Логика субстанции и логика процесса |
47 |
необходимость теплоте; двигатель, передающий необходимость движению; первоэлементы, передающие необходимость телам; материя и форма, передающая необходимость первоэлементам; небесные тела, передающие необходимость материи и форме.. Эта лестница передачи необходимости должна восходить к Богу — к тому первому, что обеспечивает действенность всего.. Миропорядок с этой точки зрения — это система действий, система передачи необходимо сти: именно необходимость, точнее даже «передача необходимости» (т. е. процесс), — центральный термин, именно он показывает, на чем зиждется устройство мира..
П-прочтение дает стройную интерпретацию всему терминологиче скомусписку,ивэтомсмыслеоно—ссубъективнойточкизрения—бо- леепредпочтительно..СостороныС-интерпретаторанаэтовсегдамож- но возразить, что список терминов формируется на основе прочтения,
ане наоборот.. П-прочтение иначе расставляет акценты: оно начинает не с материи и формы, а с действ[ован]ия — с передачи необходимости (помним, что необходимость была маргинализирована в С-прочтении, тогдакакП-прочтениеотводитейцентральноеместо)..Правда,кажется несколько искусственным считать материю и форму действователем,
апервоэлементы — претерпевающим; однако, если последовательно принять П-парадигму, то эта непривычность вскоре будет преодолена.. П-интерпретатор скажет, что в данном случае мы видим, как содержание С-философии (аристотелизм) преобразуется в П-мышлении, как оно подгоняется под априорные требования П-парадигмы..
Пойдем дальше.. Возьмем следующий отрывок текста, в котором речьидетобожественныхатрибутах..Толькочтопроанализированный отрывок заканчивался утверждением о том, что «ничтойность Бога невозможна».. Иначе говоря, Бог должен как-то присутствовать в той картине мира, которую рисует ал Кирма ни ; и даже не «как-то», а решающим образом, поскольку без него невозможен был бы и весь мир.. Но что можно сказать о Боге? — ведь любое высказывание представ- ляетсобойсубъект-предикатнуюконструкцию,допределаурезанным случаем которой будут простейшие высказывания, приписывающие Богу какой-либо атрибут, например, высказывание «Бог — сущий»..
Мы покажем на примере одного атрибута, как это (приписывание Богу атрибутов.. — А. С.) приводит к невозможному, из чего будет следовать тот же вывод для всех остальных атрибутов.. Итак, мы скажем: существование — один из атрибутов; утверждение, что оно должно быть приписано Всевышнему как истинный атрибут, приводит с необходимостью к выводу о том, что у Него есть, во-первых,
48 |
А. В. Смирнов |
Всевышняя самость (да славится Всевышний Бог!), которая имеет су- ществованиекакатрибут,аво-вторых,самсейатрибут,существование, ибо Всевышний — не сей атрибут, а сей атрибут — не Всевышний.. Тогдасейатрибут,приписанныйВсевышнему,неизбежнодолженбыть обусловлен и сделан необходимым (муктади ха ва муджибу ха) либо Его самостью (а она превыше того!), либо чем-то иным.. Если сама Его самость вызывает и обусловливает сей атрибут, то необходимость и обусловленность (иджаб ва иктида’) его будет связана с утверж денностьюэтойсамостисамойпосебе,преждесегоатрибутаибезнего, дабы она могла тогда произвести это действие — вызвать необходимость [атрибута]; а изначальная утвержденность самости означает, что нет ничего ей в том препятствующего и что она не нуждается ни в чем, чтокак-либоуводилобыеевсторонуотэтойутвержденности ..Еслиже самость утверждена без этого атрибута и не нуждается ни в чем, что уводило бы ее в сторону от утвержденности, а существование — атрибут, с которым утвержденность никак не связана, то совершенно ясно, чтодлясамостивэтоматрибутенетнужды(ибосамаонаутверждена), а значит, нет и необходимой потребности (когда бы, обусловливая его, онаприобреталато,чегоунеенебыло)..Акольскороонавнемненуждается и не испытывает в нем необходимости (когда бы, обусловливая его, она приобретала то, чего у нее не было), то и приписывать его Ему как обязательный явно невозможно и не соответствует Его достославности, невозможное же нельзя приписывать Всевышнему..
