Материал: iarskaiasmirnova_e_romanov_p_red_vizualnaia_antropologiia_go-1

Ярская-Смирнова, Карпова, Ворона

в 1998 году [Calcutt, 1998]: в своей работе «Задержка развития: поп- культура и эрозия взросления» он предположил, что современное общество все более активно демонстрирует свое нежелание взрос- леть. С его легкой руки кидалтами стали называть людей среднего возраста, подчас вполне успешных в карьере, неплохо зарабаты- вающих и занимающих достаточно высокое социальное положение, но при этом увлекающихся сказками, мультфильмами, игрушками и прочими атрибутами детства. В Японии для определения этой из- начально подростковой субкультуры – а теперь общенационального явления – используется термин kawaii. Ее отличает страсть к доро- гим техническим новинкам, польза от которых весьма условна. Вслед за Японией «кавайные» аксессуары распространились и в Америке, и в Европе, их проводником являются прежде всего ко- миксы и аниме, чьи герои вооружены до зубов хайтековскими иг- рушками.

В сказке о Питере Пэне все мальчишки вернулись домой и стали взрослыми. Но мог ли ее автор, сэр Джеймс Мэтью Бэрри ожидать такой популярности и славы для тех, кто отказывается взрослеть?! Питер Пэн теперь живет в Лондоне и в Нью Йорке, в Токио и в Моск- ве… И вам не нужно закрывать глаза, чтобы вообразить, что вы в стране Нетинебудет – она вокруг вас. Взросление стало лишь одной из вариаций жизненного стиля, которую в принципе можно избе-

жать [Furedi, 2003].

Около десяти лет назад этот жизненный – и потребительский – стиль заявил о себе во весь голос и в России:

О том, что Москва стремительно догоняет остальной мир по количеству кидалтов, говорит успешность брендов, которые на них ориентированы. Например, сеть магазинов необычных подарков Le Futur, где можно приобрести <…> ролики с ручным тормозом, пылесос с дистанционным управлением или паровую настольную мини-дрезину <…> Это значит, что и у нас респектабельные люди начали отказываться от эстети- ки Чикаго 30-х годов и тоже впали в детство [Синдром Карл-

сона, 2007].

И всего лишь за восемь «кликов» у вас теперь есть возможность узнать, кидалт вы или не кидалт [См., напр.: Aeterna.ru, 2007; zero tolerance, 2008]. По итогам заполнения теста вам предлагаются сле- дующие варианты результатов – «настоящий кидалт», «обыкно- венный человек», «черты кидалта есть, но до "тру-кидалта” не дотя- гиваете». Список характерных «черт кидалта», представленный упомянутым тестом [Там же], обрисовывает рамку жизненного сти- ля, включая визуализированные формы использования тех или иных благ и ценностные диспозиции кандидата:

296

Визуальное производство стиля

•Пристрастие к одежде, не соответствующей возрасту или имею- щей «детские» элементы: майки и сумки с «мультяшными» принтами, яркие полосатые носки и т.д.; любовь ко «взрослым игрушкам», постоянное стремление стать обладателем новой навороченной модели мобильного телефона, плеера; любовь к литературе, считающейся детской: «Властелин колец», «Гарри Поттер», «ПриключенияМуми-тролля» ит. д.

•Чрезмерное увлечение компьютерными и онлайн-играми; постоянная симуляция бурной деятельности, чрезмерная активность, не дающая результатов; способность ценить в первую очередь спонтанные радости жизни и свою свободу, при этом нежелание брать на себя какие-либо обязательства; «политика страуса»: стремление не замечать проблем и не прилагать усилий кихрешениювнадежде, чтовсеналадитсясамособой.

•Способность свежо смотреть на вещи, замечая то, что другим не бросается в глаза, идущая от отрицания общепринятых истин и канонов.

