необходимо доказать при квалификации по п. "б" ч, 2 ст. 105 УК РФ, что цель убийства - либо воспрепятствование правомерной деятельности, либо месть за такую деятельность. В некоторых случаях возникает вопрос о значении промежутка времени с момента осуществления лицом служебной деятельности и до совершения его убийства по мотиву мести. Соглашаясь с профессором С. В, Бородиным, укажем, что ответственность за такое убийство наступает независимо от того, когда были совершены потерпевшим те или иные действия по службе1.
Не вызывает особых трудностей и квалификация убийства по данному признаку с точки зрения субъективной стороны. Данное убийство совершается только с прямым умыслом. Некоторые авторы полагают, что виновный может действовать и с косвенным умыслом2. Такая точка зрения является ошибочной. Виновный действует целенаправленно либо добивается результата, руководствуясь чувством мести. Волевой момент умысла заключается в четком желании наступления смерти потерпевшего.
Убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо с захватом заложника (п. "в" ч. 2 ст. 105 УК РФ).Такой квалифицированный вид убийства включен в УК впервые. Это можно объяснить повышенной общественной опасностью подобных деяний, ростом количества похищений, захватов, сопряженных с тяжкими последствиями. Как правило, похищают и захватывают людей, находящихся в беспомощном состоянии (детей, инвалидов, женщин, а также лиц, находящихся под воздействием алкоголя, снотворного, наркотиков и т.п.).
Судебная практика под беспомощным состоянием понимает такое, при котором потерпевший не может понимать характера и значения совершаемых с ним действий (малолетство, физические или психические недостатки, иное болезненное или бессознательное состояние) или не может оказать сопротивления виновному и последний сознает, что потерпевший находится в таком состоянии. При этом не имеет значения, привел ли потерпевшего в такое состояние сам виновный (алкоголь, наркотики, снотворное, гипноз) или потерпевший уже находился в этом состоянии. Вместе с тем свойство и характер действия на организм лекарственных препаратов, наркотических средств, сильнодействующих и ядовитых веществ могут быть установлены соответствующим экспертом, заключение которого необходимо учитывать при оценке действий виновного. Хотя в некоторых случаях суды не признают убийство потерпевших, находившихся в состоянии сильного алкогольного опьянения и сна, как убийство лиц, заведомо для виновного находившихся в беспомощном состоянии1. Такой подход сужает рамки уголовной ответственности. Определяющим моментом является то, что виновный должен сознавать беспомощность состояния жертвы в момент совершения убийства. При установлении иных квалифицирующих признаков действия виновного должны быть квалифицированы дополнительно и по другим пунктам ст. 105 УК РФ.
Убийство, сопряженное с похищением человека или с захватом заложника, следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных п. "в" ч. 2 ст. 105 и ст. 126 или 206 УК РФ, так как эти преступления имеют самостоятельный состав. Напомним, что смерть в данном случае может причиняться не только похищенному или заложнику, но и другим лицам в связи с похищением или захватом. Важно доказать, что умысел виновного охватывал причинение смерти потерпевшему. Если умысел на убийство доказать не представляется возможным, то в ряде случаев действия виновного следует квалифицировать по ч. 3 ст. 126 и ст. 206 УК РФ, соответственно (субъективная сторона будет характеризоваться двойной формой вины - умыслом, направленным на захват или похищение, и неосторожностью по отношению к наступившей смерти потерпевшего).
Убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. "г" ч. 2 ст. 105 УК РФ). Данный вид убийства особо выделяется потому, что, лишая жизни беременную женщину, виновный уничтожает и возможность жизни плода, т.е. будущего человека. Для квалификации не имеет значения срок беременности. С объективной стороны преступление выражается в лишении жизни женщины, находящейся в любой стадии беременности. Такое убийство считается оконченным с момента наступления смерти беременной женщины, даже если при определенных обстоятельствах удалось сохранить жизнь плода. Заведомость означает, что виновному достоверно известно о беременности женщины до начала убийства.
