Материал: vestnik-1_2014

ФилоЛОГИЯ

Метаязыковые воззрения имеют чрезвычайную ценность для Р. Гренье. Как представитель «Языковой школы поэзии» он отстаивает лингвоцентристскую идеологию влияния языка и авангардной поэтической культуры на политическое устройство общества. Соответственно, способность поэта донести свои идеи о языке и речи до читателя приобретает общественную значимость. В метаязыковом дискурсе Р. Гренье реализована манипулятивная коммуникативная стратегия. Наблюдается варьирование коммуникативных тактик воздействия на читателя:

1) тактика убеждения, как, например, в следующем фрагменте, где за эмфатическим утверждением следует отрицательный императив, входящий в состав сложносочиненного предложения с причинно-следственным значе-

нием: But the order of events that does happen in language is significant. <…> Never demean it, for by it your livelihood flourishes [2, р. 18];

2) информирование / отстраненное комментирование:

Narrative is a means to tell the truth <…> Every thing told moves, means many things not being told, with it [2, р. 16]; 3) дискредитация: Narrative has nothing to do with traditional fictional apparatus <…> – plot, characters, metaliterary authorial omniscience <…>. Nonsense. Sickening [2, р. 16]; 4) предостережение: Preoccupation with narrative can

only yield you [2, р. 9];

5) прямой призыв к действию: More force to the democratization of syntax-sequence! Demote the fixed! [2, р. 14].

Основным языковым приемом реализации этих тактик является прием контраста. Контраст вообще является конституирующим компонентом метаязыкового дискурса Р. Гренье, в котором противопоставляются LANGUAGE («язык» как свободная динамическая форма) и SPEECH («речь» как тоталитарная социальная практика). В исследуемых эссе противопоставляется «новый» нарратив и «традиционный инструментарий беллетристики»: Narrative has nothing to do with traditional fictional apparatus [2,

р. 16]. Способы выражения контраста в эссе Р. Гренье разнообразны. Например, в следующем высказывании фигура противоречия строится средствами столкновения и лексического, и грамматического значений местоимений some, any, no и их дериватов: Today, seemingly, something else could also be any place – nothing is not only rampant, nihilism could be anywhere. Venture capital says any form shall be [2, р. 7]. Еще один способ создания контраста – оксю- моронное объединение противоположностей, например:

Hence, task of narrative (despite all current ‘theory’/ ‘evidence’ elsewise) – words must be ‘somehow’ the same things as things [2, c. 27]. В данном контексте понятия words и things не отрицают друг друга как противоречащие – благодаря широкозначности и энантиосемии существительного thing происходит объединение противоположных семантиче-

ских признаков ‘a material object’ и ‘ something signified or represented’. Кроме того, для создания контраста Р. Гренье широко использует словосочетания, для которых ха-

рактерна «экспликация негимпликационных признаков» (в терминах М. В. Никитина [3, с. 80–105]). По М. В. Никитину, в негимпликациональных сочетаниях «экспликант как будто принадлежит к области предикатов, логически «противопоказанных» экспликандуму» [3, с. 81], иными словами, в процессе такого сочетания происходит атрибуция несовместимых семантических признаков по принципу смыслового переподчинения. Например, в сло-

восочетаниях to grapple with experience [2, р. 3] или that aforesaid, previously ordained feel of the plot [2, р. 9] проис-

ходит последовательное переподчинение неантонимических семантических признаков, которое образует фигуру речи – метафору.

Таким образом, метаязыковой дискурс Роберта Гренье отличается нестандартной формой локальной и глобальной организации, в которой превалируют признаки аргументативной конвенциональной схемы. Полидискурсивность метатекстов данного автора проявляется в сочетании элементов общественно-политического, научного и поэтического дискурсов.

Подведем итоги.

- Эссе Р. Гренье, содержащие эксплицитные высказывания о языке и речи, рассматриваются нами как макроречевой акт, единство которого на глобальном уровне обеспечивается метаязыковой интенциональностью автора.

- Метаязыковой дискурс Р. Гренье представляет собой когнитивный коррелят ситуации взаимодействия поэта с языком. Ситуационные модели «письмо» (writing) и «повествование» (narrating) включают представления поэта о языковой конвенции социума и его индивидуальное языковое знание.

- В качестве основных стратегий формирования темы дискурса автор применяет синтаксическую и графическую стратегии указания на локальную тематическую значимость. Графическое выделение и синтаксические девиации используются автором в качестве сигналов, помогающих читателю вывести макропропозиции фрагментов дискурса.

