Материал: Iz_arkhiva_Izbrannye_trudy_V_G_Bogoraza_po_shamanstvu_1934-1936_gg

М. И. Шахнович. В. Г. Богораз — историк религии [1946 г.]

миться. В. Г. Богораз самостоятельно пришел к формулировке своих воззрений на генезис религии.

Многие указывали, что при литературном оформлении своего доклада В. Г. Богораз пользовался трудом Даниэля Бринтона «The religion of the primitive peoples», появившемся в 1897 г., в котором развиваются воззрения, близкие к преанимизму. В. Г. Богораз ссылался на этот труд Д. Бринтона, но мы бы указали на другой источник критики В. Г. Богоразом анимистической теории Э. Тайлора, на труды Ч. Дарвина, которого так ценил Владимир Германович. В 1871 г. в труде «Происхождение человека и половой подбор», касаясь работ Тайлора, Леббока и Спенсера о возникновении религиозных верований, Дарвин высказал мысль о том, что олицетворение природы предшествовало вере в бестелесные, духовные существа. Дарвин писал: «Я не могу удержаться от предположения, что существовали еще более ранние и более грубые времена, когда всё, в чём обнаруживались сила и движение, должно было считаться одаренным жизнью и умственными способностями, подобными нашим собственным»53. В связи с этим Дарвин рассказывал о следующем своем наблюдении: «Моя собака, взрослое и умное животное, лежала на траве в жаркий тихий день. На небольшом расстоянии от нее легкий ветерок случайно пошевелил раскрытый зонтик — обстоятельство, на которое собака не обратила бы, вероятно, ни малейшего внимания, если бы кто-либо находился возле. Как бы то ни было, но всякий раз, как зонтик шевелился, собака начинала сердито ворчать и лаять. Вероятно, она рассудила быстро, и не давая отчета самой себе, что движение зонтика без всякой причины обличает присутствие какого-либо неизвестного живого существа, а никто чужой не имел права вступать в её владения»54.

В докладе на конгрессе американистов, в статье, опубликованной в журнале «Землеведение», Владимир Германович ссылался на этот факт55. В лекциях по эволюции первобытных религиозных верований В. Г. Богораз соглашался с мнением Дарвина о некотором отдаленном сходстве религиозного чувства с «привязанностью собаки к своему хозяину, с её горячей любовью, соединенной с полной покорностью, некоторой боязнью и, может быть, еще с другими

53Ч. Дарвин. Собр. соч. т. II. Изд. Поповой, 1889, стр. 65.

54Там же, стр. 65.

55Журнал «Землеведение», 1908, № 1, стр. 62.

36

М. И. Шахнович. В. Г. Богораз — историк религии [1946 г.]

чувствами». В авторизованном переводе «Религия» второй части своей монографии «Чукчи» Владимир Германович выбросил ссылку на этот пример из сочинения Дарвина, так как в тридцатых годах уже считал, что эта аналогия неправильна, что корни религиозного чувства социальные, а не биологические. Это все это интересно для нас потому, что показывает, что с идеей олицетворения природы В. Г. Богораз познакомился вместе с «полевым материалом» и через посредство сочинения Дарвина. Полемизируя в лекциях с мнением, что среди жителей острова Огненная Земля не обнаружены какиенибудь религиозные обряды, В. Г. Богораз имел в виду именно Дарвина, который доказывал это, исходя из своих наблюдений за жителями Огненной Земли во время пребывания там при кругосветном путешествии на корабле «Бигль». Дарвин писал, что «невозможно утверждать, что вера врожденна или инстинктивна у человека. Но, с другой стороны, верование в распространенных повсюду духовных деятелей встречается повсеместно и, по-видимому, составляет плод значительного развития рассуждающих способностей человека и еще большего развития таких способностей, как воображение, пытливость и удивление… Понятие о едином и благодетельном творце мира не рождается, по-видимому, в уме человека до тех пор, пока он не достигнет высокого развития под влиянием долговременной культуры»56.

