Зауер в своей лекции открыто формулировал запрос на исследование «национального характера» (Volkscharakter) в соответствии с изучением региональной литературы, интересовавшей его как германиста.«Племенное народоведение» (stammheitliche Volkskunde), считавшееся им наиболее подходящим для этой цели, он обозначил как «новую национальную науку» и поставил его в один ряд с такими более развитыми дисциплинами, как этнография (Ethnographie) и этнология (Ethnologie) Sauer A.Literatur und Volkskunde. Rektoratsrede gehalten in der Aula der k. k. Dt. Karl-Ferdinands-Universitдt in Prag am 18. Nov. 1907. Prag, 1907. S. 15..«Племенная этнография» предоставляет, как он полагал, «средства к познанию народной души» (Volksseele), с которыми потом можно сопоставить особенности отдельных литературных произведений.Практическим результатом понимаемого таким образом этнографического исследования должно было стать определение, «насколько глубоко поэт, группа авторов или конкретное произведение опирается на немецкие народные источники или как далеко от них удалены» Ibid. S. 20..
Зауер предполагал, что фундамент любого народного литературного творчества исходит из некой «народной основы» Sauer A. Literatur und Volkskunde. S. 16..«Последней и наивысшей» целью народоведения он считал выработку «характерологии народного духа» (Charakterisierung des Nationalgeistes), имевшей целью послужить некоторым обобщением характеристик отдельных народных племен Ibid. S. 17..В качестве одного из таких «племен» стали рассматриваться и «Deutschbцhmen» -- немецкоязычные жители Чехии.
Значение народоведения для будущего и необходимость его дальнейшего академического развития Зауер формировал из тезиса о том, что расцвет данной дисциплины спровоцирует «регенерацию» других дисциплин, в особенности (национальной) литературной истории Ibid. S. 19.. Национальной литературе Зауер отводил роль «усиления и укреплении» немецкого народного характера (Volkstum).Эта народоведческая деятельность послужила бы впоследствии заключительным этапом задуманного Зауэром цикла, состоящего из трех этапов: сбор и этнографическая оценка народного/национального творчества; восприятие этнографической деятельности литературной наукой как формы авторской/художественной литературы; обратная передача/возвращение предполагаемых (или реальных) фольклорных ценностей народу. Конечная цель народоведческой деятельности представлялась Зауеру в ее творческом влиянии на национальное сообщество.Влияние это первоначально должно было быть, в его понимании, скорее непрямым.Оно могло бы происходить посредством некой «литературной фольклористики», в которой главная роль отводилась бы литературной науке, впоследствии повлекшей бы за собой зарождение в чешско-немецких условиях народоведения как академической дисциплины.Подобное методологическое слияние этнографии с германистикой (в чешскоязыч- ном пространстве -- с богемистикой и славистикой), а в определенной степени и с историей, было решающим практически для всей первой половины XX в.
Эта концепция корреспондировала с исследованием немецких «племен» (Volksstдmme) и «ландшафтов» (Landschaften) так, как подобное практиковалось в самой Германии Cр.,например, в начале ХХ в. неоднократно опубликованную работу Оскара Вайсе «Немецкие племена и ландшафты» (Die deutschen Volksstдmme und Landschaften).. Подобным образом и в Австро-Венгрии в последней трети XIX в. начала формироваться «племенная этнография» (stammheitliche Volkskunde).Многие заинтересованные лица даже были убеждены, что изучение немецких «племен» относится к первоочередной задаче новой дисциплины -- немецкого народоведения.Интерес к региональным особенностям сельского населения устремлялся к аутентичному исследовательскому полю, которым считались периферийные области.Особое внимание здесь привлекло к себе устное народное творчество, прежде всего песни, предания и сказки, а также пословицы, разговорный язык, местные имена, народные обычаи, набожность, народная медицина и материальная культура.В рамках материальной культуры особый акцент был поставлен на архитектуре и так называемом народном костюме отдельных «племен» немецкого народа. Основой для столь широко понимаемой этнографической деятельности не могла служить исключительно «ландшафтная история литературы» (landschaftliche
Literaturgeschichte) Sauer A.Literatur und Volkskunde. S. 23-24., как изначально представлял Зауер. Независимо от того, удалось бы или нет осуществить постижение «племенной и народной характерологии», необходимо было двигаться дальше -- к систематическому сбору и обработке разнообразных этнографических данных из различных регионов Чехии, населенных немецкой популяцией. Как уже было сказано, эту задачу взял на себя Адольф Хауффен.