- Несмотря на неконвенциональность формы глобальной и локальной организации метаязыкового дискурса Р. Гренье, основная коммуникативная стратегия взаимодействия с читателем – манипулятивная – просле- живается вполне отчетливо.

1. Ван Дейк Т. А. Язык. Познание. Коммуникация. Благовещенск: БГК им. И. А. Бодуэна де Куртенэ, 2000. 308 с.

2. Grenier R. Attention. Seven Narratives. New York: Glover Publishing, 1985. 28 p.

3. Никитин М. В. Лексическое значение слова (структура и комбинаторика). М.: Высш. школа, 1983. 127 с.

© Устинова Т. В., 2014

На базе современного психолингвистического подхода к значению слова как достоянию индивида реконструируется «двойная жизнь» семантики лексем Россия / Rusko в языковом сознании русских и чехов, изучающих русский язык. Значение понимается как многомерная система, содержащая различный опыт индивида, приобретенный в процессе познания и общения, который актуализируется по-разному в ситуациях «для себя» и «для других». Гипотеза исследования: в языковом сознании носителей разных языков сходная семантика языкового знака существует в виде неравнозначных смысловых связей. Эти смысловые связи неоднородны, имеют ядро и периферию, могут быть выявлены с помощью ассоциативного эксперимента и представлены в виде психолингвистической полевой модели.

Ключевые слова: значение как «живое знание», когнитивная структура, ассоциативный эксперимент, ассоциативное поле, смысловое поле.

and Czechs learning Russian is reconstructed. Modern psycholinguistic approach to the word meaning as the individual asset is the basis of the study. Meaning is understood as a multidimensional system, which contains a different experience of the person, acquired in the process of cognition and communication. This experience is different in the situations «for myself» and «for the others». The research hypothesis: similar semantics of the language sign has not equivalent semantic connection in the linguistic consciousness of the native speakers of different languages. Forming the core and periphery, these semantic connections can be identified by the associative experiment and presented as a psycholinguistic field model.

Key words: meaning as a «living knowledge», cognitive structure, associative experiment, associative field, semantic field.

В связи с развитием процессов массовых транснациональных коммуникаций в современном обществе возрастает интерес к проблеме билингвизма, актуальность которой не вызывает сомнений. Об этом свидетельствует множество работ, освещающих данный феномен в разных аспектах, в зависимости от того, представители какой науки исследуют его.

С точки зрения психолингвистики представляет интерес то, как происходит процесс овладения вторым иностранным языком, как формируется система второго языка в сознании человека и как при этом формируется значение слова, которое принадлежит другому языку – не своему.

Значение языкового знака понимается нами вслед за А. А. Залевской как достояние индивида. «Значения имеют двойственный характер: они общественны по своей природе, но могут существовать лишь в сознании отдельных индивидов» [1, с. 46]. Таким образом, можно говорить о двойной жизни значения слова, «обращенного одной своей ипостасью к социуму, а другой – к личности»

[1, с. 29].

Указанный подход закономерен в русской психолингвистике, так как связан с разработкой теории сознания. Для психологической теории сознания значение языкового знака одновременно является субъектной и интерсубъектной деятельностной величиной, которая определяется А. А. Леонтьевым как «ставшее достоянием моего сознания (в большей или меньшей своей полноте и многогранности) обобщенное отражение действительности, выработанное человечеством и зафиксированное в форме

понятия, знания или даже в форме умения как «обобщенного образа действия», «нормы поведения» [см. 2, c. 242; 3, c. 9].

Согласно указанному подходу значение слова представляет собой неоднородную многомерную структуру, связующую воедино различный опыт переживания индивидом окружающего мира: физический, социальный, эмоциональный и проч. Следовательно, значение может быть реконструировано в виде смыслового поля, структурные параметры которого складываются в результате процессов познания и общения, характеризуются определенным набором связей и отношений и являются, таким образом, результатом осмысления мира. «Основанием для выделения структурных параметров служит специфика освоения знания, которая предполагает «размещение» знания в когнитивной структуре субъекта» [4, с. 176].

Говоря о значении как о структуре, в которой воплощен опыт переживания индивидом окружающего мира, надо понимать, что путь от внеязыковой реальности к понятию и далее к словесному выражению будет различным у разных народов, что обусловлено различиями истории и условий жизни, спецификой развития их общественного сознания. Представляется интересным сравнить то, как формируется значение одного и того же слова в сознании носителей разных языков.

Одним из наиболее эффективных подходов к исследованию значения как живого знания является ассоциативный подход. На основе его результатов становится возможным выйти на имеющееся у индивида смысловое поле, связанное с тем или иным словом [5, с. 7].

