Материал: XX

ния о своих выступлениях (тема, дата, место проведения, количество слушателей) в качестве лектора на общественно-политические темы на период с 1977 до конца 1981 г, т.е. фактически до самой смерти О.Д. Чехович 27 января 1982 г.1 Судя по дневнику, количество подобных лекций О.Д. Чехович в год только в качестве внештатного партийного лектора составляло в среднем 8 – 92.

Тематика выступлений О.Д Чехович достаточно разнообразна: рядом с такими проблемами, как «Улугбек и сарбардарство» или «О

раннесредневековых городах Средней Азии» мирно сосуществуют выступления на темы «25 съезд КПСС и образ жизни» или «Проблема социалистического образа жизни в свете новейших партийно-государ-

ственных документов». Достаточно разнообразен и контингент слушателей: это сотрудники академических учреждений, общественных организаций, коллективов заводов, воспитатели детсадов, медики и др. Об том, в частности, сообщат один из номеров столичной газеты от 1979 г., в котором упоминаются выступления О. Чехович, в числе других лекторов Хамзинского РККП «на предприятиях, учреждениях,

строительных организациях и учебных заведениях» с разъяснительными лекциями об итогах «ноябрьского Пленума ЦК КПСС и второй сессии Верховного Совета СССР»3.

В архиве сохранились тексты многочисленных агитационных докладов О. Чехович. Подавляющее большинство из них изобилует идеологическими и пропагандистскими штампами из вокабуляра партийных документов того времени:

«[…] Великие вожди русского и мирового рабочего движения – Владимир Ильич Ленин и Иосиф Виссарионович Сталин являются непревзойденными мастерами смелой диалектической постановки множества запутанных

социальных вопросов, и в том числе – национального […]» 4.

Примечательно, что подобная пропагандистская риторика характерна и для более поздних выступлений О.Д. Чехович, подготовленных уже после смерти И. Сталина. Так, в докладе 1968 г., посвященном празднованию 1 мая – Международного дня солидарности трудящихся, О. Чехович обращается к слушателям, сотрудникам Академии наук, со словами:

1ЦГА РУз, ф. Р-2678, оп. 1, д. 492.

2Подтверждением тому может служить также ее собственное упоминание в одном из служебных отчетов: «В январе 1975 года я выезжала в область Джизак по поручению ЦК для чтения лекций об «Обращении ЦК КПСС к партии и советскому народу». Всего в

1975 г. прочитано 9 лекций и докладов». ЦГА РУз, ф. Р-2678, оп. 1, д. 65, л. 46–47.

3Вечерний Ташкент. 1979 г. 5 декабря. С. 2.

4ЦГА РУз, ф. Р-2678, оп. 1, д. 156, л.1 (Ленинско-сталинская постановка национального вопроса, 1950).

-262 -

«[…] Товарищи, – данный первомай – последний, в этом 100-летии со дня рождения В.И. Ленина. Дело чести всех сотрудников Академии … состоит в том, чтобы встретить 100-летие со дня рождения В. Ленина новыми значительными открытиями и научными достижениями во всех

отраслях науки. Выше знамя пролетарского Интернационализма! […]»1.

Вместе с тем, на примере подобных дневников, текстов ее агитационных докладов (а также, как это будет рассмотрено далее на материалах ее научных трудов) мы можем наблюдать характерное совмещение (взаимопроникновение), а порой и борьбу этих двух основных ипостасей О.Д. Чехович. Если мы посмотрим на тематику выступлений – это не просто сухие доклады «о материалах очередного съезда», а обсуждение научно-исторических проблем, инициатива включения которых в пропагандистский календарь принадлежит, очевидно, самой О.Д. Чехович.

Да и сами доклады, имеющие, казалось бы, исключительно пропагандистскую направленность, О. Чехович разбавляет многочисленными примерами из истории, анализом различных примеров зарубежной общественно-философской мысли. Так, например, в уже упомянутом выше «первомайском» выступлении она пытается анализировать «концепцию индустриального общества», представленную в трудах американского экономиста Walt Whitman Rostow2 и французского социолога Raymond Aron3, а также обосновать ее концептуальные противоречия с концепциями Маркса и Ленина о классовом антагонизме общественного развития4.

Итак, на примере показанной грани деятельности О.Д. Чехович мы можем проследить картину нахождения советского историка на службе власти и прtтворяющего и продвигающего идейные ценности режима и, как представляется, искренне верующего в его идеалы.

Однако для нас здесь интересен, прежде всего, вопрос, в какой мере эти убеждения сочетались с академическими взглядами и с кредо объективного историка? Можно ли предположить, что обе ипостати одного из самых публикуемых «документалистов» Ташкента существовали сами по себе, не влияя друг на друга или, напротив, естественно дополнялись, позволяя оставаться продуктивной в

1ЦГА РУз, ф. Р-2678, оп. 1, д. 96, л. 11.

2Rostow Walt Whitmam – американский экономист, автор ‘The Stages of Economic Growth. A non-Communist Manifesto’, опубликованного в 1960 г.

3Raymond Aron – известный французский социолог, автор книги La société industrielle

4Сложно, однако, точно утверждать, была ли это личная инициатива О. Чехович, либо упоминание Rostow и Arоn связано со специальными властными директивами, подразумевающими кампанию против них. Не известно также, насколько работы указанных авторы могли быть доступны широкой аудитории читателей в Ташкенте в 1968 г.

-263 -

двух направлениях деятельности, в которых Ольга Дмитриевна была одинаково активна до конца своей жизни?

