Материал: Смагина С.М. Политические партии России в контексте ее истории

Однако эта идея не нашла поддержки у большинства уча­стников «Выбора Дона». На своей конференции в мае 1994 г., они согласились с необходимостью объединения всех рефор­маторских сил в одну организацию. Но не путем создания новой партии, т. к. «многие члены различных организаций, ныне входящих в блок... не готовы даже психологически по­рвать со своими партиями ради создания новой структуры». Отмечалось, что «настойчивые попытки создать единую партию в этих условиях уже приводят к расколам среди реформатор­ских сил. Фактически, вместо объединения раздробленных политических организаций, создание жесткой политической структуры «Выбора России» приведет к ослаблению демокра­тического движения. Результат будет прямо противополож­ным тому, ради которого создается новая партия». В поста­новлении Конференции было указано на «нецелесообразность формирования новой политической партии и ее структур на основе общественно-политического движения «Выбор России» и его организаций в регионах» [43]. Если в 1993 году респуб­ликанцы выступали как консолидирующая сила, а их регио­нальная организация стала стержнем блока «Выбор Дона», то весной 1994 г. именно РПРФ стала генератором центробеж­ных тенденций. Причиной тому стал раскол в партии на ее V съезде, состоявшемся в мае 1994 года.

Причиной раскола стали расхождения по вопросу поддер­жки Президента и правительства в условиях существования парламентской многопартийной системы. В. Лысенко и боль­шинство лидеров региональных партоорганизаций считали, что поддержка Президента и формирование «партии поддержки» в виде «ДВР» это перманентные задачи РПРФ, как «един­ственной последовательно демократической партии» [44]. На этой платформе объединились сторонники президентской рес­публики, готовые к сотрудничеству с властями.

Их оппоненты, во главе с И.А. Яковенко, полагали, что поддержка существующего политического режима противоре­чит духу истинно демократической партии. По их мнению, «существовали и действовали важнейшие элементы старой, советской системы организации общественно-экономической жизни. Не выработаны демократические процедуры контроля общества над властью». В этих условиях поддержка стабиль­ности нынешнего режима — «это смерть для партии». Отда­вать флаг альтернативы Жириновскому или Зюганову — это «путь назад» [45]. Соответственно выбор этой части респуб­ликанцев — конструктивная оппозиция, демократическая аль­тернатива власти. Результатом борьбы стал выход группы Яковенко из РПРФ. В «Обращении» к региональным партий­ным организациям И.Яковенко предложил демократам осу­ществление роли «третьей силы» в политической жизни Рос­сии (наряду с «партией власти» и КПРФ).

«Обращение» И.Яковенко и В. Шостаковского нашло от­клик в регионах. Идея образования «третьей силы» явилась альтернативой предложениям о создании новой партии в под­держку Правительству. Реализация этой идеи на Дону была ускорена фактическим распадом «Выбора Дона» после учреж­дения региональной организации «ДВР» 1 июля 1994 года. В «ДВР» остались часть республиканцев и непартийные пред­принимательские структуры: АККОР, Ассоциация приватизи­рованных и частных предприятий.

Большинство партийцев из «Выбора Дона» (СДПР, «Де­мократическая Россия», «Гражданское возрождение», Донс­кая молодежная Лига и часть РРО РПРФ) заинтересовались призывом Г. Явлинского к формированию лагеря «демократи­ческой оппозиции». Относительный успех «Яблока» на выбо­рах в Государственную Думу 12 декабря 1993 г. стимулировал этот интерес.

Донское «Яблоко» было учреждено 18 октября 1994 г. в результате объединения усилий социал-демократов, партии «Демократическая альтернатива» (Р.Н. Гришечкиной), Рос­товского студенческого союза, движения «Гражданское воз­рождение», Независимого профсоюза горняков, Ростовского областного профсоюза фермерских хозяйств, известных пред­принимателей и представителей интеллигенции [46]. Парал­лельно с образованием новых структур предпринимались уси­лия по поддержанию жизнедеятельности движения «Демокра­тическая Россия» и обновлению его программных докумен­тов. Сохранение данного объединения было не данью традициям демдвижения, а имело исключительно важное значение для сохранения морального единства донских демократов. Кроме того, ряд периферийных организаций области считали себя, прежде всего, ячейками «ДемРоссии». Таким образом, «Де­мократическая Россия» являлась еще и определенной инфра­структурой донского демократического движения.