ФилоЛОГИЯ

Именно этот подход был использован нами для выявления когнитивного состава смыслового поля Россия/ Rusko, сформированного в языковом сознании носителей русского языка и чешских студентов, изучающих русский язык.

Целью проведенного исследования было выявление указанного состава для каждого из языков, определение количественных и качественных особенностей когнитивных структур и осуществление их сравнительной характеристики.

Описываемый в данной статье эксперимент проводился в декабре 2012 года. Количество его участников составило 25 информантов – жителей Чешской республики. Анкетирование проводилось на базе университета им. Палацкого в городе Оломоуц (Чешская республика). В эксперименте участвовала группа студентов, изучающих русский язык. Возраст участников варьировал от 20 до 24 лет. Эксперимент проводился на чешском и русском языках. Испытуемым выдавали анкеты, содержащие стимульные списки на русском и чешском языках, инструкции по выполнению эксперимента, в которых акцентировалась необходимость выполнять задания в быстром темпе, фиксируя первое, что приходит в голову в связи со стимулом. В статье анализируются результаты эксперимента, проведенного на чешском языке.

Студентам были предъявлены тридцать словстимулов, обозначающих базовые концепты культуры повседневности: семья/rodina, дом/dům, любовь/láska, Россия/Rusko, Чехия/Češkarepublika, русский/rus, чех/čech

и некоторые другие. Всего получено и обработано около 2500 ассоциативных реакций. Материалом для данной статьи послужили результаты экспериментов со словомстимулом Rusko.

Нашей задачей было понять, как в языковом сознании чехов репрезентируется смысловое поле, связанное со страной изучаемого в учебных условиях языка, и сравнить с тем, какое значение данное понятие имеет для носителей языка. На основе результатов эксперимента было выстроено ассоциативное поле (далее – АП) Rusko. Обработка результатов ассоциативного эксперимента с точки зрения частотности позволила выделить для данного поля стереотипное ядро, включающее наиболее частотные реакции.

Анализ смысловой связи «слово – стимул – ассоциат», включающий все единичные реакции, позволил выделить в структуре данного АП следующие когнитивные слои:

1. Россия – ГЕОГРАФИЯ (30 реакций): Moskva (10), Sibiř (6), Petrohrad (3), Bajkal (2), mapa (2), Kostroma, St.Peterburg, step, tajga, voda, Volha, velké řeky.

2. Россия – ЭТО ЕСТЬ ЧТО (21 реакция): zima (11), velikost (3), prostranství, stát , SSSR, Slovaně , velmoc, země, život.

3. Россия ЗНАМЕНИТА ЧЕМ (14 реакций): matrjoška (3), balet, Dostojevskij, Ermitáž, hokej, Kreml, lázně, literatura, Rudénáměstí, sníhihokej, transsibiřská magistrála, velikéstavby.

4. В России ЕДЯТ И ПЬЮТ ЧТО (12 реакций): vodka (9), alkohol, kanár, pirohy.

5. Россия – ПОЛИТИКА (8 реакций): Putin (5), komunismus, politika, Rusko-Gruzínský konflikt.

6. Россия – ЯЗЫК (8 реакций): ruskýjazyk (2), ruština (2), škola (2), azbuka, jazyk.

7. Для России ХАРАКТЕРНО ЧТО (5 реакций): naděje, písne, pohádky, vlak, vlaky.

8. Россия – КАКАЯ (3 реакции): dalký, veliký, velký.

Для репрезентации смыслового поля Россия в сознании носителей русского языка нами были использованы данные Русского ассоциативного словаря [6]. Анализ смысловой связи «слово – стимул – ассоциат» позволил выделить в структуре данного АП следующие когнитивные слои:

1. Россия – ЭТО ЕСТЬ ЧТО (64 реакции): страна (23), родина (16), мать (8), матушка (5), государство (2), беспредел, будущее, величие, держава, мать ваша, наша Родина, помойка, Родина наша, отечество, Русь.

2. Россия КАКАЯ (19 реакций): молодая (8), наша (3), великая (2), больная, большая, любимая, многострадальная, моя, свободная.

3. Россию СИМВОЛИЗИРУЮТ (5 реакций): флаг (3), березка, Москва.

4. Россия ЧТО ДЕЛАЕТ, ЧТО СДЕЛАЛА (3 реакции): восстанавливается, может выжить, нашла себя.

5. Россия В ПОЛИТИКЕ (3 реакции): Грузия, Ельцин, СНГ.

