Материал: Диссертация Янковский Д.А
41
действия С. следовало бы квалифицировать только по ч. 1 ст. 30, п. «б» ч. 3
ст. 162 УК РФ как приготовление к разбою.
Вслучае же, если исполнитель начал выполнение действий,
непосредственно направленных на совершение преступления, но не довел их до конца по не зависящим от него обстоятельствам, то есть совершил покушение на преступление, квалификацию действий его соучастников следует производить одновременно по нормам о стадиях преступной деятельности и по нормам о соучастии, поскольку преступление объективизировалось в начальной его стадии.
В науке уголовного права все чаще появляются позиции, оспаривающие акцессорный подход к соучастию и допускающие возможность самостоятельной ответственности соучастников, например, за приготовительные действия к соучастию (приготовление к организации преступления, пособничеству в нем, к
подстрекательству к нему) или за соучастие в приготовлении к преступлению
(организация приготовления, подстрекательство к приготовлению, пособничество в приготовлении).
Так, А.Ю. Решетников и Е.А. Русскевич приводят гипотетический пример,
когда лицо, намеревающееся совершить компьютерную атаку на информационную инфраструктуру крупной финансовой организации в целях хищения денежных средств и завладения сведениями, составляющими коммерческую и банковскую тайну, находит через специализированные интернет-
ресурсы лиц, которые должны выявить уязвимости и разработать специальную вредоносную компьютерную программу для совершения кибератаки. «Подрядчики», получив гонорары, начинают разработку программы, однако друг о друге не знают и действуют самостоятельно. Один из них раньше достигает результата и первым передает программный продукт заказчику, который с его использованием совершает преступление. Авторы предлагают расценивать действия тех программистов, которые начали разрабатывать вредоносную компьютерную программу, но так и не передали ее заказчику как приготовление к пособничеству в совершении мошенничества и неправомерного доступа к
42
компьютерной информации1, тем самым допуская принципиальную возможность выделения стадии приготовления в соучастии. На наш взгляд, такой подход необоснованно усложняет и запутывает процессы квалификации и назначения наказания за соучастие, искажает реальную общественную опасность действий соучастников, не соответствует акцессорной концепции соучастия (нет исполнителя – нет соучастия).
Таким образом, принимая во внимание отсутствие единого решения в науке уголовного права и судебной практике по данному вопросу, представляется целесообразным в свете акцессорной теории соучастия сформулировать следующие универсальные правила квалификации действий лиц, совместно совершивших преступление:
- привлечение лица к ответственности в качестве соучастника (организатор,
подстрекатель, пособник) возможно только в случае, если исполнитель выполнил задуманный соучастниками состав преступления или, по крайней мере, начал его выполнение;
-в случаях, когда действия, направленные на совершение преступления, не были доведены исполнителем до конца, и он подлежит ответственности за покушение на преступление, действия остальных соучастников следует квалифицировать одновременно по правилам о соучастии в преступлении и о покушении на него;
-если потенциальный исполнитель так и не приступил к реализации объективной стороны состава преступления либо добровольно отказался от преступления, что исключает его ответственность как исполнителя, то соучастие отсутствует, а лица, выполнившие функции подстрекателя, пособника или организатора, подлежат ответственности по правилам о приготовлении к преступлению (без ссылки на соответствующую статью УК РФ, определяющую вид соучастника)2.
1 Решетников А.Ю., Русскевич Е.А. Неоконченное соучастие в преступлении и соучастие в неоконченном преступлении: вопросы квалификации // Уголовное право. 2021. № 11. С. 24 – 25.
2 Янковский Д.А. Указ. соч. С. 45.
43
Предложенные варианты квалификации в полной мере отвечают характеру преступной деятельности соучастников, главенствующей роли исполнителя в преступлении, поскольку именно его действиями причиняется непосредственный вред общественным отношениям, и соответствуют акцессорной концепции соучастия, приверженность которой демонстрирует современное уголовное законодательство России.
При этом, несмотря на принадлежащую исполнителю в силу акцессорной теории ключевую роль в соучастии, это не означает, что он должен нести самое строгое среди соучастников наказание. Центральное место исполнитель занимает в связи с особенностями объективной стороны своей деятельности, так как от нее зависит квалификация действий остальных участников преступления. Наказание же соучастникам определяется в пределах данной квалификации с учетом сформулированных в законе факторов и критериев, в том числе общих и специальных правил назначения наказания.
§2. Общие начала назначения наказания и особенности их применения
ксоучастникам
Если достаточным основанием для наступления уголовной ответственности соучастников является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, то в основание назначения наказания входят также иные обстоятельства, не отраженные в составе преступления, характеризующие личность соучастников и совершенное ими деяние. То есть по своему объему основания уголовной ответственности и основания назначения наказания не совпадают. Второе полностью включает в себя признаки первого, так как если нет состава преступления, то отсутствуют основания не только для привлечения лица к уголовной ответственности, но и для применения к нему уголовного наказания.
