Материал: Hrestomatia_2_1

Вме­сте с тем бы­ло ус­та­нов­ле­но, что у ка­ж­до­го ис­пы­туе­мо­го есть не­ко­то­рый ха­рак­тер­ный для не­го ре­пер­ту­ар ми­ми­че­ских ре­ак­ций, по­вто­ряю­щих­ся в раз­лич­ных си­туа­ци­ях: за­кры­вать или ши­ро­ко рас­кры­вать гла­за, мор­щить лоб, от­кры­вать рот и т. д.

Эти ре­зуль­та­ты про­ти­во­ре­чат как дан­ным, по­лу­чен­ным в дру­гих вы­ше­упо­мя­ну­тых ис­сле­до­ва­ни­ях, так и по­все­днев­но­му опы­ту.

Не­ко­то­рый свет на при­чи­ну та­ко­го не­со­от­вет­ст­вия дру­гим ис­сле­до­ва­ни­ям про­ли­ва­ют дан­ные до­пол­ни­тель­ных опы­тов, про­ве­ден­ных Лэн­ди­сом с тре­мя из его ис­пы­туе­мых. Он про­сил их по­пы­тать­ся изо­бра­зить не­ко­то­рые эмо­ции, ис­пы­тан­ные ими в экс­пе­ри­мен­те (ре­ли­ги­оз­ные чув­ст­ва, от­вра­ще­ние, страх и т. д.). Ока­за­лось, что ми­ми­че­ская ими­та­ция эмо­ций со­от­вет­ст­во­ва­ла об­ще­при­ня­тым фор­мам экс­прес­сии, но со­вер­шен­но не сов­па­да­ла с вы­ра­же­ни­ем лиц тех же са­мых ис­пы­туе­мых, ко­гда они пе­ре­жи­ва­ли под­лин­ные эмо­ции. Та­ким об­ра­зом, сле­ду­ет раз­ли­чать об­ще­при­ня­тую, конвенциональную, ми­ми­ку как при­знан­ный спо­соб вы­ра­же­ния эмо­ций и спон­тан­ное про­яв­ле­ние эмо­ций.

Пред­став­ле­ние о том, что по вы­ра­же­нию ли­ца мож­но су­дить об ис­пы­ты­вае­мых че­ло­ве­ком эмо­ци­ях, вер­но, ес­ли оно от­но­сит­ся к кон­вен­цио­наль­ным ми­ми­че­ским ре­ак­ци­ям, к то­му свое­об­раз­но­му язы­ку ми­ми­ки, ко­то­рым поль­зу­ют­ся лю­ди для пред­на­ме­рен­но­го со­об­ще­ния о сво­их ус­та­нов­ках, за­мыс­лах, чув­ст­вах. Воз­мож­но, что это пред­став­ле­ние вер­но и в от­но­ше­нии спон­тан­ной ми­ми­ки, но при ус­ло­вии, что име­ют­ся в ви­ду хо­ро­шо зна­ко­мые лю­ди. Ко­гда нам при­хо­дит­ся дол­го об­щать­ся с че­ло­ве­ком, мы уз­на­ем, что та­кое-то вы­ра­же­ние ли­ца оз­на­ча­ет у не­го раз­дра­же­ние, то­гда как дру­гое — вос­торг. По­ми­мо об­ще­го язы­ка эмо­ций, не­об­хо­ди­мо знать еще язык ин­ди­ви­ду­аль­ный, то есть язык ми­ми­ки кон­крет­но­го че­ло­ве­ка. Обыч­но мы по­сти­га­ем язык эмо­ций лишь близ­ких нам лю­дей.

Ис­сле­до­ва­ния Лэн­ди­са ука­зы­ва­ют на не­об­хо­ди­мость раз­ли­че­ния не­про­из­воль­ных ми­ми­че­ских ре­ак­ций, ко­то­рые яв­ля­ют­ся ав­то­ма­ти­че­ским след­ст­ви­ем, пе­ре­жи­вае­мых эмо­ций, и про­из­воль­ных вы­ра­зи­тель­ных дей­ст­вий, воз­ни­каю­щих в ре­зуль­та­те на­ме­рен­но­го со­кра­ще­ния мышц ли­ца. Об этом же го­во­рят дан­ные ис­сле­до­ва­ний, по­свя­щен­ных изу­че­нию раз­ви­тия ми­ми­ки ре­бен­ка.

