Материал: Диссертация Янковский Д.А
191
чем усиление наказания за данное посягательство, совершенное в составе группы, на наш взгляд, должно быть основано на прямом указании закона и закрепляться в квалифицированном составе, что гарантировало бы назначение справедливого наказания и способствовало сокращению объемов незаконного распространения и потребления наркотиков.
На необоснованность отсутствия в ст. 1594 («Мошенничество в сфере предпринимательской деятельности») УК РФ, в отличие от других видов мошенничества, таких квалифицирующих признаков, как «группа лиц по предварительному сговору» и «организованная группа», что усиливает предпосылки к нарушению принципов справедливости и равенства субъектов мошеннических посягательств, указано в п. 4.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2014 г. № 32-П1 (ст. 1594 УК РФ утратила силу в связи с невыполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации об устранении неконституционных аспектов правового регулирования ответственности за мошенничество в сфере предпринимательской деятельности)2.
Отсутствие квалифицирующего признака «организованная группа» в ряде составов преступлений, которым свойственны усложненные формы преступного объединения (например, в ст. 178 («Ограничение конкуренции»), 207 («Заведомо ложное сообщение об акте терроризма»), 228 («Незаконные приобретение, хранение, перевозка, изготовление, переработка наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, а также незаконные приобретение, хранение, перевозка растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества») УК РФ и др.) влечет единственную возможность квалификации соответствующих деяний по признакам простого состава преступления, который, к примеру, в названных статьях относится к категории небольшой тяжести. Это в свою очередь влечет невозможность производства
1Собрание законодательства Российской Федерации, 2014, № 52, ст. 7784.
2Янковский Д.А. Указ. соч. С. 121.
192
полного комплекса оперативно-разыскных и следственных мероприятий (в
частности, прослушивания телефонных и иных переговоров, оперативного эксперимента, контроля и записи переговоров) в целях выявления, раскрытия и расследования данных преступлений, что препятствует эффективной борьбе правоохранительных органов и специальных служб с организованной преступностью.
Также следует отметить, что в отдельных случаях, например при применении положений о постпреступном поведении соучастников, отсутствие квалифицирующих признаков в виде групповых форм совершения преступления может привести к нарушению принципов равенства граждан перед законом и справедливости уголовного закона. В частности, в соответствии со ст. 62 УК РФ активное способствование изобличению других соучастников влечет ограничение максимального срока или размера наказания. Цель данной нормы понятна – облегчить раскрытие преступлений, совершенных в соучастии. Однако такое поведение не всегда свидетельствует об исправлении лица и о снижении его общественной опасности, поскольку иногда обусловливается единственным желанием снизить меру личной ответственности за содеянное. Так, если один соучастник изобличил другого, то для него ограничивается верхний предел наказания, а за аналогичное преступление виновный, не имеющий соучастников,
будет отвечать в полном объеме, так как ему некого изобличить кроме самого себя. Таким образом, при отсутствии в статье Особенной части УК РФ квалифицированного состава в виде групповой формы преступления изобличение соучастника снижает уголовную ответственность по сравнению с таким же преступлением, совершенным в одиночку, что не может быть признано справедливым.
С учетом изложенного в целях обеспечения соответствия между общественной опасностью деяний и предусмотренными за них наказаниями полагаем целесообразным дополнить отдельные статьи Особенной части УК РФ квалифицирующими признаками в виде групповых форм соучастия: ст. 115, 116, 139, 167, 179, 201, 2042, 214, 281, 282, 2831, 285, 286, 2912, 318, 321, 324, 325 УК
193
РФ – «группа лиц по предварительному сговору»; ст. 138, 1381, 2001, 220, 228, 275, 327 УК РФ – «группа лиц по предварительному сговору» и «организованная группа»; ст. 178, 199, 2003, 207 УК РФ – «организованная группа».
Кроме того, в подавляющем большинстве составов преступлений,
предусматривающих указанные квалифицирующие признаки, все формы группового соучастия (или часть из них) закреплены в качестве равнозначных по своей наказуемости. Так, квалифицирующие признаки в виде групповых форм соучастия используются в Особенной части УК РФ применительно к
164 преступлениям. Из них в 74 случаях в одном квалифицированном составе объединены группа лиц по предварительному сговору и организованная группа, а
в 23 случаях – группа лиц, группа лиц по предварительному сговору и организованная группа.