Ученый

Как свидетельствуют материалы архива, начало академической деятельности О.Д. Чехович связано с ее поступлением в аспирантуру исторического факультета САГУ в 1937 г. Одной из причин решения заняться научной деятельностью, как мы уже указывали выше, очевидно, стали выдвинутые против нее обвинения в связях с «врагом народа», приведшие к отставке с должности ответственного секретаря комсомольской организации. Вполне вероятно, что этому могли также способствовать и иные обстоятельства, выяснить которые пока не представляется возможным. В личном архиве содержится крайне скудная информация, характеризующая этот период ее жизни. Однако даже такая ограниченная информация позволяет выделить, по меньшей мере, два основных фактора ее ранней академической карьеры, определивших во многом характер ее последующей деятельности и сферу научных интересов.

1. Участие весной 1940 г. в комплексной научно-исследова- тельской экспедиции, организованной историческим факультететом САГУ и Музеем искусств Узбекистана, под руководством проф. М.С. Андреева1 в Бухару для сбора материалов, а также изучение различных вопросов экономической и социальной истории Бухары конца XIX – начала XX столетия2. В качестве ученого секретаря экспедиции в обязанности О.Чехович вменялись ведение рабочего дневника, а также систематизация и описание всех материалов,

1Михаил Степанович Андреев (1873 – 1948) – крупнейший исследователь - этнограф, лингвист. Начав свою среднеазиатскую научную деятельность в Самарканде в качестве толмача (переводчика) при Военном губернаторе области и тогда же начав сбор этнографических данных, благодаря своему таланту и способностям оставался успешным и при большевиках, став членом-корреспондентом Академии наук СССР (1929 г.) и вмчисле первых академиков Академии наук Узбекистана (1943 г.). Организатор и непосредственный участник целого ряда этнографических экспедиций в различные районы Средней Азии (Ягноб, Хуф, Нур-Ата, Маргилан). См. подробнее: Акрамова Х., Акрамов Н. Востоковед Михаил Степанович Андреев (научно-биографический очерк). Под редакцией и с предисловием Литвинского Б.А. Душанбе: Ирфон, 1973.

2Экспедиция продлилась с 10 апреля по 26 июня 1940 г. и была прекращена вследствие наступившей в Бухаре невыносимой жары. Помимо собственно М.С. Андреева и О.Д. Чехович в ней также приняли участие В.Н. Кун, Н.В. Русинов, М.С. Юсупов и Л.И. Ремпель. Сбор материала осуществлялся в рамках следующих тематических направлений: Историческая топография города; Бухарский Арк и его архитектура в конце XIX – начале XX в., «День бухарского эмира», администрация, суд, финансы, ремесло, торговля, налоговая система и войско Бухарского эмирата. См.: ЦГА РУз, ф. Р-2678, оп. 1, д. 168,

л. 1-2.

-264 -

собранных ее членами1. Собранные в ходе экспедиции материалы (в настоящее время хранятся в ее личном архиве) легли в большинстве своем в основу ее диссертации «Бухарские поземельные акты и аграрные отношения в XIX – XX вв.», содержащей обилие упоминаний указанной экспедиции и многочисленные ссылки на ее материалы, а также выделили актовую документалистику в качестве profession de foi ее всей последующей жизни. Значение бухарской экспедиции для определения векторов ее дальнейшей исследовательской деятельности было отмечено и самой О.Д. Чехович в выступлении, произнесенном во время защиты кандидатской диссертации 17 декабря

1943 г.: «… я считаю эту первоначальную обработку актов во время экспедиции в Бухаре началом своей исследовательской работы …»2.

2. В начале 1940-х годов, в разгар Второй мировой войны, в Ташкент, помимо прочего, были эвакуированы важнейшие научноисследовательские учреждения всесоюзного масштаба вместе со специалистами, в частности Институт востоковедения АН СССР

(Москва) и его Ленинградское отделение3. Этот был уникальный период, когда ведущие специалисты-востоковеды и историки на протяжении ряда лет занимались исследовательской и преподавательской деятельностью в Ташкенте, оказал заметное влияние на целое поколение молодых историков Узбекистана4, в том числе и на О.Д. Чехович. Очевидно, не последнюю роль в формировании и укреплении научных контактов с ленинградскими исследователями сыграл ее научный руководитель М.С. Андреев, который, по мнению Б.А. Литвинского, еще в период своего обучения в Петербурге в 1897 г., традиционно поддерживал тесные контакты с ленинград-

1В результате осуществленных экспедиционных мероприятий было приобретено у местного населения 360 документов, 5 рукописей, 5 литографий, различные оттиски печати. Кроме того, были записаны показания и воспоминания различных лиц, имевших прежде отношение к административной системе Бухарского эмирата. См.: ЦГА РУз,

ф. Р-2678, оп. 1, д. 168, л. 1–2 .

2ЦГА РУз, ф. Р-2678, оп. 1, д. 66, л. 45 (Черновик выступления О.Д. Чехович на защите ученой степени кандидата исторических наук. 17 декабря 1943 г.).

3В частности, в этот период в Ташкенте работали такие известные исследователи, как А.М. Беленицкий, В.И. Беляев, Е.Э. Бертельс, Н.Д. Миклухо-Маклай, О.И. Смирнова, И.П. Петрушевский, Н.В. Пигулевская, В.В. Струве, А.С. Твертинова, А.Л. Троицкая, А.Ю. Якубовский и др. Наличие такого научно-интеллектуального потенциала в Ташкенте способствовало организации в Узбекистане в 1943 г. национальной Академии наук и ее структурных подразделений – Института истории (1943 г) и Института восточных рукописей (1944), осуществлявших фактические основные исследования в области истории и академического востоковедения в республике на протяжении всего последующего периода. См. подробнее: Академия наук в интеллектуальной истории Узбекистана. Отв. ред. Алимова Д.А., Абдурасулов У.А. Ташкент: Yangi nashr, 2012. C. 77.

4См. например воспоминания Р.Г. Мукминовой.

-265 -