодательство стран

СНГ".

Согласно ст. 21 (3) УК РМ юридическое лицо (за исключением органов публичной власти) привлекается к уголовной ответственности за деяние, предусмотренное уголовным законом, при наличии одного из следующих условий:

1)юридическое лицо виновно в невыполнении или ненадлежащем выполнении прямых законодательных предписаний, устанавливающих обязанности или запреты относительно осуществления определенной деятельности;

2)юридическое лицо виновно в осуществлении деятельности, не соответствующей предусмотренной в учредительных документах или заявленным целям;

3)деяние, причиняющее или создающее реальную опасность причинения ущерба в значительных размерах личности, обществу или государству, было совершено в интересах этого юридического лица или было допущено, санкционировано, утверждено, использовано органом или лицом, наделенным функциями руководства данным юридическим лицом.

Виды наказания для юридических лиц уголовный закон Молдовы определяет в той же самой главе Общей части, что и для физических лиц (гл. VII). В соответствии с УК РМ к юридическим лицам могут применяться следующие виды наказания:

1)штраф (ст. ст. 63 (a), 64 (4)). Размер штрафа для юридических лиц устанавливается с учетом характера и тяжести совершенного преступления и размера причиненного ущерба, а также финансово-экономического положения юридического лица в пределах от 500 до 20 тыс. условных единиц. В случае злостного уклонения юридического лица от уплаты установленного штрафа судебная инстанция может заменить неуплаченную сумму штрафа обращением взыскания на имущество;

2)лишение права заниматься определенной деятельностью (ст. ст. 63 (b), 73). Лишение юридического лица права заниматься определенной деятельностью состоит в установлении запрета заключать определенные сделки, выпускать акции или иные ценные бумаги, получать субсидии, льготы и другие блага от государства или осуществлять иные виды деятельности. Лишение права заниматься определенной деятельностью может быть ограничено определенной территорией или определенным периодом года и назначается на срок до пяти лет или на неограниченный срок;

3)ликвидация (ст. ст. 63 (c), ст. 74). Ликвидация юридического лица состоит в его роспуске и наступлении последствий, предусмотренных гражданским законодательством. Ликвидация юридического лица назначается в случае, когда судебная инстанция констатирует, что тяжесть совершенного преступления чрезвычайно велика, и требует применения самой строгой из имеющихся в законодательстве мер.

Ответственность юридических лиц за свершение коррупционных преступлений закрепляется во многих уголовно-правовых нормах Особенной части УК Молдовы. Например, за предложение или предоставление избирателю денег, имущества, услуг или иных выгод в целях побуждения его к осуществлению своих избирательных прав в рамках парламентских, местных выборов или референдума юридические лица наказываются штрафом в размере от 3000 до 5000 условных единиц с лишением права заниматься определенной деятельностью или ликвидацией юридического лица (п. 1 ст. 181-1). Обещание, предложение или предоставление лицу лично или через посредника имущества, услуг, преимуществ или выгод, полученных от торговли влиянием, для него или для другого лица, в случае, когда данное лицо имеет или утверждает, что имеет влияние на публичное лицо, лицо, исполняющее ответственную государственную должность, иностранное публичное лицо, международного служащего, с целью побудить его к выполнению или невыполнению, затягиванию или ускорению выполнения действия при исполнении им своих служебных обязанностей, независимо от того, совершены такие действия или нет, влечет для юридического лица штраф в размере от 4 тыс. до 6 тыс. условных единиц или условных единиц с лишением права заниматься определенной деятельностью (п. 1 ст. 326-1).

