Материал: + Проблемы криминологии. Курс лекций

36

Вторым сообществом стала новая, т.е. антропологическая, или позитивистская школа. Представителей этой школы объединял антропометрический метод, обусловленный новым, позитивистским («антикабинетным») подходом к исследованию. Их внимание, в отличие от теоретиков классической школы, изучавших юридическую (внешнюю) сторону явления преступления, было привлечено к внутренней, субъективной стороне преступления, или преступнику, причём реальному, и в целом к реальной преступности, точнее, к её социально-психологической стороне. Они изучали, во-первых, реальных преступников, пытаясь найти ответ на вопрос о причинах, толкнувших их на совершение преступления, тем самым выходили на закономерности «внутренней» стороны преступности; во-вторых, обращали внимание на внешние закономерности преступности, т. е. её связи с различными факторами естественной и социальной среды. А это уже означает процесс систематизации знаний о проблеме причинности преступности.

Научные изыскания (в том числе, повторю, и в значительной мере при инициативном участии антропологической школы) в социальной сфере инициировали научную мысль в новом социологическом направлении учения о преступности. Так сформировалась наиболее влиятельная, третья – социологическая школа. По сути, это была одна, позитивистская школа как мощный движитель криминологической мысли, работающей не только в антропологосоциологическом направлении, но и охватывающей юридический аспект, в котором особенно преуспевал Р. Гарофало.

Активная деятельность этой новой, позитивистской школы по отношению к старой, классической школе не могла не оказать влияния на неё. Оно было настолько значительным, что буквально омолодило её, приблизив к реальной жизни, и мировое криминологическое сообщество признало новое явление в науке – неоклассическая школа…

Завершая этот вводный очерк к данной работе, замечу в порядке вывода следующее. Наука криминология – произведение человеческой мысли, в котором, соответственно, есть и главы, и параграфы. И, несмотря на то… нет,

37

благодаря тому, что пишутся они разными не одинаково, но глубоко мыслящими авторами, создаваемое ими произведение возвышает его величие новыми открытиями.

Вопрос 2-й. Изначальные идеи осмысления преступления

Казалось бы, ничего сложного нет в понимании того, что такое преступление. С этим словом связано что-то определённо недоброе, вредоносное и потому опасное для людей. Такое свойство – особенной опасности для людей – получило и соответствующее наименование: социальная патология. Об этом образном выражении сущности реального феномена я высказался выше.

Преступление, таким образом, всегда вызывало протестное чувство у людей, обществ и государств, обеспокоенных криминальной угрозой своей безопасности. И возникало естественное желание избавиться от этого зла.

Однако все попытки избавиться от этого зла не дали желаемого результата. Но они ко всему прочему активизировали процесс осмысления преступности как свойства человеческих поступков и социального поведения в целом, её природы и будущего.

«Осмысление» означает вникание в смысл чего-либо, понимание и затем объяснение этого смысла. Осмыслить – значит понять и объяснить сущность какой-либо вещи, какого-либо события, действия, в данном случае – преступления. Можно говорить об осмыслении как об одном из начальных и важных этапов усвоения и функции мышления, на котором мы проникаем в суть явлений, событий, их особенности, связи.

В данном контексте термин «осмысление» означает прежде всего первичные формы вникания в смысл познаваемой реальности, которая выражена в преступлении. Эти первичные формы познания предшествуют научному знанию, т. е. пока ещё не соответствуют общепринятым критериям построения и обоснования концепций, но вместе с тем дополняют в той или иной мере научные знания, несут в себе «зародыши» инновационных идей.

38

Иными словами, осмысление позволяет получить протонаучное, или преднаучное знание, т. е. предшествующее знанию научному. Осмысление опирается как на достоверные знания, так и на субъективные предположения, теоретико-конструкторские идеи исследователя. Протонаучное знание создаёт основу для разработки достоверных теоретических концепций, «воплощаясь» наконец в научную теорию47.

Особенно важно обратиться к периоду античной философии, в котором ранненаучное осмысление преступления происходило в «ткани» всей совокупности внерелигиозных знаний, или научном знании в целом. Это вовсе не означает признания ненужности более раннего представления о преступности, особенно в религиозных учениях. Это тоже история нашего познания, история складывающегося мировоззренческого опыта, которому было суждено только в далёком будущем обрести, т. е. выработать, уникальный инструмент (наряду со всеми другими инструментами, улучшающими жизнь) познания, имя которого было определено его же функциональностью, – наука.

