Оглавление
Введение
1. Понятие и предмет регулирования права вооруженных конфликтов
2. Правовое положение участников вооруженных конфликтов
3. Международно-правовая регламентация окончания военных действий и состояния войны
4. Проблемы международно-правового регулирования отношений, возникающих в период вооруженных конфликтов немеждународного характера
Заключение
Список использованной литературы
Введение
Процесс разностороннего осмысления таких социально-политических явлений, как войны и вооруженные конфликты, свойственен всей истории международных отношений. На предотвращение излишних человеческих страданий, возникающих в результате военных действий, направлены многие международные конвенции, разрабатываемые в рамках универсальных и региональных международных организаций.
Однако нельзя не заметить, что, хотя агрессивная война в современный период международным правом запрещена, национальные и социальные причины войн продолжают существовать. Непосредственной жертвой возникающих конфликтов является человек, права и достоинство которого нередко попираются.
В свете этих положений актуальность данной курсовой работы очевидна и заключается в необходимости рассмотрения международно-правового регулирования вооруженных конфликтов как проблемы комплексной.
Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в ходе международно-правового регулирования вооруженных конфликтов.
Предметом исследования являются особенности, присущие международно-правовому регулированию вооруженных конфликтов.
Целью написания данной курсовой работы явилось выявление содержания и направленности международно-правового регулирования вооруженных конфликтов.
Достижение поставленной цели может быть реализовано посредством следующих задач:
1. Рассмотрение понятия и предмета регулирования права вооруженных конфликтов;
2. Формирование правового положения участников вооруженных конфликтов;
3. Выделение проблем международно-правового регулирования отношений, возникающих в период вооруженных конфликтов немеждународного характера.
Информационной базой послужила современная научная и периодическая литература.
Методологическую основу написания работы составляют сравнительно - сопоставительный, логический методы, а также методы обобщения и описания.
Объем и структура данной курсовой работы определены логикой системного исследования и характером изучаемых в нем проблем. Работа состоит из введения, четырех глав и заключения.
1. Понятие и предмет регулирования права вооруженных конфликтов
Международно-правовое запрещение агрессивных войн само по себе не привело к искоренению из общественной жизни причин, порождающих вооруженные конфликты. Несмотря на запрет обращаться к вооруженной силе в международных отношениях, государства нередко прибегают к ней для разрешения возникающих между ними споров и конфликтных ситуаций. Юридическую основу названной отрасли современного международного права составляют следующие наиболее важные правила поведения, которые относятся к любым вооруженным конфликтам и определяют общее направление совершенствования законов и обычаев войны с учетом изменений в военно-технической сфере Иванов, В.В. Общая теория договора / В.В. Иванов. М.: Юристъ, 2009. - С. 78:
- право сторон в конфликте и их вооруженных сил выбирать средства и методы ведения войны не является неограниченным, запрещается применять оружие и методы ведения военных действий, способные причинить излишние разрушения или чрезмерные страдания;
- лица, не принимающие участия или переставшие принимать участие в военных действиях, как то: раненые, больные, пленные и гражданские лица, - должны пользоваться уважением и защитой при любых обстоятельствах;
- гражданские лица должны пользоваться гуманным обращением, в частности запрещаются посягательство на их жизнь, любые виды пыток и жестокого обращения, взятие заложников, осуждение без предварительного судебного решения, вынесенного надлежащим образом;
- вооруженные силы должны при любых обстоятельствах проводить различие между гражданскими лицами и гражданскими объектами, с одной стороны, и комбатантами и военными объектами - с другой;
- запрещаются нападения на гражданских лиц и гражданские объекты; должны соблюдаться все меры предосторожности, предназначенные для того, чтобы щадить гражданское население;
- раненых и больных следует подбирать, им должна быть оказана помощь; госпитали, санитарные автомобили, а также медицинский и духовный персонал должны пользоваться уважением и защитой; эмблемы Красного Креста и Красного Полумесяца, являющиеся символами этой защиты, должны пользоваться уважением при любых обстоятельствах, любые злоупотребления эмблемой или ее неправильное использование должны подвергаться наказанию;
- стороны, находящиеся в конфликте, обязаны соглашаться на проведение операций по оказанию помощи гражданскому населению, которые носят гуманитарный и беспристрастный характер и осуществляются без какого-либо неблагоприятного различия; персонал, участвующий в операциях по оказанию помощи, должен пользоваться уважением и защитой.