Это в том случае, если обязательность сего атрибута соотносится с Его самостью, которая утверждена прежде сего атрибута.. Если же приписать этот атрибут Всевышнему таким образом, что самость не будет предшествовать ему по утвержденности, но они будут в том равны, то это вызовет потребность в чем-то ином, что сделало самость особой (так что она — не этот атрибут) и атрибут особым (так чтоон—неэтасамость)—ведьсамостьнесвободнаотсегоатрибу- та,какбылобы,еслибыонаегоделаланеобходимым,носейравный ссамостьюатрибутневызванеюинееюсделаннеобходимым..Тогда получается, что утвержденность самости связана с необходимостью иного; если же необходимо иное, то и о нем придется говорить подобным образом, и так до бесконечности, что явно невозможно..
Итак, если иное, а не Он, вызывает необходимость сего атрибута, то речь пойдет, как мы сказали, до бесконечности, против чего свидетельствует разум, ибо сущее утверждено.. И коль скоро необходимость сего атрибута приводит к тому, что мы показали, а сие ложно, и все атрибуты подобным же образом влекут невозможное, то Всевышний, следовательно, свободен от атрибутов (которые суть под дланью Его творения) и вознесен над ними, Он — действователь их (фа ‘илу ха ) и всех вещей [Кирмани 1983.. С. 151—153]..
Логика субстанции и логика процесса |
49 |
Составим терминологический список для этого отрывка.. В него войдут: атрибут, приписывание атрибута, истинный атрибут, сущест вование, необходимость, вызывать необходимость, самость, утвержденность..
Дадим С-прочтение.. Вообще говоря, сделать это будет непросто, поскольку основная мысль ал Кирма ни здесь заключается в том, что утвержденность и существование принципиально разведены и что самость Бога может обладать утвержденностью, которая ничего не добавляет к ней (утвержденность и есть самость; это и есть оность, с которой мы встречались в предыдущем отрывке), тогда как суще ствование будет дополнительным атрибутом.. Это нарушает привычное понимание термина «существование» в пространстве С-логики.. Однако дополнительные гипотезы сделают даже здесь С-прочтение возможным.. Например, С-интерпретатор может сказать, что под личиной утвержденности скрывается бытие, тогда как существование понимается как нечто внешнее в отношении сущности, имея в виду ту парадигму разведения сущности и существования, которая использовалась в средневековой западной философии.. Такая интерпретация немного хромает, но это можно списать на особенности текста или иные случайные обстоятельства.. При большом желании тут даже можно увидеть аналог тождества сущности и бытия в Боге; правда, это потребует перетолкования терминов (придется понимать утвержденность как бытие), но какая интерпретация обходится без этого? Тогда С-прочтение будет означать, что Бог абсолютен, т.. е.. не может быть описан никаким атрибутом; такой вывод будет вполне комфортен для С-интерпретатора.. Последнее предложение, утверждающее, что Бог — «действователь» всех вещей, будет понято в том духе, что Бог — творец всех вещей (а как это согласуется с общим строем сис-
темы ал Кирма ни — вопрос другой; здесь интерпретатор опять-таки имеет свободу выбора в перетолковании этого высказывания)..
Дадим теперь П-прочтение.. Мы здесь видим то же самое «вызывание необходимости», с которым встретились в первом отрывке.. Атрибут рассматривается не как то, что составляет суть бытия, т.. е.. самого Бога (так дело должно быть понято при С-прочтении), а — изначально — как нечто парное в отношении самости Бога.. Это возможно при П-прочтении (хотя исключается С-прочтением) в том случае, если атрибут понимается как претерпевающее.. В самом деле,
ал Кирма ни ставит вопрос так: что делает атрибут необходимым, — явно используя здесь ту же парадигматику процесса, с которой мы встретились в первом отрывке.. Дальнейшее рассуждение отчетливо
50 |
А. В. Смирнов |
выстроено в заданной П-логике.. Если самость Бога передает необходимостьэтомуатрибуту,значит,онаужеявляетсядействователем;она уже, до всякого атрибута, способна осуществлять процесс передачи необходимости (она утверждена, говорит ал Кирма ни , без этого атрибута и вызывает его необходимость), т.. е.. играть ту роль первоопоры, о которой ал Кирма ни говорил в конце первого процитированного отрывка, — тогда зачем ей атрибут? Он, собственно, и понимается как претерпевающее; как то, что испытывает воздействие Бога, а не обеспечивает это воздействие.. Если же атрибут получает необходимость не от самости Бога, а от чего-то иного, то тогда самость, имеющая данный атрибут, имеет его только потому, что имеется некое иное: здесь опять конечное объяснение опирается на П-логику, требующую действователя как конечное обоснование необходимости того, о чем идет речь; таким действователем и выступает «иное», передающее необходимость атрибуту, который приписан самости Бога.. Но тогда, во-первых, это «иное» также либо имеет атрибут, либо не имеет его; если не имеет, то оно и должно быть названо Богом, а если имеет, то мы возвращаемся к началу рассуждения.. Таким образом, если атрибут понимается как нечто «особое», то он требует действователя для своего объяснения, поскольку является претерпевающим, а таким действователем Бог быть не может..
