Материал: 3_Aliev_Sh_M_Pravovye_posledstvia_nachala_i_okonchania_vooruzhennykh_konfliktov

121

(расстрелу), обращается к исполнению не ранее трех месяцев со дня посылки сообщения о вынесенном приговоре Исполкому Союза обществ Красного Креста и Красного Полумесяца Социалистических Советских Республик» (ст.24), то Положение о военнопленных 1941 г. сократило срок исполнения до 1 месяца: «приговор, осуждающий военнопленного к высшей мере наказания, немедленно по его вынесении, сообщается исполкому Союза обществ Красного Креста и Красного Полумесяца и может быть приведен в исполнение не ранее месяца после указанного сообщения» (ст.29).

Вцелом, правила, сформулированные в Положении, носили общий характер и требовали принятия отдельного ведомственного правового акта компетентного органа исполнительной власти, на который возлагались задачи по организации содержания военнопленных. Таковым органом являлся НКВД СССР, в рамках которого, в соответствии с положением, было создано Управление по делам военнопленных и интернированных. Соответственно, в рамках НКВД СССР 13 августа 1941 г. была принята секретная Инструкция № 001076 «О порядке содержания военнопленных в лагерях НКВД», которая детализирует правила Положения о военнопленных 1941 г.242

Всоответствии с п.1 Инструкции для содержания военнопленных «организуются специальные лагеря». Порядок содержания военнопленных в лагерях НКВД «определяется настоящей инструкцией и должен обеспечить:

а) содержание военнопленных в условиях изоляции от окружающего населения;

б) создание режима, исключающего всякую возможность побега военнопленных из лагерей» (п.2).

Указанная Инструкция, как было сказано, конкретизирует нормы Положения о военнопленных 1941 г. и не содержит расхождений или иных отклонений от формулировок Положения.

242 Инструкция НКВД СССР от 13 августа 1941 г. №001076 «О порядке содержания военнопленных в лагерях НКВД» // ГА РФ. Ф. 9401, оп. 1а. ед. хр. 91. Л. 75-82.

122

Интересен тот факт, что и Положение о военнопленных 1941 г., и

Инструкция НКВД о порядке содержания военнопленных, в отличие от Положения о военнопленных 1931 г., закрепляют принцип раздельного проживания лиц офицерского состава от остальных военнопленных. Так,

ст.10 Положения гласит: «военнопленные офицеры и другие приравненные к ним лица, размещаются отдельно от других военнопленных и обеспечиваются жилыми помещениями, одеждой, бельем, обувью,

продовольствием и другими предметами первой необходимости, а также денежным довольствием по установленным нормам». Инструкция НКВД в п.15 закрепляет аналогичное правило: «военнопленные рядового и младшего начсостава размещаются отдельно от офицерского состава и приравненных к нему лиц».

Это означает, что указанные нормативно-правовые акты не только в целом, но и в отдельных аспектах согласуются с нормами Женевской конвенции об обращении с военнопленными 1929 г. и не противоречат ей.

Таким образом, изложенные выше документы свидетельствуют о том, что в рамках союзного законодательства СССР имела место имплементация норм международного права, в частности норм Женевской конвенции об обращении с военнопленными. Иными словами, абсолютное большинство норм Женевской конвенции об обращении с военнопленными 1929 г. имели в советском внутригосударственном праве не конвенционную форму или происхождение, а обычно-правовой характер.

Выводы по параграфу: проблема правового регулирования положения пребывавших в советском плену военнопленных периода Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. получила широкое освещение в научной литературе и публикациях СМИ, однако до настоящего времени отсутствует специальное юридическое и, в частности, международно-

правовое исследование поставленного вопроса.

123

Проведенный диссертантом анализ нормативно-правовых актов советского законодательства, документов внешней политики СССР и материалов Государственного архива РФ показал следующее.