В целом, в результате кризиса 1994 г. региональное дем­движение оказалось расколото и на его основе сформирова­лись две партийные структуры: партии «Демократический Выбор России» и объединения «Яблоко». Практически сразу же после своего появления донское «Яблоко» стало одной из влиятельнейших партийных структур. Его первым триумфом стали довыборы в законодательные органы, на которых кан­дидаты от «Яблока» победили в трех из пяти избирательных округов. А после парламентских выборов 1995 года «Ябло­ко» прочно заняло положение ведущей либеральной органи­зации в регионе.

Иные последствия имели выборы 1995 года для региональ­ной организации «ДВР». «ДВР» потеряла не только статус «партии власти» на столичном уровне (в регионе она никогда не являлась таковой), но и поддержку избирателей. В ходе «чеченского кризиса» партия выступила организатором анти­военной кампании, что привело к её политической изоляции и переходу в «конструктивную оппозицию» Президенту и Пра­вительству. Потеря депутатских мандатов в декабре 1995 г. повергла «гайдаровцев» в полусонное состояние и обернулась потерей влияния на региональном уровне. Период 1994— 1996 гг. был весьма тяжелым и для левых партий. Успех на выборах 1993—94 гг. был обусловлен не столько активнос­тью коммунистов, сколько резким ухудшением социально-экономической ситуации.

После выборов 1993 г. коммунистическая оппозиция диф­ференцировала свою деятельность, условно выделив три фор­мы участия в политическом процессе.

Первой (по политическому значению) формой участия стала фракционная деятельность в Федеральном Собрании. В её рамках КПРФ демонстрирует готовность к конструктивному диалогу с Правительством и Президентом. Причем, чем суще­ственнее представительство в парламенте, тем конструктив­нее диалог.

Второй формой участия является управление отдельными регионами, городами и районами. Она имеет сложную геогра­фию и определенные ограничения по реализации партийной программы.

Наконец, третьей формой участия является деятельность коммунистов в сфере публичной политики. Эта форма явля­ется превалирующей и распространена на всей территории страны.

В сфере «уличной» политики КПРФ и радикалов из «Тру­довой России» объединяет неприятие «временного оккупаци­онного режима» Ельцина, однако различия в форме и методах оппозиционной деятельности порождают перманентный кон­фликт внутри движения. В итоге, попытки объединения ком­мунистов не приводят к созданию устойчивого союза в рамках единого движения или организации. Не отличается твердо­стью и созданный в 1996 году Народно-патриотический Союз России (НПСР). В ростовском отделении НПСР под руковод­ством обкома КПРФ объединились весьма разнородные орга­низации. Наряду с частью ростовских коммунистов-радика­лов в него вошли СПД «Держава», «Духовное Наследие», СПТ, Русская партия — организации, не имеющие своего электора­та и серьезного политического веса, но следующие в фарвате­ре политики КПРФ и призванные уравновесить присутствие амбициозных радикалов.

Благодаря тактике «широкого участия» в общественной жиз­ни и использованию парламентского представительства, а также отличной организации и массовости своих рядов, лишь КПРФ оказалась способна составить конкуренцию «партии власти».

Весь предыдущий опыт провинциальной партийности по­казал, что партийные организации, функционировавшие в регионе, в подавляющем большинстве так и не смогли стать региональными партиями, субъектами региональной полити­ки, организациями, нацеленными на завоевание власти на местах. Они были созданы как «группы поддержки» федераль­ных лидеров и остаются таковыми по сей день. На протяже­нии последних трех лет в жизнедеятельности политических партий в регионах наблюдается несколько устойчивых тен­денций.

