Материал: Проектное управление в строительстве. Баркалов С.А., Бурков В.Н

только предприятие остановится, то стоимость акций на фондовом рынке упадет практически до нуля, то есть они действительно станут просто бумагой.

Первоначально пошла «гулять» эта идея по свету, как один из мотивов, объяснявших необходимость революции 1917 года: дескать она, то есть революция, спасла страну от колонизации. Ведь надо же было как-то оправдывать тот кровавый кошмар, в который погрузилась страна на многие десятилетия. Именно поэтому перед большевистскими пропагандистами и стояла задача доказать, что без революции кошмар был бы еще более кровавым и более длительным. Вот так, примерно, и появился миф о том, что Российская империя без революции потеряла бы полностью свою государственность и нашим дедампрадедам пришлось бы очень-очень не сладко. Хотя, между делом, следует заметить, что им и так пришлось пережить такое, что ни в одном кошмарном сне не увидишь…

Столь опрометчивые выводы делались на основании того, что экономика страны полностью зависела от иностранных государств. Но очень хочется сказать, что эта зависимость существовала в основном на бумаге и в воображении советских пропагандистов. Достаточно вспомнить, что политика властей в стране была традиционно германофильской, то есть наибольшее влияние в стране имела конечно же, так называемая, «немецкая партия», так обобщенно называли сторонников сближения с Германией. Именно поэтому до начала Первой мировой войны в стране наиболее сильно было влияние германских промышленных кругов. Это уже само по себе слегка обесценивает большевистскую «басню» о потери национальной самостоятельности. Связано это с тем, что с началом Первой мировой войны все немцы или уехали из России, если конечно же успели, или были интернированы. Немцы-то ушли, а предприятия, которые находились под их контролем, остались и перешли под юрисдикцию русского правительства, то есть работали полноценно на оборону нашей, именно нашей, страны.

За примерами далеко ходить не надо, достаточно вспомнить акционерное общество Русских электротехнических заводов «Сименс и Гальске». Предприятие немецкое, но функционирующее с 1857 года на российской земле. С началом войны, все немцы уехали, а предприятие-то осталось и перешло под управление российского государства. Это ее радиотехнический блок был очень слаб и полностью подконтролен «Телефункен», а электротехнический? Да он был достаточно мощным и обеспечивал электротехнической продукцией нужды российских вооруженных сил и всего государства без всяких скидок на национальную принадлежность капитала, который лежал в основе создания этого предприятия.

Теперь проведем мысленный эксперимент: представьте, что Первая мировая война закончилась, а революция не произошла. Прямо-таки сказка… Россия-то воевала на стороне коалиции стран-победительниц, то есть была бы одной из выигравших эту войну стран. А напомним, Германия – проигравшей. Что было бы дальше с такими предприятиями? Очень маловероятно, что их вернули бы прежним владельцам: за время войны русское правительство так «вложилось» в их развитие, что немцы «замучились бы» компенсировать русскому правительству его затраты. То есть скорее всего, это предприятие пополнило бы список, так называемых, казенных предприятий, то есть стало бы уже чисто российским. Почему-то создается впечатление, что подобная учесть ждала и все остальные немецкие предприятия. То есть наибольший кусок иностранной собственности, принадлежащий проигравшим войну странам, напомним, что к ним относилась еще и Австро-Венгрия (это сейчас Австрия небольшое государство, а в то время это было крупное многонациональное государство, на «развалинах» которого образовалось целых три! достаточно крупных страны: Австрия, Венгрия и Чехословакия, тоже разделившаяся затем на две страны, но гораздо позднее), перешел бы к стране-победительнице. А там было что отчуждать… И это без всяких национализаций, конфискаций и прочих вселенских катаклизмов.

Теперь осталось «разобраться» с собственностью стран-союзников, которая имелась на территории Российской империи. И здесь, как нельзя кстати, можно вспомнить историю создания мощных радиостанций, обеспечивающих международную связь. Эта история, как

66

нельзя лучше показывает степень «зависимости» российских предприятий с долей иностранного капитала от своих, так называемых, «хозяев».