Содержание первых декретов советской власти, дипломатической переписки в виде записей бесед руководителей советской внешней политики с представителями иностранных государств – союзников по антигитлеровской коалиции свидетельствует, что Советский Союз недвусмысленно ясно заявил о признании для себя обязательной Гаагской конвенции о законах и обычаях сухопутной войны 1907 года. Что касается Женевской конвенции об обращении с военнопленными 1929 года, то ситуация выглядит следующим образом.

27 июля 1929 года в ходе проходившей в Женеве международной дипломатической конференции представителей 47 государств были приняты Женевская конвенция об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях и Конвенция об обращении с военнопленными. СССР в заседаниях конференции участия не принимал и указанных конвенций не подписывал. Но в августе 1931 года Советский Союз посредством принятия Декларации о присоединении выразил свое согласие на обязательность для него Женевской конвенции об улучшении участи раненых и больных в действующих армиях.

Советский Союз не принимал официального акта о присоединении к Конвенции об обращении с военнопленными 1929 г. Однако положения указанной конвенции были имплементированы в советское национальное законодательство, подтверждением чему выступает принятое в 1931 году постановлением ЦИК СССР и СНК СССР Положение о военнопленных,

которое не только вобрало в себя основные положения конвенции, но и устанавливало более упрощенный режим содержания военнопленных.

Положение о военнопленных, принятое СНК СССР 1 июля 1941 года, хотя и установило более строгий режим содержания по сравнению с Положением

124

1931 года, но в то же время не только не противоречило, но и находилось в полном соответствии с Женевской конвенцией 1929 г.

Таким образом, посредством имплементации норм Женевской конвенции об обращении с военнопленными 1929 года в союзное законодательство, СССР фактически признал положения конвенции в качестве обычной нормы международного права.

125

2.4. Правовые последствия начала и окончания международных

вооруженных конфликтов

Как было изложено ранее (гл. 1), вооруженные конфликты по форме различаются на международные вооруженные конфликты, вооруженные конфликты немеждународного характера и интернационализированный вооруженный конфликт. И поскольку отношения между сторонами интернационализированного вооруженного конфликта регулируются либо нормами МВК, либо ВКНМХ (см. пар. 2 гл.1), то правовые последствия могут наступать в зависимости от формы вооруженного конфликта.

Правовым последствиям начала и окончания состояния войны на основе сложившейся межгосударственной практики посвящено значительное число исследований как в отечественной, так и в зарубежной международно-

правовой литературе.243 В тоже время, доктриной остаются практически не затронутыми правовые последствия начала и окончания международных вооруженных конфликтов. И это вызывает удивление хотя бы потому, что нормы о правовых последствиях вооруженных конфликтов (в основном международных и частично немеждународного характера), являются конвенционными – т.е., они закреплены, преимущественно, в

соответствующих статьях Женевских конвенций 1949 г. и Дополнительных протоколов I и II 1977 г.

243 См., например: Алешин В.В. Международное право вооруженных конфликтов. М., 2007; Арцибасов И.Н. Международное право (законы и обычаи войны). М., 1975; Арцибасов И.Н., Егоров С.А. Вооруженный конфликт: право, политика, дипломатия. М.,1989. С. 107-119,130-131; Грабарь В.Э. Объявление войны в современном международном праве. СПб., 1904; Полторак А.И., Савинский Л.И. Вооруженные конфликты и международное право. М., 1976. С.203-224; Соколов В.А. Мирный договор - основная правовая форма восстановления послевоенных отношений между государствами. Саратов, 1965; Л. Оппенгейм. Международное право. Т.II. П/т I. М., 1949. С. 308-342; Ч. Хайд. Международное право, его понимание и применение Соединенными Штатами Америки. В 5 Т. Т.5. М., 1950; R. Baxter. The legal consequences of the unlawful use of force under the Charter //Proceedings of American Society of International Law 1968; R. Baxter. The duties of combatants and the conduct of hostilities (Law of the Hague)/ in International Dimensions of

Humanitarian law. Geneva, 1988; R. Colb. Le droit international des conflits arme´s. Basel,Brussels, 2003; I. Detter.

The Law of War. Cambridge, 2002.