Сфера применения Дополнительного протокола II была сужена по сравнению со сферой применения ст. 3, общей для четырех Женевских конвенций 1949 г. Если общая ст. 3 применима ко всем «вооруженным конфликтам, не носящим международный характер», то в ст. 1 Дополнительного протокола II установлено, что он применяется «ко всем вооруженным конфликтам, не подпадающим под действие статьи 1 Дополнительного протокола к Женевским конвенциям от 12 августа 1949 года Фердросс, А. Международное право / Под ред. Г.И. Тункина. -М.: Изд-во иностр. лит., 2011. С. 62.
Установление объема понятия «вооруженный конфликт немеждународного характера» усложняется тем, что ни в ст. 3, общей для четырех Женевских конвенций 1949 г., ни в Дополнительном протоколе II оно не раскрыто. В п. 1 ст. 1 Дополнительного протокола II указан целый ряд критериев, которым должен удовлетворять вооруженный конфликт, однако эти требования направлены не на то, чтобы конкретизировать понятие «вооруженный конфликт немеждународного характера», использованное в общей статье 3 Женевских конвенций, а на то, чтобы ограничить сферу применения Протокола, установив более высокий порог применимости по сравнению со ст. 3, которая действует во всех вооруженных конфликтах, не носящих международного характера.
То обстоятельство, что в Дополнительном протоколе II содержится специальная оговорка о том, что он неприменим к беспорядкам и случаям возникновения внутренней напряженности, так как они «не являются вооруженными конфликтами», позволило некоторым авторам сделать вывод о совпадении сфер применения общей ст. 3 Женевских конвенций и Дополнительного протокола II. Вместе с тем из истории принятия этого Протокола следует, что формулировка, зафиксированная в п. 2 ст. 1, имела значение для определения сферы действия Протокола только в контексте проекта, подготовленного Международным комитетом Красного Креста (МККК), по которому предполагалось, что сферы действия общей ст. 3 Женевских конвенций и Дополнительного протокола II будут совпадать, но в итоге получилось, что эта идея не была поддержана, а правило в тексте Протокола осталось.
Апелляционная палата Международного трибунала по бывшей Югославии в решении по делу Дужко Тадича пришла к выводу, что «вооруженный конфликт имеет место всегда, когда происходит обращение к вооруженной силе между государствами либо длительное вооруженное насилие в отношениях между правительственными властями и организованными вооруженными группировками или между такими группировками». Исходя из этой формулировки, для квалификации ситуации в качестве немеждународного вооруженного конфликта необходимо наличие двух критериев: «продолжительность» и «организованность вооруженных групп» Лукашук, И.И. Внутреннее право государства и соблюдение международного договора / И.И. Лукашук // Юрист-международник. -2004.-№3,-С. 2.
В Римском статуте Международного уголовного суда, где нарушения международного гуманитарного права, совершаемые в вооруженных конфликтах немеждународного характера, разделены на две группы: нарушения общей ст. 3 Женевских конвенций (п. 2(c)) и другие серьезные нарушения международного гуманитарного права (п. 2(e)), также используется формулировка, изложенная в деле Тадича: в п. 2(f) указывается, что п. 2(e) применяется в отношении вооруженных конфликтов, которые имеют место на территории государства, когда идет длительный вооруженный конфликт между правительственными властями и организованными вооруженными группами или между самими такими группами.
Использование в решении по делу Тадича и в Римском статуте слова protracted, переводимого на русский язык как «продолжительный», «затяжной», указывает на то, что имелась в виду длительность конфликта. Однако, применяя эту правовую позицию Апелляционной палаты, Судебная палата трибунала по тому же делу Тадича в 1997 г. стала рассматривать данный критерий как относящийся не к продолжительности, а скорее к интенсивности конфликта. Исходя из практики трибунала при квалификации конфликта принимаются во внимание такие критерии, как серьезность атак и увеличение случаев вооруженных столкновений, масштабность столкновений по территории, увеличение числа правительственных сил, проведение мобилизации или распространение оружия среди участников конфликта, а также реакция на происходящие события со стороны Совета Безопасности ООН. В дальнейшем такой подход стал применяться не только самим Международным трибуналом по бывшей Югославии, но и Международным трибуналом по Руанде.
С начала формирования в международном праве новой отрасли, регулирующей основные права человека, ее соотношение с возникшим гораздо ранее международным правом вооруженных конфликтов претерпело существенные изменения. Эти изменения можно разделить на три основных этапа Тункин, Г.И. Теория международного права / под общ. ред. JI.H. Шестакова. М.: Зерцало, 2009. - С. 44.
