Материал: 3_Aliev_Sh_M_Pravovye_posledstvia_nachala_i_okonchania_vooruzhennykh_konfliktov

146

Держава-Покровительница. Согласно положениям Дополнительного протокола I, с момента возникновения вооруженного конфликта каждая сторона, находящаяся в конфликте, без промедления назначает Державу-

Покровительницу (ст. 5).

Иными словами, это обязанность воюющих сторон, а не возможность действовать по своему усмотрению.

Под Державой-Покровительницей понимается государство, которому другое государство (держава происхождения) поручает контролировать и содействовать выполнению положений Женевских конвенций и Дополнительного протокола I в отношении гражданских лиц и военнопленных.

По мнению Э. Давида, Державой-Покровительницей называется

«нейтральное государство, которому воюющее государство (держава происхождения) поручает защищать свои интересы, а также интересы своих подданных перед третьей державой (чаще всего неприятельским государством), называемой удерживающей державой (в случае военнопленных: Третья Женевская конвенция) или державой пребывания (в

случае интернированных гражданских лиц: Четвертая Женевская конвенция)».293

Любопытно, что автор несколько сужает круг государств, могущих претендовать на назначение в качестве Державы-Покровительницы, сводя его только к нейтральным государствам. Тем более что такая позиция расходится с нормами Женевских конвенций 1949 г. и Дополнительного протокола I 1977 г., которые не содержат упоминания о нейтралитете как обязательном признаке, отличающем Державу-Покровительницу.294

Одним из первых примеров использования данного института является назначение Державы-Покровительницы во время франко-прусской войны

293Э. Давид. Указ. соч. С.640.

294See.: Commentary I Geneva convention. P. 86; Geneva Convention III relative to the Treatment of the Prisoners of war: Commentary. – Geneva: ICRC, 1960. P.93; Commentary on the Additional Protocols of 8 june 1977 to the Geneva Conventions of 12 august 1949. – Geneva: ICRC, 1987. P.77-89.

147

1870 г.295 Затем институт Державы-Покровительницы получил развитие в годы Первой мировой войны, когда несколько государств приняли решение о посещениях лагерей для военнопленных.296 Проблемы практической реализации полномочий Державы-Покровительницы в ходе вооруженных конфликтов привели к тому, что в 1929 г. была предпринята первая попытка кодификации этого института. Статья 86 Женевской конвенции об обращении с военнопленными от 27 июля 1929 г. закладывала правовую основу деятельности Державы-Покровительницы: «Высокие Договаривающиеся Стороны признают, что надлежащее применение настоящей конвенции может быть гарантировано возможностью сотрудничества Держав-Покровительниц, на которые возложена защита интересов воюющих сторон».297 Однако мандат Державы-Покровительницы был ограничен правом посещения военнопленных.

Достаточно широкое применение в период Второй мировой войны положений данной статьи показало ее несовершенство: 1) трудности с заменой Державы-Покровительницы, не выполняющей своих обязанностей; 2) отсутствие у Державы-Покровительницы полномочий в отношении гражданских лиц неприятельской стороны; 3) недопущение или существенное ограничение деятельности Державы-покровительницы на оккупированной территории.298

295Ch. Rousseau. Op. сit. P.94.

296Например, США одновременно представляли британские интересы в Германии и немецкие интересы в Великобритании. См.: Ф. Бюньон. Международный Комитет Красного Креста и защита жертв войны. - М.:

МККК, 2005. С.1136.

297Женевская конвенция об обращении с военнопленными от 27 июля 1929 года

298Швейцарский исследователь Ив Сандо пишет по этому поводу следующее: «на многие миллионы военнопленных защита Державы-покровительницы не распространялась, поскольку государство их происхождения не было признано удерживающей в плену державой… Отсутствие Державыпокровительницы серьезно ощущалось и гражданским населением, находящимся во власти противника, поскольку никто не обеспечил ему какую-либо защиту. И, наконец, «чудовищный характер некоторых нарушений, совершенных там, где не существовало контроля, изменил концепцию контроля. Речь уже больше не шла только о признании права воюющей стороны на контроль за применением Конвенции противником и об облегчении ее задачи при этом. Идея соблюдения частных интересов каждой из воюющих сторон заменялась концепцией высших интересов человечества, которая требовала, чтобы контроль был обязанностью, а не только правом»». Цит. по: Ив Сандо. Выполнение международного гуманитарного права // Имплементация международного гуманитарного права: сборник статей. - М.: МККК, 1998. С.224-225.

148

Серьезным недостатком также являлось недостаточное количество Держав-Покровительниц: в период Второй мировой войны эти функции выполнялись, например, Швейцарией в отношении 35 государств, Швецией в отношении 28 государств и США до вступления их в войну, защищавшими интересы 12 государств.299

Женевские конвенции 1949 г. способствовали частичному устранению возникших пробелов. Общие статьи Конвенций установили, что «настоящая Конвенция будет применяться при содействии и под контролем Держав-

Покровительниц». Вместе с тем назначение Державы-Покровительницы в соответствии с положениями Женевских конвенций оговорено тремя условиями. Во-первых, для стороны в конфликте не существует обязательства назначать Державу-Покровительницу. Во-вторых, любое правительство, которое попросят выступить в качестве Державы-

Покровительницы, может отклонить просьбу о назначении. И, наконец,

противоположная сторона в конфликте не обязана принимать предложения другой стороны.