Адольф Хауффен -- основатель чешско-немецкой академической этнографии.С конца 1880-х гг.в Пражском немецком университете Хауффен был личностью, уделяющей особое внимание народоведческой проблематике и прилагающей значительные усилия для ее последующего укоренения в качестве научной дисциплины. Благодаря своим заслугам в развитии этой специальности он был по праву признан «основателем немецкой этнографии в Чехии» Jungbauer G. Einleitung. Bibliographie der deutschen Volkskunde in Bцhmen / еd. by A. Hauffen. Reichenberg, 1931. S. XXX., хотя Хауффен родился в столице Словении Любляне (в 1863 г.). Будучи и исследователем, и преподавателем, он стал главной фигурой судето-немецкого народоведения.Как первый академик он начал систематическое этнографическое исследование немецкого этноса, проживающего в чешских землях, причем занимался как сбором и изучением этнографического материала, так и институциональным укоренением формирующейся дисциплины.Однако основной заслугой Хауффена было то, что пражский немецкий университет при его участии стал одним из первых немецких высших учебных заведений, где немецкая этнография была утверждена в качестве полноценной специальности.
Адольф Хауффен воспринимал этнографию (Volkskunde) как науку об образе жизни определенного сообщества (народа) в ее историческом развитии и одновременно как учение о связях родственных или неродственных групп людей, а именно этносов-наций.При этом он руководствовался убеждением, что особой целью народоведения является «изучение и передача психологических феноменов, образа жизни, обычаев и права, языка, поэзии и веры людей» Sauer A. Literatur und Volkskunde. S. 16..Больше всего его интересовало устное народное творчество, а если говорить точнее, песня, которой он уделял особое внимание в большинстве работ.Вместе с тем он занимался исследованиями народной одежды и устных преданий. Достоин упоминания и его вклад в изучение немецких языковых островов, главным образом монография «Немецкий языковый остров Готтше» Hauffen A. Die deutsche Sprachinsel Gottschee. Geschichte und Mundart, Lebensverhдltnisse, Sitten und Gebrдuche, Sagen, Mдrchen und Lieder. Graz, 1895., ставшая образцовым произведением для следующего поколения ученых, занимающихся немецкими этническими анклавами (Sprachinselvolkskunde) Ср.: Jungbauer G. Sprachinselvolkskunde. Sudetendeutsche Zeitschrift fьr Volkskunde. 1930. Bd. 3, Nr. 4. S. 143-150; Nr. 5. S. 196-204; Nr. 6. S. 244-256..
Поэтапно освоив англистику, историю и географию в университетах Вены, Лейпцига и Граца, в 1886 г. Хауффен получил академическую степень доктора философии в университете Граца, а три года спустя начал педагогическую деятельность как приват-доцент немецкого языка и литературы в Немецком университете в Праге, где первоначально он выступал на темы, находящиеся на пересечении литературы и народоведения (народной поэзии). Регулярно преподавать немецкую этнографию в Праге Хауффен начал, по его словам, в 1905 г. Эти первоначально двухчасовые, а затем и четырехчасовые лекции в учебном 1905/06 г. посещало 55 студентов. В 1909/10 г. их количество увеличилось почти вдвое и составляло 94 человека.До начала Первой мировой войны ежегодное количество студентов снова колебалось на отметке около 50 человек на один курс. Неким исключением была лекция «Изучение немецких мифов и сказок» в летнем семестре 1908 г., на нее было зарегистрировано 98 студентов Lozoviuk P Interethnik im Wissenschaftsprozess. S. 117.. Такой же многочисленной по посещаемости оказалась практическая лекция Хауффена в области народоведения. В 1898-м ее автор был признан адъюнкт-профессором, а в 1918-м (приказом тогда еще Венского министерства образования) -- ординарным профессором немецкой этнографии немецкого языка и литературы. Из-за политических событий того времени присвоение данного ученого звания могло произойти лишь в условиях новообразовавшегося чехословацкого государства Неподписанный некролог к смерти Адольфа Хауффена см.: Sudetendeutsche Zeitschrift fьr Volkskunde. 1930. Bd. 3, Nr. 1. S. 56..Официальное присвоение звания ординарного профессора «немецкой этнографии, как и немецкого языка и литературы» состоялось 24 декабря 1919 г. Antrag auf Errichtung eines Seminars fьr deutsche Volkskunde // Архив Карлова университета в Праге (AUKP). Ф. S8. Картон № 69. Тем не менее это была первая профессура народоведения в Чехословакии В чешском научном сообществе до сих пор ошибочно считается, что первым профессором этнографии в ЧСР стал в Братиславе Карел Хотек. и одна из первых в Центральной Европе.