В. Г. Богораз считал, что религиозные представления первобытного человека прошли пять стадий: «Стадия первая. Отождествление человека с природой, субъективное и бесформенное. Стадия вторая. Отыскивание внешнего сходства между человеком и предметами, хотя бы в смутной и случайной форме. Стадия третья. Идея о двух формах предметов. Одна форма обыкновенная, другая преображенная и человекообразная. Стадия четвертая. Идея о гениях, живущих внутри предметов и связанных с ними, хотя и способных покидать их тела на время. Идея о человеческой душе как отличной от тела. Стадия пятая. Идея о духах, человекообразных, независимых от предметов, невидимых и свободно движущихся. Идея об усопших, существующих после уничтожения тела. Начало культа предков»57.

56В. Г. Богораз. Курс лекций по эволюции первобытных религиозных верований. Архив Академии Наук СССР, стр. 416.

57Журнал «Землеведение», кн. 1, 1908, стр. 78-79.

37

М. И. Шахнович. В. Г. Богораз — историк религии [1946 г.]

Ю. П. Францов, критикую анимистическую и преанимистическую теорию Богораза указывал58, что нельзя отождествлять образное мышление первобытного человека с религиозными верованиями, ссылаться на сказки, где имеется олицетворение природы, так как оно может не содержать наделение природы сверхъестественными качествами и свойствами. Ю. П. Францов считает, что «пять стадий В. Г. Богораза можно свести к четырем или трем. Первые четыре стадии являются, собственно, этапами в развитии фетишизма. Фетишизация предметов и явлений природы, куда входит и наблюдение подобия и представление, что часть замещает целое, на что человека наталкивает распаленная вожделением фантазия, — такова первая стадия. Далее, постоянное наделение вещей сверхъ­ естественными свойствами начинает осознаваться как некая вторая природа, дополнительная к их действительной природе, появляется подозрение о скрытой природе вещей, к которой и относятся те качества, которые навязала предметам распаленная бессильным желанием и страхом фантазия дикаря. Это момент изменения фетишистских верований, зарождение анимизма. Вера в отдельных от вещей духов, пятая стадия В. Г. Богораза, есть оформление анимизма»59. Такова марксистская попытка Ю. П. Францова переработать схему В. Г. Богораза, исходя из характеристики К. Маркса: «Распаленная вожделением фантазия возбуждает у фетишиста ложное представление, будто “бесчувственная вещь” может изменить свои естественные свойства с тем, чтобы удовлетворить его прихоть»60.

В 1930 г. в статье «К вопросу о применении марксистского метода к изучению этнографических явлений» В. Г. Богораз пытался увязать стадии развития религиозных верований с развитием хозяйства. Он стремился связать олицетворение отдельных внешний предметов (аниматизм) с переходом от собирательства к раннему рыболовству и ранней охоте, одухотворение (анимизм) с развитой охотой, ранним земледелием61. Исходя из предпосылки: «Для того, чтобы представить эти предметы одухотворенными, создать представления о духах, нужно усилие ума, соответствующее более раз-

58См. Ю. П. Францов. Предисловие редактора к В. Г. Богораз. «Чукчи». Ч. II, Религия. Изд. Главсевморпуть. Л. 1939, стр. V. Ю. П. Францов. Фетишизм и проблема происхождения религии. ГАИЗ, 1940, стр. 76, 102–110.

59Там же, стр. 108, 109.

60К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. т. I, стр. 194.

61Журнал «Этнография», 1930, № 1–2, стр. 40.

38

М. И. Шахнович. В. Г. Богораз — историк религии [1946 г.]

витой хозяйственной стадии»62, Владимир Германович пытался увязать эволюцию идеологии со стадиями развития производства. В последние годы, когда Богораз познакомился с трудами классиков марксизма-ленинизма по вопросу о первобытном обществе, он собирался переработать свою схему, по-новому осмыслить огромный материал о религиозных верованиях чукоч, предпосылая ему расширенную вводную статью, отражающую его современные взгляды на религию доклассового общества, но сделать этого не успел.