Сравнительно недавно вопрос о введении в уголовное законодательство института уголовной ответственности юридических лиц получил положительное решение в национальном праве Украины <1>. С 1 сентября 2014 г. вступают в силу изменения и дополнения в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство Украины в части установления уголовной ответственности юридических лиц, предусмотренные Законом Украины от 23 мая 2013 г. N 314-VII "О внесении изменений в некоторые

законодательные акты Украины (относительно выполнения Плана действий по либерализации Европейским союзом визового режима для Украины относительно ответственности юридических лиц)"

<2>. Этот Закон дополнил Общую часть УК Украины новым разделом XIV.1 "Меры уголовно-правового характера в отношении юридических лиц", которые применяются в том числе и за совершение коррупционных преступлений. Так, в перспективе внесенных изменений при применении к юридическому лицу мер уголовно-правового характера должны применяться общие правила, предусмотренные ст. 96.10 УК Украины. Так, судам следует учитывать степень тяжести совершенного уполномоченным лицом преступления, степень

осуществления преступного намерения, размер причиненного вреда, характер и размер неправомерной выгоды, которая получена или могла бы быть получена юридическим лицом, а также принимаемые юридическим лицом меры по предотвращению преступления.

--------------------------------

<1> См.: Лафитский В.И., Семыкина О.И. Уголовная ответственность юридических лиц в отечественном законодательстве: к истории вопроса "pro et contra" // Журнал зарубежного законодательства и сравнительного правоведения. 2013. N 5(42). С. 868; Лафитский В.И., Семыкина О.И. Уголовная ответственность юридических лиц в отечественном законодательстве: к истории вопроса "pro et contra" // Журнал российского права. 2014. N 2. С. 5 - 13.

<2> Спецiальна Колегiя з питань боротьби з та органiзованою злочиннiстю.

Под уполномоченными лицами юридического лица понимаются должностные лица юридического лица, а также другие лица, которые согласно закону, учредительным документам юридического лица или договору имеют право действовать от имени юридического лица (примечание 1 к ст. 96.3 УК Украины).

Основанием для применения к юридическому лицу мер уголовно-правового характера (п. 1 ч. 1 ст. 96.3 УК Украины) будет служить совершение ее уполномоченным лицом от имени и в интересах юридического лица таких коррупционных преступлений, как легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем (ст. 209 УК Украины), подкуп служебного лица юридического лица частного права независимо от организационно-правовой формы (ч. 1 ст. 368.3 УК Украины), подкуп лица, предоставляющего публичные услуги (368.4 УК Украины), предложение или предоставление неправомерной выгоды служебному лицу (ст. 369 УК Украины), злоупотребление влиянием (ст. 369.2 УК Украины). Эти преступления признаются совершенными в интересах юридического лица в случае их направленности на получение неправомерной выгоды или создания условий для получения такой выгоды, а равно на уклонение от предусмотренной законом ответственности (примечание 2 к ст. 96.3 УК Украины).

Меры уголовно-правового характера могут быть применены судом к предприятиям, учреждениям или организациям, кроме государственных органов, органов местного самоуправления, организаций, созданных ими в установленном порядке, которые полностью содержатся за счет государственного бюджета или местного бюджета, фондов общеобязательного государственного социального страхования, фонда гарантирования вкладов физических лиц, а также международных организаций (ст. 96.4 УК Украины). Основанием для освобождения юридического лица от применения мер уголовно-правового характера признается истечение сроков давности применения к нему мер уголовно-правового характера со дня совершения уполномоченным лицом преступления и до дня вступления приговора суда в законную силу (ст. 96.5 УК Украины).

За совершение уполномоченным лицом в интересах юридического лица легализации доходов, полученных преступным путем, к юридическим лицам применяются следующие меры уголовно-правового характера:

1)штраф (п. 1 ч. 1 ст. 96.6 УК Украины). Штраф является основной мерой уголовно-правового характера

иприменяется судом в зависимости от степени тяжести преступления, совершенного уполномоченным лицом юридического лица, в размерах, установленных в ст. 96.7 УК Украины:

- за преступления небольшой тяжести - от 5 тыс. до 10 тыс. необлагаемых минимумов доходов граждан; - за преступления средней тяжести - от 10 тыс. до 20 тыс. необлагаемых минимумов доходов граждан; - за тяжкие преступления - от 20 тыс. до 50 тыс. необлагаемых минимумов доходов граждан; - за особо тяжкие преступления - от 50 тыс. до 75 тыс. необлагаемых минимумов доходов граждан.