У мла­ден­цев ми­ми­ка яв­ля­ет­ся срав­ни­тель­на бед­ной. Гу­ди­наф об­на­ру­жи­ла у де­ся­ти­лет­ней сле­пог­лу­хой де­воч­ки хо­ро­шо сфор­ми­ро­ван­ные ми­ми­че­ские схе­мы поч­ти всех ви­дов, опи­сы­вае­мых шка­лой Вуд­вор­тса и Шлос­бер­га. Это зна­чит, что ми­ми­че­ские схе­мы яв­ля­ют­ся вро­ж­ден­ны­ми. Со­глас­но на­блю­де­ни­ям дру­гих ав­то­ров, у сле­пых де­тей пло­хо фор­ми­ру­ют­ся про­из­воль­ные ми­ми­че­ские ре­ак­ции, но спон­тан­ное вы­ра­же­ние чувств не от­ли­ча­ет­ся от зря­чих; с воз­рас­том ми­ми­ка зрячих ста­но­вит­ся все бо­лее вы­ра­зи­тель­ной и бо­га­той, то­гда как ми­ми­ка сле­пых де­тей ли­бо не из­ме­ня­ет­ся. ли­бо ста­но­вит­ся еще бо­лее бед­ной (цит. по: Woodworth, Schlosberg, 1955, с. 130-131).

Та­ким об­ра­зом, на фор­ми­ро­ва­ние ми­ми­че­ско­го вы­ра­же­ния эмо­ций ока­зы­ва­ют влия­ние три фак­то­ра:

• вро­ж­ден­ные ви­до­ти­пич­ные ми­ми­че­ские схе­мы, со­от­вет­ст­вую­щие оп­ре­де­лен­ным эмо­цио­наль­ным со­стоя­ни­ям;

• при­об­ре­тен­ные, за­учен­ные, со­циа­ли­зи­ро­ван­ные спо­со­бы про­яв­ле­ния чувств, под­ле­жа­щие про­из­воль­но­му кон­тро­лю);

• ин­ди­ви­ду­аль­ные экс­прес­сив­ные осо­бен­но­сти, при­даю­щие ви­до­вым и со­ци­аль­ным фор­мам ми­ми­че­ско­го вы­ра­же­ния спе­ци­фи­че­ские чер­ты, свой­ст­вен­ные толь­ко дан­но­му ин­ди­ви­ду.

Сле­ду­ет от­ме­тить, что та­кая ин­ди­ви­ду­аль­ная спе­ци­фи­ка мо­жет быть как бо­лее, так и ме­нее вы­ра­жен­ной. Так, на­при­мер, в груп­пе из 12 ис­пы­туе­мых Кол­мен вы­де­лил толь­ко двух, у ко­го ми­ми­ка бы­ла вы­ра­зи­тель­ной и об­на­ру­жи­ва­лась ус­той­чи­вая связь ме­ж­ду эмо­ция­ми и их вы­ра­же­ни­ем (там же, с. 120).

Пан­то­ми­ми­ка, вы­ра­же­ние эмо­ций го­ло­сом. Ис­сле­до­ва­ния жес­тов и го­ло­са вы­яв­ля­ют влия­ние ана­ло­гич­ных фак­то­ров. Так, экс­пе­ри­мен­ты, в ко­то­рых эмо­ции оп­ре­де­ля­лись по за­сня­тым на ки­но­плен­ку дви­же­ни­ям рук опыт­но­го ак­те­ра, по­ка­за­ли, что уро­вень точ­но­сти оце­нок яв­ля­ет­ся при­мер­но та­ким же, как при оп­ре­де­ле­нии эмо­ций по вы­ра­же­нию ли­ца.

Литература

Crafts L. W., Schneirlа T. C., Rоbinson E. E., Gilbert R. W. Recent Experiments in Psychology. New York, McGraw Hill, 1938.

Woodworth R. S., Schlosberg H. Experimental psychology. New York, Holt, 1955.

Лу­рия А. Р. ДИ­АГ­НО­СТИ­КА СЛЕ­ДОВ АФ­ФЕК­ТА.^*

Про­бле­ма объ­ек­тив­но­го по­зна­ния чу­жо­го «я», чу­жих мыс­лей за­ни­ма­ла уже не­сколь­ко по­ко­ле­ний пси­хо­ло­гов.

