целиком тождественны. Чтобы надлежащим образом защищать интересы клиентов, практикующие юристы должны учитывать все иногда довольно тонкие нюансы деятельности каждого суда. Ясно, что самим клиентам разобраться в таких деталях невозможно.
Дифференциация английского судопроизводства идет, наконец, еще и по линии установления особенностей разбирательства отдельных категорий гражданских дел. Очевидно, крайне затруднительно или даже невозможно создать единую процессуальную схему, которая была бы пригодна для разрешения всех без исключения юридических конфликтов. Неоднородность их содержания диктует необходимость закрепления известных отклонений от типовых форм для некоторых разновидностей дел. Но если количество таких отклонений оказывается чрезмерно большим, то это, безусловно, усложняет процессуальное право, затрудняет его изучение и применение.
Для гражданского процесса Англии характерно наличие многочисленных норм и целых институтов, имеющих локальное значение, т.е. используемых при разбирательстве лишь определенных материально-правовых требований. Есть дела, для которых специально изданными нормативными актами разработано как бы особое судопроизводство. Такое положение имеет место, когда объектами рассмотрения являются вопросы семейные, о банкротстве и ликвидации компаний, завещаниях (при отсутствии спора), захвате неприятельской собственности в ходе военных действий (призовые дела).
Кроме того, процессуальные акты общего содержания и нередко законы, имеющие главной целью регулирование гражданских отношений, предусматривают различные отступления от нормального течения процесса применительно к некоторым исковым требованиям. Здесь можно назвать дела торговые, морские, наследственные, с участием короны, налоговые, патентные, алиментные и многие другие. Зачастую утверждение новых, сколько-нибудь значительных материально-правовых законов влечет за собой появление дополнительных процессуальных норм специального
назначения.
Расщепление внешне единого процессуального права Англии накладывает отпечаток на структуру и содержание теоретических исследований. Обычно в такого рода английских курсах за основу берется порядок деятельности отделения королевской скамьи Высокого суда, Апелляционного суда и палаты лордов, установленный для рассмотрения главной массы гражданских дел из договоров и деликтов. Такой метод наиболее рационален с точки зрения ознакомления с гражданским процессом Англии.
Отсутствие в Англии кодекса или какого-либо единого акта о гражданском судопроизводстве в целом мешает установить с исчерпывающей точностью систему гражданского процессуального права, а равно количество и границы стадии процесса.
Эта система, в конечном счете, выглядит примерно так. Общее значение имеют положения, относящиеся к источникам отрасли, участникам процесса, доказательствам, иску, судебным расходам. Далее идут стадии, отражающие развитие гражданского дела. Производство начинается обращением заинтересованного лица к суду, затем дело проходит досудебную подготовку, судебное разбирательство, решение может быть обжаловано в апелляционные инстанции. Это, разумеется, самая общая схема, любой из названных этапов в свою очередь распадается на конкретные и обычно достаточно сложные процедуры.
§2. Источники гражданского процессуального права
1.К. Маркс и Ф. Энгельс, разоблачая демагогические лозунги буржуазии, в "Манифесте коммунистической партии" кратко сформулировали глубочайший по смыслу тезис: "...Ваше право есть лишь возведенная в закон воля вашего класса, воля, содержание которой определяется материальными условиями жизни вашего класса"*(68). Этот тезис - один из коренных устоев марксистско-ленинской юридической науки. Он позволяет внести
ясность в запутанный многочисленными концепциями
буржуазных идеологов вопрос о происхождении, развитии, сущности юридической надстройки.
Истоки права в целом и любой его отрасли, включая право процессуальное, нужно искать в экономическом базисе общества. Но обусловленная им воля господствующего класса не действует непосредственно. Чтобы начать оказывать желательное влияние на конкретные отношения между людьми, она должна быть объективно выражена и зафиксирована. Так возникает понятие форм права, или источников права. Содержание классовой воли, закрепляемой юридическими нормами разных типов, зависит, кроме экономики, еще от ряда других, хотя и производных, однако значительных, факторов: политических, философских, моральных и т.п.
Английская юридическая теория уделяет довольно много внимания разработке проблемы источников права, если иметь в виду работы по общей теории права. Авторы таких трудов говорят о зарождении и развитии двух ветвей прецедентного права, подчеркивают верховенство парламентских статутов, определяют место и роль делегированного законодательства, затрагивают вопрос об обычаях.