В принципе, если вспомнить учредительный договор, заключенный при реформировании РОБТиТ с фирмой Г. Маркони, то следует признать, что в договоре специально было прописано запрещение акционерному обществу создавать мощные радиостанции международной связи. Но тем не менее силами собственного конструкторского подразделения РОБТиТ в1913 году разработал конструкцию мощной 100 кВт радиостанции, которая функционировала на территории завода и обслуживалась работниками предприятия. Но это пока… Заметьте, война еще не началась, поэтому на форсмажорные обстоятельства не сошлешься. Вот и получается, до чрезвычайных событий в виде мировой войны еще год, а радиостанция уже есть. При этом Маркони промолчал, сделав вид, что все так и было задумано и никаких нарушений нет. Ну, подумаешь 100 кВт. Разве это мощность… Так себе…

Но вот началась война… Потребовались дополнительные линии радиосвязи и РОБТиТ их обеспечил, невзирая ни на какие договора. Причем совершенно в рекордные сроки: Ходынская радиостанция в Москве, мощностью уже 300 кВт, была построена за сто дней! Причем правительство требовало от «буржуев-кровососов» не просто работающую радиостанцию под каким-нибудь навесом, а полностью построенный рабочий городок со всей инфраструктурой на несколько сотен человек. И все это за сто дней, причем никто не вспоминает об этом трудовом подвиге русских людей. Есть чему удивляться и сейчас.

АХодынская радиостанция успешно работала практически полвека, пока в шестидесятые годы часть ее территории не передали под жилищное строительство. Да она несколько раз капитально модернизировалась, но тем не менее…

Точно также был проигнорирован запрет на строительство мощных радиостанций и при строительстве Царскосельской радиостанции под Санкт-Петербургом, мощностью также 300 киловатт. И эта радиостанция была также построена за 100 дней. Но этой радиостанции повезло меньше, чем Ходынской: она просуществовала до начала Великой Отечественной войны и дважды(!) взрывалась. Первый раз в кровавом вихре гражданской войны в 1919 году при наступлении Юденича на Петроград. И вот когда теперь нам со слезой в голосе говорят: «Ну чтобы мы делали, если бы не было революции?» Да ничего не делали бы: спокойно эксплуатировали Царскосельскую радиостанцию в том числе и разрабатывали проекты ее модернизации, возможно в том же РОБТиТ. А так только во второй половине 1921 года приступили к восстановлению радиостанции… Но опять станция проработала не так уж и долго: всего равно 20 лет, когда при наступлении немецко-фашистских войск вновь была взорвана: успели демонтировать только один передатчик. Больше ее не восстанавливали…

АРОБТиТ успел построить еще одну радиостанцию, мощностью 25 киловатт, уже в Петрограде, для нужд русского военно-морского флота, получившей название «Новая Голландия» по имени рукотворного острова, на котором она была построена. Но проработала станция только до 1924 года, когда ее закрыли, превратив в складские помещения. Так что это не современное «изобретение», превращать наукоемкие предприятия

всклады. Традиция, однако…

Но если вспомнить, то в договоре с фирмой Маркони был еще один пунктик, запрещающий фирме Айзенштейна установку радиооборудования на судах коммерческого флота. Это требование также было легко проигнорировано. Причем решение было очень элегантным и вполне в духе современного динамичного времени. Действительно, все новое – это хорошо забытое старое.

Коммерческое судоходство в России в основном было сосредоточено в акционерной компании «Русское общество пароходства и торговли»91 или (РОПиТ). Основной базой

91 Русское общество пароходства и торговли (РОПиТ) – российская судоходная компания. Основана в 1856 году для обеспечения торгового судоходства в Причерноморье. Суда компании также предназначались для применения в качестве судов вспомогательного флота в военное время. К 1910

67

компании являлась Одесса, где были сосредоточены мастерские по ремонту плавсредств. Но это раньше так скромно называлось, на самом деле это был достаточно крупный для своего времени судоремонтный завод. Вот при нем и была создано одно из первых в России предприятий радиотехнического профиля с целью оснащения судов общества радиосредствами.

