Автореферат
диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук
10.02.02 - языки народов России (кавказские языки)
Способы выражения причинных и целевых отношений в лезгинском языке (в сопоставлении с английским)
Султанова Ираида Алидаровна
Москва 2007
Работа выполнена в отделе кавказских языков Института языкознания РАН
Научный руководитель доктор филологических наук, профессор Алексеев Михаил Егорович
Официальные оппоненты
доктор филологических наук, профессор Магомедов Магомед Ибрагимович
кандидат филологических наук Багирокова Ирина Гаруновна
Ведущая организация Дагестанский государственный университет
Ученый секретарь диссертационного совета доктор филологических наук П.П. Дамбуева
1. Общая характеристика работы
К числу актуальных исследований современной в лингвистике относится изучение особенностей выражения в различных языках мира тех или иных семантических параметров. В частности, типологическому исследованию выражения различных грамматических категорий посвящено несколько циклов монографических исследований, выполненных специалистами Ленинградской типологической школы.
Особо следует отметить монографию, посвященную каузативным конструкциям, поскольку в ней достаточно четко была продемонстрирована единая природа каузативов и причинных отношений.
Нельзя не назвать в связи с этим также серию монографий, в которых разрабатываются модели функциональной грамматики. Исследование способов выражения различных видов грамматических значений, с одной стороны, приводит к построению относительно исчерпывающих схем описания этих значений в различных языках мира и, с другой стороны, дает возможность подходить к тем или иным особенностям их выражения в отдельно взятых языках с точки зрения отражения в них картины мира. Исходя из соответствующих концепций строятся современные междисциплинарные связи, охватывающие культурологию и семиотику и заложившие основы этнолингвистики, теории межкультурной коммуникации и других отраслей лингвистики.
Таким образом, актуальность данной работы видится в тех возможностях, которые дает сопоставление различных элементов грамматической структуры для создания общей модели соответствующего фрагмента грамматики, а определения на этой основе особенностей национально-языкового видения отражаемых этими фрагментами компонентов внеязыковой действительности.
Особо хочется подчеркнуть актуальность подобного исследования для более углубленного изучения структуры лезгинского языка, поскольку уровень исследования его синтаксиса намного ниже, чем английского синтаксиса, на материале которого были разработаны практически все наиболее значительные современные синтаксические теории.
В связи с отмеченными выше обстоятельствами в настоящей работе принимается широкое понимание целевого и объектного значений, реализуемых в отдельных контекстах в целом ряде разновидностей: так, целевое значение может рассматриваться не только как собственно целевое, но и обнаруживать ряд семантических оттенков с относительной самостоятельностью: отношение предназначения, бенефактивное значение, объектно-ограничительное значение и т.п. Такой подход дает возможность проследить закономерности объединения тех или иных разновидностей значения, семантических переходов и других процессов. Несмотря на обилие у некоторых из расссматриваемых в диссертации средств выражения целевых и причинных значений различных переносных значений, общая их семантика прослежвается более или менее четко. Эффективность широкого подхода к исследуемому семантическому полю можно продемонстрировать и указанием на работы, в которых применение его дало существенные результаты.
Современное языкознание располагает большим количеством работ, посвященных как разработке теоретических проблем, так и исследованию особенностей выражения обстоятельств цели и причины в конкретных языках. Принимая во внимания теоретические выводы современных лингвистов-типологов мы ориентировали наше исследование на привлечение широкого материала сопоставляемых языков, в основном лезгинского на базе текстовой и словарной выборки.
Целью работы является сравнительно-сопоставительное исследование средств выражения целевого и причинного значений в лезгинском и английском языках.
Эти средства по своим функциональным характеристикам могут быть подразделены на две группы: 1. Глагольные; 2. Именные. Каждая из этих групп обладает достаточно четкими семантическими признаками, что можно проиллюстрировать на многочисленных примерах, анализируемых в работе.
В число задач, решение которых способствует достижению основной цели данной работы входят:
1. Определение лексического состава имен и глаголов, выступающих как в роли компонента целевого или причинного оборота, так и единицы, выступающей в сочетании с этими оборотами в сопоставляемых языках.
2. Определение в сопоставляемых языках состава морфологических, синтаксических и лексических средств, используемых для выражения рассматриваемых отношений.
3. Рассмотрение проблемы синонимии этих средств, а также возможности синтаксических и иных трансформаций.
4. Определение критериев, по которым в той или иной синтаксической модели устанавливаются причинно-целевые отношения. К таким критериям мы относим прежде всего метод семантической интерпретации, в соответствии с которым та или иная модель предложения трансформируется в структуру «А, чтобы В» с целевым отношением и «А, потому что В» с причинным отношением.
5. Анализ сравнительной частотности отдельных лексико-семантических классов имен и глаголов, входящих в соответствующие дистрибутивные группы.
6. Исследование различных типов целевых и причинных отношений, в т. ч. в формальном, лексико-семантическом и функциональном аспектах.
7. Выделение типичных синтаксических моделей, в которых выделяются исследуемые отношения, и их межъязыковых соответствий.
Научная новизна настоящей работы заключается в том, что на материале лезгинского языка и, более того, дагестанских языков в целом проблема изоморфизма целевых, причинных и иных семантико-синтаксических отношений до сих пор даже не ставилась, хотя в ряде работ был получен эмпирический материал, который может быть положен в основу описания. Соответственно, не проводились и сопоставительные исследования в очерченном выше направлении.
