.8 Планы на будущее и рабочие перспективы
Один из самых важных вопросов интервью задавался последним и должен был подытожить весь разговор. Актуализировав все ключевые моменты, которые относятся к вопросам прекаризации труда и отрефлексировав своё нынешнее положение в рамках трудовых практик, информанты рассказывали о своих планах и перспективах в этой сфере на ближайшие 5-10 лет. Кроме того, их просили избежать конкретики и постараться описать будущее в наиболее общем виде, а также сделать приблизительный прогноз, насколько стабильной, постоянной и неизменной будет их работа в будущем.
В результате были получены следующие ответы. Сначала рассмотрим информантов с максимальными значениями индекса прекаризации. Вот так описывает будущее информант, с максимальным значением индекса в 21 единицу.
Я надеюсь, что я брошу то, что мне не нравится делать, и перестану делать это за деньги. И начну делать то, что мне нравится, даже если это будет приносить допустим чуть меньше денег... или серьёзно меньше денег. И хорошо бы чтобы... ну поскольку теперешняя моя работа приносит не очень много эмоционального какого-то удовлетворения, то, наверное, что-то следующее будет давать удовлетворение (интервью 3, П=21).
Очевидно, что информант воспринимает свою нынешнюю работу как не способную позволить ему реализоваться и раскрыть свой потенциал.
Ключевую роль в данной проблемы играют для него деньги, как фактор давления и сдерживания. Получается, что необходимость заботиться о деньгах не позволяет реализовать свой интерес в работе. И желательной представляется ситуация, в которой этот фактор будет ликвидирован. Такая ситуация является типичной для прекариата. В то же время, дальше сообщается то, что позволяет говорить о том, что временная перспектива будущего не имеет большого значения: «я думаю, что нет смысла планировать что-то на огромные промежутки времени. Ну, есть смысл двигаться по мере того, как ты понимаешь, что уже не интересно или it's not challenging any more» (интервью 3, П=21).
Следующий информант со значением индекса прекаризации равным 18 о своих планах и перспективах сообщил следующее:
Я скорее склонна к нестабильному полюсу, наверное. Потому что занимаюсь непонятно чем пока что. Ну, то есть беда у меня с определением того, чем стоит заниматься и того, чем я хочу заниматься. И беда с тем, что как только ты выбираешь какую-то сферу, она начинает нереальными темпами меняться и постоянно нужно искать эти, ловить эти новые какие-то течения и какие-то новые штуки почитывать, посматривать. То есть как бы логично, что всё изменяется, но темпы вот этих изменений сейчас какие-то сумасшедшие (интервью 4, П=18).
Также из этого фрагмента следует, что информант не удовлетворён своей нынешней работой, не считает её не интересной, а «непонятно чем». Кроме того, нет ясности, кая работа в принципе может удовлетворять этим требованиям. Следовательно, будущее также видится информанту неясным и размытым. В интервью не сообщается, является ли такое положение дел вынужденным (как это объясняется в предыдущем интервью 3) или же является следствием каких-то других обстоятельств.
Далее в этом анализе будут рассмотрены информанты с минимальными значениями временной перспективы будущего. Минимальное значение 1,17 здесь представлено следующим информантом. О планах и перспективах в сфере работы он сообщил следующее: …у меня с этим есть проблемы, потому что, в том, что решил работать из дома немного подвис. Ну и сейчас есть небольшие проблемы, чтобы включиться обратно в процесс, потому что так сказать … я поработал на компании, видел большие минусы всего происходящего и у меня есть внутренний такой порог, что меня звали на работу пару раз, и я мог бы пойти и быть счастлив, но я сознательно не иду, потому что я боюсь, увязнуть… что я увяз дома, потому что не совсем понимал, что делаю, и я на самом деле боюсь пойти на работу и увязнуть ещё раз там. Поэтому я хочу замутить своё дело (интервью 1, Б=1,17).
