В 1990 г. вышел авторский сборник стихотворений и поэм О. Шестинского, среди которых была поэма, посвященная Н. Вапцарову - «Мой Никола Вапцаров». Это своего рода дань О. Шестинского поэту и всему болгарскому народу, в котором видел «…историческое братство наших народов и культур, неразрывность славянских корней, общую историческую миссию…» [Ханбеков 1990: 4].
Примечательно, что стихотворение «Предсмертное» («Предсмъртно») опубликовано в переводе О. Шестинского под заголовком «Стихи Н. Вапцарова, написанные за час до расстрела» [Шестинский 1990].
Произведения Н. Вапцарова не теряют актуальности и в наши дни - издаются сборники с переводами его стихотворений на русский язык: так, в 2009 г. был издан сборник Н. Вапцарова, который получил название по первой строке стихотворения «Есть у меня Родина» [Вапцаров 2009]. Книга издана при поддержке посольства Республики Болгария в Москве. В сборнике представлены следующие произведения: «Песни мотора»: «Песни о человеке», «Песни о Родине», «Песни», «Песни об одной стране», стихотворения разных лет. Это издание отличает наличие оригинала - каждому переводному произведению предшествует его оригинал на болгарском языке. Переводы выполнены М. Замшевым, вступительная статья В. Иванова-Таганского.
На просторах интернета можно найти более 20-ти современных переводов Н. Вапцарова на русский язык - любительских и профессиональных.
Поэтический язык Н. Вапцарова был избран преподавателями-болгаристами нашей кафедры для лексикографического описания. В 1964 г. по инициативе известного ученого-филолога, лексикографа, на тот момент, заведующего кафедрой славянской филологии Бориса Александровича Ларина была начата работа по составлению словаря поэзии Н. Вапцарова - двуязычного словаря поэтического творчества болгарского автора с толкованием на русском языке. В основу словаря положен принцип полноты лексикографического описания словоупотребления писателя, разработанный Борисом Александровичем Лариным. Работа по составлению Словаря поэзии Н. Вапцарова началась в 1970-е гг. В работу были вовлечены и студенты - они выписывали на карточки словоупотребления, на филологической практике готовили словарные статьи по отдельным словам и участвовали в обсуждении словоупотреблений. Все студенты-болгаристы 1970-х-1990-х гг. прошли лексикографическую школу по составлению «Словаря поэзии Николы Вапцарова»[СПВ].
Первая публикация СПВ появилась в 1996 г., это был «Частотный словарь поэзии Н. Вапцарова». Он был издан в Болгарии ? в г. Велико Тырново, в издательстве «Абагар». В 1998 г. был опубликован Выпуск I, в 2004 г. - Выпуск II, в 2010 г. - Выпуск III. И сейчас коллектив преподавателей-болгаристов ? проф. Е. Ю. Иванова, доц. З. К. Шанова, доц. О. В. Васильева, ст.преп. Н. В. Сивенкова ? работает над созданием последнего Выпуска IV.
Студенты нашей кафедры писали курсовые и дипломные работы по творчеству Н. Вапцарова, напр., курсовая работа Маргариты Назаровой «Переводы Н. Вапцарова на русский язык» под рук. Г. В. Крыловой, дипломная работа Е. А. Киреенковой «Перевод фразеологизмов поэзии Н. Вапцарова» (1996) под рук. М. Ю. Котовой, дипломная работа Анастасии Говердовой «Народные мотивы в лирике Николы Вапцарова» под рук. О. И. Минина, магистерская диссертация Анастасии Говердовой «Н. Вапцаровв английских переводах» под рук. С. И. Николаева[Шанова 2016: 68].
В 2009 г. отмечался 100-летний юбилей Николы Вапцарова. Эту дату отмечали и болгаристы кафедры славянской филологии. К апрельской студенческой филологической конференции в читальном зале Славянского фонда Библиотеки Академии наук, где проходило заседание студенческой конференции, студенты подготовили книжную выставку произведений Николы Вапцарова, изданных в Болгарии, его переводов на русский и другие языки, исследований его творчества, изданных в Болгарии, России и других странах.
