пишет об огромной роли законов, которые имеют целью благо всех людей, поддержание мира, согласия, процветания, справедливости. Возрожденцы осуждают тиранию, насилие, говорят и пишут о преимуществах республиканского строя и свободах ему присущих, гражданском гуманизме, новой социальности. Основа свободы – равенство граждан, выражающееся в равных правах каждого в рамках порядка, установленного законом (Ринуччини, Пальмиери, Манетти). Знания тесно увязываются с экономикой, социальной жизнью, политикой, искусством, моралью. Существенную роль в человеческой жизни возрожденцы отводят материальной культуре,
технике, архитектуре, скульптуре, музыке, культуре быта, обра-
зования и воспитания. Вместе с тем, несмотря на некоторые пристрастия и предпочтения, возрожденцы почти единодушно в каче-
стве высших ценностей признают красоту, знания, свободу, здо-
ровье, индивидуализм. Они чётко осознают единство различных областей культуры, их взаимную обусловленность.
Идея историчности, преемственности и прогресса культуры
Одним из новаторских культурологических открытий Возрождения является факт осознания и признания культуры (пусть пока не в отчётливой форме) как общечеловеческого, бесконечного, необратимого, взаимосвязанного движения вперёд. Историческое развитие человечества рассматривается возрожденцами как развитие культуры и культур. Не случайно именно они формулируют идею культурных периодов. Впервые появляются такие обозначения, как Античность, Средние века, да и само понятие Ренессанс, вводят М. Фичино, Витербо, Дж. Вазари, хотя называют его поразному (модерновый век, золотой век, новый век и т.п.). Античную культуру они рассматривали как источник европейской культуры, как феномен достойный не только уважения и почитания, но и активного культивирования, реставрирования, восстановления, запечатления. П. Верджерио считает необходимым передать потомкам достояние древности. Он и многие другие, заботясь о будущих поколениях, осознают великую духовную значимость культурной традиции. Чтобы сделать древнегреческую культуру работающей на современников, доступной, общеевропейской, даже
71
общемировой, они переводят на латынь, которая является реальным языком культуры, многие произведения древнегреческих авторов (Д. Боккаччо переводит, например, гомеровские «Илиаду» и «Одиссею»). К тому же сами сочиняют на латыни. А чтобы значимое было доступно широким массам, они также пишут и делают переводы на новоитальянский язык. Тем самым сближают элитарную культуру с народной, высказывают мысль о многообразии языков культуры и существовании общечеловеческих, причём светских ценностей. Как уже отмечено выше, возрожденцам не чужды идеи византийской и арабской культур и даже время средневекового «темного варварства», которые, казалось, несовместимы с греко-римской культурой, были ими творчески осознаны, а лучшие достижения этого периода реформированы с учётом специфики и потребностей своего времени. Они предприняли небезопасную попытку снять противоречия между христианской религией, средневековым мировоззрением и культурой, указывая на то, что святость сама по себе ничего не стоит, и что культура не противоречит, а способствует религиозности (Галатео). Л. Валла, не стесняясь, заявляет, что церковь не имеет права на руководство всей духовной жизнью, поскольку сфера религии – это сфера эмоций, интуиции, а сфера культуры - это сфера разума вообще.
Возрожденцы не только гордятся прошлым, но и ценят настоящее, сделанное «здесь и теперь». Они наблюдают и изучают современную культуру. Дж. Вазари пишет знаменитые «Жизнеописания», ставшие энциклопедией культуры эпохи Возрождения. Он утверждает, что созданное современниками имеет непреходящую культурную ценность. В таком же духе размышляет и С. Кваттромани, считая, что XVI век не должен «завидовать» даже будущим эпохам. Д. Кардано радуется, что появился на свет в веке, когда, наконец, был открыт весь земной шар. Создаётся впечатление, что Ренессанс ощущает каждый день своей жизни; он прекрасно понимает свою культурную роль и то, что находится в общем потоке культурных событий, в том пространстве, где встречаются и разворачиваются мировые культуры. В этом потоке есть и старое, и новое, и чужое, и наше, оно интегрируется, сближается и сливается. Подобно Данте, считавшему, что его родина – весь мир, многие деятели Возрождения находят «свою родину» в философии, в языке, в культуре. Ф. Петрарка скромно заявляет, что он не говорит
72
ничего нового, ничего своего, но, впрочем, и ничего чужого, ибо всё, что мы где-либо говорили – наше!
Интеллектуальными усилиями возрожденцев культурологиче-
ская картина мира приближается к оригиналу, к подлинной дейст-
вительности. Она понимается как каузальная, подчиняющаяся универсальным законам детерминизма. В ней культурноисторический процесс необратим, в нём одновременно присутст-
вуют прошлое, настоящее и будущее.
Главная проблема культуры и основной предмет культурологических изысканий – человек
По единодушному убеждению исследователей ренессансной культуры, ключевой проблемой, вокруг которой строились поэтические, философские, риторические, политические, художественные и иные изыскания этой эпохи, – был человек. Центр поискового интереса переносится с мира на человека, его внутренний мир, возможности, духовную природу. Не случайно культуру Возрождения (в целом, а иногда раннего периода) называют гуманистической. В своей основе культура Возрождения, начиная с Петрарки и заканчивая Микеланджело, есть теория и практика гуманизма, т.е.
