Представляется, что более естественным способом является конструкция с частью тела:
(77) Динора срывает с себя ожерелье и бросает его к ногам Гоэля. [Д. Марголин. Спутник меломана. Собрание оперных либретто (1908)]
Следует, однако, отметить, что в 19 веке у глагола отправить конечный посессор кодируется с предлогом к.
(78) Возвращаясь в гостиницу «Версаль», где остановился, я после этой беседы с министром чувствовал себя более покойно и в следующие затем дни отправил письмо к гофмейстеру двора князю Шервашидзе с просьбою также исходатайствовать мне представление у Императрицы Марии Федоровны, которая в это время находилась в Гатчине. [В. А. Шомпулев. Записки старого помещика (1897-1908)]
(79) Краевский попытался отправить повесть к Крылову, но тот тоже нашел, что она безнравственна. [К. Н. Леонтьев. Воспоминания (1880-1888)]
В примерах (78) и (79) предложная группа с предлогом к кодирует получателя перемещаемого объекта, однако он не кодируется дативом - нормальным средством кодирования роли реципиент в современном русском языке.
Г. Конечная точка с предлогом к + одушевленное имя как пространственный ориентир (Цели приближения)
Такое значение доступно со следующими глаголами:
· переходные и непереходные глаголы с МУ к+датив: подойти, подвести, подъехать
· непереходные глаголы смены конфигурации и движения, управляющие также предлогом на: валиться, встать, опуститься, прыгать, бросаться; выбежать, выскочить, метнуться, переходные опустить, поднять, уложить.
· непереходные глаголы движения: лететь, ехать, идти, направиться, метнуться, плавать, поспешить, отступать, бросаться, выбежать, выбраться, выйти, вылезать, выскочить, забраться, опуститься, бросать
· переходные глаголы перемещения: вывести, нести, вынести, тащить
· переходные глаголы бросания: бросать, забросить
У глаголов, которые не сочетаются с семантикой движения в контейнер, одушевленная конечная точка может получать только прямое пространственное прочтение. Это, например, глаголы с приставкой под- (подойти, подвести), модель управления которых выглядит как к+имя Ср. однако разговорное подойду к 7 часам (в значении приду) . Другими словами, в их актантную структуру которых входит именно роль Цель приближения.
(80) Один из арабов подвел к Арсению верблюда и попытался вложить ему в руку верблюжий повод. [Евгений Водолазкин. Лавр (2012)]
В примере (80) предложная группа к Арсению обозначает человека как пространственный ориентир и какое-либо другое прочтение невозможно (например, как дом референта). Можно сказать, что у таких глаголов одушевленные и неодушевленные актанты оформляются одинаково.
Следующая группа глаголов, допускающих такую пространственную интерпретацию одушевленной Конечной точки - это глаголы смены положения, которые способны присоединять одушевленные аргументы с предлогом на: непереходные валиться, встать, опуститься, прыгать, бросаться; выбежать, выскочить, метнуться, переходный вывести.
Как уже было отмечено выше, предлог на лицензирует простое пространственное значение, как в примере (82), в то время как предлог к предполагает некое социальное взаимодействие. В примере (82) ориентир мальчик выступает как пространственный ориентир без каких-либо дополнительных оттенков значения. В примере (81) предполагается взаимодействие одушевленного траектора (дамы) с одушевленной конечной точкой (партнер).
(81) Ничто не сравнится с ресторанной тоской, когда под звуки забубенной музыки выходят на круг парочки, и дамы, разбуженные вином, без стыда валятся к партнеру. [В. Лихоносов. Ненаписанные воспоминания. Наш маленький Париж. Ч. 5 (1983)]
(82) Учительница была мертва и стала валиться на мальчика, как только он тронул её. [Борис Екимов. Фетисыч // «Новый Мир», 1996]
С другой стороны, предлог на также может провоцировать враждебную интерпретацию, как в примере (83). Если же при глаголе бросаться используется предлог к, то скорее сохраняется компонент социального взаимодействия, как в примере (84).
(83) Близкие бросаются к Давыду и подхватывают его под руки. [Евгений Водолазкин. Лавр (2012)
(84) Тогда у маленького купавнинца, говорившего о своём отце без конца, сжимались кулачонки, он бросался на обидчика и бился до крови. [Алексей Варламов. Купавна // «Новый Мир», 2000]
Д. Конечная точка с предлогом к + одушевленное как пространственный ориентир + расширение семантики
Как уже было отмечено выше, обычно люди - это нечто большее, чем чисто пространственный ориентир.