К раз­ре­ше­нию ее со­вре­мен­ная нау­ка бла­го­да­ря раз­вив­шим­ся объ­ек­тив­ным ме­то­дам по­до­шла те­перь уже на­столь­ко близ­ко, что в це­лом ря­де слу­ча­ев экс­пе­ри­мен­таль­ная ди­аг­но­сти­ка скры­вае­мых лич­но­стью со­дер­жа­ний соз­на­ния пе­ре­ста­ет ка­зать­ся не­воз­мож­ной, а ме­то­ды та­кой ди­аг­но­сти­ки не се­го­дня-зав­тра смо­гут вой­ти в по­все­днев­ную прак­ти­ку. Ко­неч­но, пре­ж­де все­го в этом за­ин­те­ре­со­ва­на су­деб­ная и след­ст­вен­ная прак­ти­ка.

Мы зна­ем, что ка­ж­дое силь­ное аф­фек­тив­ное со­стоя­ние со­про­во­ж­да­ет­ся глу­бо­ки­ми на­ру­ше­ния­ми функ­ций в ор­га­низ­ме че­ло­ве­ка. <...> Аф­фект на­ру­ша­ет всю энер­ге­ти­ку ор­га­низ­ма, а так как кор­ни вся­ко­го аф­фек­тив­но­го со­стоя­ния со­сре­до­то­че­ны, ко­неч­но, в дея­тель­но­сти его нерв­ной сис­те­мы, даю­щей от­ве­ты и на внеш­ние и внут­рен­ние раз­дра­жи­те­ли, то яс­но, что мак­си­маль­ные от­кло­не­ния при аф­фек­те на­блю­да­ют­ся имен­но в выс­ших нерв­но-пси­хи­че­ских про­цес­сах: мыш­ле­нии, ско­ро­сти и пра­виль­но­сти от­ве­тов ор­га­низ­ма, рас­пре­де­ле­нии и ус­той­чи­во­сти его вни­ма­ния, за­кре­п­ле­нии и со­хра­не­нии его на­вы­ков и т. д.

Со­вер­шен­но по­нят­но, что пси­хо­ло­ги имен­но здесь ста­ра­лись най­ти ха­рак­те­ри­зую­щие аф­фект яв­ле­ния; ряд пси­хи­ат­ров, ра­бо­тав­ших в шко­ле Кре­пе­ли­на, и осо­бен­но ряд пси­хо­ло­гов шко­лы Юн­га ус­та­но­ви­ли, что аф­фект пре­ж­де все­го на­ру­ша­ет нор­маль­ное те­че­ние ас­со­циа­ций, что при силь­ном аф­фек­те ас­со­циа­ции обыч­но рез­ко за­дер­жи­ва­ют­ся.

Пре­сту­п­ле­ние все­гда свя­за­но с силь­ным аф­фек­том, ко­то­рый у лиц, со­вер­шив­ших его впер­вые, при­ни­ма­ет, ес­те­ст­вен­но, очень ост­рый ха­рак­тер. Труд­но пред­по­ло­жить, чтоб от это­го аф­фек­та пре­сту­п­ле­ния в пси­хи­ке со­вер­шив­ше­го его че­ло­ве­ка не ос­та­лось ни­ка­ких сле­дов. На­обо­рот, мно­гое убе­ж­да­ет нас в том, что пси­хи­че­ские сле­ды по­сле ка­ж­до­го пре­сту­п­ле­ния ос­та­ют­ся в весь­ма за­мет­ной фор­ме. <...>

Опи­шем ме­тод, при­ме­няв­ший­ся до сих пор ис­сле­до­ва­те­ля­ми для экс­пе­ри­мен­таль­ной ди­аг­но­сти­ки при­ча­ст­но­сти к пре­сту­п­ле­нию.

За­да­чи экс­пе­ри­мен­таль­ной ди­аг­но­сти­ки при­ча­ст­но­сти сво­дят­ся к то­му, что­бы уметь вы­звать ис­ко­мые аф­фек­тив­ные сле­ды и, с дру­гой сто­ро­ны, уметь их объ­ек­тив­но про­сле­дить, за­фик­си­ро­вать.

Обе эти за­да­чи осу­ще­ст­в­ля­лись в од­ном ме­то­де, ко­то­рый при­об­рел дос­та­точ­ное оп­рав­да­ние в ди­аг­но­сти­ке аф­фек­тив­ных сле­дов, имен­но в ме­то­де ас­со­циа­тив­но­го экс­пе­ри­мен­та.

Ме­тод этот со­сто­ит в том, что ис­пы­туе­мо­му предъ­яв­ля­ет­ся ка­кое-ни­будь сло­во, на ко­то­рое он дол­жен от­ве­тить пер­вым сло­вом, при­шед­шим ему в го­ло­ву.