6. Россия В ЧЕМ (2 реакции): в нищете, во мгле. 7. Россия ЭТО НАЗВАНИЕ ЧЕГО (2 реакции): гостини-

ца, концертный зал.

8. Россия – КАКОГО ВРЕМЕНИ (2 реакции): 90-х, сейчас.

Оказалось, что когнитивные структуры полей различны не только в количественном (разный процентный состав каждого слоя), но и в качественном отношении. Последнее свойство проявилось в том, что смысловое поле Rusko содержит слои «Топонимы и географические понятия России», «То, чем Россия знаменита», «Еда и напитки в России», «Язык России», «Отличительные особенности России», смысловое поле Россия – слои «Символы России», «Действия России», «Местонахождение России», «То, что названо именем России», «Время России».

Количественное и качественное несовпадение когнитивных структур полей отнюдь не случайно: в них проявилась разница представлений о стране и культуре, полученных в учебной ситуации, и знаний, мнений, представлений, извлеченных из собственного жизненного опыта.

На следующем этапе анализа нами было проведено моделирование структуры смыслового поля исследуемых слов. По количественному принципу были выделены ядерные, центральные и периферийные слои. Ядро составили слои, включающие не менее 10 % от всего объема поля; приядерную часть поля формируют слои с нижним пределом не менее 5 % от всех ассоциатов поля. К периферии ассоциативного поля относятся слои, включающие менее 5 % ассоциатов поля (см. табл. 1).

Из 8 слоев в структуре смыслового поля Rusko ведущими являются четыре:

1. Топонимы и географические понятия России; 2. Сущность России; 3. Чем знаменита Россия; 4. Еда и напитки в России. В сумме количественное наполнение

этих слоев составляет 76,2 % всех компонентов АП Rusko

(см. табл. 2).

В структуре смыслового поля Россия также выделяются 8 слоев, из них ведущими являются два: 1. Сущность России; 2. Качества России. В сумме количественное наполнение этих слоев составляет 83 % всех компонентов АП Россия (см. табл. 3).

Таблица 3

Структура смыслового поля Россия, %

Сопоставительный анализ когнитивных моделей смысловых полей Россия и Rusko позволил увидеть, что в языковом сознании чехов, изучающих русский язык, ведущими когнитивными слоями являются те, которые связаны с географическими, историческими и прочими страноведческими знаниями о России. Страна мыслится

ФилоЛОГИЯ

как некий объект, рассматриваемый со стороны. Он обладает некими качествами, свойствами, но не приближен к самому индивиду. Выделение такого когнитивного слоя, как «Язык» говорит о том, что происходит восприятие России с позиции изучающего русский язык.

Когнитивная модель смыслового поля Россия показывает, что в языковом сознании носителей русского языка этот образ представляется связанным с личными переживаниями и собственным опытом освоения мира. Более масштабно представлен когнитивный слой «Качества страны», что показывает многомерность представлений жителей России о том, какая сейчас их страна или какой она должна быть.

Сформулируем некоторые выводы.

1. В рамках психолингвистического подхода значение слова рассматривается как достояние индивида. Живое слово представляет собой средство доступа к образу мира индивида.

2. Значение слова отличается двойственностью, так как, с одной стороны, оно существует только в сознании индивида, а с другой – имеет общественный характер.

3. В силу структурированности значения в сознании индивида возможным является его описание через моделирование когнитивных слоев смыслового поля.

4. Наиболее эффективным методом исследования значения слова в рамках психолингвистического подхода является ассоциативный эксперимент, так как он позволяет выйти на языковое сознание индивида.

5. Моделирование когнитивной структуры смыслового поля слов Россия и Rusko позволило увидеть их значения как многомерную структуру, провести сопоставительный анализ и понять специфику формирования значения данного понятия в языковом сознании русских и чехов, изучающих русский язык.

1. Залевская А. А. Двойная жизнь значения слова. Теоретическое и экспериментальное исследование. Saarbrücken: PalmariumAcademic Publishing, 2012. 278 p.

2. Леонтьев А. А. Психологическая структура значений // Семантическая структура слова. Психолингвистические исслдеования. М.: Наука, 1971. 217 c. С. 7–27.

3. Петренко В. Ф. Основы психосемантики. 2-е изд доп.

СПб.: Питер, 2005. 480 с.

4. Курганова Н. И. Ассоциативный эксперимент как способ исследования национально-культурной специфики коллективного знания // Вестник Поморского гос. ун-та. 2011. № 7. Серия «Гуманитарные и социальные науки».

С. 174–179.