(85) Супруг Агаповой выбежал к жене и между ними произошла драка. [неизвестный. Московская жизнь/ Переполох в доме Смирнова (1905.06.27) // «Московский листок», 1905]
В примере (85) аргумент к жене является не только конечной точкой, но и причиной совершаемого действия. Ситуация также предполагает взаимодействие между агенсом и одушевленной конечной.
3.3 Конструкции с внешним посессором и две Конечные точки
3.3.1 Конструкция с внешним посессором. Определение
Один из способов оформления Конечной точки, когда в этой роли выступает одушевленный референт, является конструкция с внешним посессором. Под этим термином, введенным в [Vergnaud Zubareva 1992] объединяются довольно разные грамматические конструкции, общим для которых является то, что в конструкции «происходит расщепление исходной семантической валентности предиката, заполненной генитивной группой (прототипической функцией которой является выражение посессивного семантического отношения)» [Кибрик 2003: 273].
Различают конструкции:
1) с экстапозицией посессора, в которых посессор перемещается в новую позицию, не соответствующую никакой валентности при предикате.
2) с экстрапозицией обладаемого, в которых посессор занимает позицию прямого дополнения, а обладаемое выражается в косвенной позиции (новую позицию при глаголе) [Кибрик 2003: 274].
Два типа конструкций с внешним посессором могут быть продемонстрированы следующими примерами:
(86) Ї Вались, вались батюшке в ноги да целуй ручку государеву, Ї делая растопыренной ладонью жест книзу, командовал хозяин. [В. Я. Шишков. Емельян Пугачев. Книга вторая. Ч. 1-2 (1939-1945)]
(87) Ї Ну, давай, Кирюха, не тяни, Ї я тереблю коллегу за желтый рукав. [Владимир Спектр. Face Control (2002)]
В примере (86) посессор батюшка закодированный дательным падежом, не соответствует никакой валентности предиката валиться (ср.*валиться батюшке), валентность глагола на Конечную точку заполняется предложной группой в ноги, обозначающей часть тела. В примере (87) наоборот - посессор выступает в позиции прямого дополнения, что соответствует валентности глагола теребить, а обладаемое желтый рукав, обозначающее предмет одежды, кодируется в новой для глагола позиции косвенного дополнения.
Одной из причин подобного расщепления является более высокий коммуникативный статус (одушевленного) посессора. В то время как посессор имеет независимую референцию, референция обладаемого происходит с помощью отсылки к посессору. Например, в словосочетании рюкзак мальчика референт имени рюкзак устанавливается только в том случае, если известен референт имени мальчик. Другими словами, посессор является фокусом эмпатии в генитивной конструкции, т.е. имеет более высокий коммуникативный статус. Такой коммуникативный статус соотносится с более привилегированными синтаксическими позициями, поэтому происходит расщепление, и посессор повышается в статусе [Кибрик 2003: 276-278].
На возможность подобного расщепления могут также оказывать влияния следующие факторы. Во-первых, расщеплению может способствовать семантика предиката. В разделе 3.1. уже было отмечено, что выбор конструкции с внешним посессором означает, что посессор сильно затронут действием, обозначенным предикатом. В [Kцnig, E. 2001: 976] говорится, что по этой причине ожидаемыми предикатами, при которых может появляться данная конструкция, будут предикаты, обозначающие события (event predicates) -- особенно такие, которые предполагают некий эффект воздействия.
Во-вторых, влияние оказывает семантика посессора. Одушевленность посессора способствует расщеплению посессивной конструкции, и во многих языках только одушевленные посессоры допускают такие конструкции.
В-третьих, роль играет характер обладаемого: как отчуждаемая, так и неотчуждаемая принадлежность могут допускать расщепление генитивной конструкции, однако, проще расщепляются конструкции с неотчуждаемой принадлежностью, среди которых самый частый случай - это конструкции с частями тела [Kцnig, E. 2001: 976].
Расщепление посессивной конструкции в русском может происходить в различных синтаксических позициях, однако позиция, актуальная для настоящей работы, это позиция Конечной точки. Далее будут рассмотрены конструкции с внешним посессором в роли Конечной точки в русском языке. Классификация конструкций с внешним посессором проводится по способу оформления посессора.
3.3.2 Конструкции с внешним посессором в позиции Конечной точки
А. Посессор может быть оформлен двумя способами: дательным падежом и дательным падежом с предлогом к (валиться васе в ноги/к Васе в ноги)
Первый тип конструкции с внешним посессором - это такие конструкции, в которых эстрапонированный посессор может быть выражен как предложной группой к+датив, либо дательным падежом.
Следующие глаголы допускают такую конструкцию:
· непереходные глаголы смены положения и некоторые другие: валиться, опуститься, забраться, бросаться, прыгать, взлететь; завести (руку),.