Эта как буд­то лег­кая за­да­ча на са­мом де­ле не ока­зы­ва­ет­ся про­стой. В обыч­ных слу­ча­ях, прав­да, ис­пы­туе­мый лег­ко от­ве­ча­ет сво­им сло­вом на предъ­яв­лен­ное ему; это от­вет­ное сло­во все­гда ока­зы­ва­ет­ся стро­го де­тер­ми­ни­ро­ван­ным (со­от­вет­ст­вен­но осо­бым ас­со­циа­тив­ным за­ко­нам) и обыч­но от­нюдь не об­на­ру­жи­ва­ет слу­чай­но­го ха­рак­те­ра.

Де­ло рез­ко ме­ня­ет­ся, ко­гда мы предъ­яв­ля­ем ис­пы­туе­мо­му сло­во, воз­бу­ж­даю­щее у не­го то или иное аф­фек­тив­ное вос­по­ми­на­ние, тот или иной аф­фек­тив­ный ком­плекс. В этих слу­ча­ях ас­со­циа­тив­ный про­цесс силь­но тор­мо­зит­ся; ис­пы­туе­мо­му или при­хо­дит в го­ло­ву сра­зу мно­го от­вет­ных слов, ко­то­рые пу­та­ют его обыч­ный ход ас­со­циа­ций, или же ни­че­го не при­хо­дит в го­ло­ву, и он дол­го не мо­жет дать тре­буе­мой от не­го ас­со­циа­тив­ной ре­ак­ции. Ко­гда же он эту ре­ак­цию все же да­ет, то са­мый по­верх­но­ст­ный взгляд на нее час­то об­на­ру­жи­ва­ет ее свое­об­раз­ную на­ру­шен­ность: она про­хо­дит с за­мет­ны­ми при­зна­ка­ми воз­бу­ж­де­ния, за­мин­ка­ми, мно­го­сло­ви­ем, и са­мая ее фор­ма не­ред­ко бы­ва­ет бо­лее при­ми­тив­ной, чем обыч­но.

В со­стоя­нии эмо­цио­наль­но­го воз­бу­ж­де­ния обыч­но воз­рас­та­ет си­ла го­ло­са, а так­же зна­чи­тель­но из­ме­ня­ют­ся его вы­со­та и тембр. От­дель­ные ин­то­на­ци­он­ные ко­ле­ба­ния вы­со­ты мо­гут ох­ва­ты­вать це­лую ок­та­ву (с. 121-123).

Не­од­но­крат­но пред­при­ни­ма­лись по­пыт­ки вы­явить при по­мо­щи зву­ко­за­пи­си вы­зы­вае­мые эмо­ция­ми из­ме­не­ния го­ло­са. Од­на­ко в ви­ду мно­же­ст­ва фак­то­ров, от ко­то­рых за­ви­сят осо­бен­но­сти за­пи­си, эти по­пыт­ки до сих пор не увен­ча­лись ус­пе­хом.

Вы­ра­же­ние эмо­ций го­ло­сом, так же как и ми­ми­че­ское вы­ра­же­ние, име­ет как вро­ж­ден­ные ви­до­ти­пич­ные ком­по­нен­ты, так и при­об­ре­тен­ные — со­ци­аль­но обу­слов­лен­ные и фор­ми­рую­щие­ся в про­цес­се ин­ди­ви­ду­аль­но­го раз­ви­тия ком­по­нен­ты. Вро­ж­ден­ны­ми ме­ха­низ­ма­ми обу­слов­ле­ны та­кие про­яв­ле­ния, как из­ме­не­ние си­лы го­ло­са (при из­ме­не­нии эмо­цио­наль­но­го воз­бу­ж­де­ния) или дро­жа­ние го­ло­са (под влия­ни­ем вол­не­ния). При уси­ле­нии эмо­цио­наль­но­го воз­бу­ж­де­ния воз­рас­та­ет ко­ли­че­ст­во функ­цио­наль­ных еди­ниц, ак­туа­ли­зи­ро­ван­ных к дей­ст­вию, что ока­зы­ва­ет влияние на уси­ле­ние ак­ти­ва­ции мышц, уча­ст­вую­щих в го­ло­со­вых ре­ак­ци­ях.

