Материал: 3_Aliev_Sh_M_Pravovye_posledstvia_nachala_i_okonchania_vooruzhennykh_konfliktov

186

ней применялись к ситуациям объявления состояния войны и международным вооруженным конфликтам по смыслу статьи 2 общей для всех Женевских конвенций 1949 г. и Дополнительного протокола I и не распространяла своей действие на ситуации вооруженного конфликта немеждународного характера.

Однако, на второй конференции по рассмотрению действия Конвенции,

проходившей с 11 по 21 декабря 2001 г., государствами-участниками Конвенции было принято решение о внесении поправки в статью 1 с тем,

чтобы распространить сферу действия на вооруженные конфликты немеждународного характера.381

В соответствии с пунктом 2 Поправки к статье 1 Конвенции Конвенция

1980 г. и Протоколы к ней применяются «к ситуациям, указанным в статье 3,

общей для Женевских конвенций 1949 года» и не применяется к «случаям нарушения внутреннего порядка и возникновения обстановки внутренней напряженности, таким как беспорядки, отдельные и спорадические акты насилия и иные акты аналогичного характера, поскольку таковые не являются вооруженными конфликтами».

Важно отметить, что на момент принятия поправки к Конвенции были приняты 4 Протокола: Протокол I - о необнаруживаемых осколках, Протокол

II – о запрещении или ограничении применения мин, мин-ловушек и других устройств, Протокол III – о запрещении или ограничении применения зажигательного оружия, Протокол IV – об ослепляющем лазерном оружии, а

в 2003 г. был принят Протокол V по взрывоопасным пережиткам войны.

Следовательно, могло возникнуть предположение о том, что действие последнего Протокола не распространяется на ситуацию вооруженного конфликта немеждународного характера.

381Поправка к статье 1 к Конвенции о запрещении или ограничении применения конкретных видов обычного оружия, которые могут считаться наносящими чрезмерные повреждения или имеющими неизбирательное действие, от 10 октября 1980 года. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/pdf/conweapons_corr1.pdf (дата обращения:12.12.2018)

187

Такая гипотеза не подтверждается нормой п. 7 статьи 1 Конвенции с учетом поправки 2001 г., которая гласит, что «положения пунктов 2-6

настоящей статьи не наносят ущерба дополнительным протоколам,

принятым после 1 января 2002 года, которые могут применять, исключать или модифицировать сферу их применения в связи с настоящей статьей».

Таким образом, Конвенция 1980 г. и Дополнительные протоколы к ней в отношении государств, выразивших свое согласие на обязательность данной нормы, в полной мере распространяют своей действие на ситуации вооруженного конфликта немеждународного характера, что налагает на стороны конфликта, согласно пункту 3 статьи 1 Конвенции, обязанность

«применять запрещения и ограничения настоящей Конвенции и прилагаемых к ней Протоколов».

По состоянию на 9 ноября 2020 г. поправку к Конвенции ратифицировали 86 государств, в том числе Российская Федерация (с 24

января 2007 г.) и Украина (с 29 июня 2005 г.).382

Ксожалению, рассмотренные вступившие в силу положения поправки

кстатье 1 Конвенции 1980 г. на длительный период выпали из поля зрения правовой науки и в отечественной международно-правовой доктрине лишь в последние годы встречаются упоминания о данной поправках.383

Что же касается применения Вооруженными силами Украины кассетных боеприпасов, то здесь следует обратить внимание, что в 2008 году в Дублине была принята Конвенция о кассетных боеприпасах, в настоящее время ее участниками являются 110 государств.384

Содержание указанной конвенции позволяет сделать однозначный вывод о распространении сферы действий акта на ситуации состояния войны

и международных вооруженных конфликтов и отсутствии норм,

382State Parties to the Following International Humanitarian Law and Other Related Treaties as of 9-Nov-2020.

URL: https://www.icrc.org/applic/ihl/ihl.nsf/ (дата обращения: 10.11.2020).

383См., например: Кремнев П.П. Вооруженный конфликт на Юго-востоке Украины: правовая квалификация и последствия. С.402-403.

384State Parties to the Following International Humanitarian Law and Other Related Treaties as of 9-Nov-2020.

URL: https://www.icrc.org/applic/ihl/ihl.nsf/ (дата обращения: 10.11.2020).

188

позволяющих применять ее в случае вооруженного конфликта немеждународного характера. Кроме того, ни Россия, ни Украина участником Конвенции 2008 г. не является.

Соответственно, использование сторонами вооруженного конфликта на Юго-востоке Украины видов обычного оружия, запрещенных или ограниченных в применении Конвенцией 1980 г. и прилагаемыми к ней Протоколами, является нарушением норм права вооруженных конфликтов со всеми вытекающими отсюда правовыми последствиями.