7 декабря 2009 г. ? в день рождения Н. Вапцарова (24.11.09 по старому стилю) ?в межкафедральном словарном кабинете им. Б. А. Ларина состоялось открытое заседание составителей «Словаря поэзии Николы Вапцарова», посвященное 100-летию поэта, на котором выступали преподаватели кафедры славянской филологии, а студентка А. Говердова прочитала доклад «Народные мотивы в лирике Николы Вапцарова» (науч.руководитель О. И. Минин)[Шанова 2016: 68].
В 2017 г. к Державинским чтениям в Славянском читальном зале БАН также была подготовлена книжная выставка, посвященная творчеству Н. Вапцарова.
Единственный сборник стихотворений Н. Вапцарова, изданный при жизни поэта, открывает произведение «Вяра» («Вера»), и именно с него хотелось бы начать рассмотрение переводов. Существует более десяти переводов этого стихотворения на русский язык. Интерес переводчиков к стихотворению «Вяра» можно объяснить тем, что оно фактически является заглавным в творчестве Н. Вапцарова. В нем содержатся основные мотивы всего творчества поэта: вера в людей и будущее, поединок с жизнью, противостояние любви и ненависти.
В данной работе представлен анализ трех переводов, выполненные Ю. Верниковской и В. Струевым (1959 г.), Б. Слуцким (1959г.), М. Замшевым (2009 г.). Первые два перевода переиздавались впоследствии в сборниках произведений Н. Вапцарова на русском языке. Перевод М. Замшева является последним, изданным на данный момент.
Обратимся сразу же к переводам, чтобы посмотреть, как в них переданы те или иные особенности поэтики Николы Вапцарова. Что касается названия, то все три перевода полностью соответствуют оригиналу - «Вера»/«Вяра».
Стихотворение «Вяра» написано двустопным амфибрахием и представляет собой десять строф с разным количеством строк в каждой (от четырех до десяти). Неодинаково также и число стоп в каждой строке (от одной до трех). Кроме того, очень часто встречаются нарушения ритма - почти в каждой строфе присутствует неполная стопа, и к концу стихотворения их становится значительно больше (в последней строфе почти в каждой строке есть неполная стопа):
Тя е | бронира|на
здраво | в гърдите |
и бро|небойни | патрони |
за нея |
няма | открити! |
Няма | открити!
В русских переводах подобное чередование строф с различными ритмическими схемами выглядит следующим образом. В переводе М. Замшева ритм оригинала сохраняется лишь местами, переводчик практически убрал нарушение ритмики оригинала, сделав перевод гладко звучащим, без явных специфических чередований. С одной стороны, подобный перевод звучит мягче, более слаженно, нежели оригинальное стихотворение, с другой - это является отступлением от замысла автора, лишая произведение задуманного Н. Вапцаровым звучания. М. Замшев фактически убрал авторские акцентыс помощью специфического ритма:
Ето - аз ди|шам,
pабо|тя,
живе|я
и сти|хове пи|ша
(тъй ка|кто уме|я).
С живо|та под веж|ди
се гле|даме стро|го
и боря се | с не|го,
докол|кото мо|га. Живу|,
и рабо|таю,
воз|дух вдыха|ю,
и так | как уме|ю
стихи | сочиня|ю.
А жизнь | на меня|
xмуровато косится|,
и я | с ней борюсь|,
сколько есть | во мне силы.
Ритмические схемыв переводах Б. Слуцкого и Ю. Верниковской/В. Струева более близки оригиналу. Ю. Верниковская/В. Струев неоднократно прибегают к приему замещения при передаче ритма, благодаря чему расхождения с оригиналом в звучании минимальны. Б. Слуцкому удалось в своем переводе подобрать такие эквиваленты в русском языке, которые являются максимально созвучными болгарским.
Таким образом, можно полагать, что каждый переводчик передаёт по-своему метрику произведения Н. Вапцарова.