Очевидно, что информант, описывая свои планы, во многом сконцентрирован на своём прошлом опыте, который не всегда был удачным. Далее объясняется видение того, как возможно организовать свою работу в его сфере в будущем: …представители креативного бизнеса склонны находиться в постоянном ощущении нестабильности. У них судьба работать нестабильно, и я предвижу, что у меня ничего не будет стабильно. И меня на данном этапе это в принципе это радует. Потому что у меня опять же нет детей, я не собираюсь детей… это круто. Если бы мне было где-то 30 лет, то… у меня есть знакомые, которым 30 и их напрягает очень неопределённость. У них есть ответственность перед другими людьми (интервью 1, Б=1,17).
В данном фрагменте информант объясняет своё отношение к нестабильности и подчёркивает значимость внешних факторов в формировании этого отношения. Далее в интервью также указывается, что именно тот факт, что информант живёт в одной квартире с девушкой, побуждает начинать сопротивляться такой нестабильности и структурировать или упорядочивать свою рабочую деятельность.
Другой информант, участвовавший в данной группе глубинных интервью имеет значение временно перспективы будущего практически такое же, как и предыдущий - 1,18. Представленный им план на будущее выглядит достаточно противоречивым:
Это должно быть что-то свободное достаточно. При этом... достаточно регулярно появляющиеся проекты. То, что мне даёт работу. Это как раз то условие, которое сейчас не очень выполняется. В остальном всё уже идеально. Как бы, у меня есть оплачиваемая работа, интересная, которая даёт мне кучу пространства для манёвра, просто её не так много, как хотелось бы (интервью 7, Б= 1,18).
Противоречие здесь заключается в том, что в будущем предполагается с одной стороны какая-то относительно свободная работа, оставляющая возможность для манёвра, а с другой стороны, проектов должно стать больше. Полноценное выполнение каждого из этих условий отрицает возможность второго. Кроме того, оценивая стабильность и свою защищённость в будущем, информант так же высказывает противоречивые вещи:
Другое дело, что социальных гарантий тут нет совсем, в плане пенсий и отпусков, но это можно как-то самому стандартизировать и самому себя в отпуск отправлять. Ну, с другой стороны, вот заказчик мне всё ещё не заплатил... Мой проект закончился сколько назад? - три недели. Но это не частая ситуация... (интервью 7, Б= 1,18).
Далее будут проанализированы ответы тех информантов, которые попали в число интервьюируемых из-за самых низких значений индекса прекаризации. Для первого информанта значение этого индекса составило -16. Говоря о своих планах он отмечает, что самое важное для него - это заниматься тем, что интересно. При этом отмечается, что так было всегда и ему интересно заниматься программированием на данный момент. Но в будущем не исключено, что он может «поменять сферу деятельности в принципе. Ну в смысле там вообще перестать заниматься программированием и стать там... ну не знаю, органным мастером... или там путешественником там. Ходить в походы и водить экскурсии» (интервью 2, П= -16). Но сразу же за этим подчёркивается, что если это и произойдёт, то вряд ли это решение будет вынужденным. Среди прочих вариантов рассматривается переезд в другую страну, если работа перестанет устраивать. Но то, что информанта на данный момент всё устраивает, артикулируется на протяжении всего ответа в самой явной форме:
Мне сейчас нормально, хорошо даже, могу сказать. С материальными благами я вот позавчера, например, купил машину, допустим. То есть, в принципе я вот в своей квартире живу, у меня машина. С точки зрения обывательской и материальной я достиг ну и достигаю того, что человеку нужно, для комфортной жизни. То есть, я не думаю, где деньги взять, я не думаю, сколько денег оставил в баре. Но я говорю, что это не значит, что я не буду что-то менять.
В такой формулировке видно, что решение об изменениях явно будет не вынужденным, а обдуманным и произвольным. Примерно такая же картина может быть обнаружена в ответе на данный блок вопросов и у следующего информанта с индексом прекаризации равным -17. Он отмечает, что его устраивает компания, в которой работает. А основные планы связаны именно с профессиональным ростом: …на самом деле я планирую ещё более сильно вырасти как специалист. Я планирую развивать навыки быстрее, чем они мне начинают пригождаться. Потому что сейчас у меня скажем так... бывает, что я не успеваю получить нужные навыки до того, как мне нужно уже их иметь. Ну, то есть, начиная грубо говоря от менеджмента и заканчивая какими-то техническими скилами (интервью 5, П= -17).