Например, легализация доходов, полученных преступным путем, признается в УК Украины тяжким (ч. 1 ст. 209) либо особо тяжким (ч. ч. 2, 3 ст. 209) преступлением. Соответственно, юридическому лицу за совершение этих деяний может назначаться штраф в размере от 20 тыс. до 50 тыс. необлагаемых минимумов доходов граждан (в случае совершения тяжкого преступления) и от 50 тыс. до 75 тыс. необлагаемых минимумов доходов граждан (при совершении особо тяжкого преступления).

С учетом имущественного положения юридического лица суд может назначить штраф с рассрочкой выплаты определенными частями на срок до трех лет (ч. 3 ст. 96.7 УК Украины);

2) конфискация имущества (п. 2 ч. 1 ст. 96.6 УК Украины). Конфискация имущества является дополнительной мерой уголовно-правового характера, состоит в принудительном безвозмездном изъятии в собственность государства имущества юридического лица и применяется судом в случае ликвидации юридического лица в соответствии с УК Украины (ст. 96.8 УК Украины) <1>.

--------------------------------

<1> Ликвидация юридического лица признается основной мерой уголовно-правового характера и

применяется судом в только случае совершения преступлений, предусмотренных ст. ст. 258 "Террористический акт", 258.1 "Вовлечение в совершение террористического акта", 258.2 "Публичные призывы к совершению террористического акта", 258.3 "Создание террористической группы или террористической организации", 258.4 "Содействие совершению террористического акта", 258.5 "Финансирование терроризма" УК Украины (ст. ст. 96.6, 96.9 УК Украины).

Мерой обеспечения конфискации имущества является его арест (ст. 170 УПК Украины). Арестом имущества является временное лишение подозреваемого, обвиняемого или лиц, которые в силу закона несут гражданскую ответственность за ущерб, нанесенный деяниями подозреваемого, обвиняемого или недееспособного лица, совершившего общественно опасное деяние, а также юридического лица, в

отношении которого осуществляется производство, в случае, когда к такому юридическому лицу может быть применена мера уголовно-правового характера в виде конфискации имущества либо в виде возможности отчуждать определенное имущество по определению следственного судьи или суда до отмены ареста имущества в порядке, установленном УПК Украины.

Закон Украины от 23 мая 2013 г. N 314-VII дополнил ст. 214 ("Начало досудебного расследования") УПК Украины принципиально важным для обеспечения конфискации преступных доходов положением. Новая ч. 8 этой статьи устанавливает обязанность следователя или прокурора незамедлительно после вручения лицу уведомления о подозрении в совершении от имени и в интересах юридического лица преступления, предусмотренного ст. 209 УК Украины, вносить в Единый реестр досудебных расследований сведения о юридическом лице, в отношении которого могут применяться меры уголовно-правового характера.

С приведенным указанием корреспондируют изменения, внесенные в ст. 284 ("Закрытие уголовного судопроизводства и производство в отношении юридического лица") УПК Украины. Так, на основании вновь введенной ч. 3 ст. 284 УПК Украины производство в отношении юридического лица подлежит закрытию в случае констатации отсутствия оснований для применения к нему мер уголовно-правового характера, закрытия уголовного производства, вынесения оправдательного приговора в отношении уполномоченного сотрудника юридического лица, которое подозревалось (обвинялось) в совершении преступления, предусмотренного ст. 209 УК Украины, а также в случае ликвидации юридического лица или истечения сроков давности применения к нему мер уголовно-правового характера.

