Материал: DISSER_Nikiforenko_Ugolovnoe_presledovanie_v_uproschennykh_forma
176
вопрос полного освобождения от наказания обвиняемого, не допускается по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 1441, 1442 и 1443 УК Грузии1.
Немаловажной особенностью анализируемого уголовно-процессуального порядка является отсутствие требований об учете интересов жертвы в процессе заключения «сделки с правосудием». Согласно статье 217 УПКГ прокурор обязан проконсультироваться и уведомить потерпевшего, обжаловать процессуальное решение о заключении сделки жертва преступления не вправе. Единственный возможный выход в данной ситуации – это подача требования о компенсации в рамках гражданского иска.
Еще одним актуальным вопросом является отсутствие прозрачности (ч. 6
ст. 211 УПКГ), поскольку соглашения с обвинением являются конфиденциальными и не подлежат разглашению. Данный факт мы не считаем спорным, поскольку ввиду значимости полученной информации во время следствия возможно возникновение угрозы жизни и здоровья для подозреваемого и его близких.
Сделаем выводы из вышесказанного.
Анализ зарубежного уголовно-процессуального законодательства и практики его применения приводит к выводу, что уголовно-процессуальная деятельность, включая уголовное преследование, в значительной степени дифференцирована.
Необходимость в наличии данного производства в любом уголовном процессе очевидна. Целесообразно, чтобы расследование по делам небольшой и средней тяжести осуществлялось в режиме процессуальной и финансовой экономии, но при условии сохранения гарантий обеспечения прав и свобод лиц,
вовлеченных в уголовное судопроизводство.
Главным фактором, определяющим сокращение производства (в том числе уголовного преследования), является бесспорность дела. В большинстве стран с
1 Речь идет о применение пыток, угрозы применения пыток, унижающих достоинство, или негуманного обращения.
177
развитыми уголовно-процессуальными (правовыми) порядками подавляющее большинство уголовных дел разрешаются в упрощенном порядке (около 90%).
Так должно быть и у нас. По сути, различные упрощенные процедуры составляют обычный правовой стандарт разрешения уголовных дел, а полноформатное расследование и обвинительная деятельность, встречающая оппозицию в виде защиты, является редкостью, поэтому важно, чтобы возможные риски от упрощения нейтрализовывались общими правовыми гарантиями справедливого судебного разбирательства и институтами правового государства.
Разные государства прибегают к использованию упрощенных процедур с учетом своих правовых традиций, но наиболее эффективными и безопасными с точки зрения обеспечения прав личности являются упрощенные процедуры,
создаваемые в уголовно-процессуальных системах, организованных по состязательному типу.
Упрощенные производства получают все большее распространение в уголовном процессе в постсоветских государствах. Это подтверждает очевидную необходимость создания аналогичного суммарного производства в России. При разработке современного уголовно-процессуального законодательства рецепция опыта зарубежных стран неизбежна. И подобное перенимание должно быть хорошо просчитано, приведено в соответствие с законодательными актами государства. Очень важно просчитать, как будет работать законодательная конструкция в правовой действительности, и учесть потребности практических работников.
Конечно, единого подхода для всех направлений реформы не существует,
поэтому мы придерживаемся мнения, что любая из выбранных моделей должна гарантировать не только соблюдение принципов процессуальной экономии ресурсов и времени, но и принципа справедливого судебного разбирательства при проведении соответствующих процессуальных действий и стандартов в области прав человека.
178
§ 2. Суммарное досудебное производство в состязательном уголовном процессе: возможный российский вариант
На наш взгляд, действующая сегодня форма (сокращенного порядка)
досудебного производства не решает существующие проблемы, поскольку пороки прежних постсоветских «суммарных производств» сохранились. Между тем давно известно, «что ни истина, ни справедливость, ни законные интересы и права обвиняемого ничуть не страдают, если такие дела незамедлительно становятся предметом судебного разбирательства после самой элементарной досудебной подготовки»1.
Поэтому «нужно кардинально менять ситуацию, прежде всего за счет повышения качества оперативно-разыскной и уголовно-процессуальной работы,
причем на всех уровнях: от районного звена до центрального аппарата, более эффективно выстраивать взаимодействие с другими правоохранительными структурами»2. Сделать это количественными изменениями закона нельзя,
требуются качественные перемены, которые связаны с усилением состязательности. А состязательность имеет место тогда, когда имеет место спор.
Нет спора – нет нужды и в активности сторон по отстаиванию своих позиций перед судом относительно ответа на основной вопрос дела – о применении уголовного закона3.