Отсюда и вытекает невозможность приписать атрибуты Богу — при том, повторю, понимании статуса атрибута (атрибут — результат действия, а не выражение аспекта действователя), которому следует ал Кирма ни .. Последнее высказывание о том, что Бог — действователь и атрибутов, и всех вещей, подтверждает это: атрибуты — предмет его воздействия, он — действователь, они — претерпевающее, а значит, они противоположны ему согласно парадигме фа ‘ил-маф‘у л (действователь-претерпевающее), они никак не могут быть ему «приписаны».. В этом смысл последнего предложения при П-прочтении: здесь все встает на свои места и не требует натянутых допущений..
Так обе логики оказываются возможны (моя гипотеза состоит в том, что они всегда возможны, поскольку таковы закономерности смыслополагания), хотя для того, чтобы быть примененными к тек сту, они требуют допущений разной степени искусственности .. И тем не менее, поскольку исследователь выстраивает «общий смысл» учения, он всегда волен такие допущения ввести..
Однако чем больше пространство текста, который подвергается прочтениювС-иП-логиках,тембольшиммассивомданныхмыобла- даем,чтобысделатьвыборвпользуоднойизнихкакболеевероятной..
Логика субстанции и логика процесса |
51 |
Объективно всегда возможны обе, хотя для самого автора, субъективно, должна была по меньшей мере преобладать только одна (трудно предположить, что он постоянно меняет исходные условия рассуждения, перемещаясь между С- и П-перспективами, хотя чисто теоретически такое невероятное допущение возможно), если не быть исключительной.. В том, что касается ал Кирма ни , мне представляется, что ведущей для него в целом является С-логика, хотя рассуждения в рассмотренных двух отрывках явно предпочтительнее рассматривать как выполненные в П-ключе.. Является ли это в данном конкретном случае следствием общего влияния П-логики, преобладающей в системе арабо-мусульманской культуры, или вызвано другими факторами — решить сейчас невозможно..
ВлияниеС-логикииеекомфортностьдляпостроенийал Кирма ни явно заметны в его описании Первого разума как единой самости, наделенной атрибутами совершенства (см.. [Кирмани 1995.. С. 95—98]).. Вместе с тем в понимании мироздания как движения между двумя Пределами, Первым разумом и Вторым пределом (которому предстоит возникнуть и который завершит историю мира), можно видеть влияние П-логики на аристотелевскую схематику потенциального- актуального,котораяпереосмысленавтерминологиипервого-второго пределов (это переосмысление выражается в том, что здесь начальное и конечное выражены не как состояния одной и той же субстанции, находящейся в становлении и движении к совершенству, а как две независимые субстанции, между которыми и «пролегает» процесс)..
Так можно читать текст ал Кирма ни почти без конца — и, конечно, не только его текст, поскольку предложенная методология прочтения в С- и П-логиках, думаю, универсальна.. Особенно интересно сравнивать словесно совпадающие или почти совпадающие формулировки у разных авторов, например, у ал Кирма ни и Ибн ‘Араби , фигурирующие в контексте одних и тех же проблем (например, божественных атрибутов), но используемые в обосновании очень разных, часто диаметрально противоположных выводов.. Сама по себе такая ситуация не должна вызывать никакого удивления с точки зрения нашей методологии.. Словесная формулировка всегда может быть понята в С-логике и П-логике, причем сама по себе эта формулировка не содержит ничего, что отдавало бы предпочтение одной из логик над другой.. Положения, о которых идет речь (например, о том, что единое по самости может быть множественным по сопряженно стям), часто восходят к античности, однако, попадая в среду мысли, сформированную на основе С- и П-логик, приобретают, естественно,