Последние два информанта имеют максимальные значения временной перспективы будущего. Первый из них - 2,86. Этот информант описывает свои планы, связанные с работой, следующим образом: … я думаю, что я в ближайшие 5 лет реально подзабью слегка на работу, то есть перестану придавать ей столько значения чисто эмоционального. И столько вкладывается по временным, а также по личностным ресурсам, и это отойдёт на второй план. То есть это не значит, что я не буду занимать какую-нибудь менеджерскую должность, это не значит, что у меня будет какой-то дауншифтинг. Скорее это перестанет быть таким центрообразующим элементом моей жизни (интервью 6, Б=2,86).
Можно понять из этого фрагмента, что основные изменения в данном случае нацелены скорее на увеличение роли тех сфер жизни, которые не связаны с работой. Единственное, что можно точно утверждать, что в данном случае есть определённое видение относительно отдалённого будущего, и информант оставляет за собой активную роль по изменению этого будущего. Кроме того, далее будущее описывается как что-то довольно стабильное: варианты уйти от офисной работы и менеджерских позиций описываются как крайне маловероятные.
И в последнем интервью, в котором у информанта было значение временной перспективы будущего равное 3,02, будущее в сфере работы было описано крайне определённо. Хотя в самом вопросе просили отвечать без особой конкретики. Ответ был получен следующий:
Если всё хорошо пойдёт, то я бы возглавил отдел,
занимающийся консультированием… юридическим сопровождением IT бизнеса. В
идеале. Если всё хорошо пойдёт, и если я приложу к этому какие-то усилия
(интервью 8, Б=3,02).
Общие выводы
Подводя итог анализу представленных глубинных интервью можно сказать следующее. Во-первых, можно с уверенностью утверждать, что были обнаружены значительные содержательные различия в ответах информантов с противоположными значениями индекса прекаризации и временной перспективы будущего. Неожиданным выводом, который можно сделать на основе анализа, является достаточно ярко выраженная разница в локусе контроля двух групп информантов. Так, те, у кого значение индекса прекаризации было максимальным, а временной перспективы будущего - минимальным, скорее демонстрировали внешний локус контроля. То есть в своих ответах и прогнозах на будущее они ссылались скорее на внешние обстоятельства. Противоположная ситуация обнаружилась среди тех, у кого значение индекса прекаризации было минимальным, а временной перспективы будущего - максимальным. Следовательно, можно говорить, что им более присущ внутренний локус контроля, и они больше склонны полагаться на себя.
Также в ответах информантов присутствуют прямые
и косвенные подтверждения тому, что параметры временных перспектив оказывают
значимое влияние на такие процессы, как целеполагание, уровень притязаний и
инициативности. У информантов с низким значением индекса прекаризации и высоким
значением временной перспективы будущего в целом обнаружилось меньше проявлений
тревожности и более позитивная самооценка.
Заключение
В рамках представленного исследования была обнаружена связь степени прекаризации труда с параметрами временной перспективы личности по методике ZTPI. Следовательно, молодые специалисты, вовлечённые в практики прекарного труда, действительно могут иметь важные отличительные черты восприятия окружающей реальности. Параметры временных перспектив оказывают значимое влияние на такие процессы, как целеполагание, установку на оправданное и неоправданное рискованное поведение, склонность к зависимостям, уровень притязаний и инициативности и многое другое.
Например, в рамках адаптации и апробации А. Сырцовой методики ZTPI для использования на русском языке было обнаружено следующее: «мы видим высокую связь данного фактора с добросовестностью; а также негативную связь с импульсивностью. Показана связь с позитивными состояниями (т.е. негативная связь с тревогой) и позитивной самооценкой. С депрессией проявилась отрицательная связь. Неожиданной оказалась негативная связь данного фактора с фактором Гедонистическое настоящее». Уже в рамках данного исследования было обнаружено, что временная перспектива будущего (Б) имеет достаточно весомую обратную связь с кумулятивным индексом прекарности (r = -0,398; p<0.01). Следовательно, молодые специалисты с высоким кумулятивным индексом прекарности вероятно будут более импульсивны, тревожны и склонны к депрессии. В то же время, они могут оказаться менее добросовестны и иметь более низкую самооценку, чем молодые специалисты с менее прекарной работой.