После не очень удачных попыток использования существующих конструкций фирм «Телефункен», Г. Маркони и все того же РОБТиТ, руководитель мастерской И.Р. Виллис (к сожалению об этом талантливом инженере ничего не известно, скорее всего сгинул где-то в вихрях русской междоусобицы) предложил свое конструкторское решение, которое оказалось удачным. Правлением общества было принято решение об установки на своих судах радиоаппаратуры конструкции И.Р. Виллиса.

То есть откуда не возьмись, появился «русский умелец» правда с нерусской фамилией, но Россия страна многонациональная, заткнувший своей смекалкой «за пояс» лучших отечественных и иностранных ученых, включая и лауреатов Нобелевской премии. В данном случае не имеется в виду Г. Маркони, который в общем-то никогда и не был ученым, как сам и признался в своей нобелевской лекции, но он также и не был инженером, а его «соавтор», разделивший успех в получении престижной награды, был К.Ф. Браун. Уж это-то был ученый, действительно с большой буквы, имел мировое признание и, к тому же, напомним, был он основателем радиотехнической корпорации «Телефункен» и еще одной, имя которой сейчас уже никому и ничего не говорит.

Так гласит официальная версия. Неофициально, мы можем предполагать что угодно, документально подтвердить это вряд ли удастся. Но надо только помнить, что даже случайность посещает только подготовленные умы. То есть в данном случае рассчитывать на то, что случайно, кто-то совсем неизвестный, изобрел радиопередающую систему лучше, чем уже существующие, вряд ли возможно. А вот предположить, что этот «удачливый изобретатель» являлся «ширмой» для какой-то, не будем уточнять, крупной компании, стремящейся обойти некоторые запреты, заключенных компанией договоров, вполне можем. А что, очень даже здравая идея, объясняющая все последующие события.

Естественно, как только факт установки радиоаппаратуры на судах РОПиТ стал известен, тут же последовал «наезд» со стороны конкурентов: Маркони, «Телефункен», РОБТиТ и остальные по списку.

Историки, изучая этот патентный скандал дружно отмечают очень «вялую» реакцию на этот факт со стороны предприятия Айзенштейна, создается впечатление в подспудной заинтересованности общества в проводимых работах, а различного рода письма, направлялись в адрес владельцев РОПиТ, исключительно в целях «отбывания номера» с целью демонстрации оправдательных действиях перед Маркони, являвшегося основным акционером. Надо сказать, что подобное поведение и Айзенштейна, и Маркони не свойственно им в подобной ситуации: обычно они действовали более энергично и напористо.

Так что, как мы видим, зависимость от иностранного капитала в том же РОБТиТ была чисто номинальной: есть соглашение, но оно не выполняется и никак не ущемляет национальные интересы страны. Следует предположить, что по мере развития акционерного общества С.М. Айзенштейна, эта зависимость все более и более ослабевала бы, особенно если бы российские власти приняли меры по законодательному закреплению протекционистской политики государства по отношению к отечественным предприятиям. Ведь собственно если посмотреть на сохранившуюся в архивах статистику деятельности РОБТиТ, то следует признать, что и объединение с фирмой Г. Маркони далеко не сразу

году РОПиТ стало крупнейшей пароходной компанией России. Флот общества включал 76 пароходов общим водоизмещением 200 тысяч тонн и более 140 подсобных плавсредств. Все суда РОПиТ оценивались в 24,5 млн. рублей. В 1913 году общий тоннаж флота общества составлял 20 % общего тоннажа торгово-пассажирского флота России. Пароходство было национализировано и прекратило своѐ существование после прихода к власти большевиков.