Членство в социальной группе маркируется принадлежно- стью к референтному культурному стилю, особенно, если речь идет о субкультурах, связанных с визуально отличительным сти- лем потребления. Городские племена [Улица… 2006] представля- ют для человека в сугубо индивидуалистическом обществе новые возможности солидарности, ниши для формирования идентично- сти в рамках норм, отличающихся от нормативности большинства, государственной идеологии, нередко разделяемой и в семье, шко- ле, на работе. К визуальным манифестациям, прежде всего, отно- сятся потребительский выбор внешних атрибутов – одежды, аксес- суаров, отличающихся цветом, фасоном, дизайном. Формулировки, с одной стороны, содержат оценочную составляющую («пристра- стие», «чрезмерность», «свежо», «симуляция… не дающая ника- ких результатов», «не соответствующая возрасту»), а с другой – указывают на условность данных определений («считающаяся детской», заключение в кавычки слова «детские»). Эта условность обсуждается и в репликах заполнивших тест и получивших свой ярлык: «Я бы не относил "Lotr" к детской литературе так одно- значно»; «Властелин колец – многоликое произведение, его можно читать всем, другой вопрос, кем оно может быть полностью понято и осознано»; «А "Властелин Колец" только поначалу задумывался как детская книга. В процессе написания он "перерос" этот жанр»

[Aeterna, 2007].

Взаимное подозрение поколений имеет долгую историю, но наиболее явным, как пишет З. Бауман, оно стало в современную эпо-

297

Ярская-Смирнова, Карпова, Ворона

ху, с ее постоянным, быстрым и глубоким изменением условий жиз- ни. То, что для одних когорт кажется «естественным» и «нормаль- ным», может другими считаться как отклонение, хаос и аномалия, а возможно, и как нелегитимное и нерациональное, несправедливое [Bauman, 2008. P. 41]. Кофигуративныйтипкультурнойпреемственности, по М. Мид, оставляет последнее слово за старшими поколениями. Старшие узурпируют власть наименования и критической оценки в адрес молодых: в частности, в июне 2008 года Государственной ду- мой был одобрен проект «Концепции государственной политики в области духовно-нравственного воспитания детей в Российской Фе- дерации и защиты их нравственности», в котором, в частности, пред- лагалось ввести

запрет появления в государственном или муниципальном общеобразовательном учреждении, учреждении среднего или высшего профессионального образования обучающихся и иных лиц в явно узнаваемом и очевидно идентифицируемом макияже, одежде и атрибутике «гота» и «эмо» [Понкин и др., 2008; см. критику этого подхода: Омельченко, 2009].

Но похоже на то, что молодые не собираются к этим оцен- кам прислушиваться. Различия в восприятии стали настолько многомерными, что по сравнению с предыдущими поколениями молодые уже не могут рассматриваться как «миниатюрные взрослые» или «будущие взрослые» или «пока еще не зрелые, но обязательно станут зрелыми, как мы» [Bauman, 2008. P. 41]. Старшие побаиваются, как бы новички не испортили то удобное, нормальное, заботливо выстроенное и любовно сохраненное их родителями; молодые же, напротив, ощущают острую потреб- ность перевернуть вверх тормашками то, что состряпано ветера-

нами [Ibid].

В ряде стран мира отмечается рост числа молодых взрослых, которые возвращаются домой после некоторого периода жизни вне семьи (например, во время учебы): доля тех, кто вернулся в отчий дом, выросла с 25% в 1950-м до 46% в 2001-м. В Японии 70% одиноких работающих женщин в возрасте 30–35 лет живут с роди- телями, в США со своими родителями живут 18 млн 20–34-летних, а это 38% всех одиноких молодых взрослых. Появился новый тер- мин «дети-бумеранги». Эти молодые взрослые живут с родителя- ми не потому, что те нуждаются в помощи, а потому что сами пользуются их поддержкой. Возможно, тому способствует рост разводов среди молодых пар, или родительское гнездо представ- ляет собой эмоциональную теплую нишу, убежище, откладываю- щее начало самостоятельной жизни; не случайно слышны упреки

298

Визуальное производство стиля

ив адрес гражданского брака, который-де способствует менее же- сткой ответственности. Серьезным весом обладает экономическое объяснение, подразумевающее более низкое качество жизни у одиночек. Практически каждый третий из россиян, а точнее 27%, живет вместе с родителями. Причина тому – заоблачные цены на жилье и низкий уровень заработной платы [Россия – страна квар- тиросъемщиков… 2008].