44
Возможны случаи, когда суд, установив основание для привлечения к уголовной ответственности, одновременно не признает его достаточным для назначения наказания, освобождая лицо от наказания (глава 12 УК РФ). Также не исключена ситуация, когда суд, выявив признаки для привлечения соучастника к уголовной ответственности и назначив ему соответствующее наказание, может признать возможным его исправление без реального отбывания наказания. В этих случаях суд назначает условное осуждение (ст. 73 УК РФ).
На этапе назначения наказания осуществляется правовая оценка всей совокупности обстоятельств, установленных на стадиях предварительного расследования и судебного разбирательства, характеризующих совершенное преступление и личность соучастников.
По образному выражению С.В. Познышева, «в назначении наказания участвуют две власти: законодатель и судья; первый из них очерчивает контур
(абрис), пределы наказуемости за содеянное, вводя судейское усмотрение в строго очерченные рамки, а второй – судья (суд) – в отведенных ему пределах конкретизирует наказание с учетом сформулированных в законе критериев и излагает свой вывод о мере уголовно-правового воздействия в приговоре»1. Тем самым реализуется оптимальное сочетание принципов дифференциации и индивидуализации наказания, создаются надлежащие условия для вынесения справедливого приговора.
Сам по себе процесс назначения наказания есть не что иное, как разновидность ценностно-ориентационной (оценочной) деятельности, которая предполагает наличие субъекта, объекта, основания и характера оценки2.
Согласно ст. 118 Конституции Российской Федерации правосудие в России осуществляется только судом 3 . Следовательно, единственным субъектом указанной оценочной деятельности является суд. Причем таковым может являться
1Познышев С.В. Учебник уголовного права: Общая часть. Очерк основных начал общей и особенной части науки уголовного права. Т. 1. М.: Юрид. изд-во Наркомюста, 1923. С. 69.
2См.: Ивин А.А. Основания логики оценок. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1970. С. 21.
3Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 г. с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 1 июля 2020 г.) // Официальный интернет-портал правовой информации. URL: http://www.pravo.gov.ru (дата обращения: 20.09.2021).
45
не любой суд, а лишь тот, который в судебной системе Российской Федерации уполномочен рассматривать уголовные дела.
Объектом оценки при назначении наказания за соучастие выступает конкретный соучастник. Вместе с тем формулировки Особенной части УК РФ свидетельствуют об использовании законодателем иной техники изложения уголовно-правовых норм, в соответствии с которой при совершении преступления наказывается не личность, а деяние виновного (например, ст. 126 УК РФ гласит: «Похищение человека – наказывается…»)1. В науке уголовного права существует мнение, что такой подход не вполне корректен. Г.П. Новоселов, в частности,
отмечал: «Поскольку наказание адресуется конкретной личности и претерпевается ею, то личность и есть объект той оценки, которая дается при назначении наказания. Положение, что при совершении преступления наказывается и деяние, и личность виновного либо только деяние, не совсем точно. Деяние в данном случае играет роль не объекта, а того, с учетом чего производится оценка личности виновного, то есть основания оценки»2. Полагаем возможным согласиться с такой точкой зрения. Безусловно, нельзя считать, что деяние вообще не рассматривается как объект судебной оценки. Прежде чем назначить наказание, суд обязан глубоко и всесторонне изучить все фактические обстоятельства совершенного преступления, дать конкретную оценку деянию,
вменяемому виновному. Однако это другая, более узкая оценка, объектом которой выступает преступное деяние соучастника. Непосредственным же объектом назначения наказания при совершении преступления в соучастии является тот, к
кому в конечном итоге применяется мера ответственности, то есть конкретное лицо – участник преступления.
Характер оценки при назначении наказания представляет собой выражение отрицательного отношения государства к лицу, совершившему преступление.
Данная отрицательная оценка проявляется путем возложения уголовной
1В законодательстве ряда зарубежных государств используется более удачный прием построения уголовноправовых норм. Например, ст. 142 Уголовного кодекса Болгарии, предусматривающая ответственность за аналогичный приведенному состав преступления, изложена следующим образом: «Лицо, которое похищает другое лицо, наказывается …». См.: Уголовный кодекс Республики Болгария от 15 марта 1968 г. // [Электронный ресурс]:
Болгарский правовой портал. URL: https://www.lex.bg/laws/ldoc/1589654529 (дата обращения: 20.03.2021).
2Новоселов Г.П. Критерии определения судом меры наказания. Учебное пособие. Свердловск: СЮИ, 1984. С. 4.