· переходные глаголы бросания: бросать, кидать, забросить
Все эти глаголы допускают конечную точку с предлогом в или на и одушевленным референтом (валиться на Васю), но как уже было отмечено, предпочтение отдается кодированию конечной точки с помощью конструкции с внешним посессором (примеры (88) и (89) или генитивной конструкции, указывающей на часть тела одушевленного участника (пример (89).
(88) Все трое по очереди валились Пугачёву в ноги, спрашивали наперебой: «Рученька-то, рученька-то у тя што?» [В. Я. Шишков. Емельян Пугачев. Книга третья. Ч. 1 (1934-1945)]
(89) Верка валится к матери на руки, и сразу же вслед за этим наступает ночь… [Дина Рубина. На солнечной стороне улицы (1980-2006)]
(90) Медсестра закряхтела, кашлянула и стала тяжело, подогнув набок ноги, валиться к ногам мужчин. [Андрей Троицкий. Удар из прошлого (2000)]
При этом, по сравнению с конструкциями с внешним посессором, которые отражают затронутость посессора действием, обозначенным предикатом, генитивная конструкция с частью тела предполагает пространственное употребление. В примере (90) одушевленный участник генитивной конструкции мужчины никак не затронут действием, производимым Агенсом и обозначенным глаголом валиться. Предложная группа к ногам мужчин кодирует место - конечную точку, в которую направлено движение.
Следует отметить, что в качестве обладаемого в такой конструкции выступает в основном какая-то часть тела (т.е. неотчуждаемая принадлежность). При этом, кодирование посессора дательным падежом без предлога и дательным падежом с предлогом к находятся в отношениях свободной вариации, что демонстрируют примеры (91) и (92). В обоих примерах предложная группа на колени (обладаемое) обозначает часть тела, а посессор закодирован двумя разными способами: дательным падежом без предлога в примере (91) и дательным падежом с предлогом в примере (92). При это разница в интерпретации двух конструкций отсутствует.
(91) Распоясавшийся Филька, забравшись деду на колени, орудовал расческой, предпринимая очередную попытку привести волосы спикера в надлежащий для панка вид. [Сергей Романов. Парламент (2000)]
(92) Сразу же после чая Митюнька забрался к бабушке на колени и, не доев пирога, прижимая его к щеке, обмяк в скором ребячьем сне. [Евгений Носов. Усвятские шлемоносцы (1977)]
Однако, если обладаемое представляет собой отчуждаемую принадлежность, как в примере (93), то использование дательного падежа без предлога вызывает сомнения. В корпусе, однако, был найден подобный пример из текста 19 века - см. пример (94).
(93) Я нарушила этот запрет, забралась к Сереже в постель, и мы о чем-то оживленно беседовали. [Н. М. Гершензон-Чегодаева. Воспоминания дочери (1952-1971)]
(94) Воры дошли до крайней дерзости: недалеко от моей квартиры забрались купцу в дом и, когда тот хотел вылезть в окно, его в окне придержали за руки внутри, а с улицы за ноги и хорошо высекли розгами. [Э. И. Стогов. Записки (1870-1880)]
Конструкция с внешним посессором с глаголами бросания
Интересная ситуация с глаголами, у которых можно говорить о двух валентностях: валентность на дативного участника - Реципиента (бросать мяч Васе), и валентность на Конечную точку (бросать мяч в стену). При этом, обе валентности могут подвергаться расщеплению.
1) Расщеплением валентности Реципиент (бросать Васе в руки): посессор выступает в роли Реципиента, а предложная группа уточняет часть тела, с помощью которой перемещаемый объект фиксируется Реципиентом (при этом, наиболее вероятно, что часть тела - это руки).
(95) Пингвин, улыбаясь, бросила фотоаппарат Алексу в руки, но окуляр оторвался в полете, и до Попа долетела лишь бессмысленная черная коробка. [Вадим Месяц. Лечение электричеством // «Урал», 2002]
Как было отмечено выше, у глагола бросать есть валентность на дативного участника, поэтому в таких случаях нельзя говорить о подъеме посессора в новую позицию, не предусмотренную глаголом. Таким образом, эта конструкции сближается с конструкциями с экстрапозицией обладаемого (типа ударить Васю по лицу), в которых посессор занимает позицию прямого дополнения, отвечающую соответствующей валентности глагола, а обладаемое выражено предложной группой и уточняет затронутую действием, выражаемым глаголом, часть объекта [Апресян 1983: 6]. В таких конструкциях, как и в конструкциях с прямым дополнением, предложная группа факультативна (ср. бросила фотоаппарат Алексу; ударить Васю).