Впрочем, есть и многочисленные обратные примеры – жи- вущие с родителями детишки, разъезжающие на последних моде- лях BMW, покупающие сумочки от Gucci за $2800 и иные дорогие аксессуары и игрушки, одежду с детскими элементами от дорогих модельеров, куклы ugly dolls и тому подобные предметы. Взрослые дети на шее у родителей, «маменькины сынки и дочки», «недорос- ли» – явление далеко не новое. Подтверждение тому – многочис- ленные примеры из произведений художественной классической литературы. И сегодня существует (и увеличивается) круг людей, которые не задумываются о «хлебе насущном», у которых нет ну- жды брать на себя ответственность за свои поступки, для которых работает индустрия развлечений, поток книжной продукции, в том числе романы, пропагандирующие безделье и «шикарный» образ жизни за чей-то счет. И может быть, приверженцы такого стиля жизни, среди которых большинство – молодые, – лишь пытаются отреагировать на социальные вызовы тех условий «текучей совре- менности», где никакая саморепрезентация не может быть ста- бильной и гарантированной на сколько-нибудь длительный период,

игде то, что сегодня соответствует этикету, завтра будет считаться постыдно старомодным [Bauman, 2008. P. 53]. И потому такие идеалы, как зрелость, ответственность, преданность, противоречат современной культуре непостоянства, преобладающей в повседнев- ной жизни.

Культура непостоянства, характерная для «быстро текущей жиз- ни», имеет свою визуальную реальность – в практиках стилевого по- требления, способах сверки своей идентичности с актуальными и по- стоянно спешащими часами современности.

Потребление в условиях диснеизации

Отличительная особенность стиля, которому приписывают ярлык «кидалт», – это эксперименты с внешностью: прическа, одежда, аксессуары, трепетное отношение к мелочам, будь то заколки с цветочками и бабочками, аксессуары, гаджеты, канцелярские принадлежности с персонажами мультфильмов

(Ил. 1).

299

который сначала удивил, а потом поко- рил большую часть любителей одевать- ся в супермодные вещи. Сегодня лого- тип марки Hello Kitty называют продуктом поп-культуры. Выходит ог- ромное разнообразие товаров с изо- бражением маленькой Кити – от фут- болок и мягких игрушек до тостеров и ноутбуков (Ил. 2). Покупателям пред- лагают зонтики, часы, тапочки, поло- тенца, сумки идаже галстуки с изобра- жениями как самой героини, так и ее многочисленных «друзей и род- ственников». Ассортимент и, соответст- венно, цены— совсем не детские. Не- смотря на «несерьезный», на первый взгляд, образмаркиHello Kitty, туалеты и особенно ювелирные украшения мо- гут стоить очень дорого и рассчитаны они отнюдь не на детей: например, ро- зовый ноутбук со стразами или розо-

выйMitsubishi.

Ребячливость, пролонгирование детства и молодости – это новый общемировой потребительский тренд:

Средний класс «стареющих обществ», в том числе и России, часто обращается к поискам «внутренней молодости». Новые «молодежные индустрии» всячески поддерживают как страх старения, так и надежду на вечную молодость. «Быть в ногу со временем», демонстрировать свою актуальность и «продвину- тость» стремятся все возрастные группы, особенно те, кому «за

30 и 40» [Омельченко, 2004. С. 15].

Ил. 2. Продукцияинтернет-магазина Hello Kitty.

300