Институционализация этнографии в Пражском немецком университете.Институциональному укоренению этнографии в обоих пражских университетах предшествовало основание филологически ориентированных учреждений.К рабочим заведениям ПНУ, где практиковалось этнографическое исследование и обучение, относились также семинар немецкой филологии (Seminarfьr deutsche Philologie) и семинар славянской филологии (Seminar fьr slawische Philologie).Замена несуществующих этнографических кафедр филологами и учеными в области литературы была в то время обычной практикой. В пражских условиях это положение изменилось лишь благодаря основанию кафедры немецкой этнографии, речи и литературы (Lehrstuhl fьr Deutsche Volkskunde sowie fьr deutsche Sprache und Literatur) в ПНУ в 1919 г. Jungbauer G. Die deutsche Volkskunde in der Tschechoslowakei. Deutsche Volkskunde im Ausserdeutschen Osten. Berlin, Leipzig, 1930. S. 16. За ее ведение был ответственен Адольф Хауффен, пребывавший уже в должности профессора.
С 1921 г., когда специальность «немецкий язык и литература» разделили на три более-менее самостоятельные области, одну их которых назвали «немецкая этнография» (Deutsche Volkskunde), студенты могли выбрать немецкую этнографию как главную или смежную специализацию Sudetendeutsche Zeitschrift fьr Volkskunde. 1930. Bd. 3, Nr. 1. S. 56.. Таким образом, Пражский немецкий университет в общенемецком контексте стал одним из первых университетов, где укоренилась данная специальность.В 1922 г. для этой специализации было создано первое вакантное место на должность доцента, которое занял Густав Юнгбауэр. В середине XX столетия в университете появлялись и другие ученые, работавшие над профилированием судето-немецкой этнографии. Например, с 1924 г. здесь начал работать (вначале как приват-доцент немецкого языка, литературы и краеведения (Heimatforschung)) Эрнст Шварц. В 1927 г. степень кандидата наук по славянской этнографии (slawische Volkskunde) получил Эдмунд Шневейс, читавший в ПНУ (с 1933 г. как профессор) лекции по славянской этнографии и памятникам древности вплоть до их отмены в 1945 г. Udolph L. Edmund Schneeweis als Volkskundler. Prace z dejin slavistiky XX / ed. by Z. Urban. Praha, 1998. S. 61.