Тем не менее, нельзя не указать исследования лингвистов-лезгиноведов, исследовавших функциональные особенности именных и глагольных форм, в которых был рассмотрен значительный материал, затрагивающий тему нашего исследования. Наиболее существенными для настоящей работы представляются нам наблюдения и выводы, содержащиеся в трудах М.М. Гаджиева [1954] по синтаксису лезгинского языка, где дан обзор основных средств выражения обстоятельств цели и причины, и У.А. Мейлановой [1960], подробно проанализировавшей употребление падежных форм, в том числе и в причинном и целевом значениях. Ряд новых наблюдений был сделан в последние годы Э.М. Шейховым, рассмотревшим некоторые вопросы синтаксиса лезгинского языка в сопоставлении с русским [1993; 2004].
Теоретическая значимость работы состоит, прежде всего, в том, что её результаты служат построению более полной и современной теоретической грамматики лезгинского языка в части синтаксиса.
Кроме того, сходства и различия в спектре причинных и целевых значений, получающих грамматическое выражение в языках, принадлежащих к разным типам и языковым семьям, представляют интерес для лингвистической типологии. Так, принадлежность лезгинского языка к классу эргативных, а английского, как и русского, - к классу номинативных дает возможность формулировать некоторые их свойства в терминах контенсивной типологии. Как показывают наблюдения, многие синтаксические закономерности, проявляющиеся в причинных и целевых конструкциях, могут быть объяснены именно с помощью концептов теории эргативности.
Практическая ценность диссертации вытекает из того существенного материала, который приводится в ней для обоснования соответствующих теоретических положений. Соответственно, полученные результаты могут найти применение в вузовских курсах по лингвистической типологии, сопоставительным грамматикам английского, русского и дагестанских языков, в разработке теоретических и учебных грамматик собственно лезгинского языка, а также русского языка для дагестанской школы, в переводческой деятельности.
Материалом исследования послужили произведения художественной литературы (в основном прозы) на лезгинском и английском языках, а также текстовые примеры из словарей и учебников (см. список в конце работы). С целью более наглядного сопоставления лингвистического материала мы посчитали целесообразным использовать и переводной текст, а именно перевод фрагментов Библии на лезгинский язык «Маркдилай атай шад хабар» (М., 1995) и «Лукадилай атай шад хабар. Илчийрин крар» (М., 2004), а также соответствующие английские переводы.
Методы исследования. В качестве основного метода исследования в работе используется метод лингвистического сопоставления, определяемого обычно как имеющий «дело с попарным сопоставлением языковых систем (структур) на всех уровнях вне зависимости от генетической и типологической принадлежности сопоставляемых языков с целью выявления их структурных и функциональных особенностей, сходств и различий (контрастов)» [Нерознак 1986: 409] с привлечением методов контекстуального анализа и количественных подсчетов.
В ходе проведенного нами анализа был использован и метод трансформаций, в дагестанском языкознании используемый незалуженно редко. В реферируемой работе эта методика использовалась для выявления семантической структуры путем преобразования его в тождественные по семантике варианты, в которых те или иные семантические отношения оказывались представленными в явном виде.
Апробация работы. Основные положения диссертации изложены в нескольких публикациях автора общим объемом 2 а.л. Диссертация обсуждена и одобрена на заседании отдела кавказских языков Института языкознания РАН.
Структура работы. Цель и задачи исследования определили его структуру. Работа состоит из введения, трех глав, заключения, списка литературы, списка источников и принятых сокращений.
В I главе предлагается анализ средств выражения целевых отношений в сопоставляемых языках. Глава II содержит исследование способов передачи причинных отношений. III глава посвящена описанию нестандартных способов передачи целевых и пространственных значений, трансформируемых на поверхностном уровне в структуры с иными значениями - субъектным, объектным, определительным, пространственным, инструментальным и др.
2. Содержание работы
Во введении определяются цель, задачи, материал, методы и структура исследования. В I главе «Способы выражения целевого значения в лезгинском и английском языках» предлагается анализ средств выражения целевых отношений в сопоставляемых языках.
Именные конструкции с целевым отношением в лезгинском языке в основном используют послелог патал и его синонимы паталай, патахъай, паталди. В случае употребления в целевой конструкции существительного формой существительного является номинатив. В именном типе целевого оборота возможно выделение нескольких разновидностей целевого значения.
О собственно целевом значении можно говорить в тех случаях, когда предложение допускает интерпретацию вида: «Целью действия X является (наличие, существование, получение, достижение) Y». Это же значение может быть выделено в примерах, которые предполагают интерпретацию вида: «Целью действия X является действие по отношению Y».
Как обстоятельство цели можно рассматривать и конструкцию с бенефактивным значением, которая предполагает следующую интерпретацию: «Целью действия X является возможность использовать его результаты Y-ом». Здесь, как правило, в качестве субстантивного компонента целевого оборота выступают существительные - названия людей.
Бенефактивное значение в приименном употреблении может быть проинтерпретировано и как отношение предназначения, т.е. целевой оборот в таких конструкциях выражает предназначение предмета, выраженного определяемым именем: дишегьлияр патал метягьар `товары для женщин'. О тесной связи бенефактивного отношения с отношением предназначения свидетельствует возможность их объединения в параллельных структурах, ср.:
Инсан киш югъ патал ваъ, киш югъ инсан патал халкьнавайди я
The Sabbath was made for man, not man for the Sabbath
суббота для человека, а не человек для субботы.
Как правило, бенефактивное отношение выражается в лезгинском языке с помощью дательного падежа и таким образом дифференцируется от целевого. В то же время оно довольно тесно связано с объектным, которое предполагает в первую очередь наличие обязательной объектной валентности у главного предиката (например, готовить - кому, для кого?).
Если говорить о бенефактивном отношении как о своего рода разновидности целевого, следует сказать и о способах выражения антибенефактивного отношения (в картвельских и абхазо-адыгских языках, насколько нам известно, оба типа отношений объединены в глагольную категорию версии). В лезгинском языке это послелоги акси и къарши `против, напротив, в противовес'.