Ино­гда силь­ное воз­бу­ж­де­ние мо­жет, на­про­тив, про­яв­лять­ся в умень­ше­нии си­лы го­ло­са (мож­но го­во­рить ши­пя­щим от яро­сти го­ло­сом). Эта фор­ма яв­ля­ет­ся след­ст­ви­ем со­че­та­ния вро­ж­ден­ной тен­ден­ции к уси­ле­нию го­ло­са под влия­ни­ем эмо­ций и при­об­ре­тен­ной спо­соб­но­сти не из­да­вать слиш­ком силь­ных зву­ков. Что ка­са­ет­ся дви­же­ний все­го те­ла — пан­то­ми­ми­ки, то здесь уда­лось вы­явить од­ну от­чет­ли­вую ком­плекс­ную ре­ак­цию, воз­ни­каю­щую в от­вет на силь­ный вне­зап­ный раз­дра­жи­тель, пре­ж­де все­го зву­ко­вой. Это так на­зы­вае­мая ре­ак­ция вздра­ги­ва­ния (startle pattern). Не­ко­то­рые ав­то­ры счи­та­ют, что эта ре­ак­ция пред­ше­ст­ву­ет соб­ст­вен­но эмо­цио­наль­ным ре­ак­ци­ям. К послед­ним мож­но от­но­сить лишь бо­лее раз­ви­тые ее фор­мы. Эти бо­лее раз­ви­тые фор­мы но­сят яв­ный от­пе­ча­ток соци­аль­ной обу­слов­лен­но­сти.

Все это объ­яс­ня­ет­ся тем, что сло­вес­ный раз­дра­жи­тель мо­жет про­во­ци­ро­вать свя­зан­ные с ним аф­фек­тив­ные со­стоя­ния, и эти аф­фек­тив­ные мо­мен­ты из­вра­ща­ют даль­ней­ших ход ас­со­циа­ций. Ес­ли мы име­ем пе­ред со­бою пре­ступ­ни­ка, аф­фек­тив­ные сле­ды ко­то­ро­го мы хо­тим вскрыть с по­мо­щью это­го ме­то­да, мы по­сту­па­ем сле­дую­щим об­ра­зом.

Под­роб­ней­шим об­ра­зом изу­чив по ма­те­риа­лам след­ст­вия си­туа­цию пре­сту­п­ле­ния, мы вы­би­ра­ем из нее те де­та­ли, ко­то­рые, по на­ше­му мне­нию, дос­та­точ­но тес­но с ней свя­за­ны и вме­сте с тем про­бу­ж­да­ют аф­фек­тив­ные сле­ды толь­ко у при­ча­ст­но­го к пре­сту­п­ле­нию, ос­та­ва­ясь для не­при­ча­ст­но­го со­вер­шен­но без­раз­лич­ны­ми сло­ва­ми. <...>

Ко­гда груп­па та­ких кри­ти­че­ских слов раз­ра­бо­та­на, мы со­став­ля­ем спи­сок дру­гих, со­вер­шен­но обыч­ных, не имею­щих от­но­ше­ния к пре­сту­п­ле­нию, по всей ве­ро­ят­но­сти ин­диф­фе­рент­ных слов, чис­лом зна­чи­тель­но боль­ше, чем чис­ло кри­ти­че­ских, и рас­пре­де­ля­ем эти кри­ти­че­ские сло­ва по от­дель­но­сти ме­ж­ду ин­диф­фе­рент­ны­ми.

Предъ­яв­ляя си­дя­ще­му пе­ред на­ми ис­пы­туе­мо­му од­но за дру­гим сло­ва из со­став­лен­но­го на­ми спи­ска в ка­че­ст­ве слов-раз­дра­жи­те­лей, мы про­сим его ка­ж­дый раз от­ве­чать лю­бым пер­вы­ми при­шед­шим ему в го­ло­ву сло­вом; мы за­пи­сы­ва­ем дан­ный им от­вет и ре­ги­ст­ри­ру­ем в де­ся­тых (или со­тых) до­лях се­кун­ды вре­мя, за­тра­чен­ное на этот ас­со­циа­тив­ный про­цесс. В обыч­ных слу­ча­ях мы по­лу­ча­ем уже опи­сан­ную на­ми кар­ти­ну: при предъ­яв­ле­нии кри­ти­че­ских раз­дра­жи­те­лей ас­со­циа­тив­ный про­цесс рез­ко тор­мо­зит­ся и са­мый от­вет но­сит сле­ды аф­фек­тив­ной дез­ор­га­ни­за­ции.