стремление по-новому понять, раскрыть суть человеческого микрокосма во всём многообразии его сторон и показать его достойнейшее место в макрокосме, нравственно реабилитировать чело-
века. Впрочем, не все возрожденцы, например Леонардо, считали себя гуманистами.
Родоначальником гуманизма, несомненно, является Ф. Петрарка. Решительно выступая против натурализма, особенно арабского, где есть место всему кроме человека, он пишет: «Ведь какую пользу, спросил бы я, принесёт знание природы зверей, и птиц, и рыб, и змей, если не знать или презирать природу людей, не знать, для чего мы рождены, откуда мы пришли и куда идём?» [7, c.321]. Ф. Петрарка подобно Сократу призывает человека познать себя, вернуться к себе, к собственной душе, к своему внутреннему миру, поверить в свои силы, способности и ценность, требует изгонять из себя раба. Другой гуманист К. Салютати в противовес средневековому аскетизму, отшельничеству, абстрактной созерцательности формулирует концепцию примата деятельной жизни, активного
73
самосовершенствования. Подобные идеи развивают Л. Бруни и П. Браччолини. В своих письмах и трактатах они рассуждают о важности человеческой добродетели, благоразумия, мудрости, честности, умеренности, свободы. Истинное благородство, полагают они, завоёвывается в действии, в гражданской, политической и художественной активности. Это – одно из ключевых положений гуманизма.
Л. Б. Альберти пишет о «homo faber» – человеке деятельной и производительной жизни. Ссылаясь на платоновское, «люди рождаются, чтобы быть людьми», он утверждает, что человек появляется для того, чтобы работать над великим и грандиозным делом, а не для того, чтобы умереть или влачить жалкое существование. Человек может извлечь из себя всё, что пожелает. Бог, т.е. природа, вложил в человека элемент небесный и божественный, несравненно более прекрасный и благородный, чем что-либо смертное. Божественность человека проявляется в великих и прекрасных деяниях. Но не только в них. Ф. Петрарка высоко ценит всякую позитивную созидательную деятельность человека.
Д. Руччелаи благодарит Бога за то, что он создал его человеком. М. Пальмиери рассматривает человека в качестве творца своего земного бытия, восхищается всеобъемлемостью природы человеческого духа. Кастильоне рассматривает человека как изящное изваяние, сделанное руками какого-нибудь бога. Мирандола уверен в неограниченных возможностях человека, который становится тем, чем желает быть, владеет тем, чем хочет. «По одному знаку человека, – утверждает он, – готовы служить ему земля, элементы, животные, небеса...».
Возрожденцы постоянно рассуждают о доверии человеческому разуму, духовной автономности, красоте, силе, воле, неограниченных возможностях, превосходстве человека над всем остальным.
Они считают необходимым наслаждаться жизнью, наукой, искусством, активно участвовать в практических делах. Человек рас-
сматривается как земное, сильное, здоровое, целостное, гармонич-
ное единство. Д. Понтано пишет о неразделимости человеческих разумных, нравственных и поведенческих начал. Возрожденцы не устают повторять об исключительном положении человека в мире, его царственности, богоподобности. Дух ставит человека в равные отношения с божеством. Именно он является высшей ценностью,
74
центром Вселенной, её связующим звеном. Мирандола, размышляя о человеке как высшей цели творения, восклицает: «Я ставлю тебя в центр мира!» Леонардо идёт дальше, заявляя: «Я – есть мир!»
Не будет большим преувеличением, если скажем, что культура, культурологическая мысль Возрождения пронизаны идеей антропоцентризма, десакрализации и реабилитации человека, триумфа человеческой жизни, новой религией человека. Возрождение не просто создаёт новую картину мира, а именно культурологическую картину, в которой человек и его культура занимают достойнейшее место, где человек рассматривается как принципиально «иное» культурное существо и познаёт себя таковым.
Роль индивидуального и творческого начала в культуре. Открытие личности
Для возрожденцев человек – не абстрактное существо, а лич-
ность, конкретная, индивидуальная активно действующая субстанция, гармонично сочетающая телесно-душевно-творческие элементы и общественные идеалы. Это определённая социальная реальность. Ценность личностного, индивидуального начала необычайно высока. «Я» становится чуть ли не основополагающей категорией культуротворчества. Хотя культура создаётся усилиями многих, в ней всегда заметен индивидуальный вклад, автономное,
авторское начало. В отличие от Античности, которая больше ценила творение, чем творца, Возрождение идёт вперёд, отдавая предпочтение последнему. Если древние эллины больше ценили Агамемнона, Ахилла, Одиссея, а римляне Энея, Ромула, Августа, то возрожденцы – Гомера, Гесиода, Софокла, Вергилия, Овидия, Ливия. Возрождение, как в теории, так и на практике сделало резкий поворот от корпоративной, сословной деревенской культуры Средневековья в сторону свободной индивидуальной городской культуры, где решающее значение имел отдельный индивид, его разносторонние интересы и цели. А. Пандольфини в своём сочинении «О домоводстве» создаёт своего рода программу сложившегося частного существования. Чтобы подчеркнуть в человеке индивидуальность, самобытное начало, Петрарка требует от всех сменить обращение с «Мы» и «Вы» на «Я» и «Ты». «Я» звучит везде и
75