заключительным постановлениям суда первой инстанции регистрации (entry of judgement) фактически подлежат их резолютивные части, т.е. выводы по существу конфликта без мотивировок. Если вынесен общий вердикт или судебное решение о взыскании с ответчика определенной денежной суммы либо о полном отклонении иска, клерк должен осуществить регистрацию немедленно, поскольку суд не предпишет иного. Если же форма защиты субъективных прав другая или имеют место другие разновидности вердиктов жюри, клерк записывает текст, сформулированный судом. Любое решение начинает действовать только после выполнения двух условий: а) закрепления его в форме отдельного документа и б) фиксации надлежащей записи в реестре гражданских дел (ст. 58 ФПГП). Таким образом, запись имеет существенное юридическое значение.
Нормативные акты штатов содержат однотипные нормы, конечно, с различными вариациями; например, указываются сроки записи (24 часа - Калифорния, Айдахо, Монтана, 48 часов - Вашингтон). Предусматривается взыскание процентов на присужденные суммы с момента вынесения решения до момента регистрации (§ 5002 ЗПГП Н.-Й.) и т.п.
Согласно ст. 77 ФПГП немедленно после регистрации решения клерк должен сообщить об этом почтой каждому заинтересованному субъекту процесса. Очевидно, для известной подстраховки и обеспечения хороших доказательств вручения любая сторона может дополнительно доставить уведомление о записи (notice of the entry) другим участникам дела способами, предусмотренными для передачи состязательных бумаг и других документов. Впрочем, бездействие судебного клерка не влияет на установленные для апелляционных и иных жалоб сроки, которые текут с момента регистрации. Наряду с началом исчисления сроков для разных форм исправления решений к числу главных последствий их действия нужно отнести окончательное запрещение возбуждать тождественные споры и возможность принудительного исполнения.
Основа англосаксонской доктрины тождества исков (res judicata) элементарна: при возникновении спора каждый имеет
право на защиту, но только на однократную защиту, вынесенное компетентным судом решение это право аннулирует. Теоретики говорят, что проигрыш дела означает погашение права на иск, выигрыш - его слияние (merger) с решением, как бы превращение в реально существующее полномочие на принудительное восстановление нарушенных интересов.
Ясность исходного тезиса эфемерна, на его базе разрослись громоздкие конструкции по вопросам доказывания и содержания тождества споров применительно к различным ситуациям и категориям дел. Например, осложнения вносит развиваемая многочисленными прецедентами идея о том, что для выявления тождества нужно не только исходить из фактически выдвинутых и реально исследованных утверждений сторон, но также учитывать возможные доводы истца и контраргументы ответчика, которые не были, хотя могли бы быть ими изложены в ранее завершившемся деле*(558). Это правило о запрещений расщеплять (split) основания требований и возражений для использования по частям в разных процессах или заявлять сходные требования, опираясь на иную интерпретацию взаимоотношений контрагентов.
Впрочем, здесь много неясностей. Например, сосуществуют две линии прецедентов по вопросу о том, исключает ли отклонение иска, основанного на якобы заключенном контракте, предъявление затем требования получить справедливое вознаграждение за фактически (без договора) выполненную работу (quantum meruit). Немало противоречий возникает на практике, когда первое производство не было доведено до нормального решения по тем или иным мотивам.
Рассмотрению иска о присуждении может помешать решение по иску о признании. Так, суды 7-го федерального округа прекратили дело Roberts v. American Airlines, Inc. о
возврате клиентам авиалиний излишне взысканных с них денег по повышенным ценам на авиабилеты, поскольку ранее апелляционный суд уже разбирал заявление относительно уровня тарифов и пришел к выводу об их разумности*(559).
Некоторые правила о границах запретительного действия вынесенного решения содержат нормативные акты. Так,
согласно § 3002 ЗПГП Н.-Й. решение по иску к агенту не мешает возбуждению дела против принципала, когда его личность будет установлена; отклонение притязания о возмещении убытков вследствие обмана или введения в заблуждение при заключении договора не препятствует новому процессу об аннулировании данного контракта и реституции по нормам права справедливости и т.д. Но такого рода статьи нормативных актов устанавливают лишь самые общие направления для практики и не отражают всей сложности и запутанности проблемы тождества исков в американском судопроизводстве.
