К тезису о различных понятиях статуса и статута, можно добавить, что законодатель в любом случае не может прописать четкие положения об иностранных лицах, так как эти вопросы должны в так или иначе решаться за счет применения иностранного права. В соответствии со ст. 1186 ГК РФ основаниями применения иностранного права в РФ являются:
международные договоры РФ
законы РФ
обычаи, признаваемые в России.
Обязанность российских судов руководствоваться нормами права иностранных государств предусмотрена также процессуальным законодательством (ст. 11 ГПК РФ, ст. 13 АПК РФ). Так, согласно п. 5 ст. 13 АПК РФ нормы иностранного права применяются в соответствии с международным договором РФ, федеральным законодательством, соглашением сторон.
Законодателем допускается использование иностранных норм ввиду принципа
наиболее эффективного и справедливого регулирования общественных отношений.
"Неэффективно регулировать правосубъектность иностранного юридического
лица отечественным правом, поскольку отечественное право может и не знать
соответствующей организационно - правовой формы".
Разгоревшиеся различных странах споры по выбору критериев определения "национальности" иностранного юридического лица в своих обсуждениях затрагивали тему правосубъектности иностранного юридического лица. Личный статут является решающим во всех вопросах, касающихся юридического лица как такового. Он устанавливает, как далеко простирается правоспособность юридического лица, например, какого рода имущество оно может приобретать, какого рода сделки оно может заключать и, наоборот, какие сделки для него - ultra vires. При осуществлении деятельности на территории другого государства возникают два вопроса: во-первых, о признании правосубъектности иностранного юридического лица и, во-вторых, о допуске его к хозяйственной деятельности на территории данного государства и об условиях такой деятельности. Правосубъектность иностранных юридических лиц обычно признается на основании двусторонних договоров.
Первая попытка унификации норм о признании правосубъектности иностранных юридических лиц была предпринята в Конвенции о признании правосубъектности иностранных обществ, ассоциаций и учреждений от 1 июня 1956 г., разработанной в рамках Гаагской конференции по международному частному праву. Согласно ст. 1 Конвенции, "правосубъектность" обществ, ассоциаций и учреждений, приобретенная ими в одном из договаривающихся государств, "гдe были выполнены формальности регистрации и опубликования и где находится их уставный орган", будет автоматически признаваться во всех других договаривающихся государствах.
Однако применение этого общего принципа ограничено в следующей статье Конвенции, которая предусматривает: правосубъектность общества, ассоциации или учреждения, образованного в соответствии со ст. 1 в одном из договаривающихся государств, может быть не признана в другом договаривающемся государстве, если законодательство последнего основывается на принципе реальной оседлости и если будет доказано, что данное образование имеет такую оседлость на территории этого государства. Под реальной оседлостью понимается то место, где общество "учредило свою центральную администрацию". Например, общество, инкорпорированное в Великобритании, может быть не признано в качестве юридического лица во Франции, если будет установлено, что фактически его центральная администрация находится во Франции.
Конвенция идет даже дальше и предоставляет возможность отказать в признании общества юридическим лицом и тогда, когда его "центральная администрация" находится на территории любого третьего государства, законодательство которого тоже основывается на принципе реальной оседлости. Так, общество, инкорпорированное в Великобритании, но имеющее свою центральную администрацию в Бельгии, может быть не признано во Франции, поскольку право Бельгии исходит из принципа реальной оседлости.
Смысл компромисса, достигнутого Конвенцией 1956 г., по существу, состоял в закреплении status quo, т.е. права каждого государства-участника продолжать следовать собственной системе определения национальности юридических лиц. Также из содержания Конвенции было ясно, что решения вопроса правосубъектности напрямую зависит от определения личного закона организации.