68

принесло эффект, сказывалась пресловутая инерционность экономических преобразований. Следует обратить внимание на размер прибыли общества после заключения договора: 1911 год – 73166,98 руб.; 1912 год – 140801,58 руб.; 1913 год – 140219,16 руб., то есть нельзя сказать, что включение Маркони в состав акционеров очень сильно отразилось на результатах деятельности, скорее всего это сказалась разумная политика директора предприятия.

Да, как уверяют некоторые историки, основная масса денег, выплаченных русским правительством за строительство радиостанций перешла на счета фирмы Маркони, но надо сказать, что все-таки не вся сумма, этого даже наши историки не осмелились утверждать, а только часть. Но даже с той суммы, которая «ушла» в Лондон были уплачены налоги в российскую казну… С другой стороны, часть средств осталась в стране, в распоряжении РОБТиТ и использовалась им на свое развитие, на создание дополнительных рабочих мест. Но следует признать, что деньги-то, ведь то же, по большому счету, бумага, правда немногим лучше, чем акции, но все же… Деньги еще напечатают, а вот радиостанции как стояли, так и стоять будут. Если же конечно большевики не взорвут или не перевезут куданибудь. А интересы государства требовали создания сети радиостанций большой мощности и для связи с другими странами, и для связи с другими, в основном отдаленными, регионами страны.

Надо сказать, что в отличии от «красных полководцев», русское командование прекрасно понимало значение связи уже в тогдашней войне, то есть за четверть века до начала уже Второй мировой войны. Поэтому программы развития средств радиосвязи на государственном уровне были постоянно в орбите интересов русского командования. С 1910 года приступили к реализации плана создания сети радиостанций стратегического назначения. Планом предусматривалось создание средств способных обеспечивать связь по всем стратегическим направлениям на западной границе, а также с черноморским и балтийским театрами будущих военных действий, с ориентацией возможного будущего расположения Ставки Верховного командования в Бобруйске. Кроме того, предполагалась организация связи со среднеазиатскими регионами типа Ашхабада, Кушки, а также с восточными областями Сибири и Дальним Востоком. Планом предусматривалось создание единой стратегической системы связи, объединяющей европейскую и азиатскую части страны в единое целое. Для этой цели на Дальнем Востоке уже была создана сеть мощных радиостанций в Хабаровске, Харбине (тогда находился под российским протекторатом), Николаевске-на-Амуре, Владивостоке, Петропавловске-на-Камчатке.

Кстати, именно радиостанция Владивостока в сентябре 1913 года известила русское правительство об успехе экспедиции Б.А. Вилькицкого (1885 – 1961 гг.)92. Участники экспедиции на ледокольных пароходах «Таймыр» и «Вайгач» обнаружили в Ледовитом океане ранее неизвестный архипелаг, названный ими Землей Николая II. Новость очень быстро облетела весь мир: еще бы, казалось, эпоха географических открытий на Земле уже миновала, а вот тем не менее… Произошло крупнейшее географическое открытие ХХ века. Но, данное первооткрывателями имя архипелагу, продержалось недолго: в 1926 году Президиум ЦИК СССР своим постановлением переименовал Землю Николая II в Северную Землю.

К сожалению, то что понимало высшее военное командование русских вооруженных сил в 1910 году, советское отказывалось понимать спустя тридцать лет в 1941 году. Вот

92 Вилькицкий Борис Андреевич – русский морской офицер, контр-адмирал, гидрограф, геодезист, исследователь Арктики, первооткрыватель Северной Земли. Закончил Морской кадетский корпус и Николаевскую морскую академию. Участник русско-японской войны и ПМВ. Совершил первое сквозное плавание по Северному морскому пути из Владивостока в Архангельск. Эмигрировал. С 1925 года в Англии на службе в частных судовладельческих компаниях. С 1926 по 1928 год работал гидрографом в Бельгийском Конго в качестве начальника бригады по гидрографическому изучению нижнего Конго. Жил в Брюсселе, работал бухгалтером и преподавателем русского языка.

