. Естественность поведения в эфире и доступность ведущего. Качественно работающие ведущие утреннего шоу обычно эмоциональны, оригинальны, но в то же время естественны. Они точны в своих высказываниях, не допускают расплывчатых фраз, где за массой вводных слов и междометий теряется мысль, стремятся, чтобы их шутки были понятны и приятны возможно большему числу слушателей. Например, ведущий Илья Колесников в утреннем шоу на радио «Европа Плюс» часто использует так называемые шутки «ниже пояса». Опрос слушателей показывает, что большинству подобный юмор неприятен прежде всего потому, что утреннее шоу слушают их дети. «Утренние» ведущие, обращаются к аудитории, как к равной, но в то же время не допускают панибратства. Случаи недопустимого поведения, связанного с чрезмерно упрощенным общением с аудиторией, были отмечены нами в работе ведущих утреннего шоу на радиостанции «Маяк». Например, у Сергей Стиллавина обнаруживается неадекватная манера обращения к дозвонившемуся. Он намеренно шутливо изменяет его имя: вместо Александр - Санек. Обычно слушатели негативно реагируют на это, поэтому возникает эмоциональная преграда, вредящая коммуникации и мешающая строить полноценный диалог в эфире.
Наблюдения показывают, что качественно работающий ведущий представляет себе своего слушателя, его образ жизни, понимает его проблемы и заботы. Иными словами, он говорит не для миллионов, а для конкретного человека, понимая, что его слушают миллионы.
Детальное рассмотрение утренних шоу на различных радиостанциях наряду с положительными позволяет выявить отрицательные характеристики в работе ведущих и определить, какое поведение нежелательно в эфире утренней программы. Самый большой вред общению в эфире наносит стремление ведущего поучать слушателя. Вряд ли аудитории понравится назидательный тон коммуникатора, от которого он ждет развлечения, дружеского общения.
Некоторые исследователи считают, что ведущему не стоит говорить о своих личных проблемах и проблемах радиостанции, в том числе технических. Однако стоит отметить, что порой это бывает интересно аудитории, особенно, если ведущий является «звездой» эфира, тогда некоторые детали из его личной жизни могут вызывать любопытство как подтверждение того, что ар-джей человек с теми же проблемами, как любой его слушатель. Так, в шоу на радио «Европа Плюс» и «Авторадио» иногда в начале программы ведущие говорят об опоздании партнера, потому что тот проспал или задерживается из-за дорожно-транспортного затора, что является близким и понятным множеству слушателей. Очевидно, персонификация вещания в целом, и специфика утреннего шоу в частности, неизбежно заставляют ведущего говорить о себе, чтобы сработал психологический эффект присоединения. Однако необходимо ограничить круг личных проблем, которые могут затрагиваться, и лучше делать это максимально коротко. Например, не стоит с упоением рассказывать о своем ребенке или домашнем животном, а лишь кратко описать интересный случай при подходящей возможности.
Сопоставление различных утренних шоу показывает, что успешный ведущий данного вида программы обычно не позволяет себе шутливо представлять ведущего новостей и заигрывать с ним в эфире. Это обусловлено спецификой новостного дискурса. Всегда есть вероятность, что новость окажется негативной и даже трагичной. В таком случае ведущий рискует поставить в неудобное положение себя и своего коллегу. Так, в утреннем шоу на радиостанции «Европа Плюс» ведущий шоу Костя Михайлов пошутил в адрес диктора новостей, на что последний отреагировал сдержанно, произошла небольшая заминка, причина которой стала ясна через несколько секунд, когда диктор начал выпуск новостей с информации о гибели людей в автомобильной аварии. Еще более грустная ситуация наблюдалась на радио «Маяк», когда Сергей Стиллавин продолжил вести шоу в присущей для себя «веселой» манере после сообщения о взрывах в московском метрополитене.
Мнение о том, что главным элементом утреннего шоу является музыка, а работа ведущих вторична, весьма спорно. Ведь, как представляется, они делают эфир утренней программы «живым».
