Материал: Диссертация Янковский Д.А

186

(наказание до 5 лет лишения свободы было применено к 45 % лиц, совершивших преступление единолично, и к 66 % участников групповых преступлений; свыше

5 лет лишения свободы – к 55 % лиц, совершивших преступление единолично, и к

34 % участников групповых преступлений). Как представляется, такая практика не является результатом целенаправленной деятельности и не означает, что российские суды придерживаются иной, чем законодатель, позиции по вопросу усиления наказания виновным в групповом соучастии 1 . На наш взгляд,

приведенные данные, демонстрирующие отсутствие какого-либо разрыва между наказаниями лиц, осуществивших коллективное преступное посягательство, по сравнению с наказаниями лиц, действующих индивидуально, может быть объяснено тем, что в практической плоскости весьма проблематично соизмерить и обобщить опасность тех или иных преступных действий в различных жизненных ситуациях, сопоставить их с аналогичными прецедентами в других судебных делах с тем, чтобы в конечном итоге выстроить последовательную судебную практику, в соответствии с которой лицам, виновным в групповых преступлениях, всегда бы назначалось более строгое наказание по сравнению с лицами, действующими при схожих обстоятельствах самостоятельно. Такая цель выглядит недостижимой утопией.

Вместе с тем не учитывать при назначении наказания качественно более высокий уровень общественной опасности групповых форм совершения преступлений по сравнению с учиняемыми единолично также недопустимо.

Решение указанной проблемы видится в расширении законодательной дифференциации уголовной ответственности в зависимости от формы соучастия в преступлении.

В связи с этим многие специалисты придерживаются мнения о необходимости установления в Общей части УК РФ правила о повышенном минимальном сроке или размере наказания, предусмотренного санкцией статьи, в

случае совершения преступления в групповой форме (как это сделано, например,

1 Хотя подобная точка зрения встречается в доктрине уголовного права. Например, П.Ф. Тельнов считает непозволительным повышать наказание в случае совершения преступления группой лиц, что следует из принципа индивидуализации ответственности, требующего наказывать каждого соучастника по степени общественной опасности исключительно его деяния и личности (См.: Тельнов П.Ф. Указ. соч. С. 169.).

187

при рецидиве преступлений), что позволило бы формализовать влияние той или иной формы соучастия на индивидуальное наказание виновного. Л.Л. Кругликов отмечает: «поскольку деяние, совершенное преступной группой, характеризуется существенным повышением степени общественной опасности, есть веские основания поставить вопрос о законодательной конкретизации силы влияния группового характера преступления на назначаемое наказание» 1 . Он поддерживает идею, выдвинутую В.В. Соболевым, который считает, что за преступление, совершенное группой лиц (с предварительным сговором или без такового), наказание не может быть назначено ниже половины максимального размера санкции, а за совершенное организованной группой – ниже двух третей2.

А.А. Илиджев предлагает установить иные пропорции: за преступление,

совершенное группой лиц, назначать наказание, предусмотренное статьей Особенной части УК РФ, не ниже одной трети его максимального срока или размера3.

М.В. Сидирякова также считает, что в целях дифференциации и ужесточения ответственности за совершение преступления участникам преступных групп необходимо назначать наказание пропорционально:

увеличивая от одной трети максимального срока наиболее строгого наказания для группы лиц и до двух третей максимального срока наказания для организованной группы4.

Н.В. Димченко полагает, что при совершении преступления в составе группы лиц наказание не может быть менее одной трети максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией статьи, в составе группы лиц по предварительному сговору – менее половины, организованной группы – менее двух третей, а в составе преступного сообщества – менее трех

1Кругликов Л.Л. Трактовка группы лиц в новейших диссертационных исследованиях // Ученые записки Казанского государственного университета. Том 142. Казань, 2002. С. 215.

2Соболев В.В. Основание и дифференциация ответственности соучастников преступления: автореф. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.08 / Соболев Вячеслав Васильевич. Краснодар, 2000. С. 23.

3Илиджев А.А. Указ. соч. С. 192.

4Сидирякова М.В. Указ. соч. С. 122.

188

четвертей максимального срока наиболее строгого вида наказания,

предусмотренного за совершенное преступление1.

В этом же плане высказывается Р.Х. Кубов, предлагая назначать наказание в случае совершения преступления организованной группой не ниже половины максимального срока наиболее строгого вида наказания, а в случае совершения преступления преступным сообществом – не ниже двух третей максимального срока наиболее строгого вида наказания2.

Не отрицая важность законодательного усиления наказания за групповые формы совершения преступлений, введение подобных формализованных пропорций наказуемости вызывает сомнение.

Во-первых, совершение преступления в составе преступного сообщества влечет ответственность по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 210

УК РФ и соответствующей частью (пунктом) статьи УК РФ, с учетом квалифицирующего признака «организованная группа» (либо в случае отсутствия такого квалифицирующего признака – по признаку «группа лиц по предварительному сговору» или «группа лиц»). Таким образом, за счет применения правил назначения наказания по совокупности преступлений наказание участнику преступного сообщества в значительной степени повышается, в связи с чем установление дополнительных критериев его усиления является излишним.

Во-вторых, ч. 7 ст. 35 и п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ уже содержат предписания

оназначении более строгого наказания на основании и в пределах,

предусмотренных УК РФ, за совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией), в связи с чем предлагаемые изменения привели бы к коллизии положений Общей части УК РФ.

В-третьих, при конструировании многих составов Особенной части УК РФ законодатель уже предусмотрел в качестве квалифицирующих признаков

1Димченко Н.В. Указ. соч. С. 103.

2Кубов Р.Х. Особенности квалификации сложных форм соучастия: автореф. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.08 / Кубов Руслан Хазертальевич. М., 2003. С. 11.

189

совершение преступления в составе той или иной формы группового соучастия и установил за них повышенное наказание.

Безусловно, необходимо учитывать, что подобные квалифицирующие признаки присутствуют не во всех составах Особенной части УК РФ.

Однако в этой связи представляется целесообразным совершенствовать нормы Особенной, а не Общей части УК РФ и включать в те составы преступлений, которые наиболее часто совершаются групповым способом,

квалифицирующие признаки в виде группы лиц, группы лиц по предварительному сговору или организованной группы, определяя за них более строгие наказания, соответствующие характеру и степени их общественной опасности и практическим особенностям их совершения1.

Такое решение, позволяющее обеспечить усиление наказания за групповые формы соучастия, представляется более гибким и эффективным, нежели установление единого порога повышения наказания в нормах Общей части УК РФ.

Кроме того, необходимо учитывать, что в зависимости от вида преступления одни квалифицирующие признаки могут приобретать доминирующее значение, другие – ослаблять свое влияние на совокупную величину общественной опасности посягательства. В связи с этим введение в

конструкцию того или иного состава преступления указанных квалифицирующих признаков должно являться результатом обобщения наиболее типичных случаев совместного посягательства на правоохраняемые блага, то есть быть плодом анализа определенной криминологической реальности, проводимого как с позиций криминологии, так и социальной психологии2.

Следует констатировать, что в УК РФ имеются примеры, когда специфика совершения тех или иных преступлений при формулировании законодателем квалифицированных составов в расчет не принята. Например, ч. 2 ст. 2001 УК РФ устанавливает ответственность за контрабанду наличных денежных средств и

1Янковский Д.А. Указ. соч. С. 121.

2Бурчак Ф.Г. Соучастие: социальные, криминологические и правовые проблемы. Киев: Вища шк., 1986. С. 126.