Необходимо обратить внимание на особенности передачи рифмы. У Н. Вапцарова не соблюдается закон симметричного чередования рифм, и далеко не каждый стих заканчивается рифмой. Стоит обратить внимание, что в творчестве Н. Вапцарова рифма играет особую роль: она может усилить эмоциональный оттенок, образовать оппозицию по семантике, и происходит это именно за счет звукового сходства: «разнищен» («сокрушенный») - «нищо» («ничто»); «сразите» («сразите») - «дните чистити» («счастливые дни»). Всего в стихотворении «Вяра» одиннадцать пар рифмующихся строк из общего количества восемьдесят строк. Кроме того, необходимо обратить внимание, что рифмы являются спонтанными, что, в свою очередь, создает видимость спонтанной, неподготовленной речи. К такому приему Н. Вапцаров неоднократно прибегает в своем творчестве. Этот принцип у переводчиков сохраняется в разной мере: у М. Замшева количество рифмованных слов превышает оригинал практически в два раза (19); у Б. Слуцкого частотность более близка к оригиналу (16); в переводе Ю. Верниковской/В. Струева количество рифмованных слов полностью совпадает с болгарским оригиналом (11). Необходимо отметить, что все переводчики прибегают к приему компенсации, поэтому часто в переводах рифма возникает там, где в оригинале ее нет [Томашевский 1959:181]. Каждый переводчик учитывает особенности рифмы Н.Вапцарова, и в переводе рифма также служит для более яркого подчеркивания какого-либо значения или эмоционального оттенка: «точнее» ? «яснее», «вернее» ? «яснее», «в раздоре» ? «поспоря»; или для образования семантической оппозиции: «вера» ? «потеря», «покрыта» ? «открыты».
Стихотворение «Вяра» демонстрирует особенность, характерную для всего творчества Н. Вапцарова: поэт сочетает в одном произведении различные по стилистике группы слов. Здесь присутствуют и просторечные выражения ?«грубите лапи челични» («грубые лапы стальные»), и техническая лексика ?«пробна машина» («испытательная машина»), «взривна ракета» («взрывная ракета»), «бронирана» («бронированная»), и даже употребляется библеизм ? «пшеничено зърно» («пшеничное зерно»).
Все эти особенности оригинала отражены в русских переводах. М. Замшев использует нейтральное «руки», в то время как Б. Слуцкий и переводчики Ю. Верниковская/В. Струев используют идентичное оригиналу «лапы». Перевод данной строкиМ. Замшевымдалек от оригинала. Оригинальное «Дори да умирам, живота със грубите лапи челични аз пак ще обичам…» (букв. «Даже если буду умирать, жизнь с её грубыми стальными лапами все равно буду любить…»)М. Замшев переводит следующим образом: «И при смерти даже всей грубою кожей, руками стальными любить я продолжу…». Помимо добавления отсутствующей в оригинале строки («всей грубою кожей, руками стальными»), переводчик меняет объект принадлежности - «със грубите лапи челични» в оригинале явно относится к «живота». Ю. Верниковская/В. Струев передают эти же строки, меняя условное наклонение, подразумевающееся в оригинальном тексте, на конкретную ситуацию: «И в час мой предсмертный, зажат в её лапах, железных и грубых, ? о ней лишь спою я!» Б. Слуцкий перевел следующим образом эти строки: «Жизнь, что нас в лапы грубо берет, ? как ни тяжка эта лапа стальная, ? и умирая, буду любить!». Данный перевод по смыслу более близок оригиналу.
Техническая лексика передана во всех трех переводах: «пробна машина»: М. Замшев использовал калькирование ? «пробная машина»; Ю. Верниковская/В. Струев передали конкретнымсоответствием «самолёт»; Б. Слуцкий использовал прием конкретизации, сохранив, впрочем, болгарское прилагательное - «пробная ракета». Кроме того, Б. Слуцкий использует добавочное прилагательное, характеризующее образ ракеты - «опытная».
Для стихотворения характерно обилие шипящих звуков (дишам, живея, живота, челични, ще обичам, кажем), что создает впечатление работающего мотора. Используя фонетические возможности русского языка переводчики передали и эту специфическую особенность стихотворения Н. Вапцарова: тружусь, дышу, хорошо, существую, ненавижу, продолжу.