В. Г. Богораз разработал для своих сотрудников Л. Н. Мануйловой и М. И. Пуговкиной «Тезисы по собиранию научного материала по идеологии шаманства». Он писал: «1. Существует два этапа анимизма: более первобытный и сложный, 2. Первобытный анимизм может быть только аниматизмом. В аниматизме четыре стадии: 1) оживотворение, 2) олицетворение, 3) одухотворение (начало раздвоения), 4) полное раздвоение. Начало отделения духов независимо от предметов. 3. Высказывания Энгельса и Маркса о наиболее первобытной форме сознания. Вначале это чисто животное сознание природы; в дальнейшем — это сознание природы, которая противостоит первоначально людям. Часто животное сознание природы есть природная, естественная религия. На этой стадии отдельный человек еще не порвал пуповины, связывающей его с племенем или общиной, и он связан с ним, как отдельная пчела с пчелиным ульем. 4. Ранний анимизм представляет слитное представление с намеченными линиями расчленения. Развитый анимизм представляет соединение древнего слитного, синтетического представления, которое находится в состоянии распада на множество отдельных частей. Формула развернутого анимизма представляет диалектическое соединение синтетического и анимистического мышления. Сознание одного человека, т. е. сознание шамана, воспринимает тысячу подробностей, расположенных на периферии мира, и соединяет их в одно целое. 5. Наполнение мира духами. Множество духов, племена духов, живущих коллективно, как охотники и рыболовы. Индивидуальные духи — духи убийцы, духи заразных болезней, духи сумасшествия, падучки и т. д. Охота духов за душами индивидуальная и коллективная. 6. Мельчание духов. Кипение духов в пространстве, духов, как палые листья, как мошка, как пыль. Последний подход — вопрос средневековой схоластики — сколько миллионов злых ду-

62 Журнал «Этнография», 1930, № 1–2, стр. 40.

39

М. И. Шахнович. В. Г. Богораз — историк религии [1946 г.]

хов может поместиться на острие иглы. 7. Чем отличаются духи от людей. При всем сходстве духов с людьми, духи могут по желанию изменить свой образ и величину. Духи движутся в пространстве с огромной быстротой, причем характерно трехмерное волнистое движение. То же делают шаманы, гоняясь за духами. Можно составить такую пропорцию: в звериных сказках звери относятся к охотникам с таким суеверным страхом, как люди относятся к духам. Это отношение можно продолжить и сказать, что так же, как люди относятся к духам, так же духи относятся к шаману. В дальнейшем для анимиста природа параллельно является наполненной множеством духов, а также множеством реальных явлений и предметов: рыбы в море, травы в лесах, камни в горах. Все это частицы огромного наполнения реального мира. Тайга и тундра, кроме того, наполнены топонимикой. Число названий превышает число обитателей. Реальное наполнение мира представляет элементы первобытной науки. Оно противополагается наполнению духов. Таким образом, возникает двойственное наполнение мира — идеалистическое и материалистическое. 8. Производство первобытного человека тоже вмещает две группы представлений. Одна группа магическая, другая техническая. Техническая группа постоянно получает преобладание; магические элементы оттесняются из области производства в область воспроизводства, т. е. в область лечения. Орудия труда. Одухотворение и обожествление орудий труда развивается мало. Во-первых, орудия труда насквозь знакомы и понятны человеку, во-вторых, орудия труда по существу добрые, а духи по существу злые. Однако орудия получают магическое оформление в связи с опасностью, войной­ и т. д. Челнок для охотника, выезжающего в море, есть покровитель от бури и дарователь промысла. Охотничье копье — это надежный друг; боевой меч — это бог, предмет обожествления. Предметы вообще имеют тамгу, т. е. знак освоения коллективного или индивидуального. Тамга является также изображением добычи, например на удочке — рыба, на копьеметателе — птица и т. д. Это есть требование, направленное к творческим силам природы в мистическом их оформлении, тоже к духам»63.

63Материалы к рукописи В. Г. Богораза «Стадии развития шаманства» стр. 1–2. Рукописный отдел Музея истории религии Академии Наук СССР в Ленинграде [Научно-исторический архив ГМИР. Ф. 1. Оп. 1. Д. 33. Л. 1–2].

40