Участники вооруженных конфликтов немеждународного

характера. В ходе вооруженного конфликта немеждународного характера гражданское население и отдельные гражданские лица, согласно ст.13, «пользуются общей защитой от опасностей, возникающих в связи с военными операциями, в силу чего они не должны являться объектом нападения и в отношении их запрещаются акты насилия или угрозы насилием, имеющие основной целью терроризировать гражданское население». В этих целях запрещается принудительное перемещение гражданских лиц, если необходимость в этом не вызывается требованиями обеспечения безопасности этих лиц или настоятельными причинами военного характера.

Основополагающий принцип действия Женевских конвенций 1949 г. и

Дополнительного протокола II 1977 г. в условиях вооруженных конфликтов немеждународного характера провозглашает, что каждая из находящихся в конфликте сторон обязана исходить из того, что лица, «которые непосредственно не принимают участия в военных действиях, включая лиц из состава вооруженных сил обеих сторон, сложивших оружие и тех, кто перестал принимать участие в военных действиях вследствие болезни,

ранения, задержания и т.п.», должны при всех обстоятельствах пользоваться гуманным обращением без какого-либо различия.

189

Анализ норм статьи 5 показывает, что правовой статус лиц, попавших во власть неприятельской стороны, в условиях вооруженных конфликтов международного и немеждународного характера различается. Протокол не устанавливает особого статуса для участников незаконных вооруженных формирований в случае попадания их во власть противной стороны.

Протокол ограничивается лишь гарантиями гуманного обращения с любым человеком, который по каким-либо причинам сложил оружие и перестал принимать участие в военных действиях, т.е. повстанцы не являются военнопленными.

При вооруженном противостоянии внутри государства продолжает действовать национальное законодательство государства, что сохраняет за государством право преследовать в судебном порядке и, при необходимости,

приговаривать к наказанию лиц, признанных виновными в совершении правонарушения, связанного с вооруженным конфликтом.

В частности, как указывают авторы комментария к ДП-II, «Протокол не препятствует преданию суду члена повстанческой вооруженной группы за то, что он взялся за оружие. Он не предоставляет ему статус комбатанта или военнопленного».385

Несмотря на поверхностное содержание положений статьи, признается,

что она не затрагивает вопроса предоставления амнистии лицам, «совершившим серьезные нарушения во время внутреннего вооруженного конфликта, поскольку такие нарушения являются преступлениями по международному праву».386

Подтверждение изложенной выше позиции авторов комментария к Дополнительному протоколу II встречается и в доктрине.

385Комментарий к Дополнительному протоколу II от 8 июня 1977 года. С.53.

386Симон М. Майзенберг. Законность амнистий с точки зрения международного гуманитарного права. Решение Специального суда по Сьерра-Леоне относительно амнистий, предоставленных на основании Ломейского мирного соглашения//Международный журнал Красного Креста. Сборник статей. - 2002-2004. С. 162-163. См. также: Letter of the ICRC Legal division tо the ICTY Prosecutor of 24 november 1995. Цит. по: Ясмин Накви. Амнистия за военные преступления: возможность международного признания// Международный журнал Красного Креста. - 2003. - № 849. С.320-321.

190

Так, М. Боте, руководствуясь фактом нераспространения на повстанцев статуса военнопленного и применением связанных с этим статусом защитных мер, полагает, что «не запрещено применять наказания к лицам,

принимающим участие в боевых действиях, даже если их поведение соответствовало нормам ведения войны».387

С учетом изложенного тезиса представляются не соответствующими современным нормам международного права высказывания премьер-

министра ДНР А. Бородая о том, что с момента признания МККК ополченцев стороной в конфликте последние больше не являются террористами и бандитами, а военнопленными и не подлежащему задержанию за совершение преступлений.388 Признание их стороной в конфликте вовсе не означает, что ополченцы должны рассматриваться как военнопленные, так как нормы о статусе военнопленных относятся исключительно к ситуациям состояния войны и международного вооруженного конфликта, то есть когда вооруженное столкновение происходит между двумя и более независимыми государствами, а самопровозглашенные ДНР и ЛНР не являются государствами в традиционном юридическом значении понятия

«государство».

Все это позволяет сделать вывод, что в праве вооруженных конфликтов отсутствуют ограничения, которые бы препятствовали органам государственной власти страны привлекать к уголовной ответственности по национальному законодательству лиц, участвующих в боевых действиях в составе незаконных вооруженных формирований, за совершение серьезных правонарушений, связанных с вооруженным конфликтом, в том числе, за само участие в ВКНМХ.

Как указывает И.Н. Арцибасов, данный Протокол значительно расширен по сравнению со ст. 3 Женевских конвенций 1949 года в

387 Михаэль Боте. Указ. соч. С.923.

388Красный Крест признал ополченцев стороной конфликта//URL: https://ria.ru/world/20140625/1013568352.html (дата обращения: 25.09.2018)