Хотелось бы обратить внимание на употреблённый Н. Вапцаровым библеизм«пшеничено зърно»: в переводе Ю. Верниковской/В. Струева это словосочетание передано не совсем точно ? «крупица, зерно». М. Замшев использовал диминутив «пшеничное зёрнышко», Б. Слуцкий воспользовался приемом инверсии - «зерно пшеничное». Этот библеизм отсылает читателя к тексту Священного Писания,в котором говорится, что попав на землю, зерно не погибнет, а прорастёт и взойдёт, дав, тем самым, новую жизнь [Колобянина 2007: 81].
Слова с корнем жив («живот» - «жизнь», «живея» - «жить») - наиболее частотны в стихотворении, встречаются десять раз. Их употребление значительно снижается после строки: «Но ето, да кажем»(до этой строки - восемь употреблений, после - два). Это дает право фактически разделить стихотворение на две смысловые части:1) первые пять строф; 2) последние пять строф, которые начинаются с вышеуказанной строки. Центральной темой первой части произведения являются человек и жизнь, их противостояние, их сосуществование, борьба человека за жизнь, её ценность. Во второй же части тема меняется, в центре внимания поэта оказывается вера человека и ее роль в его жизни. Эта особенность отражена в переводах на русский язык следующим образом: у М. Замшева слова «жизнь», «живу», «жив» встречаются во всем тексте восемь раз, семь из них ? в первой половине; у Ю. Верниковской/В. Струева ? семь раз, из них в первой части шесть; в переводе Б. Слуцкого - девять раз, шесть из которых в первых пяти строфах, что всего лишь на одно употребление меньше, чем в тексте оригинала.
Художественный образ «жизнь», несомненно, является одним из центральных в стихотворении Н. Вапцарова. В этом произведении поэт прибегает к одному из наиболее характерных своих приемов - обращению к «абстрактно-монументальному» адресату - жизни [Томашевский 1959: 275]. В третьей строфе Н. Вапцаров употребляет слово «живот» («жизнь») с большой буквы. Этим автор одушевляет абстрактное понятие, буквально персонифицирует его:
За него - Живота -
направил бих всичко.
И Ю. Верниковская/В. Струев и Б. Слуцкий передали эту особенность, употребив слово «Жизнь» с заглавной буквы. М. Замшев в своём переводе написал с маленькой буквы.
Говоря об особенностях перевода лексики, необходимо обратить внимание на перевод прямой речи в третьей строфе стихотворения: «Как, искаш ли час да живееш?» (букв. «Ну как, хочешь ещё час пожить?»). Эта прямая речь отражена во всех переводах, однако переводчики нашли для нее соответствия, значительно отличающиеся и в стилевом отношении, и в семантическом. Так, М. Замшев расширил и значительно изменил текст оригинала, добавив часть предложения и употребив диминутив: «Не хочешь часок ещё жить средь людей ты?» Б. Слуцкий изменил содержание: «Хочешь прожить хоть полдня?». Ю. Верниковская/В. Струев наиболее точно передали текст оригинала: «Ты час ещё хочешь прожить ли?».
Интонационно стихотворение «Вяра» также демонстрирует наиболее характерные черты творчества Н. Вапцарова. Здесь представлены восклицания («Свалете! Свалете!», «Аз пак ще обичам!», «Не! Неуместно! Не струва!»), риторические вопросы («Какво ще остане от мене тогава?»), приём самоисправления («Миг след грабежа /ще бъда разнищен./ И още по-ясно,/ и още по-право -/ миг след грабежа/ ще бъда аз нищо»). В тексте двенадцать восклицаний и шесть вопросов, и переводчики сохраняют эту эмоциональную насыщенность оригинала, в некоторых случаях даже усиливая её: М. Замшев использует десять восклицаний и шесть вопросов; Ю. Верниковская/В. Струев ? двенадцать восклицаний и семь вопросов; Б. Слуцкий - одиннадцать восклицаний и пять вопросов.