Первый этап (1945 г. - сер. 60-х годов XX в.) характеризовался отрицанием регулирующего воздействия источников международного права прав человека на отношения сторон в вооруженных конфликтах. В это время только началось становление этой отрасли международного права: в 1948 г. была принята Всеобщая декларация прав человека, была инициирована разработка текстов двух международных пактов и ряда универсальных конвенций по правам человека, был принят первый региональный международный договор по правам человека - Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. За этот период международное право вооруженных конфликтов пополнилось четырьмя Женевскими конвенциями о защите жертв войны 1949 г. В отличие от предыдущих договоров в Женевских конвенциях акцент был сделан на защите прав покровительствуемых лиц, и в их текст были включены не только традиционные для этой отрасли конкретные правила поведения воюющих, но и ряд субъективных прав. Развитие «права Женевы» как составной части международного права вооруженных конфликтов уже свидетельствовало о неизбежности пересечения норм этой отрасли международного права с нормами международного права прав человека. Вместе с тем принципиальная разница заключалась в сфере применения прав человека, предусмотренных этими двумя отраслями. Действие субъективных прав, предусмотренных международным правом вооруженных конфликтов, распространялось на отношения между воюющей стороной одного государства и покровительствуемыми лицами другого государства, в то время как сущность международного права прав человека заключалась в регулировании отношений государства и его собственного населения.
Второй этап и соответственно изменение в подходе к соотношению права вооруженных конфликтов и международного права прав человека начался в середине 60-х годов XX в. и был обусловлен двумя факторами. На универсальном уровне были приняты основные международные договоры по правам человека, в которых было установлено, что от ряда прав и свобод нельзя делать отступления ни при каких обстоятельствах. Это означало только то, что действие прав человека, пусть и в несколько усеченном виде, продолжается даже в условиях вооруженного конфликта. Если же государство не сделает отступления, соответствующий международный договор должен применяться в полном объеме. Другим фактором, повлиявшим на изменение подхода к соотношению международного права прав человека и права вооруженных конфликтов, стало увеличение числа вооруженных конфликтов немеждународного характера. Эти конфликты поставили на повестку дня необходимость международного закрепления правил, направленных на защиту жертв немеждународных конфликтов. Лаконичных положений ст. 3, общей для четырех Женевских конвенций, было явно недостаточно. По большому счету эта задача не была решена и после принятия Дополнительного протокола II 1977 г. Между тем для регулирования немеждународных конфликтов, зачастую возникавших между правительственными вооруженными силами и неправительственными организованными вооруженными группами, вполне могли применяться нормы международного права прав человека: к примеру, право на жизнь, а также право на свободу и неприкосновенность личности.
В 1968 г. Генеральная Ассамблея ООН приняла Резолюцию XXIII «Уважение прав человека в период вооруженных конфликтов». Несмотря на то что в тексте Резолюции были перечислены положения права вооруженных конфликтов, большое значение имел сам факт признания применимости прав человека в вооруженных конфликтах. Об условности границы между правом вооруженных конфликтов и международным правом прав человека свидетельствовало и то, что в Конвенцию о правах ребенка 1989 г. и Факультативный протокол к этой Конвенции, касающийся участия детей в вооруженных конфликтах, 2000 г. были включены положения, которые традиционно рассматривались как относящиеся к праву вооруженных конфликтов. За несколько десятилетий как в науке, так и на практике было постепенно признано, что право вооруженных конфликтов и международное право прав человека в ситуации вооруженных конфликтов применимы одновременно и дополняют друг друга. Именно этот подход нашел отражение в Консультативных заключениях Международного суда ООН по делу о правомерности применения и угрозы применения ядерного оружия 1996 г. и о правовых последствиях возведения стены на оккупированных палестинских территориях 2004 г. В § 25 Консультативного заключения по делу о ядерном оружии Международный суд указал, что «защита Международного пакта о гражданских и политических правах не прекращается во время войны, за исключением действия ст. 4 Пакта, в силу которой для некоторых положений может быть сделано исключение в условиях чрезвычайного положения». В § 106 Консультативного заключения о последствиях возведения стены на оккупированных палестинских территориях соотношение между правом вооруженных конфликтов и международным правом прав человека было определено судом следующим образом: «одни права могут быть исключительно предметом регулирования международного гуманитарного права; другие могут быть исключительно предметом регулирования права прав человека; а некоторые могут подпадать под обе отрасли международного права».