Но анализу источников конкретной отрасли, а именно гражданского процессуального права, такого внимания не уделяется. Курсы и пособия об этом виде судопроизводства не содержат разделов, где были бы с надлежащей последовательностью, точностью, полнотой указаны и охарактеризованы законы, иные нормативные акты, прецеденты, которые закрепляют правила данной части юридической надстройки.
Нужно заметить, что хотя для английского права в целом характерны вполне определенные типы источников, значимость и удельный вес каждого из них в различных областях права далеко не одинаковы. Иногда главную роль играют нормативные акты разной силы, иногда прецеденты, пропорции здесь очень разнородны. С этой точки зрения, формы закрепления норм, относящихся к гражданскому процессу, имеют свои особенности.
2. Закон в узком значении этого термина, т.е. статут, утвержденный парламентом, издавна квалифицируется
английскими юристами как акт высшей правовой силы, который не подлежит никакому контролю со стороны органов юстиции и должен ими безоговорочно применяться. "Современный судья никогда не послушает адвоката, доказывающего, что парламентский закон недействителен, потому что переходит границы парламентской власти", - отмечает А. Дайси, которого называют основателем теории "правового государства"*(69).
Громоздкость, внутренняя несогласованность, казуистичность законодательства Англии хорошо известны и много критикуются. Довольно заурядны такие сравнения, как сравнение "книги статутов" с джунглями, через которые даже тренированному адвокату, не говоря уже о рядовом гражданине, трудно "прорубать дорогу". Юридическая путаница, которую буржуазные теоретики надуманно пытаются объявить естественным результатом непосредственного творения права английским народом, дает известные выгоды господствующим кругам, позволяя использовать неясности и противоречия, но эта путаница затрудняет деловую жизнь, увеличивает недовольство трудящихся, вызывает критику оппозиционных элементов.
Учреждение в 1965 г. комиссии по законодательству (и отдельной комиссии для Шотландии) считается начальным шагом мероприятия, получившего громкий титул "реформы права". Через четыре года лорд-канцлер лейбористского правительства Гардинер наиболее значительными достижениями шестидесятых годов назовет образование данной комиссии и начало пересмотра "нашей ужасной книги статутов". Он благоразумно добавит, что ревизия будет идти долго и наряду с обычной консолидацией*(70).
Главная задача комиссии - упрощение и модернизация всего законодательства, способ ее выполнения - кодификация и аннулирование отживших свой век норм. Какие же шаги были предприняты в связи с реформой права в направлении совершенствования гражданского процессуального законодательства? Глава юридической комиссии Л. Скармэн в интервью об итогах ее пятилетней деятельности, упомянув о некоторых успехах и о необходимости дальнейшей энергичной работы, согласился с тем, что основное внимание уделялось
материальным, а не процессуальным отраслям, хотя недостатки последних значительны. Одним из достижений Л. Скармэн считает закон о доказательствах в гражданском судопроизводстве 1968 г., хотя английские комментаторы находят в нем массу изъянов: акт неоправданно усложнен, судьям и адвокатам трудно быстро отыскивать ответы на вопросы, статьи имеют бесконечные оговорки, исключения из оговорок, различные дефиниции, новые правила недостаточно согласованы с уже действующими и т.п.*(71)
Но эти критические замечания легко отнести к многим процессуальным статутам, для которых характерны громоздкие статьи, раздробленные на части, подпункты, параграфы с цифровыми, буквенными и иными обозначениями; длинные, растягивающиеся на целые абзацы фразы затуманивают содержание текста; обязательные исключения из общих правил, дополняемые исключениями второй и третьей очередей, низводят законы до уровня сборника прецедентов; многочисленные отсылки к другим актам резко усложняют толкование и применение норм. Такая юридическая техника равнозначна самой махровой казуистике.
Есть, однако, в процессуальных актах, особенно новейших, правила и иного типа. Марксистско-ленинская юридическая наука раскрывает укрепившуюся на этапе общего кризиса капитализма и разрушения формально-демократической законности тенденцию перемещения центра тяжести нормотворческой деятельности из парламента в административные учреждения. Парламентские статуты содержат недостаточно четкие формулировки абстрактно-декларативного характера или программные установки, которые не могут действовать непосредственно и нуждаются в конкретизации исполнительными или судебными органами. Издаются так называемые "законы-рамки", "законы-скелеты", рациональность которых стремятся доказать буржуазные теоретики. Применительно к гражданскому судопроизводству Англии точнее было бы говорить о "нормах-рамках": один и тот же акт включает статьи, загруженные малозначительными деталями, и статьи, где закреплены лишь исходные, очень широкие положения. Таковым