А пока ненаучное мировоззрение, представлявшее мир в двух ипостасях – естественный мир и мир сверхъестественный – и основывающееся на вере, по-своему представляло это зло, а именно в природной греховности человеке. Но такое, не научное, а нравственное осмысление преступности тоже очень важно, как в изучении сущности этого зла, так и в противодействии ему. Осознание достоинства религиозного взгляда, в котором особенно раскрываются возможности нравственного противодействия преступности.

В современной криминологии интерес к теме религии и преступности вывел её исследователей на разработку соответствующей концепции – «кри-

47 См.: Александрова О. Научное и вненаучное знание // Pravmisl.ru. Научнообразовательный портал:URL: http://pravmisl.ru/index.php?option=com_content&task=view&id=712 (дата обращения: 19.07.2012 года).

39

минотеология», т. е. «учение о преступлениях, совершаемых в связи с вероисповеданием в какого-либо Бога»48.

Один из основоположников криминологии, представитель антрополо- го-социологического направления Энрико Ферри в предисловии к русскому изданию своей исторической книги «Уголовная социология» написал: «Подобно живым организмам научные теории имеют свой период созревания, предшествующий их практическому осуществлению и подготавливающий последнее»49.

«Период созревания» научного учения о преступлении (преступности) начинается, можно сказать, со второй половины XVIII века (в частности в 1748 г. публикуется трактат «О духе законов» Ш. Монтескьё; в 1764 г. – работа Ч. Беккариа «О преступлениях и наказаниях», с которой связывают начало криминологии; в 1810 г. – учебник «Уголовное право» П.А. Фейербаха в 1883 г. издаётся главная книга Э. Ферри «Уголовная социология»; в 1884 г. – монография Р. Гарофало «Криминология: исследование о преступлении, о его причинах и о средствах массовой репрессии» и др.) и завершается в XIX столетии. Хотя это очень условные временные границы.

Учение о преступности – постоянно развивающаяся система знаний, которая включает в предмет изучения также наказание, причинность, предупреждение и их политическое обеспечение (главным образом, разработка принципов, стратегий, тактики, вопросов оптимизации нормотворчества и в целом противодействия преступности).

Таким образом, первоначально учение о преступлении охватывало такие отрасли знаний, как уголовное право, тюрьмоведение, уголовное судопроизводство, криминалистика, этиология преступности (криминология в узком смысле), уголовная политика. Например, П.А. Фейрбах в числе первых учёных положил начало выделения из криминологии уголовного права, фи-

48Старков О.В. Криминология: Общая, особенная и специальная части: учебник. – СПб.: издательство «Юридический центр Пресс», 2012. – С. 626.

49Ферри Э. Уголовная социология / сост. и предисл. В С. Овчинского. – М.: ИНФРА-М, 2005.

– С. 3.

40

лософии наказательного права, криминальной психологии, уголовной политики. Постепенно в данном учении формируются три направления, или аспекта, в которых активизируются процессы систематизации знаний о криминале: нормативно-правовое, социально-правовое и политическое. Каждое из них в итоге развивается в соответствующую относительно самостоятельную научную дисциплину.

Например, в России к середине XX в. социально-правовой блок криминология из общего учения о криминале выделяется в самостоятельную науку, которая с 1964 г. определяется в качестве обязательной учебной дисциплины юридических вузов. В конце XIX в. формируется отрасль уголовного права, затем от неё отпочковывается специфическая её часть – тюрьмоведение (позже – пенитенциарное, исполнительно-трудовое, наконец, уголовноисполнительное право). Собственно, предметом изучения данной отрасли стало уже не преступление, а его правовые последствия, главным образом, исполнение наказания, т.е. регулирование применения мер уголовноправового характера. Кроме того, к предмету данной отрасли права относят уголовно-исполнительную политику как относительно самостоятельное направление уголовной политики.

Но важно изучать и более ранний период учения о преступлении – период «посева» изначальных идей-семян разумной мысли, которым суждено было дать всходы на научной ниве.

Периодизация истории криминологии проводится по разным критериям и предлагается соответственно в различных вариантах. Так, русский криминолог Д.А. Дриль определял четыре периода развития криминологической мысли (уголовного права). Первый период – общинно-родового быта, господства обычая, мести, войн. Второй период – развития политического общества, государственности, период письменных законов, устанавливающих право на необузданное возмездие, месть, пытки, казни и т.п. Третий период – философского осмысления преступления, его неизбежности, а отсюда и смягчение наказания, период вызревания серьёзной научно мысли о преступ-