Психоанализ представляет собой способ исцеления людей, которые страдают психическими расстройствами и эмоциональными нарушениями, с целью повышения автономии и личного роста и ослабления психического мучения. В связи с тем, что отношения в психоанализе основаны на уважении к личности пациента, они обязаны подключать четкую дифференциацию между пациентом, и психоаналитиком, и (в особенности если пациентом является ребенок) семьей. В случае, если эта дифференциация исполняется неверно либо игнорируется, она может подвергнуть угрозы процесс исцеления или совсем разрушить его, а также нанести урон обеим граням терапевтического процесса. Рефлексия и постоянная самопроверка психоаналитика, а также обращение за консультациями к коллегам, обеспечат безопасные условия как для пациента, так и для самого аналитика.
Хотя психоанализ в большой степени умножил наше познание о человеке, он не прирастил наше познание о том, как человеку должно существовать и что ему надлежит делать. Его главный функцией была функция "разоблачения", подтверждения, что этические нормы и ценностные суждения являются рационализированными выражениями иррациональных - и нередко бессознательных - страхов и желаний, и благодаря чему они не могут претендовать на объективную верность. Хотя это обличение само по себе было очень принципиальным, оно становилось все наиболее бесплодным, так как не вышло за пределы обычный оценки. Психоанализ, стараясь принять психологию как натуральную науку, сделал очень грубую ошибку, разделяв ее от заморочек этики и философии. Он пренебрегал тот факт, что личность человека невозможно понять, если мы не осматриваем человека во всей красе, включая в том числе надобность найти протест на вопрос о значении его существования и также найти нормы, в гармонии с которыми ему должно существовать. Фрейдовский "homo psychologicus" - это таковая же нереалистическая конструкция, какой был "homo economicus" классической экономики. Невозможно понять человека в его ментальных и эмоциональных нарушениях без осмысливания природы нравственных и ценностных конфликтов.
Противоречие изучения: трансфер, либо перенос - применяемый в психоанализе термин, который означает перенос на психотерапевта эмоционального отношения клиента к весомым для него людям - папе, мамы и пр. Различаются трансфер положительный - перенос эмоций восхищения, любви, доверия, почтения, привязанности и пр.; трансфер негативный - перенос эмоций ненависти, ужаса, злобы, отвращения, злости. Эти ощущения внезапно появляются у клиента в сеансе психоаналитическом при отсутствии в поведении психотерапевта объективных обстоятельств для этого. Фрейд рассматривал трансфер как парадокс переноса, неотъемлемый любым человеческим отношениям и проявляемый не лишь в сеансе терапевтическом, но в том числе и в обычной жизни.
Актуальность данной проблемы курсовой работы содержится в том, что перенос - это воссоздание старого стереотипа отношений в новых отношениях и с новым человеком, напоминающие чем-то давние.
Цель курсовой работы: рассмотреть феномен переноса и контрпереноса в аналитической психологии.
Задачи: перенос регрессия контрперенос психоанализ
В данной курсовой работе полностью были раскрыты понятия переноса и контрпереноса в аналитической психологии.
Понятие переноса в первый раз употребляется Фрейдом в "Этюдах об истерии" (1895 год) для подробного разъяснения специфического парадокса, который проявляется в первую очередь тем, что психоаналитик, лечащий пациента воспринимается анализируемым пациентом достаточно искажённо; образ который формируется пациентом достаточно далёк от того, чтобы позволить верно ориентироваться и поведении и переживаниях психоаналитика, хотя конкретно в полном согласовании с таким искажённым образом пациент и ведёт себя на сеансах. Фрейд считал, что такового рода преломления возникают в итоге навязанного самообмана пациента, "липовой взаимосвязи" между актуальными переживаниями пациента и прошедшим опытом.
Рассматривая это с точки зрения энергетики, можно найти смещение оккупации с прежнего важного объекта на актуальные отношения с психоаналитиком. При этом инфантильные истоки переживаемого переноса остаются бессознательными; речь идёт о переживаниях, соединённые поначалу с составшимся неразрешённым конфликтом, в связи с чем в итоге они и были вытеснены.
Отношения к феномену переноса на ранних шагах развития психоанализа.
Подобного рода самообман Фрейд поначалу рассматривал в виде достаточно неприятной помехи аналитической работе. Но затем, оценивая собственный опыт стремлении молодой пациентки Доры, Фрейд прибывает к другому выводу. Он пишет: "Из большего препятствия на пути психоаналитической работы, перенос преобразуется в мощнейшее вспомогательное лекарство, если только каждый раз удаётся разгадать его и перевести на ясный для пациента язык".
Ныне анализ переноса становится средством, который служит на выгоду психоаналитическому исцелению. Главная цель исцеления тут состояла в том, чтобы реконструировать вытесненные треволнения пациента и также устранить невротическую амнезию.
Несколько лет спустя совместно с изменением терапевтической методики меняется и отношение к переносу: наравне с реконструкцией прежних переживаний и событий на предшествующий план всё более выдвигается проработка переноса в актуальных отношениях с психоаналитиком. Перенос становится самым принципиальным динамическим моментом всего терапевтического процесса, а проработка переноса средством интерпретации как оказалось решающей причиной, которая определяет эффективность и значимость психоаналитической терапии. Такой подход в особенности хорошо показан в статье Фрейда zur dynamik der uebertragung (О динамичности переноса), которая написана в 1912году. В этой статье Фрейд приходит к общему выводу, что нереально кого-либо направить в бегство либо победить при его отсутствии; этим достаточно нередко цитируемым выражением Фрейда хорошо показано, что бессознательные конфликты могут более эффективно прорабатываться в тех вариантах, когда они манифестируются в переносе на психоаналитика.
Фрейд распознавал негативный и позитивный перенос. Позитивный перенос Фрейд связывал с бессознательными сексуальными либо либидозными инстинктивными нуждами, анегативные- с агрессивными импульсами влечения. Внутри положительного переноса ещё можно дифференцировать "пристойный" (не шокирующий) и невротический перенос.
Невротический перенос, основывающийся по факту на самообмане, рассматривается как невротическая влюблённость и идеализация предмета аналитической работы (психоаналитика). А пристойный перенос, напротив, сформирует нужный либидозный базис всех межличностных взаимоотношений. Такой перенос гарантирует то, что подготовленность к аналитическому лечению продолжает увеличиваться и сохраняться даже под давлением сопротивлений и отрицательных переносов, создавая фундамент возможности к терапевтическому расщеплению сферы Я, который описан Штербой. Из гипотезы о существования пристойного позитивного переноса Гринсон формирует теорию рабочего союза.
Взаимоотношения между анализируемым на психоаналитических сеансах психоаналитиком и непосредственно пациентом можно обрисовать на трёх уровнях (как, в общем, и любые взаимоотношения между человеком и доктором):
Когда мы распознаваем настоящие взаимоотношения, отношения переноса и рабочий союз, то делаем это мы в первую очередь для того, чтобы рассматривать психоаналитические встречи с трёх разных сторон. Такой накопленный подход отлично подходит аналитическому стилю мышления и преследует цель, сделать насколько лишь это может быть доступными наиболее значимые проявления бессознательных действий. Только при этом не стоит забывать, что речь фактически постоянно идёт об одном и том же взаимоотношении, в котором постоянно сразу появляются все три уровня. Это касается также и конкретной ситуации исцеления.