Правильность этого высказывания можно подтвердить на практике. В качестве примера автор Канашевский В.А. применяет значение правоспособности для признания действительности контракта, заключенного между иностранной и российской организацией. При этом российская организация должна знать корпоративные правила данной организации: кто вправе вести переговоры и подписывать контракт от имени иностранной организации. Обычно данные сведения содержатся в учредительных документах компании и в законодательстве соответствующего государства о юридических лицах.
Так, согласно учредительным документам, одной из фирм, контракты, заключаемые от имени фирмы, признаются действительными только в случае, когда они подписаны двумя ее коммерческими директорами совместно. Однако президент фирмы в нарушение положений учредительных документов единолично выдал доверенность от имени фирмы на заключение контракта. МКАС, рассматривающий дело о взыскании задолженности по контракту, отметил, что, даже если в учредительных документах фирмы установлены ограничения в полномочиях президента, при совершении сделок иностранное юридическое лицо не может на них ссылаться, поскольку они неизвестны праву России (дело №493/1993, решение от 17.04.94 ).
Или вот еще один реальный пример:
ФАС МО вынес Постановление, согласно которому отменялись все решения нижестоящих судов по делу о признании недействительности договора купли - продажи доли в уставном капитале российского ООО, так как нижестоящими судами не было установлено, какие нормы законодательства иностранного государства подлежат применению при решении вопроса о наличии ограничений полномочий единоличного исполнительного органа иностранного юридического лица на совершение сделок, а так же не было установлено, имеются ли доказательства осведомленности о таких ограничениях другой стороны в сделке.
Таким образом, можно сказать, что, когда речь идет об иностранном
юридическом лице, определение объема прав и обязанностей невозможно без
установления его принадлежности к какому- либо государству и, что непросто,
выбора коллизионной нормы. Такие понятия как личный статут,
"национальность" проходит лейтмотивом через всю исследуемую тему.
Глава II. Правовое положение иностранных юридических лиц в Российской Федерации
Иностранные юридические лица, так же как и российские юридические лица, являются участниками гражданских правоотношений, а наше законодательство до сих пор не дало четкого понятия иностранного юридического лица. Параллель можно провести с правовым положением физических лиц, этой теме посвящены отдельные федеральные законы, которые полностью раскрывают все понятия в двух аспектах: определены типы "неграждан" РФ - физических лиц в Федеральном законе от 25.07.2002 г. №117-ФЗ ( в ред. от 27.12.2009 г.) "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", а так же понятие принадлежности, если можно так назвать правовую связь, лица с каким - либо государством, в Федеральный закон от 31.05.2002 г. № 52- ФЗ (в ред. от 28.06.2009 г.) "О гражданстве Российской Федерации".
Для того, чтобы сформулировать четкое определение, необходимо проанализировать все данные научной литературой и выработанные практикой трактовки иностранных юридических лиц. Начать следует именно с изучения Федерального Закона от 09.04.1999 г. №160-ФЗ (в ред. от 29.04.2008 г.) "Об иностранных инвестициях в Российской Федерации".
Так, в статье 2 данного ФЗ в определении иностранного инвестора даются следующие определения и при этом раскрываются понятия иностранного юридического лица:
Иностранный инвестор
это иностранное юридическое лицо, гражданская правоспособность которого определяется в соответствии с законодательством государства, в котором оно учреждено, и которое вправе в соответствии с законодательством указанного государства осуществлять инвестиции на территории Российской Федерации;
это иностранная организация, не являющаяся юридическим лицом, гражданская правоспособность которой определяется в соответствии с законодательством государства, в котором она учреждена, и которая вправе в соответствии с законодательством указанного государства осуществлять инвестиции на территории Российской Федерации.
Так же это понятие используется другим смежным Федеральным Законом от 29.04.2008 г. №57-ФЗ "О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства" в п. 2 статьи 3: "Понятие "иностранный инвестор" используется в значении, указанном в статье 2 Федерального закона от 9 июля 1999 года № 160-ФЗ "Об иностранных инвестициях в Российской Федерации". В целях настоящего Федерального закона иностранными инвесторами признаются также находящиеся под контролем иностранных инвесторов организации, в том числе созданные на территории Российской Федерации".