Выводы по результатам анкетного онлайн-опроса были верифицированы посредством глубинных интервью. Уже в рамках второго этапа исследования были обнаружены значительные содержательные различия в ответах информантов с противоположными значениями индекса прекаризации и временной перспективы будущего. В целом, предварительные выводы были подтверждены и получили более глубокое содержательное раскрытие.
Результаты данной работы открывают дальнейшие
перспективы для более глубокого, детального и предметного изучения вопроса
воздействия прекаризации труда на молодых людей, вовлечённых в такие практики
труда. На практике была подтверждена возможность и перспективность дальнейшего
использования в рамках исследования данной темы использованных методов и
метрик.
Список литературы
1. Axelsson L., Malmberg B., Zhang Q. On waiting, work-time and imagined futures: Theorising temporal precariousness among Chinese chefs in Sweden’s restaurant industry // Geoforum 2015.
. Carmo R. M. Time projections: Youth and precarious employment // Time & Society, 2014. Vol. 3. P. 337-357.
. Gorz A. Pourquoi la societe salariale a besoim de nouveaux valets // Batir la civilisation du temps libre. P.: Les liens qui liberent; Monde diplomatique, 2013. P. 27-45.
. Hornick J., Zakay D. Psychological time: The case of time and consumer behavior// Time and Society, 1996. Vol. 5. P.385 - 397.
. Kalleberg A. Precarious Work, Insecure Workers: Employment Relations in Transition // American Sociological Review, 2009. Vol. 1. P. 1-22.
. Richards G. Warehouse Management: A Complete Guide to Improving Efficiency and Minimizing Costs in the Modern Warehouse. London: Kogan Page Publishers, 2014.
. Rotter J. B. Social learning and clinical psychology. New York: Prentice-Hall, 1954.
. Viebrock Е., Clasen J. Flexicurity and welfare reform: a review // Socio-Economic Review, 2009. №7. P. 305-331.
. Vosko L. F. Managing the Margins. Gender, Citizenship and the International Regulation of Precarious Employment. Oxford: Oxford University Press, 2011. P. 311.
. Zimbardo P.G., Boyd J.N. Putting time in perspective: A valid, reliable individual_differences metric // Journal of Personality and Social Psychology. 1999. № 77. P. 1271-1288.
. Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. М.: Добросвет, 2000.
. Долженко Р. А., Попов Э. И. Взаимосвязь новых форм трудовых отношений и прекаризации труда в условиях постиндустриальной экономики Вестник Алтайского государственного аграрного университета. 2014. № 12. С. 179 - 185.
. Долженко Р. А. Новые формы трудовых отношений: уточнение понятий // Вестник Алтайского государственного аграрного университета. 2014. № 1. С. 168 - 173.
. Ефимов В.А. Правовые основы культуры социального управления новыми формами трудовых отношений. Право и образование, 2013. №6. С. 169 - 172.
. Маяцкий М. Освобождение от труда, безусловное пособие и глупая воля Логос. № 3, 2015. С. 77-89.
. Проконич О. А. Динамические характеристики временной перспективы личности студентов вуза в процессе обучения // Современные исследования социальных проблем, 2015. №1. С. 207 - 219.
. Стребков Д. О., Шевчук А. В. Фрилансеры на российском рынке труда // Социологические исследования (СоцИс). 2010. №2. С. 45-56.
. Стребков, Д. О., Шевчук А. В., Спирина, М. О. Развитие русскоязычного рынка удаленной работы, 2009 - 2014 гг. (по результатам Переписи фрилансеров). М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2015.
. Стэндинг Г. Прекариат: новый опасный класс. М.: Ад Маргинем Пресс, 2014.
. Сырцова А., Митина О.В. и др. Феномен временной перспективы в разных культурах (по материалам исследований с помощью методики ZTPI) Культурно-историческая психология. 2007. №4. С. 19-31.