Интересен вопрос о квалификации действий виновного, который ошибается относительно факта беременности потерпевшей. Фактически совершается убийство другого человека, но умысел был направлен на убийство беременной женщины. По нашему мнению, действия виновного в данном случае следует квалифицировать по правилам идеальной совокупности как оконченное убийство и покушение на квалифицированное убийство - ч. 1 или 2 (если установлены иные отягчающие обстоятельства) ст. 105 и ст. 30, п. "г" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Другие авторы полагают, что такие действия образуют оконченный состав, охватываемый п. "г" ч. 2 ст. 1051. Но в этом случае мы игнорируем направленность умысла виновного и фактически наступившие обстоятельства. Убит человек, не обладающий необходимыми для квалификации признаками, но виновный желал причинить смерть именно беременной женщине. Высказано мнение о том, что такую фактическую ошибку в признаках потерпевшей следует толковать в пользу виновного, а деяние надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 105 УК1. На наш взгляд, такую ситуацию более точно и правильно оценил В.Ф. Кириченко, который полагал, что в подобных случаях действия виновного должны квалифицироваться как оконченное преступление без отягчающих обстоятельств и как покушение на аналогичное преступление при отягчающих обстоятельствах, поскольку такая квалификация позволяет непосредственно установить фактически совершенное привлекаемым к ответственности лицом2.
С учетом разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, убийство женщины, заведомо для виновного находившейся в состоянии беременности, но совершенное в состоянии аффекта, при превышении пределов необходимой обороны или мер, необходимых для задержания подозреваемого, рассматривается как убийство со смягчающими обстоятельствами и квалифицируется по соответствующим статьям УК РФ (ст. 107 или 108).
Убийство, совершенное с особой жестокостью (п. "д" ч. 2 ст. 105 УК РФ). Любое квалифицированное убийство свидетельствует о жестокости преступника. Но для указанного признака необходимо выявить особые обстоятельства, характеризующие убийство как исключительно жестокое. Эти обстоятельства должны быть, с одной стороны, связаны со способом совершения преступления, а с другой - охватываться умыслом виновного. В теории и практике под особой жестокостью понимаются случаи, когда перед лишением жизни или в процессе совершения убийства к потерпевшему умышленно применялись пытки, истязания либо ему причинялись особые страдания путем нанесения большого количества телесных повреждений или использования мучительно действующего яда, сожжения заживо, длительного лишения пищи, воды. Например, по уголовному делу об убийстве В. было установлено, что подсудимый С. нанес ей 23 ножевых ранения в жизненно важные органы, причинив множественные проникающие колото-резаные раны груди и живота с повреждением печени, легкого, почки и желудка и другие повреждения. Тамбовский областной суд обоснованно признал его виновным в убийстве с особой жестокостью1.
Особая жестокость может выражаться и в совершении убийства в присутствии близких потерпевшему лиц, когда виновный сознавал, что своими действиями причиняет им особые страдания. В этом случае очень важное значение приобретает толкование понятия "близкие потерпевшему лица". Примером ошибочной квалификации является приговор Хабаровского областного суда по делу К., который исключил из обвинения признак особой жестокости, мотивировав это тем, что при лишении потерпевшего жизни присутствовала его сожительница, которую нельзя признать близким ему лицом. Президиум Верховного Суда РФ отменил ошибочное решение, указав, что потерпевший прожил с сожительницей в гражданском браке свыше 10 лет, имел от нее ребенка и считал себя ее мужем, что свидетельствует о близких отношениях2.
Вместе с тем уничтожение или расчленение трупа с целью сокрытия преступления не может рассматриваться как убийство, совершенное с особой
жестокостью1. Глумление над трупом само по себе не может расцениваться в качестве обстоятельства, свидетельствующего о совершении убийства с особой жестокостью. Содеянное надлежит квалифицировать по соответствующей части ст. 105 и по ст. 244 УК РФ, предусматривающей ответственность за надругательство над телами умерших.
Подчеркнем, что особая жестокость - это юридическое понятие, а не медицинское. Оценивают данное понятие следственные органы и суд. Поэтому необходимо доказать, что виновный в убийстве сознавал, что причиняет жертве особые страдания и причиняет смерть именно таким способом. Из этого следует, что причинение большого количества прижизненных ран и повреждений не всегда может свидетельствовать об особо жестоком способе убийства.
Убийство, совершенное общеопасным способом (п. "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ). Главная особенность данного вида убийства заключается в том, что виновным сознательно выбран такой способ, при котором создается реальная угроза для жизни других лиц. Если следовать разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, то достаточно угрозы гибели хотя бы одного человека (кроме потерпевшего). При этом угроза должна быть действительной, а не мнимой и предполагаемой. При этом не имеет значения, был ли реально причинен вред другим лицам.
