Выяснением забытых, утраченных мотивировок и, таким образом, исследованием происхождения соответствующих слов занимается специальная отрасль лексикологии, а именно: этимология.
Этимологией называют также и каждую гипотезу о происхождении и первоначальной мотивировке того или иного слова (в этом смысле термин этимология употребляют и во множественном числе).
Наконец, этимология115 — это само происхождение слова и его (первоначальная) мотивировка (ср.: «Этимология такого-то слова не может считаться выясненной»).
Забвение мотивировки называют деэтимологизацией (утратой этимологических связей). Примысливание же и переосмысление мотивировки получило название народной (или ложной) этимологии.
Последние термины противопоставляют примысливание мотивировки в процессе практического использования слова, переосмысление ее рядовыми носителями языка на базе употребляемых в данную эпоху, хорошо известных слов и морфем — «подлинной», «научной» этимологии, опирающейся на
специальное исследование с привлечением фактов прошлых эпох и других языков,
с учетом закономерных звуковых соответствий и т.д.
Хотя термин «народная этимология» условен, он широко употребителен, и отказываться от него вряд ли целесообразно. Термин же «ложная этимология» неудачен; он привносит осуждающую оценку, здесь неуместную.
Арутюнова Н.Д. Метафора и дискурс // Теория метафоры. М., 1990. с. 3-16.
Лакофф Дж. Метафоры, которыми мы живём: пер. с англ. А. Н. Баранова, А. В. Морозовой; под ред. и с предисл. А. Н. Баранова. – М.: Едиторал УРСС, 2004. – 252 c.
Маслов Ю.С. Введение в языкознание. М.: Высшая школа. 1987
Телия В.Н. Метафоризация и её роль в создании языковой картины мира. // Роль человеческого фактора в языке: язык и картина мира. / Б.А. Серебренников, Е.С. Кубрякова. В.И. Пустовалова. М. Наука – 1988. – 212с.
Свободные сочетания. Фразема. Идиома. Классификация фразеологизмов. Национально-обусловленные фразеологизмы. Интернациональные фразеологизмы
В каждом языке широко употребляются устойчивые, традиционно повторяющиеся сочетания слов. Они противостоят переменным словосочетаниям, свободно создаваемым в процессе речи116.
Рассмотрим примеры переменных сочетаний: новый стол, длинный стол, отодвинуть стол, положить карандаш на стол, стол у окна. Конечно, эти сочетания образованы по определенным правилам, по заданным заранее, до акта речи, синтаксическим моделям (ср. согласование, использование падежных форм и т.д.).
Вместе с тем по конкретному лексическому составу, т. е. с точки зрения употребления именно данных, а не каких-либо других слов, все эти сочетания составлены совершенно свободно, в зависимости только от выражаемой мысли и описываемой ситуации, от стремления говорящего выделить, подчеркнуть те или иные моменты этой ситуации. Переменные словосочетания следует рассматривать как речевые комбинации языковых знаков — слов.
Приведем теперь примеры устойчивых сочетаний с тем же словом стол:
письменный стол,
обеденный стол,
накрыть на стол,
убрать со стола,
сесть за стол,
сесть за один стол (т. е. 'начать переговоры'),
положить на стол (в смысле 'представить в готовом виде' — о рукописях, книгах и т.п.),
Карты на стол! (т. е. 'раскройте ваши планы').
В устойчивых сочетаниях заранее, т. е. до акта речи, задана не только общая грамматическая модель, но и конкретный лексический состав всего сочетания. Оно не создается заново в момент речи, применительно к данной мысли, не собирается «на ходу» из слов, а уже существует, хранится в готовом, «собранном» виде в памяти носителей языка и, подобно словам, извлекается из памяти, когда в нем возникает потребность.
Устойчивые сочетания иногда называют «языковыми клише», «штампами»), они вставляются в нашу речь целиком. Устойчивые сочетания — это не речевые комбинации знаков, а особые сложные знаки. Выше мы назвали их «составными лексемами».
Условия, создающие устойчивость, традиционную воспроизводимость словосочетания, могут быть разными.