Во-первых, распад партий и образование новых структур приходится на время подготовки и проведения избирательных кампаний и других политических акций всероссийского масш­таба (пики партийной активности — лето-осень 1993 и 1995 гг., весна-лето 1996 г.).

Во-вторых, усложнение политического спектра в регионах в связи с движением политической элиты на федеральном «Олимпе» (формирование организаций КРО и «Честь и Роди­на», оформление структур ПДА, ПСТ и др.).

В-третьих, высокая активность по формированию межпар­тийных блоков и коалиций. Это не всегда простое тиражиро­вание федерального опыта, политически оправданное и целе­сообразное, как, например создание региональных отделений Народно-патриотического союза России под доминирующим влиянием КПРФ. В ряде случаев происходит консолидация партий, не стыкующихся на федеральном уровне, что обусловлено общим кризисом маргинализированных региональных организаций и их стремлением «удержаться на плаву» путем объединения усилий и ресурсов. Именно этим заняты лидеры «ДВР» и некоторых других организаций либеральной ориен­тации.

Наконец, в-четвертых, партийная деятельность, независи­мо от идеологической окраски организации приобретает оппо­зиционный характер, что в частности отражает разочарова­ние партийцев в попытках сотрудничества с органами власти.

Между тем, круг задач и сфера деятельности региональ­ных партий составляет их участие в формировании внутрире­гиональной политической конъюнктуры посредством выпол­нения коммуникативной функции: посредничества в органи­зации диалога между обществом и органами власти, выраже­ния интересов и потребностей общества и т.н. На протяжении последних лет лишь три партийные структуры в некоторой степени продвинулись в понимании истиной сути провинци­альной партийности, это, в большей степени, КПРФ, в мень­шей — «ДВР» и «ЯБЛоко». Оппонирование местным органам власти со стороны этих партий имеет конструктивный харак­тер и социальное содержание. Продвижение в этом направле­нии идет очень медленно. Оно предполагает качественный перелом в развитии партийной системы: выделение партий­ных структур с целеполаганием и предназначением, замкну­тым на региональном уровне, но это дальняя перспектива.

ПРИМЕЧАНИЯ:

1 Березовский В.Н., Кротов Н.И. Неформальная Россия. М.: Молодая гвардия. 1990. С. 4.

2. Воспоминания Е.И.Леля (одного из лидеров группы «Защита» и Донского народного фронта в 1988—1990 гг.) / Личный архив автора. Тетрадь 1. С. 45.

3. См.: Березовский В.Н., Кротов II.И. Новые общественно-политические организации и движения РСФСР. Россия: партии, ас­социации, союзы, клубы: Справочник. Т. I. Ч. 1. М.: РАУ-Пресс, 1991. С.5.

4. Правда. 1989. 19 июля.

5. Неформальное общественное движение: штрихи к портрету / Сост. Щегорцов В.А. М.: АОН при ЦК КПСС, 1990. С. 78-79.

6. Там же. С. 105.

7. Хочу быть депутатом. В городском общественно-политическом клубе «Гражданин» // Таганрогская правда. 1988, 29 января.

8. Березовский В.Н, Кротов Н.И. Неформальная Россия. С. 5.

9. Воспоминания Е.И.Леля. 10.10.1994 г. Личный архив. Т. 1. С. 46.

10. Россия сегодня. Политический портрет, 1985—1990 гг. М., 1991. С. 436.

11. Малютин М. В. Общественно-политические движения в СССР периода перестройки: логика формирования и развития // По­литика: Проблемы теории и практики. Выи.VII. 4.2. М.: ИНИ-ОН АН СССР, 1990. С. 32 — 33.

12. Сундиев И.Н. Клубы и фронты // По неписанным законам ули­цы. Л., 1990. С. 95.

13. Об этом свидетельствует также характеристика народных фрон­тов, данная в справочнике В.Н.Березовского, Н.И.Кротова.

14. См.: Многопартийность и общественные движения. Тенденции и прогноз. Вып.1. М.: ИС АН СССР, 1990. С. 33-34.