С нашей точки зрения, истинный успех утреннего шоу напрямую зависит от работы ведущих и приглашенных к микрофону гостей.
В утреннем шоу на «РСН» относительно недавно была применена особая тактика, сильно поднявшая рейтинг программы. Радиостанция стала привлекать слушателей в эксперты, приглашая их к микрофону. Непрофессионалы, не имеющие отношения к радио, оказываются соведущими программы, работая в паре с опытным ведущим. Гость обычно выбирается как представитель определенной профессии или социальной сферы. Это может быть инженер, юрист, учитель или домохозяйка. Главное, он должен быть причастен к обсуждаемой теме. Подобный подход повышает интерес к программе, во-первых, за счет нестандартности, во-вторых, из-за «приближения» ведущих к аудитории. Кроме того, принадлежность «временного» ведущего к какой-либо сфере деятельности дает возможность получить индивидуальные, оригинальные умозаключения и оценки в рамках обсуждения тех или иных тем.
Анализ утренних шоу на радиостанциях «Европа Плюс», «Авторадио», «РСН» и радио «Маяк» позволил выявить особенности, наличие которых необходимо для успешной работы ведущих.
Утреннее шоу, в котором команда состоит из двух или трех ведущих, имеет преимущества перед шоу с одним ведущим, так как существует больше возможностей создания необходимой атмосферы, присутствует разнообразие подачи информации, у каждого ведущего отмечена индивидуальная манера общения со слушателем и проч.
В книгах Фонда независимого радиовещания, содержащих практические советы в области радиовещания, обозначено: "Если вы хотите делать радиошоу, то стоит ввести туда не одного человека, а двух, трех, четырех, которые будут играть определенные роли". К тому же распределение ролей и обязанностей облегчает работу команде ведущих, исключает соперничество, стремление каждого доминировать, проблему так называемого «перетягивания одеяла». Так очевидно, что в утреннем шоу на радио "Европа Плюс" доминирующую роль изначально играет Джем, на "Маяке» - это Стиллавин, на «РСН» - Доренко».
Немаловажным является соответствие имиджа ведущих формату радиостанции, который целиком подчинен интересам аудитории. В таком случае максимально высока вероятность успешного воздействия на слушателя. Например, команда утреннего шоу на «Авторадио», как представляется, удовлетворяет ожидания своей уже не юной аудитории (30+), коммуникаторы способны развеселить слушателей, «подурачиться», но при этом остаются взрослыми интеллигентными людьми, не допуская низкопробного юмора. Самобытность данной команды ведущих выражается в том, что это «поющие ведущие», называющие себя «Мурзилки Live». Пародии на известные песни демонстрируются в рамках утреннего шоу, помимо того, данная команда выступает на концертах, снимает клипы и выпускает диски со своими пародиями, ставшими известными благодаря утреннему шоу и радиостанции в целом. Таким образом, «Мурзилки» делают популярным утреннее шоу, а оно поддерживает их творческий авторитет.
Заметными практиками профессиональной самоидентификации журналиста в прямом радиоэфире служат практики экспликации нарратива программы. Создаваемый журналистом нарратив имеет линейную темпоральную организацию, и его границы, а также разбивка на части эксплицируются в высказываниях, которые маркируют начало программы, ее завершение, перерыв на новостной выпуск или рекламный блок. Так как программа структурирована внутренними рубриками, тематический переход к ним также маркируется в речи журналиста. Эти высказывания служат скрепами, обеспечивающими целостность и связность программы. Четкое композиционное членение облегчает восприятие устной речи, а ежедневный повтор основных структурных единиц позволяет закреплять нарративные ожидания относительно программы.
К клишированным маркерам экспликации нарратива программы в речи С. Доренко относятся также короткие высказывания, звучащие перед новостным или рекламным блоком или в связи со сменой тематических рубрик: Погнали!; Поехали!; Движемся дальше! Такие высказывания придают программе дополнительную динамичность.
