Материал: 3_Aliev_Sh_M_Pravovye_posledstvia_nachala_i_okonchania_vooruzhennykh_konfliktov

141

организации гражданской обороны в соответствии со ст. 67 Протокола.

Такой личный состав отличается от остальных военнослужащих признанным знаком гражданской обороны и не вправе выполнять любые иные воинские обязанности в период вооруженного конфликта, включая непосредственное участие в боевых действиях, что будет приравниваться к нарушению Протокола.

Таким образом, на основании Третьей Женевской конвенции (ст. 4) и

Дополнительного протокола I (ст. 43, п. 1 ст. 50), к комбатантам относятся следующие категории:282

1)личный состав регулярных вооруженных сил и включенные в них полувоенные или вооруженные организации (за исключением несражающихся), а также личный состав ополчений и добровольческих отрядов, включенных в состав вооруженных сил;

2)партизаны, личный состав ополчений и добровольческих отрядов,

включая организованные движения сопротивления, если они отвечают следующим условиям: а) имеют во главе лицо,

ответственное за своих подчиненных; б) имеют определенный и явственно видимый издалека знак; в) открыто носят оружие, в том числе, во время каждого военного столкновения и в то время, когда находятся на виду у противника в ходе развертывания в боевые порядки, предшествующего началу нападения, в котором они должны принять участие; г) соблюдают в своих действиях законы и обычаи войны;

3)население неоккупированной территории, которое при приближении неприятеля стихийно берется за оружие для борьбы с

282 По состоянию на 9 ноября 2020 года участниками Женевских конвенций 1949 г. являются 196 государств. Дополнительный протокол I ратифицировало 174 государства. Для 22 государств, не участвующих в Протоколе (Андорра, Азербайджан, Бутан, Эритрея, Индия, Индонезия, Иран, Израиль, Кирибати, Малайзия, Маршалловы острова, Мьянма, Непал, Ниуэ, Пакистан, Папуа-Новая Гвинея, США, Таиланд, Тувалу, Турция, Шри-Ланка, Южный Судан), применяются соответствующие положения III Женевской конвенции. См.: State Parties to the Following International Humanitarian Law and Other Related Treaties as of 9-Nov-2020. Материал доступен на официальном сайте МККК: URL: https://www.icrc.org/applic/ihl/ihl.nsf/ (дата обращения: 10.11.2020)

142

вторгшимися войсками, не успев сформироваться в регулярные

войска, если они открыто носят оружие и соблюдают законы и

обычаи войны;

4)организованные вооруженные участники национально-

освободительных движений, борющихся против колониализма,

расизма и иностранного господства в осуществление своего права на самоопределение.

Кизложенному следует добавить следующее. В личный состав вооруженных сил входят лица, которые не являются комбатантами и обладают особым статусом:

1)медицинский и духовный персонал;

2)лица из состава вооруженных сил, постоянно назначенного для выполнения функций гражданской обороны.

Такие лица с особым статусом не могут принимать непосредственного участия в боевых действиях и не могут быть объектом нападения. Различие состоит лишь в том, что при попадании во власть противника медицинский и духовный персонал является лишь временно задержанным (ст. 33 Третьей Женевской конвенции 1949 г.) и на них не распространяется режим военного плена, тогда как такой режим распространяется на лиц из состава вооруженных сил, постоянно назначенных для выполнения функций гражданской обороны (ч. 2 ст. 67 ДП- I 1977 г.)

Дискуссионным в международно-правовой доктрине остается вопрос о

вмешательстве многонациональных сил, в частности вооруженных сил

под эгидой ООН. Необходимо помнить, что присутствие многонациональных сил в таком контексте не обязательно делает их стороной в конфликте. Обычно эти войска находятся там не для того, чтобы участвовать в боях, а размещены там с целью необходимости поддержания мира. В соответствии с мандатом их полномочия не включают в таком случае предоставление поддержки той или иной из противостоящих сторон, а

143

ограничены посредничеством или наблюдением. Более того, они могут прибегать к применению вооруженной силы только для самообороны.283

Длительное время Секретариат ООН высказывал отрицательную позицию касательно вопроса применения норм права вооруженных конфликтов в отношении ООН. По мнению юристов Секретариата,

представленному в работе Д. Шраги и Р. Заклина, «при осуществлении своих полномочий силы по поддержанию мира действуют от имени и по поручении всего международного сообщества в целом, и поэтому не могут считаться по смыслу Женевских конвенций ни «Стороной» в конфликте, ни «Державой»…

ООН, как международная организация, по существу не имеет возможности стать участницей Женевских конвенций 1949 г. и обязаться соблюдать их подробно разработанные положения, значительную часть которых организация выполнять не может. Несмотря на свою международную правосубъектность, ООН не является государством и, таким образом, не обладает юридическими и административными полномочиями,

необходимыми для выполнения многих обязательств, налагаемых этими Конвенциями. И, наконец, с формальной точки зрения, ООН не может стать участницей Женевских конвенций, поскольку их заключительными статьями участие международных организаций, таких как ООН, не предусматривается».284