Мы считаем, что есть принципиальное различие между «упрощением» и «ускорением» процессуальной формы правоприменения. Непротивление стороны
1Пашкевич П.Ф. Процессуальный закон и эффективность уголовного судопроизводства. М., 1984. С. 91.
2Расширенное заседание коллегии МВД от 21 марта 2014 г. URL: http://www.kremlin.ru/ news/20624 (дата обращения: 05.01.2015).
3Разумеется, мы не отрицаем многое из того, что уже неоднократно обсуждалось в уголовнопроцессуальной науке относительно детерминант упрощения формы, а именно: детерминанты осуществления уголовного преследования в упрощенной форме могут быть определены с учетом особенностей расследования и предмета доказывания преступлений, их криминалистической характеристики, а также целого ряда условий в их совокупности, в том числе: очевидность факта совершения преступления/проступка; небольшая общественная опасность совершенного деяния, запрещенного уголовным законом; согласие защиты с обвинением, неоспаривание основания применения уголовного закона, отказ от обжалования правоприменительного акта; возмещение (иное заглаживание) причиненного вреда.
179
защиты уголовному преследованию, а тем более сотрудничество и деятельное раскаяние обвиняемого, ускоряет любое производство. Ускоряют уголовное преследование и достижение его цели – применение уголовного закона к лицу,
совершившему преступление, – процедуры, предусмотренные главами 40, 40.1
УПК РФ, однако все они предполагают проведение полного предварительного расследования и не освобождают обвинителя от бремени доказывания обвинения.
Это есть ускорение производства (уголовного преследования) без упрощения доказывания и сокращения предварительного расследования. Действительно
упрощением формы можно считать каждую специально предусмотренную Кодексом процедуру, которая ведет к применению уголовного закона с сокращением расследования (доказывания) основания применения уголовного закона.
Концептуальной идеей наших предложений является дифференциация уголовно-процессуальной формы, а именно ее упрощение в случаях полного признания вины лицом, совершившим преступление небольшой и средней тяжести. Кроме того, основной правовой конструкцией расследования подобных уголовных дел, по нашему мнению, должен быть досудебный процесс,
проводимый по типу полицейского дознания. Это базовая правовая рамка, из которой может быть выведено суммарное или сокращенное производство по делам об уголовных проступках. Именно такая конструкция предлагается в Доктринальной модели уголовно-процессуального доказательственного права Российской Федерации (далее – Модель), подготовленной коллективом авторов под руководством А.С. Александрова1.
Не все разделяют подобного рода радикальные изменения нашего уголовно-
процессуального права. В дорожной карте уголовной политики на 2017–2025 гг.
приведен подробный анализ вариантов развития уголовного и уголовно-
процессуального законодательства, из которого вытекает вывод в целом об
1 Доктринальная модель уголовно-процессуального доказательственного права РФ и комментарии к ней / под ред. А.С. Александрова. М., 2015.
180
удовлетворенности современными конструкциями уголовно-процессуального закона.
Мы, придерживаясь положений нижегородской Модели, а также на основе проведенного нами исследования, собранного и обработанного эмпирического материала, хотим предложить возможный вариант российского суммарного производства.
Теоретико-концептуальную платформу для суммарного уголовного производства, как нам кажется, могут создать следующие положения:
1.Основу этой модели должны составить принципы, соответствующие
состязательной модели уголовного процесса, отражающие построение правового государства. Принципы, как наиболее точное отражение уголовно-
процессуальной политики государства, должны являться гарантом защиты лица/участника уголовного процесса от произвола «худого» уголовно-
материального законодательства. Как бы ни был рационален закон о преступлении, какое бы справедливое наказание ни назначалось, последствия от произвола уголовного суда в отношении невиновного создадут тяжкое нарушение интересов правосудия и общественной безопасности1, поэтому несовершенное уголовное право может быть сглажено совершенным процессуальным законом.
Добиться этого возможно путем легитимного закрепления в досудебное производство следующих принципов:
1.1. Принцип целесообразности уголовного преследования основан на том, что обвинительная власть должна быть свободна в распоряжении субъективным публичным правом на уголовный иск2. Иными словами, сущность принципа целесообразности уголовного преследования должна быть выражена дискреционными полномочиями прокурора по распоряжению уголовным иском
(уголовным преследованием); он, исходя из соображений об оптимальном
1Случевский В.К. Учебник русского уголовного процесса. Судоустройство – Судопроизводство. 4-е изд., перед. и доп. СПб., 1913. С. 10; Ortolan J. Elements du droit penal. Penalite -juridictons - procedure. Vol. 2. Paris: Librairie Plon, 1886.
2Муравьев Н.В. Прокурорский надзор в его устройстве и деятельности. М., 1989. Т. 1. С. 19.