5. Горошко Е. И. Интегративная модель свободного ассоциативного эксперимента. Харьков; Москва: РА-Каравелла, 2001. 320 с.

6. Русский ассоциативный словарь. URL: http://www. tesaurus.ru/dict/dict.php

© Шадрина А. А., 2014

LANGUAGE AWARENESS

КАК ОСНОВА РАЗВИТИЯ ИНОЯЗЫЧНОЙ КОММУНИКАТИВНОЙ КОМПЕТЕНТНОСТИ НАУЧНО-ПЕДАГОГИЧЕСКИХ РАБОТНИКОВ

Встатье рассматривается реализация подхода language awareness в ходе развития иноязычной коммуникативной компетентности научно-педагогических кадров. Автор обосновывает актуальность проблемы её развития, раскрывает понятие иноязычных коммуникативных компетенций преподавателя вуза, анализирует ее структуру.

Встатье предлагается методологическое обоснование подхода language awareness, рассматривается история его развития, даны основные принципы данного подхода. На основе опыта реализации данного подхода автор приводит примеры техник, применяемых в учебном курсе для преподавателей вузов с целью развития их иноязычных коммуникативных компетенций.

Результаты пилотирования материалов курса в России и за рубежом дают основание сделать вывод об успешности данной методологической позиции в развитии ИКК и открывают перспективы для дальнейшей разработки техник, обеспечивающих повышение компетентности научно-педагогических кадров.

Ключевые слова: иноязычная коммуникативная компетентность, научно-педагогические работники, language awareness, техники развития иноязычных коммуникативных компетенций.

LANGUAGE AWARENESS

IN DEVELOPING FOREIGN COMMUNICATIVE

COMPETENCE OF ACADEMICS

The article examines the implementation of language awareness approach in the process of developing academics’ foreign language communicative competence. The author explains why the problem of developing communicative competence is urgent nowadays, presents the concept of foreign language communicative competence and analyses its structure.

The article also deals with methodological explanation of language awareness approach, its historical background and its main principles. Based on the experience of implementing this approach, the author gives examples of various techniques which enable to develop academics’ communicative competence during their training course.

The results of the official piloting of training materials in Russia and abroad prove the effectiveness of language awareness approach in developing the communicative competence among university teachers, researchers and administrators. Further materials development may be needed in order to satisfy the needs of academics working in the period in internationalising of the higher education system.

The results of the official piloting of training materials in Russia and abroad prove the effectiveness of language awareness approach in developing foreign language communicative competence and contribute to the further development of techniques improving academics’ competence.

Key words: foreign language communicative competence, academics, language awareness, techniques of foreign language communicative competence development.

В науке, как во многих областях человеческой деятельности, в настоящее время наблюдаются процессы интеграции и глобализации. Это касается не только развития междисциплинарных исследований, синергии различных отраслей научного знания, расширения границ научного познания, но и взаимодействия ученых разных стран и культур. Расширение масштабов профессионального сотрудничества с коллегами делает востребованным и значимым развитие иноязычной коммуникативной компетенции ученых и преподавателей высших учебных заведений.

Проблема развития иноязычной коммуникативной компетентности (далее – ИКК) рассматривается в научных исследованиях И. Л. Бим, Н. Д. Гальсковой, И. А. Зимней, Ю. Б. Кузьменковой, Т. В. Лариной, Е. И. Пассова, В. В. Сафоновой, С. Г. Тер-Минасовой, И. И. Халеевой, N. Chomsky, D. Hymes, M. Canale, M. Swain и др., однако они в основном направлены на рассмотрение вопросов развития ИКК на этапе вузовской подготовки. Предполагается, что выпускник способен демонстрировать

владение иностранным языком в объеме, достаточном для ведения профессиональной деятельности. При этом вопросы развития ИКК работников чаще всего рассматриваются в составе общей профессиональной компетенции (Б. С. Гершунский, И. А. Колесникова, В. А. Сластенин, А. И. Суббетто и др.).

Однако, как показывает практика, значительная часть преподавателей и научных сотрудников вынуждена обращаться к помощи профессионалов-лингвистов для решения проблем, связанных с устным или письменным общением на иностранном языке. Таким образом, наблюдается противоречие между сформированностью собственно профессиональной компетентности (владение собственным предметом, ориентация в своей научной области, готовность к расширению научных связей и т. д.) и недостаточным развитием ИКК для осуществления иноязычной коммуникации в знакомой профессиональной сфере. Возникает необходимость обратиться к проблеме развития ИКК вне ее прямой связи с общей профессиональной компетентностью работника.