Таким образом, как и в ряде стран дальнего зарубежья, в уголовном законодательстве стран СНГ (в частности, Азербайджана, Молдовы и Украины) комплекс мер уголовно-правового воздействия на юридических лиц включает в себя, как правило, одинаковые санкции: штраф; запрет юридическому лицу заниматься определенными видами деятельности; ликвидацию юридического лица; конфискацию доходов или имущества юридического лица и предметов, полученных преступным путем.

Глава 5. ОРГАНЫ УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ <1>

--------------------------------

<1> Настоящая глава подготовлена в соавторстве И.С. Власовым, Н.А. Головановой, В.Ю. Артемовым, С.П. Кубанцевым, А.А. Куликовой, А.Ю. Заксон, Л.С. Чернухиной.

В Германии нет специальных органов расследования и специальных судов по делам о коррупции. Поэтому можно говорить лишь о тех или иных особенностях досудебного, судебного и постсудебного производства по таким делам. Как и в большинстве других стран, производство по уголовным делам в Германии делится на три большие стадии с различными задачами: предварительное расследование (в Германии оно осуществляется в форме дознания), судебное разбирательство, производство по обращению судебного приговора к исполнению.

Дознание находится в руках прокуратуры, которая самостоятельно или через полицию старается выяснить, достаточно ли в обстоятельствах дела материалов, чтобы подозревать конкретное лицо в совершении коррупционного преступления. По поступившему сигналу о совершении такого преступления или по собственной инициативе орган дознания должен обязательно установить, есть ли достаточные фактические основания (Anhaltspunkte) в конкретном случае для задержания лица за уголовно наказуемое поведение (ч. 2 § 152 УПК Германии).

Органы дознания в принципе обязаны в соответствии с ч. 2 § 152 и § 160 УПК Германии вмешаться, если имеется достаточно фактических данных для преследования преступления. Когда речь идет о коррупционном преступлении, важнейшее значение приобретает так называемое первичное подозрение (Anfangsverdacht), требующее своей тщательной проверки как в юридическом, так и в фактическом аспектах.

Расследуемое коррупционное поведение конкретного лица должно быть вообще по свойствам своим наказуемо, а предпосылки проведения дознания должны быть налицо либо должна существовать возможность их создания. Например, такие возможности обычно отсутствуют, если получение материальной выгоды

взяточником произошло более пяти лет назад, вследствие чего уголовное преследование данного деяния погашается за давностью. Это юридический аспект вопроса.

Что касается фактического аспекта, то это означает, что подозрение в основе своей должно основываться на фактах, а не на голых догадках. На основании таких фактов с привлечением криминалистического опыта может быть сделан вывод, что коррупционное преступление совершено. Если проверка обстоятельств дела в обоих указанных выше аспектах закончилась позитивно, то без лишних формальностей начинается собственно уголовно-процессуальное дознание с применением таких его специфических способов (мер), как задержание, обыск, арест, допросы и проч. В начале дознания прокуратура или полиция ограничиваются косвенной проверкой наличия каких-либо индикаторов коррупционного поведения (например, опрос руководства и сотрудников по месту работы).

Если первичное подозрение в совершении коррупционного деяния подтверждается, тогда органы уголовного преследования применяют весь доступный арсенал мер дознания, чтобы получить как можно более полную картину обстоятельств дела.

Поскольку коррупционные преступления, по убеждению немецких юристов, являются преступлениями без потерпевшего, о чем уже говорилось выше, то оба его участника (дающий и берущий выгоду) стоят на стороне виновного, вследствие чего традиционная модель получения доказательств преступления через поступившие доносы не срабатывает. Тем не менее можно назвать некоторые вытекающие из этого особенности предварительного расследования коррупционных дел в Германии.