Таким образом, законодатель предпочитает не дифференцировать ответственность в зависимости от совершения преступления группой лиц,
группой лиц по предварительному сговору или организованной группой. Вместе с тем, как отмечалось ранее, преступления, совершаемые при указанных формах соучастия, обладают различной степенью общественной опасности, что должно учитываться в ходе определения меры ответственности виновным. При этом учет данного фактора в рамках индивидуализации наказания, осуществляемой правоприменителем в каждом конкретном деле, очевидно, не позволяет обеспечить единообразный подход, поскольку оценка степени влияния формы соучастия на назначаемое наказание производится судом в рамках диапазона санкции самостоятельно, исходя из собственного усмотрения и при отсутствии каких-либо четких критериев. В связи с этим единственным решением в данной ситуации, гарантирующим полноценный учет при назначении наказания различного уровня общественной опасности предусмотренных УК РФ форм соучастия, является проведение законодательной дифференциации ответственности по рассматриваемому основанию.
В ходе проведенного опроса 65 практических работников правоохранительных органов 58 из них (88 %) согласились с необходимостью
194
осуществления более детальной законодательной дифференциации уголовной ответственности в зависимости от формы соучастия путем закрепления квалифицирующих признаков «группа лиц», «группа лиц по предварительному сговору» и «организованная группа» в разных частях соответствующих статей УК РФ с установлением за их совершение последовательно усиливающихся санкций
(Приложение Г).
Безусловно, в отношении ряда преступлений подобная дифференциация лишена практического смысла, так как за совершение, например,
квалифицированного убийства (ч. 2 ст. 105 УК РФ) в любой из форм соучастия законодатель уже предусмотрел наиболее тяжкую меру наказания – смертную казнь1.
Однако в иных случаях необходимо учитывать различия в степени общественной опасности форм соучастия, поскольку договоренность о совершении преступления, – какая бы она ни была, письменная или устная, –
представляет собой более высокую степень угрозы общественному порядку, чем отсутствие такой договоренности, а устойчивость или сплоченность преступного формирования указывают на еще более высокий уровень угрозы2.
Всвязи с этим общественная опасность совершения преступления группой лиц ниже, чем группой лиц по предварительному сговору, а организованной группой – выше, чем двумя предыдущими объединениями, но ниже, чем преступным сообществом.
Вданном отношении уместно обратить внимание, например, на ч. 3 ст. 256
УК РФ («Незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов»), которая предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от двух до пяти лет как за совершение преступления группой лиц по предварительному сговору, так и организованной группой. Практика применения данной нормы показывает, что незаконная добыча рыбы, морского зверя и иных объектов охраны, совершаемая организованными браконьерскими группами (в том числе в бассейнах Амура,
1Янковский Д.А. Указ. соч. С. 121.
2См.: Сидирякова М.В. Указ. соч. С. 119.
195
Дона, Волги, Азовского и Каспийского морей, на Дальнем Востоке), причиняет самый значительный и невосполнимый урон запасам морской и речной флоры и фауны. Прибыль, получаемая от такой противоправной деятельности, находится в теневом секторе экономики, а хищническое природопользование оказывает существенное негативное влияние на состояние экологической безопасности России. В этом смысле законодательное уравнивание незаконной добычи,
совершаемой обычными группами и организованными группами, а также отсутствие дифференциации уголовной ответственности по данному критерию представляется необоснованным и не соответствует тяжести совершаемых правонарушений, потенциальной угрозе нанесения ущерба природной среде и экономике страны.
Помимо того, что соединение подобных квалифицирующих признаков в одном составе преступления нивелирует общественную опасность различных форм соучастия, такой подход еще и не стимулирует разработку разграничительных признаков между ними, а также вводит правоприменителя в соблазн не устанавливать в полном объеме обстоятельства совершенного деяния,
указывающие на характер преступного объединения, поскольку квалификация деяния от этого не изменится. Отмеченные факторы не способствуют реализации принципов справедливости и дифференциации наказания1.
В связи с этим предлагается на законодательном уровне обеспечить закрепление квалифицирующих признаков «группа лиц», «группа лиц по предварительному сговору» и «организованная группа» в разных частях соответствующих статей Особенной части УК РФ, установив за их совершение последовательно усиливающиеся наказания2.
1Янковский Д.А. Указ. соч. С. 121.
2В этих целях потребуется корректировка ст. 110, 1101, 111, 112, 117, 131, 132 – 135, 141, 142, 1422, 146, 147, 1512, 164, 165, 1701, 1711, 1721, 1852, 1854, 191, 193, 204, 205, 2073, 213, 2154, 2284, 230, 231, 238, 2381, 242 – 2422, 2432 – 245, 253, 256, 258, 260, 272, 273, 2741, 287, 290 – 2911, 313, 322, 3221, 326, 332 – 335, 338 УК РФ, в которых соответствующие признаки в настоящее время объединены в одном составе преступления.