Знаменательной личностью судето-немецкой этнографии был Бруно Шир, который после окончания обучения в ПНУ по специальностям «германистика», «богемистика» и «история» в 1923-1926 гг. был в 1927-1934 гг. Кроме того, Б. Шир учился в университетах Мюнхена и Лейпцига.ассистентом на семинаре немецкой филологии (Seminar fьr deutsche Philologie). Здесь же в 1931 г. по специальности «немецкая этнография и античность» он получил звание доцента на основе высоко оцененной рецензентами работы, посвященной проблематике «культурных движений» в восточной части Центральной Европы Schier B. Hauslandschaften und Kulturbewegungen im цstlichen Mitteleuropa. Reichenberg, 1932.. С 1934 г. он в должности профессора работал в университете в Лейпциге, а во время войны (1940-1943 гг.) еще и в Братиславе Lozoviuk P Interethnik im Wissenschaftsprozess. S. 318..Оба упомянутых выше ученых и педагога сегодня причисляются к первопроходцам в исследовании славянских культур Kretzenbacher L. E. Schneeweis: Serbokroatische Volkskunde. Hessische Blдtter fьr Volkskunde. 1962, Bd. 53. S. 140..Стремительное развитие университетской этнографии в определенной мере указывало на заинтересованность студентов новой дисциплиной.В 1930-х гг.лекции по этнографии посещала треть (!) всех студентов философского факультета ПНУ Jungbauer G. Die deutsche Volkskunde in der Tschechoslowakei. S. 17..
Профилирование специализации в академическом пространстве продолжалось и в 1930-х гг.В зимнем семестре 1929/30 учебного года был учрежден семинар по немецкой этнографии (Seminar fьr deutsche Volkskunde) Ibid. S. 19. -- Это был педагогическо-исследовательский центр, по своей природе похожий на сегодняшний институт., имевший целью стать центром для координации надрегиональной этнографической деятельности и одновременно способствовать углублению изучения этнографии в университете Seminar fьr deutsche Volkskunde. Seminarordnung // Архив Карлова университета в Праге (AUKP). Ф. S8. Картон 69..В его рамках акцент был поставлен на освоение этнографической методологии и общую систематизацию немецких этнографических работ в ЧСР. Поэтому к работе семинара подключились три этнографических учреждения: «Архив народной песни немецкого рабочего комитета Государственного института народной песни» (Volksliedarchiv des deutschen Arbeitsausschusses der Staatsanstalt fьr das Volkslied), «Управление Атласа немецкой этнографии для Чехословакии» (Arbeitsstelle des Atlasses der deutschen Volkskunde fьr die Tschechoslowakei) и «Архив судето-немецкой этнографии» (Archiv fьr sudetendeutsche Volkskunde) Ausweis gemдss Runderlass betreffend ord. Dotacion 1933 // Архив Карлова университета в Праге (AUKP). Ф. S8. Картон 69.. Предусматривалось, что руководителем семинара неизменно должен быть главный представитель немецкой этнографии на философском факультете ПНУ После скорой смерти Хауффена (1930 г.) его преемником стал ученик и коллега Густав Юнгбауэр Вся цитированная информация о жизни Юнгбауэра взята из материалов, находящихся в Архиве Карлова университета в Праге (AUKP). Ф. PI/22, PII/1. Картон 49; Ф. S8. Картон 69..
Густав Юнгбауэр и академическая этнография межвоенного времени.Юнгбауэр, выходец из южной Чехии, изучал в ПНУ германистику, историю и классическую филологию.Его учителями были выдающиеся представители пражской университетской этнографии того времени -- Зауер и Хауффен. В 1909 г. Юнгбауэр получил степень доктора философии.В своей диссертации он писал о преданиях его родной Шумавы, которые стали народными Jungbauer G. Volksdichtung aus dem Bцhmerwalde. Prag, 1908..По окончании университета молодой человек четыре года работал учителем средней школы.После начала Первой мировой войны Юнгбауэр был откомандирован на сербский, а позже на русский фронт, где в 1915 г. попал в плен.В русском плену он провел более трех лет, и этот опыт, очевидно, оказал на его дальнейшую деятельность значительное влияние.Там Густав освоил русский язык, обучался английскому, французскому и чешскому языкам, и в дополнение ко всему, как пленный, он имел возможность увидеть значительную части Российской империи, включая Среднюю Азию (Туркестан).В начале 1920-х гг.впечатления от русского плена воплотились в книге Jungbauer G. Kriegsgefangen. Budweis, 1921. S. 283.. Своим среднеазиатским опытом Юнгбауэр воспользовался как автор и издатель еще нескольких последующих публикаций Jungbauer G. Mдrchen aus Turkestan und Tibet. Jena, 1923..По возвращении на родину в конце 1918-го последующие три года он снова работал учителем средней школы.