МККК, согласившись с тем, что ООН формально не является участницей Женевских конвенций 1949 г., а также учитывая природу Организации, полагает, что применимость положений Конвенций «возможно обеспечить лишь mutatis mutandis (с соответствующими изменениями). Так,

283 См., например: А. Бувье. Конвенция о безопасности персонала Организации Объединены Наций и связанного с ней персонала: изложение и анализ// Международный журнал Красного Креста. – 1995. - №7. С. 792-793; Тузмухамедов Б.Р. Применимость международного гуманитарного права в условиях военных операций ООН в пользу мира//РЕМП.2001. Специальный выпуск. - СПб. 2002. С.61-62; Д. Шрага, Р. Заклин. Применимость международного гуманитарного права к операциям Организации Объединенных Наций по поддержанию мира: понятийные, правовые и практические вопросы//Симпозиум по вопросам гуманитарной деятельности и осуществления операций по поддержанию мира. Женева, 22-24 июня 1994. Отчет. - М.:

МККК, 1995. С.45; Cr. Greenwood. International humanitarian law and United Nations military operations//Yearbook of International humanitarian law. Vol.1.1998. P.4.

284 Д. Шрага, Р. Заклин. Указ. соч. С.44.

144

нормы, касающиеся военнопленных или имеющие отношение к уголовным наказаниям, неприменимы, тогда как нормы, относящиеся к методам и средствам ведения боевых действий, категориям покровительствуемых лиц, а

также уважение признанных эмблем, применяются полностью».285

На наш взгляд, не вызывает сомнений применимость норм относительно международных вооруженных конфликтов в случае, если имеет место осуществление принудительных мер, связанных с использованием вооруженных сил в отношении государства, нарушившего мир или совершившего акт агрессии, как это предусмотрено главой VII

Устава ООН. В данном случае, на основании положений ст. 47 Устава ООН,

подразделения вооруженных сил государств-участников ООН, переданных в распоряжение организации по решению Совета Безопасности, вели бы боевые действия под стратегическим руководством Военно-Штабного Комитета, а «входящие в их состав военнослужащие приобретали бы статус комбатантов».

Многонациональные силы могут рассматриваться в качестве стороны вооруженного конфликта при соблюдении двух условий. Во-первых, если они принимают непосредственное участие в боевых действиях, оказывая поддержку одной из противоборствующих сторон. Так, Миссия Организации Объединенных Наций в Демократической Республике Конго

(МООНК), например, предоставила военную поддержку правительству Демократической Республики Конго для того, чтобы отразить наступление,

начатое вооруженной оппозицией.286 Во-вторых, если международные силы размещены и не оказывают поддержки ни одной из сторон, их статус будет определяться в соответствии с критериями, обычно используемыми для оценки наличия вооруженного конфликта немеждународного характера. Эти

285Тузмухамедов Б.Р. Указ. соч. С.59.

286Четвертый специальный доклад Генерального Секретаря о Миссии Организации Объединенных Наций в Демократической Республике Конго. См.: Документ ООН S/2008/728. Ч.13, 25.

145

войска должны считаться стороной в конфликте, если степень их участия в конфликте достигает требуемого уровня интенсивности.287

Вмешательство сил ООН в немеждународный вооруженный конфликт,

например, против одной из участвующих сторон, по мнению Э. Давида, «имело бы те же правовые последствия, что и вмешательство третьего государства в данный конфликт, поскольку вооруженную борьбу между собой ведут стороны, каждая из которых обладает международной правосубъектностью».288 Тот факт, что государство может быть членом ООН,

ничего не меняет, так как ООН, как международная организация, обладает отличной от государства международной правосубъектностью.

В некоторых случаях события вынуждали Совет Безопасности ООН давать силам ООН по поддержанию мира разрешение на применение оружия против сторон в конфликте. Так было, например, в Конго в 1961 г.289, в Югославии в 1992-1993 гг.290, в Сомали в 1992 г.291

Говорить о международном вооруженном конфликте в этом случае можно только тогда, когда имело место столкновение сил ООН и одной из сторон в конфликте. Само по себе столкновение не приводит к интернационализации конфликта, особенно если речь идет о единичном столкновении. Э. Давид определяет два элемента квалификации такого вмешательства как международного вооруженного конфликта:

неоднократность (повторяемость) столкновений и достижение определенного масштаба конфликта, не раскрывая, тем не менее, указанных им критериев.292

Далее следует рассмотреть действующие конвенционные положения,

прямо устанавливающие правовые последствия начала и окончания международных вооруженных конфликтов.

287S. Vite. Op. сit. P. 87.

288Ibid. P.125.

289Ситуация в Конго. Документ ООН S/Res 161(1961)

290Ситуация в Югославии. Документ ООН S/Res 824(1993), 836 (1993), 844 (1993)

291Ситуация в Сомали. Документ ООН S/Res 794 (1992), 814 (1993), 837 (1993)

292Cited on: S. Vite. Op. сit. P. 128.