Такие способы известны судебной практике: взрыв, поджог, затопление, обвал, разрушение жилых строений, выстрелы в толпу, отравление воды и пищи, удушение газом, применение иных источников повышенной опасности. Важно, чтобы умысел виновного охватывал угрозу причинения смерти другим лицам. В связи с этим вызывает возражение точка зрения тех специалистов, которые полагают, что в некоторых случаях виновный, действуя общеопасным
способом при совершении убийства, причиняет некоторым лицам смерть по неосторожности1. Такие действия надлежит квалифицировать якобы по совокупности ст. 109 и ч. 3 ст. 30, п. "е" ч. 2 ст. 105 УК РФ. Мы полагаем, что такая квалификация ошибочна. Общеопасный способ при совершении убийства предполагает, что виновный либо желает, либо сознательно допускает гибель других людей, а более вероятно, относится к таким последствиям безразлично, что исключает оценку его действий как по неосторожности. В случае причинения вреда здоровью других лиц действия виновного следует квалифицировать по совокупности с другими преступлениями, предусматривающими ответственность за умышленное причинение вреда здоровью, а при причинении смерти другим лицам - по совокупности с п. "а" ч. 2 ст. 105 УК РФ2. Когда убийство таким способом сопряжено с уничтожением или повреждением чужого имущества либо с уничтожением или повреждением лесов, а равно насаждений, не входящих в лесной фонд, содеянное следует квалифицировать также по ч. 2 ст. 167 или ч. 2 ст. 261 УК РФ.
Убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой (п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ). Данное убийство совершается с использованием форм соучастия, признаки которых раскрываются в ст. 35 УК РФ. Как любое соучастие, здесь предполагается участие двух и более лиц в лишении жизни другого человека. Согласно разъяснению Пленума Верховного Суда РФ в качестве исполнителей преступления следует признавать лиц, которые действовали совместно, с умыслом, направленным на совершение убийства, и непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего.
Убийство, совершенное группой лиц, признается таковым, если в его совершении совместно участвовали два и более исполнителя без предварительного сговора. Если в преступлении участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном убийстве, это означает, что все они соисполнители и действовали по предварительному сговору группой лиц. Если при совершении преступления роли были распределены и в убийстве наряду с исполнителем участвовали организатор, подстрекатель или пособник, то действия последних квалифицируются по ст. 33 и п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ (если они одновременно не являлись соисполнителями убийства), а действия исполнителя - без ссылки на ст. 33.
Вызывает удивление решение суда по одному из конкретных уголовных дел, в соответствии с которым пособничество в убийстве якобы не образует квалифицирующий признак убийства, совершенного группой лиц по предварительному сговору1. Пособничество предполагает наличие предварительного сговора на совместное совершение убийства, в связи с чем действия пособника также следует квалифицировать по п. "ж" ч. 2 ст. 105 УК РФ, но со ссылкой на ст. 33 (если пособник не является соисполнителем).
Под убийством, совершенным организованной группой, следует понимать преступление, совершенное устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких убийств. Как правило, такая группа тщательно планирует преступление, заранее подготавливает орудия убийства, распределяет роли между участниками группы. В связи с этим Пленум Верховного Суда разъяснил, что действия всех участников организованной группы, совершившей убийство, независимо от их роли в преступлении следует квалифицировать как соисполнительство без ссылки на ст. 33 УК РФ1. Пленум Верховного Суда РФ не разъяснил вариант квалификации убийства, совершенного членами преступного сообщества. Полагаем, что при доказанности участия организатора преступного сообщества либо рядового участника в совершении конкретного убийства их действия надлежит квалифицировать по совокупности п. "ж" ч. 2 ст. 105 и ст. 210 (возможно, и ст. 209) УК РФ.
Убийство из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ). Корыстные побуждения характеризуются стремлением к незаконному обогащению за счет нарушения чужих прав и интересов. Как убийство из корыстных побуждений надлежит квалифицировать убийство, совершенное в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц (денег, имущества или прав на его получение, прав на жилплощадь) или избавления от материальных затрат (возврата имущества, долга, оплаты услуг, выполнения имущественных обязательств, уплаты алиментов и т.п.)2. Данное разъяснение позволяет говорить о том, что такое убийство может быть совершено как путем активных действий, так и в форме бездействия (когда человек по малолетству, дряхлости или тяжелой болезни не может обеспечить себя питанием и другими средствами, необходимыми для поддержания жизни, и в результате бездействия виновного погибает). При этом убийство, совершенное по тем или иным мотивам, не может рассматриваться как совершенное из корыстных побуждений, если после его совершения у виновного появились корыстные мотивы и он завладел имуществом убитого. Точно так же не является убийством из корыстных побуждений убийство, совершенное в связи с неуплатой потерпевшим долга или за невыполнение каких-либо имущественных обязанностей. Как правило, в данном случае мотивом преступления является месть.