Ил­лю­ст­ри­ру­ем ска­зан­ное при­ме­ром:

Ис­пы­туе­мый Ц-в об­ви­ня­ет­ся в том, что он ук­рал из ок­на вен­ти­ля­тор, вы­ло­мав ре­шет­ку. На­ка­ну­не кра­жи по­доз­ре­вае­мо­го ви­де­ли вме­сте с ка­ким-то че­ло­ве­ком око­ло это­го ок­на, при­чем он яко­бы рас­смат­ри­вал вен­ти­ля­тор. Ис­пы­туе­мый от­ри­ца­ет свою при­ча­ст­ность.

В чис­ло слов-раз­дра­жи­те­лей вклю­ча­ют­ся сле­дую­щие, вхо­дя­щие в си­туа­цию пре­сту­п­ле­ния сло­ва: день­ги, вен­ти­ля­тор, ок­но, со­сед, ло­мать, ин­ст­ру­мент.

Не­сколь­ко при­мер­ных вы­дер­жек из про­то­ко­ла опы­та по­ка­зы­ва­ет нам, как про­те­ка­ют ре­ак­ции на эти сло­ва.

15. Празд­ник — 2,2" — идет.

16. Зво­нить — 2,4" — те­ле­фон.

17. Лож­ка — 2,0" — ле­жит.

18. Крас­ный — 3,4" — ко­ман­дир.

19. День­ги — 4,2" — се­реб­ря­ные.

...

21. Бул­ка — 2,2" — пше­нич­ная.

22. Зем­ля — 1,4" — чер­ная.

...

26. Вен­ти­ля­тор — 5,0" — не знаю.

27. Фу­раж­ка — 3,6" — чер­ная.

28. Ок­но — 4,2" — боль­шое.

29. Дос­ка — 3,2" — де­ре­вян­ная.

...

32. Со­сед — 9,2" — как?... со­сед?... за­был со­се­дей-то?...

33. Ло­мать — 25,0" — ло­мать?... че­го ло­мать-то?

...

41. Ры­ба — 2,8" — жи­вет.

42. Снег — 2,5" — идет.

43. Пья­ный — 3,4" — бе­жит.

44. Ин­ст­ру­мент — 20,0" — ин­ст­ру­мент... не знаю, ин­ст­ру­мент... как уже это ска­зать ... не знаю... ин­ст­ру­мент... сто­ит! ..

Мы ви­дим, что ре­ак­ции на раз­дра­жи­те­ли, от­но­ся­щие­ся к пре­сту­п­ле­нию, не толь­ко про­те­ка­ют с рез­ким за­мед­ле­ни­ем, но и ха­рак­те­ри­зу­ют­ся ино­гда за­мет­ны­ми на­ру­ше­ния­ми и са­мо­го про­цес­са ре­че­вой ре­ак­ции (№ 26, 32, 33, 44).

С по­мо­щью толь­ко что опи­сан­но­го ме­то­да ас­со­циа­тив­но­го экс­пе­ри­мен­та ра­бо­та­ло боль­шин­ст­во за­пад­но­ев­ро­пей­ских пси­хо­ло­гов, ста­вив­ших се­бе за­да­чей экс­пе­ри­мен­таль­ное изу­че­ние ос­тав­ших­ся в пси­хи­ке аф­фек­тив­ных сле­дов (Wertheimer, Gross, Jung, Heilbronner, Schnitler, Ph. Stein, Rit­terhаus).

При всех дос­то­ин­ст­вах это­го ме­то­да он, од­на­ко, име­ет и не­ко­то­рые не­дос­тат­ки, ко­то­рые со­вре­мен­ная нау­ка впол­не в си­лах уст­ра­нить.

Пре­ж­де все­го, чис­тый ас­со­циа­тив­ный экс­пе­ри­мент учи­ты­ва­ет толь­ко со­стоя­ние выс­шей ас­со­циа­тив­ной дея­тель­но­сти, в то вре­мя как аф­фек­тив­ные сле­ды мо­гут от­ра­жать­ся и на пе­ри­фе­ри­че­ской дея­тель­но­сти, мо­тор­ной сфе­ре и др.