§3. Пересмотр вердиктов и решений вынесшими их судами
Кчислу довольно своеобразных черт отправления правосудия в США нужно отнести широкую возможность изменения и отмены вердиктов и решений непосредственно постановившими их инстанциями, другими словами, размывание принципа стабильности, незыблемости заключительных судебных актов. И это происходит несмотря на седьмую поправку
кфедеральной конституции, которая запрещает судам пересматривать факты, установленные присяжными, правда, с оговоркой об исключениях, допускаемых нормами общего права. Как бы развивая далее идею седьмой поправки, ст. 52 ФПГП констатирует, что по делам без жюри зафиксированные решением выводы суда о фактах не должны отменяться. И тут же оговорка: если только они не явно ошибочны. Некоторые теоретики даже выделяют процедуру корректировки решений вместе с некоторыми другими однотипными действиями в особую стадию процесса (post-trial motion)*(560).
После объявления вердикта любого типа естественным шагом в движении производства будет постановление судьей решения, опирающегося на вердикт. Но искушенный юрист может точно рассчитанным ходом дать делу неожиданный поворот, превратив надвигающееся поражение в победу. Для этого нужно умело использовать известную американскому законодательству конструкцию "решения вопреки вердикту жюри"
(judgement non obstante verdicto - сокращенно N. О. V. или
judgement notwithstanding the verdict).
По своим основным юридическим характеристикам такая форма завершения разбирательства дела напоминает ранее рассмотренную конструкцию так называемых предписанных вердиктов (directed verdict), а именно: здесь также доминирующим фактором становится властное волеизъявление судьи. Проще говоря, судья наделен полномочием аннулировать вердикт и вынести решение, противоположное тому, которое сформулировали присяжные, или уменьшить чрезмерную, по его мнению, сумму взыскания. Основанием подобного рода действий служит "неразумность" заключения жюри из-за недостаточности подкрепляющих его доказательств. Для иллюстрации можно привести общие рассуждения федерального Апелляционного суда 5-го округа: если после анализа всех доказательств и фактов суд убедится, что разумный человек способен прийти только к выводу, противоположному зафиксированному вердиктом, ходатайство о вынесении решения вопреки вердикту должно быть удовлетворено*(561).
Таким образом, американское законодательство устанавливает еще одну форму контроля государственных судей за деятельностью присяжных, позволяющую устранять неожиданные их отступления от судейских наставлений и общих тенденций буржуазной юстиции. Налицо говорящие сами за себя материалы по вопросу о том, кто реально осуществляет функции правосудия в США.
Официальное наименование анализируемой формы не вполне адекватно отражает ее объем. Из его буквального смысла вытекает, что ходатайство против вердикта будто бы надлежит заявлять сразу после его объявления. Между тем согласно ст. 50 ФПГП*(562) это можно сделать вплоть до истечения десяти дней с момента регистрации решения, постановленного на базе атакуемого вердикта. Значит, при удовлетворении ходатайства судья аннулирует не только вердикт, но и собственное решение, заменяя его противоположным по содержанию. Американские комментаторы не разъясняют, почему же судья по своей инициативе немедленно не реагирует на иррациональное заключение жюри,
хотя такое правомочие ему предоставлено.
Есть и еще одна ситуация, охватываемая ст. 50 ФПГП. Речь идет о случаях, когда вердикт вообще не вынесен, так как присяжные не пришли к соглашению и были распущены. Тогда в течение десяти дней после роспуска заинтересованный участник конфликта вправе просить суд решить дело в его пользу по мотиву отсутствия у противника достаточных доказательств оснований его требований или возражений. При удовлетворении такого ходатайства новое разбирательство исключается. Все это трудно расценить иначе, как обход конституционных положений, гарантирующих гражданам США рассмотрение их споров присяжными.
Американская юриспруденция оправдывает конституционность решений вопреки вердикту тем же главным аргументом, что и конституционность предписанных вердиктов, т.е. проблему установления достаточности или недостаточности доказательств объявляют вопросом не факта, а права, изымая ее тем самым из компетенции жюри. Подобного рода интерпретацию можно еще распространить на случаи, когда позиция несущей бремя обязанности стороны не подкреплена абсолютно никакими материалами. Правда, к этому результату могут привести технические ошибки неопытного тяжущегося. При рассмотрении иска владельца станции обслуживания автомобилей к нефтяной компании из-за нарушения антитрестовского законодательства суд отказался допрашивать пятерых свидетелей истца, поскольку их имена были сообщены ответчику только за три дня до заседания. Все же присяжные требование о взыскании убытков удовлетворили, а затем судья вердикт аннулировал, так как истец не представил даже крупицы доказательств (not a scintilla of efidence), и решил конфликт в пользу компании*(563).
Но положение кардинально меняется, если некоторые доказательства были исследованы. Как установить их силу и значение? Суды США неизменно провозглашают, что при вынесении решений вопреки вердиктам судьи не проверяют достоверности информации о фактах*(564). Здесь возникает неразрешимое логическое противоречие, так как оценка -