Есть слова, обладающие очень узкой, избирательной сочетаемостью с другими словами — вплоть до единичной сочетаемости. Так,
закадычный нормально сочетается только с друг, а
заклятый — только с враг;
ни зги с абсолютной гарантией предсказывает либо не видать, либо не видно.
В этих случаях устойчивость сочетания создается самим фактом единичной сочетаемости одного из компонентов.
Чаще, однако, причина устойчивости заключается в другом — в более или менее отчетливом семантическом обособлении словосочетания, в том или ином сдвиге значения. Устойчивые сочетания с подобным сдвигом (он ясно обнаруживается при сравнении с теми же словами вне рамок данного сочетания) называют фразеологизмами, а науку, их изучающую,— фразеологией.
В некоторых фразеологизмах — их иногда обозначают термином «фразема» — семантическое преобразование отмечается только в одном компоненте. Так, в составе сочетаний письменный стол, обеденный стол, холодное оружие существительное употреблено в своем обычном значении: ведь письменный и обеденный столы — разновидности стола, а холодное оружие—разновидность оружия. Но прилагательное во всех трех сочетаниях обнаруживает больший или меньший сдвиг значения: ср.
письменный (стол) — 'предназначенный для занятия письмом, вообще для занятий и соответственно устроенный (имеющий одну или две тумбы с ящиками)' и
письменный (запрос) 'письменно зафиксированный';
обеденный (стол) — 'специально предназначенный для обедов, ужинов, угощения гостей и т.п. и соответственно устроенный (не имеющий тумб, часто раздвижной)' и
обеденное (время), обеденная (пора) — 'когда обедают' и др.
Аналогично и в накрыть на стол слово стол сохраняет обычное значение, а накрыть значит нечто иное, чем в накрыть стол скатертью.
В других фразеологизмах, так называемых идиомах117, наблюдается общий сдвиг значения, затрагивающий все компоненты.
Примерами могут служить выражения сесть за один стол 'начать переговоры', Карты, на стол!, белый уголь 'энергия рек, превращаемая (или способная быть превращенной) в электроэнергию', как пить дать 'наверняка'. Здесь все компоненты употреблены в сдвинутых, специфических, переносных значениях либо даже (в последнем примере) вообще без какого-либо четкого значения, так что, несмотря на свою морфологическую «отдельность», даже не могут по-настоящему считаться словами. Целостное значение идиомы (как, впрочем, и фраземы) несводимо к сумме значений ее компонентов. Вот эта несводимость целостного значения к сумме значений частей и называется идиоматичностью.
Как фраземы, так и идиомы могут быть мотивированными либо, напротив, утратившими мотивировку. Все приведенные выше фраземы являются мотивированными с точки зрения данного состояния языка; примером немотивированной фраземы может служить выражение дело табак 'дело обстоит плохо'. Мотивированные идиомы: сесть за один стол, белый уголь, держать камень за пазухой, выносить сор из избы. Значение идиомы в этих случаях все же потенциально выводимо из структуры и состава идиомы — образ, лежащий в основе, более или менее ясен.
А вот примеры идиом, лишенных мотивировки в современном языке:
очертя голову,
черта с два,
куда ни шло,
(кричать) во всю ивановскую.
Мотивированные идиомы и фраземы иногда называют фразеологическими единствами, а немотивированные (с точки зрения данного состояния языка) — фразеологическими сращениями.
Для восстановления утраченной мотивировки фразеологизмов нужны специальный этимологический анализ, разного рода исторические справки и т.д.
Так, очертя голову связано с суеверным представлением, будто, «очертив» свою голову (т. е. обведя ее чертой), можно застраховать себя от враждебного воздействия «нечистой силы» и после этого, уже ничего не опасаясь, пускаться в любое рискованное дело; во всю ивановскую — первоначально имелась в виду площадь перед Иваном Великим в московском Кремле, на которой громким голосом объявлялись во всеуслышанье царские указы. Мотивировка многих фразеологизмов остается невыясненной.
Разумеется, границы между рассмотренными типами (табл. 10)118 не являются резкими. Везде есть промежуточные, переходные случаи. В качестве особой группы можно выделить такие фразеологизмы, в которых наблюдается и единичная сочетаемость одного из компонентов (или уникальность грамматической формы), и явственный смысловой сдвиг, например
бить баклуши,
точить лясы,
турусы на колесах,
краеугольный камень,
сложа (вместо обычного сложив) руки,
притча во языцех 'предмет всеобщих разговоров, пересудов'.