С дру­гой сто­ро­ны, и это го­раз­до важ­нее, про­стой ас­со­циа­тив­ный экс­пе­ри­мент мо­жет ус­та­но­вить лишь ко­неч­ный, вы­явив­ший­ся этап ас­со­циа­тив­но­го про­цес­са — сло­во-ре­ак­цию; что же де­ла­ет­ся в том пе­рио­де, в те­че­ние ко­то­ро­го ис­пы­туе­мый мол­чит и еще не да­ет нам от­ве­та, ка­ко­вы ме­ха­низ­мы, ко­то­ры­ми ис­пы­туе­мый до­хо­дит до от­ве­та, на­сколь­ко этот про­цесс яв­ля­ет­ся на­пря­жен­ным, аф­фек­тив­но воз­бу­ж­ден­ным — все это вы­па­да­ет из воз­мож­но­стей про­сто­го ас­со­циа­тив­но­го экс­пе­ри­мен­та. Од­на­ко в на­шем ис­сле­до­ва­нии имен­но об­на­ру­же­ние этих ме­ха­низ­мов и яв­ля­ет­ся весь­ма важ­ным.

<...> По­это­му ес­те­ст­вен­но воз­ник­ла мысль о том, что един­ст­вен­ная воз­мож­ность изу­чить ме­ха­ни­ку внут­рен­них «скры­тых» про­цес­сов сво­дит­ся к то­му, что­бы со­еди­нить эти скры­тые про­цес­сы с ка­ким-ни­будь од­но­вре­мен­но про­те­каю­щим ря­дом дос­туп­ных для не­по­сред­ст­вен­но­го на­блю­де­ния про­цес­сов по­ве­де­ния, в ко­то­рых внут­рен­ние за­ко­но­мер­но­сти и со­от­но­ше­ния на­хо­ди­ли бы се­бе от­ра­же­ние.

Изу­чая эти внеш­ние, дос­туп­ные от­ра­же­нию кор­ре­ля­ты, мы име­ли бы воз­мож­ность тем са­мым изу­чать не­дос­туп­ные нам не­по­сред­ст­вен­но «внут­рен­ние» со­от­но­ше­ния и ме­ха­низ­мы.

В этом по­ло­же­нии и за­клю­ча­ют­ся ос­но­вы со­пря­жен­ной или от­ра­жен­ной ме­то­ди­ки. <...>

Для то­го что­бы вы­явить скры­тые при ас­со­циа­тив­ном про­цес­се ме­ха­низ­мы, мы свя­зы­ва­ем сло­вес­ный от­вет с на­жи­мом ру­ки, ре­ги­ст­ри­руе­мым очень точ­ным спо­со­бом. Ока­зы­ва­ет­ся, что со­стоя­ние мо­тор­ной сфе­ры очень точ­но от­ра­жа­ет нерв­но-пси­хи­че­ское со­стоя­ние ис­пы­туе­мо­го и да­ет объ­ек­тив­ную ха­рак­те­ри­сти­ку струк­ту­ры про­те­каю­щей ре­ак­ции.

Ка­ж­дое ко­ле­ба­ние ис­пы­туе­мо­го, столк­но­ве­ние раз­лич­но на­прав­лен­ных тен­ден­ций, воз­бу­ж­де­ние, за­держ­ка и вы­тес­не­ние при­шед­ше­го, в го­ло­ву от­ве­та — ко­ро­че, все про­цес­сы, не­дос­туп­ные для не­по­сред­ст­вен­но­го на­блю­де­ния, с дос­та­точ­ной рез­ко­стью от­ра­жа­ют­ся имен­но на мо­тор­ной сфе­ре.

Имен­но изу­че­ние мо­тор­ной сфе­ры да­ет нам воз­мож­ность по­ста­вить все ис­сле­до­ва­ние аф­фек­тив­ных сле­дов со­вер­шен­но на но­вые рель­сы, при­дать ему зна­чи­тель­но боль­шую сте­пень объ­ек­тив­но­сти, чем это бы­ло до сих пор, и силь­но рас­ши­рить пре­де­лы дос­туп­ных на­ше­му экс­пе­ри­мен­ту яв­ле­ний.

