ским психологом Карлом Юнгом (1875-1961). К. Юнг не просто становится эпигоном или адептом родоначальника психоанализа. Он вносит ряд принципиальнейших положений, которые привели к разрыву его отношений с З. Фрейдом и заставили по-новому взглянуть на глубинные аспекты культурного бытия человека. Как было сказано выше, одним из фундаментальных положений фрейдизма является проблема бессознательного, причём бессознательного, действующего на индивидуальном уровне. В принципе, соглашаясь с этой установкой, К. Юнг считает, что на личностном уровне функционирует только поверхностный слой бессознательного. В реальности же он покоится на другом, более глубоком фундаменте, ведущем своё происхождение не из личного опыта. Этот более основательный, врождённый слой, имеющий всеобщую природу, К. Юнг называет «коллективным бессознательным».
Он включает в себя, в противоположность личностной душе, со-
держание и образы поведения, которые являются повсюду и у всех индивидов одними и теми же, которые существуют в виде символических форм и идей, носящих схематический характер. Иначе говоря, “коллективное бессознательное» идентично у всех людей и образует тем самым всеобщее основание душевной жизни каждого, будучи по природе сверхличным» [20, c.215]. Юнг не считает, что каждый человек появляется на свет с целостным личностным эскизом, представленным в потенции с самого рождения, и что окружающая среда вовсе не дарует личности возможность ею стать, но лишь выявляет то, что было в ней (личности) заложено. Коллективное бессознательное есть сложнейшая психическая структура, развивавшаяся сотни тысяч лет, своего рода осадок всего того, что было пережито человеком, вплоть до его самых тёмных начал. Этот осадок не окаменел и не распылился, а продолжает работать и в современной культуре как невидимая, действенная система реакций и диспозиций, определяющих индивидуальную жизнь, проявляющуюся инстинктивно.
Содержание коллективного бессознательного составляют так называемые архетипы. Архетипы – это изначальные, древнейшие первоначала, своего рода извечные, наличные всеобщие образы –
Младенец, Дева, Мать, Дух, Трикстер и др. Архетип как таковой отличается от исторически ставших, переработанных и развившихся форм. «По существу, архетип представляет то бессознательное
111
содержание, которое изменяется, становясь осознанным и воспринятым; оно претерпевает изменения под влиянием того индивидуального сознания, на поверхности которого возникает. То, что подразумевается под «архетипом», проясняется через его соотнесение с мифом, тайным учением, сказкой» [20, c.216-217].
К. Юнг особо акцентирует внимание на том, что понятие «архетип» опосредованно, относимо к коллективным представлениям, в которых оно означает только ту часть психического содержания, которая ещё не прошла сознательной обработки и представляет собой ещё только непосредственную психическую данность. Архетип заставляет первобытного человека противостоять природе, чтобы не оказаться в её власти. Пожалуй, это является началом всей культуры, неизбежным следствием сознательности с её возможностью уклоняться от бессознательного закона. Однако современный человек об архетипическом не может ничего сказать непосредственно, т.к. оно не осознаётся нами. Но мы можем судить о нём по его «следам», проявляющимся в сновидениях, литературе, произведениях искусства, мифах, сказках. Миф, по всей вероятности, был самым древним способом обработки архетипического материала.
Бессознательное, полагает К. Юнг, обладает колоссальным культуротворческим потенциалом. Из бессознательного могут возникать совершенно новые мысли и творческие идеи; мысли и идеи, которые до этого никогда не осознавались. Подобные вещи обнаруживаются в каждодневной жизни. Многие художники, философы и даже учённые обязаны своими лучшими достижениями вдохновению, которое внезапно появилось из бессознательного. Последнее, словно бы выстрел, озаряло индивидуальное сознание и вызывало сильные созидательные эмоции.
Все архетипы имеют как позитивную, благоприятную, светлую сторону, которая указывает вверх, так и ту, которая указывает вниз – частично негативную и неблагоприятную, частично хтоническую, но в остальном просто нейтральную. Например, архетип матери может быть как добрым, так и злым, связываться с образом ведьмы, дракона, змеи, могилы, саркофага.
Под конец жизни Юнг размышлял над формой архетипа, который представляет целое человечество, в образе космического (изначального) первочеловека – Антропоса. Адам, Пуруша, Имир – олицетворяли его образ. Этот первочеловек, в результате эволюции
112
культуры, оказался разбросанным в виде множества искр, исходивших из одного костра. Юнг был абсолютно уверен в единстве (во всяком случае, в изначальном) всего сущего, единых корней культуры. «Всякие элементы, противоположности – суть фрагменты одной и той же реальности, хоть и скрытой, не всегда понятной, но единой», – утверждал швейцарский мыслитель. Этот вывод имел большое значение для понимания общей культурологической картины мира. В поисках природы архетипа, Юнг пришёл к выводу, что она не физическая и не ментальная, а одновременно и та, и другая. Архетипы способны проявляться одновременно и физически, и ментально. Красной нитью через всё творчество К. Юнга простирается идея о том, что проблема человеческой культуры –
это проблема сознания, а не материи. Человек развивал своё соз-
нание медленно и трудно. Потребовались бессчётные века, чтобы достичь цивилизованного состояния. Эта эволюция и сейчас далека от завершения, она продолжается; в ней много тайного, неизвестного. Мы до сих пор не можем дать полное определение ни психическому, ни природе; их тайна безгранична.