Хотя прямые доносы по коррупционным делам почти исключаются, их место занимает получение указаний (намеков) относительно коррупционных деяний (Hinweisgewinnung). Они могут таиться в уже расследованных прежде делах, они могут быть получены в результате допросов свидетелей или обвиняемых, наконец, они могут поступить в результате случайной находки во время проведения обысков, причем не только намеки, но и прямые доказательства приношений должностному лицу. Чаще всего это бывают анонимные указания и намеки, передаваемые в органы уголовного преследования. Почвой для таких безымянных намеков является то, что их авторы нередко принадлежат к ближайшему окружению виновного и опасаются профессионального или персонального для себя ущерба. И, разумеется, анонимные сообщения всегда требуют очень тщательной проверки, чтобы исключить возможность ложного доноса.

Частой проблемой является скудная содержательность таких сообщений. Обычно в них фигурируют лишь предположения, в которых нет зацепки для проведения дальнейшей проверки подозрений, тем более что встречные вопросы для выяснения обстоятельств здесь невозможны, и прокуратура, как правило, не может на такой зыбкой основе продолжать дознание.

В связи с получением указаний (намеков) на совершение коррупционных преступлений германские авторы приводят пример WEB-базирующейся системы приема и учета указаний (намеков) на коррупцию, созданной сравнительно недавно в антикоррупционной службе правительства германской земли Нижняя Саксония. Такая система призвана положить конец именно страхам тех, кто посылает эти указания, принимая в расчет данные о том, насколько необходима следователям и дознавателям коммуникация с этими людьми. Последние могут даже выйти в Интернет и оттуда послать свои сообщения. Кроме того, почтовый ящик в Интернете, установленный этой службой, позволяет органам дознания направлять свои вопросы лицам, приславшим сообщения о коррупции, чтобы получить на них ответ при следующем посещении Интернета авторами сообщений. Это - путь к диалогу, ибо данные авторы не обязаны сообщать свой адрес и поэтому ничем не рискуют при оказании потенциально ценной помощи органам, расследующим коррупционные деяния <1>.

--------------------------------

<1> См.: , Stark C. und Chwojka R. Op. cit. P. 119, 120.

Еще одним средством проведения эффективного расследования коррупционных деяний являются проверки учреждений финансового ведомства, в ходе которых могут быть получены сведения, дающие основания к возбуждению дознания по факту коррупции. Тем более что подношения подарков должностному лицу больше не рассматриваются германским финансовым правом как необлагаемые производственные расходы. С другой стороны, такие подношения подобно другим имущественным поступлениям в адрес берущего лица ведут к увеличению суммы его налогообложения.

К тому же финансовые органы в силу п. 10 ч. 5 § 4 Закона о подоходном налоге обязаны давать соответствующую информацию органам уголовного преследования. На страницах печати раздаются требования ввести как принцип для всех ведомств и учреждений в сфере государственного управления всеобщую обязанность сообщать информацию о признаках коррупции, как это уже сделано, например, в случаях подозрения в совершении субвенционного мошенничества (§ 6 Закона о субвенциях от 29 июля 1976 г., см. также § 264 УК Германии).

Всем государственным учреждениям важно знать порядок действий в борьбе с коррупцией, а он

включает и своевременное подключение к этому органов дознания. В некоторых землях Германии обязанности по сообщению информации о коррупции содержатся в административных нормативных актах. Это имеет место, например, в Баварии - п. 5.2 Правительственных директив по борьбе с коррупцией от 13 апреля 2004 г., а также в Тюрингии - п. 9.2 Директив по борьбе с коррупцией в сфере государственного управления Свободного государства Тюрингии от 8 октября 2002 г. Последняя норма гласит: "Каждый сотрудник в сфере государственного управления несет служебную обязанность: в случае конкретного подозрения в коррупции немедленно сообщить о нем руководителю своего учреждения или представителю Антикоррупционного уполномоченного правительства Тюрингии в этом учреждении. Сообщение руководителю учреждения отпадает, если подозрение в коррупции касается его самого. Помимо этого, в случае необходимости каждый сотрудник без соблюдения служебной иерархии может обратиться при наличии конкретного подозрения непосредственно к Антикоррупционному уполномоченному правительства Тюрингии, являющемуся одновременно начальником специального подразделения правительства земли по внутренним ревизиям" <1>.