Пре­ж­де все­го мы по­лу­ча­ем пол­ную воз­мож­ность объ­ек­тив­но от­ли­чить нор­маль­ную, ин­диф­фе­рент­ную ре­ак­цию (хо­тя бы и не­сколь­ко за­мед­лен­ную) от ре­ак­ции аф­фек­тив­ной, кон­фликт­ной, об­на­ру­жи­ваю­щей сле­ды не­ко­то­ро­го воз­бу­ж­де­ния. Де­ло в том, что мо­тор­ная ре­ак­ция, со­пря­жен­ная с нор­маль­ным ас­со­циа­тив­ным про­цес­сом, про­те­ка­ет обыч­но со­вер­шен­но пра­виль­но и пред­став­ля­ет со­бою про­стой пра­виль­ный на­жим; мо­то­ри­ка же аф­фек­тив­но­го про­цес­са все­гда да­ет нам при­зна­ки рез­ко­го воз­бу­ж­де­ния: кри­вая на­жи­ма ста­но­вит­ся кон­фликт­ной, из­ло­ман­ной, по­кры­той рез­ки­ми дро­жа­тель­ны­ми дви­же­ния­ми. На­ли­чие этих сим­пто­мов уже яв­ля­ет­ся дос­та­точ­ным при­зна­ком аф­фек­тив­но­сти ре­ак­ции.

Рис. 1

Рис.1. да­ет нам при­мер мо­то­ри­ки нор­маль­ной (А) и аф­фек­тив­но, на­ру­шен­ной (В) ас­со­циа­ции. Как мы ви­дим, ин­диф­фе­рент­ная ре­ак­ция «кни­га — 7,2" — бе­лая» про­те­ка­ет у на­ше­го ис­пы­туе­мо­го с не­ко­то­рой за­мед­лен­но­стью, ве­ро­ят­но, бла­го­да­ря не­ко­то­рой труд­но­сти этой ас­со­циа­ции для ма­ло­раз­ви­то­го ис­пы­туе­мо­го, но со­вер­шен­но нор­маль­но: пра­вая ру­ка на­хо­дит­ся в спо­кой­ном по­ло­же­нии и за­пи­сы­ва­ет ров­ную ли­нию, в мо­мен­те же ре­че­вой ре­ак­ции да­ет нор­маль­ный, пра­виль­ный на­жим (BCD). Дру­гая ре­ак­ция это­го же ис­пы­туе­мо­го «по­ло­тен­це — 7,3" — хол­стин­ное» про­те­ка­ет с та­кой же за­держ­кой и внеш­не да­ет со­вер­шен­но нор­маль­ную ре­ак­цию. Од­на­ко по са­мой су­ти де­ла мы долж­ны счи­тать эту ре­ак­цию кри­ти­че­ской и мог­ли бы ожи­дать за­мет­ных на­ру­ше­ний: де­ло в том, что ис­пы­туе­мый, о ко­то­ром здесь идет речь, при­час­тен к убий­ст­ву (со­вер­шен­но­му за 5 дней до опы­та), во вре­мя ко­то­ро­го жерт­ва со­про­тив­ля­лась и по­ра­ни­ла ему ру­ки. Что­бы ос­та­но­вить кровь он дол­жен был ото­рвать ку­сок ви­сев­ше­го тут по­ло­тен­ца и пе­ре­вя­зать по­ре­зы; с этим кус­ком по­ло­тен­ца он и был за­дер­жан.

Ес­ли мы те­перь взгля­нем на со­пря­жен­ную с этой ре­ак­ци­ей мо­тор­ную кри­вую, ко­то­рая ука­зы­ва­ет и на ха­рак­тер са­мо­го ас­со­циа­тив­но­го про­цес­са, мы уви­дим, на­сколь­ко она прин­ци­пи­аль­но от­ли­ча­ет­ся от мо­то­ри­ки нор­маль­ной, ин­диф­фе­рент­ной ре­ак­ции. Вре­мя, пред­ше­ст­вую­щее ре­че­во­му от­ве­ту (ла­тент­ный пе­ри­од), здесь за­ня­то свое­об­раз­ны­ми дро­жа­ния­ми, на­ру­шен­ны­ми по фор­ме на­жи­ма­ми ру­ки, от­ра­жаю­щи­ми свое­об­раз­ный воз­бу­ж­ден­ный ха­рак­тер со­от­вет­ст­вую­ще­го ас­со­циа­тив­но­го про­цес­са. Этот воз­бу­ж­ден­ный, кон­фликт­ный ха­рак­тер дан­но­го ас­со­циа­тив­но­го про­цес­са бу­дет впол­не по­ня­тен нам, ес­ли мы вспом­ним, ка­кие аф­фек­тив­ные сле­ды воз­бу­ди­ло сло­во-раз­дра­жи­тель «по­ло­тен­це»; в дан­ном слу­чае этот аф­фек­тив­ный ха­рак­тер ре­ак­ции не про­яв­ля­ет­ся в ре­че­вом от­ве­те, но впол­не про­яв­ля­ет­ся в со­пря­жен­ной мо­тор­ной дея­тель­но­сти.