В процессе эволюции сознания и культуры постоянно идёт борьба нового и старого. Люди испытывают страх перед новым и неизвестным. Человеческое сознание пока не приобрело своей основательности и целостности. Сознание легко ранимо, хрупко, оно пока пребывает в состоянии «эксперимента» и становления. Даже на относительно высоком уровне цивилизации человеческое сознание пока не достигло приемлемой степени целостности. Оно все ещё подвержено фрагментации. Помимо части сознания, способного сконцентрироваться на чём-то одном, исключив всё остальное, есть часть психики, возникающая спонтанно, без согласия на это и даже вопреки собственному намерению. Это своего рода примитивная (первобытная) «потеря души».
Фактически, во всех своих трудах К. Юнг пытается сдержать бурный натиск рационалистических идей и требует обратиться к человеческой душе. Он вводит понятие «психическая энергия», которая кажется ему столь же реальной и значимой, как и физическая энергия. Люди живут в мире, представленном, прежде всего, психическими образами. Между неведомыми эссенциями духа и материей заключена реальность психического, и она призвана быть единственной реальностью, переживаемой нами непосредственно.
113
Юнг глубоко убеждён в том, что человек и его психика могут решить судьбу человечества. «Мир висит на тонкой нити, и эта нить – психика человека», – утверждает он. Таким образом, доминанта культуры, с точки зрения Юнга, кроется в человеческой душе, в его психике. Вместе с тем сознательное и бессознательное взаимосвязаны и взаимодополняемы: именно в тайной связке они являются источником культуры.
Карл Юнг внёс существенный вклад в изучение таких элементов культуры, как миф (особенно античный), литература, религия, философия. Швейцарский учёный сказал своё веское слово и в деле изучения различных культур, причём, как на теоретическом, так и на эмпирическом уровнях. Он подметил очень важное их своеобразие. Традиционные (восточные) культуры базируются преимущественно на интуитивном, образном, интровертном мышлении, направленном внутрь себя. Восточный человек всё относит к реальности, всё, что он мыслит – для него существует. В отличие от многих европейских культурологов, он воздаёт должное великой культуре Востока. Западная культура экстравертна, она обращена во внешний мир. Для западного человека реально всё то, что постигается органами чувств, всё, что материально, технологично. В силу утраты символического знания европейская культура пришла к кризису в 30-40 годы XX века, выразившемуся в нацизме, обусловленном прорывом архетипов. Юнг критически относится к европейскому самолюбованию и исключительным претензиям на «культурность».
Будучи психоаналитиком, Юнг не только отошел от приоритетной фрейдистской установки индивидуального бессознательного, но и пансексуальной, эротической интерпретации явлений культуры. Он блестяще обосновал экстра – интровертную типологию личности, где показал роль и влияние на становление человека не только психических факторов, но и внешней культурной среды. Подобно З. Фрейду К. Юнг размышляет о современной культуре и её будущем. Человеческая культура чрезвычайно молода. Человек еле-еле вырывается из объятий варварства. «Мир, в котором мы рождены, груб и жесток; но в то же время полон божественной красоты. Какой из этих элементов перевешивает – смысл или бессмысленность – вопрос темперамента... Но для меня... справедливо
114
и то, и другое. Жизнь – это и смысл, будет преобладать и победит», – оптимистично заявляет он.
Наиболее важными трудами культурологического характера К. Юнга являются: «Введение в сущность мифологии», «Архетипика мифа», «Подход к бессознательному», «Психологические типы», «Об архетипах коллективного бессознательного».
2.7. Русская культурологическая мысль
Русская культурологическая мысль – явление относительно позднее. Проблема культуры в повестку дня отечественной духовной жизни встала только в середине ХIХ в. Именно в это время слово «культура» вошло в лексикон русской речи. Но недаром говорят, что русские медленно запрягают, зато быстро едут. Буквально в течение трёх-четырёх десятилетий в России сформировалась блестящая плеяда исследователей культуры, которая по широте и глубине охвата культурологических вопросов, многообразию их интерпретации могла на равных посостязаться с господствовавшей тогда в Европе германской интеллектуальной элитой. Культура стала предметом активного исследования в среде русских философов, социологов, историков, филологов, психологов, богословов, писателей. Всему миру стали известны имена Н.Я. Данилевского, А.Н. Афанасьева, В.С. Соловьёва, Л.Н. Толстого, Ф. И. Буслаева, П.А. Флоренского, Ф.Ф. Зелинского, Н.А. Бердяева, П.Н. Милюкова, П.А. Сорокина и других. Нет никакой возможности на нескольких страницах учебника дать удовлетворительный анализ их культурологических воззрений. Акцентируем внимание на основополагающих проблемах, разработанных Н. Я. Данилевским, А.Н. Афанасьевым, Л.Н. Толстым и Ф.Ф. Зелинским.
2.7.1 Н. Я. Данилевский
Николай Яковлевич Данилевский (1822-1885) известен, пре-
жде всего, своим основательным трудом «Россия и Европа», в котором сформулировал ряд идей, отличающихся принципиальной новизной и оригинальностью.
115