15. Программа Донского народного фронта // ДНФ. 1990. С. 24.

16. Интервью Р.Н.Гришечкиной. Личный архив. Т. 1. С. 7.

17. См.: Малютин М. Почему в современной России не существует рабочего движения? // Новое рабочее и профсоюзное движение. 1993. №1. С. 53-57.

18. См.: Россия сегодня... С. 319-340.

19. См.: Перестройка в КПСС: мнения и оценки. Ростов-н/Д, 1990. С. 22.

20. Россия сегодня... С. 324.

21. Демократическая платформа. Вып.2. Ростов-па-Дону, 1990. С. 3.

22. Климента А. Крах коммунистической идеи // ДНФ. 1990, ап­рель. С. 19.

23. Макаренко В.П. За блок левых сил (Тезисы доклада на Учреди­тельной конференции партклубов) // ДНФ. 1990, апрель. С. 8.

24. Красников Е. «Народная антикоммунистическая партия» Ильи­ча // КоммерсантЪ. 1990, 4 июня.

25. Воспоминания Е.И.Леля. Личный архив. Тетрадь 1. С. 47.

26. Цит. по: Эткинд Ю.Э. Движение и движения, или кто станет лидером перемен? // Социология общественных движений: эм­пирические наблюдения и исследования. Кн.1. М.: ИС РАН, 1993. С. 26

27. Демократическая платформа. Ростов-на-Дону, 1990. С. 23.

28. Современная политическая ситуация. Итоги социологических исследований. Новочеркасск. 1990, сентябрь. С. 7, 12—13.

29. Учредительный съезд Республиканской партии России. Инфор­мационная записка. Ростов-н/Д, 1990.

30. Употребляя термин «демократическое движение», мы исходим из его рациональной условности, ибо только условным, но ем­ким термином можно обозначить общественно-политическое дви­жение в России конца 80-х—начала 90-х годов, объединенное, как отметил В.Березовский, «мы»-образом (коллективной иден­тификацией), наличием социально-политического субъекта-антагониста и конфликтной ситуации (См.: Березовский В.В., Кротов Н. И. Новые общественно-политические организации и движения РСФСР (опыт анализа и классификации) // Россия: партии,... Т. I. Ч.1. С. 8)

31. Чичерин Б.Н. Курс государственной науки. Ч.III. Политика. М., 1898. С. 541.

32. Салмин А.М. и др. Партийная система в России в 1989 — 1993 годах: опыт становления. М.: Начала-Пресс, 1994. С. 51.

33. Демократический Новочеркасск.,1991. №7.

34. По заявлениям руководителей Ростовской региональной органи­зации РКРП, её численность в середине 1992 года достигала 1000 человек.

35. Демократический Дои. № 30. 1992. 4 декабря.

36. Общественно-политическая ситуация в Ростовской области: Справ ка/ ИАЦ АРО. Текущий архив. Д.048.12.92. С. 4.

37. См.: Демократический До». №4 (37); Демократический Доп. №5 (38).

38. Монусова Г.А. Мотивы и ценности участия в демократическом движении // Социологические исследования. 1995. № 6. С. 68.

39. Решение Политсовета объединения «Выбор Дона». Ростов-н/Д. 1993, 7 декабря.

40. ИАЦ АРО. Текущий архив. Док. 036.09.92. С. 3.

41. Проект Политической хартии Ростова: мнения, оценки // Утро. 1993. 24 фев.

42. Документы VI областной восстановительной конференции КПРФ. Ростов-на-Дону. 1993. С. 4.

43. Решение конференции общественно-политического объединения «Выбор Дона» от 21 мая 1994 г.

44. Тезисы выступлений сопредседателей РПРФ на V съезде партии. М., 994. с.1-2

45. См.. там же. С.1;3.

46. Пресс-релиз оргкомитета по созданию областного движения в поддержку блока «ЯБЛоко». г. Ростов-н/Д., 13.09.1994 г.

Оглавление