Приведем примеры неклишированных маркеров названной дискурсивной практики. Так, прерывая разговор со слушателем, позвонившим в студию, Доренко поясняет остальным: Это кто-то о среднем классе хотел разговаривать, а у нас уже рубрика «В движении». Где едете? Что видите? (11.03.2012). Или при завершении очередного обсуждения он проговаривает переход к следующей части нарратива программы: Ладно, поехали. Обзор печати, что ли? (08.03.2012).
К важным маркерам экспликации нарратива программы относятся высказывания, в которых фиксируется ограничение по времени для конкретной рубрики или темы. Часто Доренко делает это, обращаясь ко второй ведущей эфира Анастасии Оношко: Настенька, полторы минуты всего (25.02.2012); Настя, хочу предупредить, что на обзор прессы мы оставили одну минуту, потому что пресса безнравственно продолжает обсуждать 8 марта (10.03.2012). К этим же маркерам присоединяются высказывания, несущие собственно информационную функцию, например, называние точного времени: Девять пятьдесят восемь. Спорт.
Обратимся к практикам профессиональной самоидентификации, присутствующим в главной нарративной единице программы. Во-первых, это практики, эксплицирующие организационную часть работы, например, отбор новостей для обсуждения: Я тут наверстал тем 20, до шести вечера. Очень хорошо! (17.09.2011). Отбор новостей - одна из важнейших дискурсивных практик в журналистике. Во-вторых, дискурсивные практики организации интерактивного общения в прямом радиоэфире. Опора на аудиторию, стремление сделать ее субъектом формирования диалога, источником информации считаются важными показателями профессионализма. В программе С. Доренко используются различные средства интерактивного общения - общение со слушателями в прямом эфире по телефону, комментирование сообщений, поступивших на пейджер и на форум сайта радиостанции «РСН». Используется также опрос по телефону путем голосования за то или иное мнение. Так как полученные таким образом результаты нельзя считать корректными с научной точки зрения, абсолютное число позвонивших никогда не называется, и ведущий сообщает о результатах лишь в процентном соотношении: У нас антинаучным опрос, ненаучным абсолютно (26.01.2012). Тем самым подчеркивается, что цель журналиста - не провозглашение научной истины, а выяснение спектра мнений.
Развернутый диалог со слушателями в прямом эфире обеспечивает представление разнообразных мнений аудитории на заданную тему и всегда содержит элемент интриги, непредсказуемости развертывания общения с неизвестным, дозвонившимся в студию. Здесь востребованы практики организации диалога, позволяющие ввести его в жесткие временные рамки. Иногда ведущий даже объясняет слушателям правила ведения радиопрограмм, особенно часто такие комментарии встречались в первых эфирах программы «Подъем!»: Почему я отключаю звонки? Я отключаю тогда, когда мне темпоритм рушат. Темпоритм - это главное в передаче. Кто танцевал, тот знает. (16.09.2011); Мы обсуждаем только одну тему. Здесь не клуб и не пивнушка. Я ведущий, здесь верстку определяю я (17.09.2011). На наш взгляд, развернутый метатекст о профессии в подобных случаях можно рассматривать как показатель компетентности и большого опыта журналиста.
Часто С. Доренко подчеркивает, что он хотел бы услышать мнение слушателей, компетентных в обсуждаемой теме, способных дать экспертную оценку: Позвоните, если вы специалист и понимаете в этом деле (26.01.2012); Объясните нам, летуны, что такое истребитель пятого поколения? (20.01.2012); Товарищи учен-ые, скажите нам, где кроется в Академии наук мракобесие? (28.01.2012); Мы спрашиваем культурологов, антропологов, психиатров и все смежные профессии: с чем связано это явление? Объясните, с чем связано это культурное явление? (о популярности Э. Хиля) (11.03.2012).