69

цитата из воспоминаний генерала-армии И.В. Тюленева, на начало войны, занимавшего должность командующего Московским военным округом о разговоре с К.Е Ворошиловым (Ворошилов тогда был председателем Комитета обороны при правительстве СССР), который состоялся у него уже после! начала войны: «…В Кремле меня встретил комендант и тотчас проводил к Маршалу Советского Союза К. Е. Ворошилову. Климент Ефремович спросил:

–Где подготовлен командный пункт для Главного Командования?

–Такую задачу передо мной никто не ставил, – ответил я. – Штаб Московского военного округа и ПВО города командными пунктами обеспечены. Если будет необходимо, можно передать эти помещения Главному Командованию…». [3].

Немцы ломятся во все двери, а люди только сейчас озаботились созданием командного пункта для высшего руководства страны… А на всех углах кричали о готовности

квойне… Интересно, как ее представлял тот же Ворошилов…

Адальше пошло еще интереснее: понятно, что боевыми действиями необходимо управлять, а для этого необходима информация, а нет линий связи – нет и информации. И вот пришлось Генеральному штабу РККА, вооружившись телефонным справочником наркомата связи, обзванивать деревни, где был в сельском совете (местный орган власти, кстати на 1941 год не во всех сельских советах была телефонная связь) телефон и

взволнованно спрашивать: «Товарищ, в селе немцы есть?». «Высший пилотаж» управленческой мысли… Так что «сохой»93 (в данном случае речь идет о сети радиостанций, доставшихся в наследство Советской власти от «кровавого» царского режима), оставленной Николаем II большевикам, никто не сумел толково воспользоваться: велосипед предпочитали изобретать вновь…

Продолжая разговор о зависимости русской экономики от иностранного капитала, следует иметь ввиду, что в рамках каждого отдельного такого предприятия все определялось личностью основного инициатора создания предприятия и его директора: если он видел свое будущее только в России, именно с ней связывал судьбу своих детей, то он и поступал в интересах страны и никакой иностранный капитал ему не мог этого запретить или воспрепятствовать. Имея поддержку в лице государства, такой руководитель предприятия, даже полностью принадлежащего иностранному капиталу, никогда не будет действовать в разрез с национальными интересами. Яркий пример этому С.М. Айзенштейн.

Да, договором было предусмотрено запрещение строительства мощных радиостанций… Но реальная действительность и национальные интересы страны потребовали отступить от этого. Вот и отступили. Сначала открыли, выражаясь современным языком НИОКР, по этой теме, итогом стала мощная станция в 100 киловатт, но функционирующая пока (!) на территории предприятия и не носящая коммерческого характера. То есть пока (!) буква заключенного договора была соблюдена. Но соответствующий производственный опыт и инженеры, и рабочие получили. Поэтому, когда возникла потребность в таких радиостанциях, затруднений технического характера предприятие уже не встретило. А с Маркони, скорее всего, просто договорились, увеличив его долю в отчислениях за строительство радиостанций. Да, кстати, и РОБТиТ тоже получил неслабую долю: прибыль общества за 1914 год составила 1304379,87 рублей [2]. Наверное, здесь есть немалая доля и от построенных объектов.

Ну, а если на посту руководителя предприятия оказывался приверженец других взглядов на жизнь, видевший себя и свою семью исключительно за рубежом, а свою страну воспринимал, как вахтовую избушку на крайнем Севере: нарубил «капусты» и в теплые края, то и результаты понятны. Такой даже при отсутствии иностранного капитала все будет делать в разрез с национальными интересами. Не зря таких сейчас называют «агент влияния». Ведь вроде бы и не шпион или агент иностранной державы, но все его действия

93 В данном случае имеется в виду известное высказывание У. Черчилля: «Сталин принял страну с

сохой, а оставил с ядерной бомбой…» В обще-то, когда тебя нахваливает враг, а Уинни никак не отнесешь к друзьям России, надо быть предельно осторожным: значит ты делаешь что-то не так.

70