В соответствии с общими статьями 9-11 Конвенций МККК или любая иная беспристрастная гуманитарная организация вправе осуществлять с согласия заинтересованных сторон соответствующие функции при отсутствии Держав-Покровительниц (т.н. субститут Державы-

Покровительницы).

Статья 5 Дополнительного протокола I 1977 г. была принята для усиления системы Держав-Покровительниц. В соответствии с этой статьей

«если Держава-Покровительница не назначена или не признана с момента возникновения международного вооруженного конфликта, Международный Комитет Красного Креста, не ущемляя права любой другой беспристрастной гуманитарной организации поступать таким же образом, предлагает свои добрые услуги сторонам, находящимся в конфликте, с целью назначения без

299 Э. Давид. Указ. соч. С. 434.

149

промедления Державы-Покровительницы с согласия сторон, находящихся в конфликте». В этих целях он обращается к каждой из сторон с просьбой представить список по крайней мере 5 государств, которые та сторона считает наиболее приемлемой кандидатурой для выполнения функций Державы-Покровительницы от ее имени в отношении противной стороны; и

обратиться с просьбой к каждой противной стороне представить список по крайней мере 5 государств, приемлемых в качестве Державы-

Покровительницы другой стороны» (п. 3 ст. 5 Протокола). Указанные списки направляются Комитету в течение двух недель после направления просьбы,

после чего он сопоставляет их и запрашивает согласие любого предложенного государства, упомянутого в этих списках.

Начало действий Державы-Покровительницы предполагает наличие двух, а иногда трех соглашений между заинтересованными государствами.

Никакое государство не может назвать себя Державой-

Покровительницей по собственной инициативе. Мандат, определяющий объем ожидаемого от нее покровительства, Держава-Покровительница должна получать от государства, которое прибегает к ее услугам.

С правовой точки зрения, нейтральное государство не обязано принимать на себя мандат, который хотят ему доверить. Тем не менее дипломатические традиции и международная вежливость требуют, если согласно аккредитующее государство, чтобы нейтральные государства отвечали на эти просьбы положительно. Швейцария, например, не считала себя вправе отказываться от такого мандата.

Однако вскоре после окончания Второй мировой войны Швейцария в одностороннем порядке отказалась защищать германские интересы,

поскольку исчезло правительство рейха.300 Точно так же отказалась она обеспечивать защиту некоторых японских интересов на том основании, что

300 Там же

150

она больше не располагала достаточной свободой сношений с японским правительством, находившимся в то время под опекой союзников.301

Государство, которое собираются выбрать в качестве Державы-

Покровительницы, не может взять на себя осуществление доверяемого ему мандата без согласия державы, по отношению к которой должна протекать его деятельность. Как правило, оно даже старается заключить с этим государством официальный договор, гарантирующий для него возможность удовлетворительно выполнить задачи, которые ему хотят доверить.

Согласно п. 4 ст. 5 Дополнительного протокола I, если «Держава-

Покровительница либо не назначена, либо не действует, стороны,

находящиеся в конфликте, без промедления принимают предложение,

которое может быть сделано Международным Комитетом Красного Креста или любой другой организацией, предоставляющей все гарантии беспристрастности и эффективности, действовать в качестве субститута после соответствующих консультаций с вышеупомянутыми сторонами и с учетом результатов этих консультаций».

Многие положения Женевских конвенций 1949 г. и Дополнительного протокола I 1977 г. закрепляют функции Державы-Покровительницы.302 Так,

в соответствии со статьями 62, 63, 66, 69, 75, 77, 121 и 122 Третьей Женевской конвенции, статьями 83, 137 Четвертой Женевской конвенции Держава-Покровительница должна способствовать установлению связи между воюющими сторонами и отдельными лицами, находящимися по разные стороны линии фронта. Держава-Покровительница может оказывать помощь покровительствуемым лицам (ст. 39, 98 Четвертой Конвенции), а

также должна выступать в роли ходатая за этих лиц в ходе судебного рассмотрения их дел (ст. 105 Третьей Конвенции, ст. 71, 72 и 74 Четвертой Конвенции, а также ст. 45 Дополнительного протокола I). Ст. 126 Третьей

301Там же

302См., например: Ястребова А.Ю. Защита вынужденных мигрантов в условиях вооруженных конфликтов: международно-правовые аспекты//Пути к миру и безопасности. – 2019. – № 1 (56). С.78.; она же. Definition and modern particularities of the international legal status of forced migrants // International journal of economics and business administration – 2019. – Vol. VII. – Special issue. P.146.