Выбор собеседника для обсуждения конкретной темы ведется не только по признаку компетентности, но и по возможности сообщить о живых деталях происходящего, выступить в роли очевидца важного, актуального события. Таков, например, смысл призыва ведущего в разговоре о столкновении автомобилей в Москве, в результате которого погибли две женщины: Я прошу: никто не звоните кроме Площади Гагарина. Площадь Гагарина, если вы там или только что ее проехали, если вы там или только что ее проехали (25.02.2010); или: Я хотел бы говорить с теми, кто видел этот матч (об игре в хоккей команд Канады и России в Ванкувере) (25.02.2010).
При завершении обсуждения С. Доренко дает собственную интерпретацию темы, в этой части дискурсивная практика самоидентификации содержит смысл самости, распространяющийся не только на профессию, но и на личные этические принципы. Например, С. Доренко поставил на голосование вопрос: 18 правонарушений за рулем у Станислава Сутягина - это много или мало? Приведем его финальное высказывание: Для меня это значит, что он хороший человек. Знаете почему? Простой ответ, друзья: Сутягин не отмазывался, Сутягин не совал соточки этим подонкам, Сутягин не протягивал пятисоточки, Сутягин не совал виды Архангельска. ...Сутягин хороший человек, поэтому у него восемнадцать правонарушений. А если бы было ноль, мы бы знали что он подонок, взяткодатель, если бы было ноль. Понятно, да? Мы бы сказали: понятно, что ты суешь в правах, мой дорогой, понятно. А вот если у тебя 18, значит, ты просто хочешь честно жить (12.03.2010). Мнение С. Доренко, когда он утверждает, что хороший человек не тот, кто не совершает правонарушений, а тот, кто, совершив правонарушение, не дает взятки сотрудникам ГИБДД, идет вразрез с шаблонным, привычным ходом мысли: хорошие водители никогда не нарушают правила. В данном случае самоидентификация С. Доренко по ценностному признаку выведена в сферу гражданской ответственности.
В высказываниях, содержащих оценку других СМИ, журналистом воспроизводится смысл самости в профессии (я, в отличие от других журналистов): Вся сегодняшняя пресса обсасывает одно событие, которое произошло накануне. Честно говоря, у нас событий было больше, но вся наша пресса воздает должное Швеции (10.03.2012); «Известия» любят через две недели что-то подать как новости (26.01.2012); Мы темообразующие. Мы вчера обсуждали эту тему 15 минут. Сегодня все газеты об этом пишут (12.09.2011).
В режиме свободной устной речи ведущий, конечно, не ограничивается профессиональной самоидентификацией. Практики самоидентификации, содержащие смыслы самости, имеют не только знаки профессиональной принадлежности (я, в отличие от других журналистов), но и знаки сугубо индивидуальные (я, в отличие от всех). Практики самоидентификации, не связанные напрямую с профессиональными практиками, всегда тематически разорваны, фрагментарны, что типично для введения «я»-темы в разговорном тексте. Так, знаками персональной самоидентификации являются: (1) биографические сведения: Я родился в Крышу. В 10 месяцев меня увезли мотаться по гарнизонам (8.09.2011); Я сыт генерала советской армии. Мой дед капитан Красной армии, чем я дико горжусь (11.09.2011); (2) сведения о партийной принадлежности: Я член КПРФ, да (30.03.2012); (3) сведения о частной жизни: Человек счастлив в день, когда он покупает яхту, и в день, когда он ее продает. Спросите, откуда я это знаю. Я продавал яхту (17.09.2011); Я говорил с разными богатыми людьми. Вы не поверите, но я знаю с десяток миллиардеров (17.09.2011); Я покупаю помидоры у одной калмычки из Астрахани на нашем рынке. За 60 рублей (12.09.2011); Уже 10 лет у меня нет телевизора (16.09.2011); У меня на домашний телефон сыну школьники звонят. Я не подхожу к домашнему телефону. Мне на мобильный звонят (16.09.2011).