И здесь в одних случаях мотивировка является ясной (например, в сложа руки), в других — затемненной или вовсе утраченной.
Таблица 10
Свойства фразеологизмов
Свойство |
Определение |
УСТОЙЧИВОСТЬ
|
Неизменность по составу, т.е. во фразеологизме ни один из компонентов не может быть опущен или заменен другим словом (напр., держать камень за пазухой; невозможно: держать кирпич за пазухой или хранить камень за пазухой и т.п.)
|
ИДИОМАТИЧНОСТЬ
|
Переосмысление лексических значений слов, входящих в словосочетание, так что значение фразеологизма не связано со значениями составляющих его компонентов (напр., вешать лапшу на уши 'лгать')
|
ВОСПРОИЗВОДИМОСТЬ
|
Повторение в фиксированном виде, а не создание заново всякий раз при использовании в речи; фразеологизм — готовая единица языка, подобная слову Повторение в фиксированном виде, а не создание заново всякий раз при использовании в речи; фразеологизм — готовая единица языка, подобная слову |
С точки зрения их синтаксических функций среди устойчивых сочетаний выделяются:
1) эквивалентные словам с возможными дальнейшими подразделениями
эквивалентные глаголам (выносить сор из избы),
существительным (белый уголь),
наречиям (очертя голову) и т.д. или,
в иных терминах,
«функционирующие как сказуемое»,
«функционирующие как обстоятельство» и т.д. и
2) используемые в качестве целых предложений (Карты на стол! Черта с два! Дело табак). Ко второй рубрике примыкают народные пословицы и поговорки, сентенции и афоризмы из литературных произведений и т.д.
Фразеологизмы очень разнообразны и с точки зрения их принадлежности к функциональным стилям119. Многие из них являются
а) разговорными,
б)просторечными, а некоторые — даже
в) вульгарными (дать по шапке, вожжа под хвост попала, лезть на рожон, валять дурака), другие, напротив,
2) используются в книжных стилях (прокрустово ложе, сизифов труд, кануть в лету, дамоклов меч).
Некоторые устойчивые сочетания совершенно лишены эмоциональной окраски (например, сложные термины вроде удельный вес, мягкая посадка, меченые атомы, черный ящик, народная этимология, части речи, дифференциальный признак), но другие обладают большим «эмоциональным зарядом».
Говоря о фразеологизмах, часто отмечают их национальное своеобразие. Бесспорно, в каждом языке среди них есть много специфических и по форме, и по мотивировке, и по значению. Особенно ярко проявляется это своеобразие в тех фразеологизмах, в которых отразились специфические черты народного быта и конкретной истории народа.
Ср. приведенное выше
во всю ивановскую или:
Хлеб да соль!;
Не красна изба углами, а красна пирогами;
ездить в Тулу со своим самоваром;
язык до Киева доведет;
шапка Мономаха;
Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!;
потёмкинские деревни;
многие «крылатые фразы» из произведений национальной литературы, например:
Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь! (Грибоедов);
Есть ещё порох в пороховницах! (Гоголь).
Вместе с тем и к фразеологизмам, в которых ярко проявляется национальная специфика, порой можно подобрать близкие по значению (хотя иначе построенные и иначе мотивированные) параллели среди фразеологизмов другого языка.
Так, нашему ездить в Тулу со своим самоваром по смыслу вполне соответствует в английском to carry coals to Newcastle — букв. 'возить уголь в Ньюкасл' (один из центров добычи угля в Англии).
Наряду с этим существует немало «межнациональных» фразеологизмов, вошедших во многие языки в результате взаимодействия между культурами. Таковы, в частности,
1) многочисленные «крылатые слова», восходящие к тексту Библии (так называемые библеизмы), например вавилонское столпотворение, блудный сын, умывать руки, копать другому яму, суета сует, камень преткновения, глас вопиющего в пустыне, колосс на глиняных ногах, невзирая на лица, книга за семью печатями; Нет (или Несть) пророка в своем отечестве; Не сотвори себе кумира;