--------------------------------

<1> Данные Директивы примечательны еще и тем, что, отмечая в преамбуле отсутствие в действующем законодательстве дефиниции коррупции, они ссылаются на дефиницию, выработанную Исследовательской группой специалистов уголовного права и криминологов Германского уголовного розыска (Bundeskriminalamt), которая приводилась нами в данной главе выше. Что касается Антикоррупционного уполномоченного правительства Тюрингии, о котором в этих Директивах идет речь, то его бюро является самостоятельным подразделением в системе МВД этой земли, подчиненным непосредственно ее правительству.

В сфере борьбы с коррупцией в Германии довольно редко случается явка с повинной (зато она очень характерна для сферы предварительного расследования налоговых преступлений). Тем не менее такой феномен иногда встречается и при совершении коррупционных преступлений, в особенности тогда, когда у подозреваемого от страха ответственности сдают нервы. Однако, хотя для сферы коррупции, где все участники связаны обетом молчания, такого рода страх, как видим, нехарактерен, все же, как утверждают некоторые, "виновный обеспечивает себе таким путем совсем не слабую основу для смягчения наказания в отсутствие персональных оснований для освобождения его от наказания" <1>.

--------------------------------

<1> См.: , Stark C. und Chwojka R. Op. cit. P. 122.

Если проведенная органами полиции и прокуратуры проверка первичных подозрений подтвердила их, необходимы дальнейшие мероприятия по выяснению обстоятельств содеянного. Эти меры дознания должны быть тщательно подготовлены прокуратурой и в конкретном случае согласованы с иными ведомствами - по правилу, которое сложилось в процессе многолетней борьбы с коррупцией и стало всеобъемлющим для германских органов дознания: всегда наступать широким фронтом и как можно более скрытно.

Определенную сложность в этом плане представляют допросы свидетелей, в особенности тех, кто доставил по просьбе виновного приношение должностному лицу, ибо существует определенный риск того, что станет известным факт возбуждения предварительного производства по делу и это может затруднить дальнейшее проведение дознания по делу о коррупции. Избежать такого риска, по мнению практиков из германских правоохранительных органов, может помочь только тесная временная связь с дальнейшими мероприятиями по дознанию и предупреждение свидетелей об их возможной уголовной ответственности, если они передадут информацию о допросе виновному.

Особое значение при расследовании дел о коррупционных преступлениях придается предварительному заключению (предварительному аресту). Подозреваемые социально интегрированы в общество и исключительно тяжело переносят обычно ситуацию ареста, ибо большинство из них, по данным статистики, прежде не привлекались к уголовной ответственности. У этих людей возникает ранняя и кратковременная готовность к высказываниям, показаниям, чем пользуются как следователи органов дознания, так и сторона защиты, чтобы собрать побольше материалов в пользу своего подзащитного.

Кроме того, в этой стадии опасность побега в качестве основания предварительного ареста уступает опасности создания находящимся на свободе трудностей при расследовании уголовного дела (см. § 112 УПК Германии).

Наконец, германские правоохранительные органы считают по делам о коррупции в Германии чрезвычайно необходимым наблюдение (слежку) за телекоммуникацией, включая подслушивание телефонных разговоров. Коррупцию в этой стране расценивают именно как коммуникационный деликт <1>. Но в этой связи органы дознания должны знать и реализовать все права, которые процессуальный закон предоставляет им для раскрытия коррупционных преступлений. Согласно же § 100a УПК Германии слежка за средствами связи допустима лишь тогда, когда имеется подозрение в совершении одного из преступлений, перечисленных в этой норме (Katalogtat). Коррупционные деликты в этот каталог-перечень включены довольно