Хотя первоначальная формулировка была дана во Временном положении о порядке аккредитации филиалов иностранных юридических лиц, создаваемых на территории Российской Федерации (утв. Минюстом России 31.12.1999 г.). В соответствии с этим временным положением иностранное юридическое лицо - организация, гражданская правоспособность которого определяется в соответствии с законодательством государства, в котором она учреждена и зарегистрирована.
В Федеральном законе от 08.12.2003 г. (в ред. от 02.02.2006 г.) "Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности" понятию "иностранное лицо" дается определение - физическое лицо, юридическое лицо или не являющаяся юридическим лицом по праву иностранного государства организация, которые не являются российскими лицами.
Федеральный закон от 18.07.1999 г. №183-ФЗ "Об экспортном контроле" (в ред. от 07.05.2009 г.) содержит следующее понятие иностранного лица - юридические лица и организации в иной организационно-правовой форме, гражданская правоспособность которых определяется по праву иностранного государства, в котором они учреждены.
Таким образом, мы имеем два понятия: иностранный инвестор и иностранное юридическое лицо. Соотношение этих понятий иллюстрирует рис. 2, где используются круги Эйлера.(см. приложения №1).
Подводя итог вышесказанному можно сказать, что гражданская правоспособность в любом случае определяется правом иностранного государства и признание лица юридическим так же происходит по праву иностранного государства. Встает только вопрос о применении иностранного права. Законодатель предпочитает использовать коллизионную норму, а нам известно, что предпосылкой для применения иностранного права является двусторонняя коллизионная норма. Однако зачем государства создают коллизионные нормы, которые зачастую ведут к применению иностранного права? Не лучше ли было бы подчинить все правоотношения с участием иностранного элемента собственному праву, то есть закону суда ( lex fori )?
Выше вопрос иностранного права уже поднимался ( в § 1.1 ) : применение иностранного права необходимо для достижения справедливого результата при рассмотрении дела с иностранным элементом, а также продиктовано принципом разумности в регулировании соответствующих отношений.
Допущение действия иностранного частного права на территории государства есть объективная необходимость. Государства заинтересованы в развитии международной торговли, туризма, культурного сотрудничества, следовательно, они должны признавать за иностранцами определенные субъективные права, возникшие у них в рамках определенной правовой системы. Признание таких субъективных прав есть один из примеров допущения действия на своей территории иностранного права.
Интересной позиции по поводу применения иностранного права придерживается В. Венглер, по мнению которого "современное международное право исходит из того, если бы государство претендовало на применение своих собственных законов ко всякому общественному отношению, независимо от того, связано ли такое отношение с территорией данного государства или нет, это бы очевидно рассматривалось как нарушение международного публичного права".
Рассмотрим правовые режимы осуществления деятельности иностранных организаций на территории Российской Федерации.
Согласно ст. 2 ГК РФ иностранные юридические лица уравниваются в отношении их прав и обязанностей с российскими юридическими лицами. Правила, установленные гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Иностранные юридические лица могут осуществлять на территории России следующую хозяйственную деятельность при условии соблюдения ими правил ведения такой деятельности, установленных внутренним российским законодательством: - заключать внешнеэкономические сделки без каких-либо специальных разрешений (имеются в виду сделки купли-продажи товаров, бартерные сделки, лизинговые операции, строительный подряд и др.). При этом не требуется, чтобы иностранное юридическое лицо было зарегистрировано в реестре юридических лиц, состояло на учете в налоговых органах, если оно не осуществляет свою деятельность в России через постоянное представительство; - арендовать земельные участки, здания и помещения для офисов, осуществлять производственную деятельность, а также приобретать право собственности на недвижимое имущество (с учетом установленных ограничений); - совершать связанные со сделками расчеты, кредитно-финансовые, транспортные и иные операции; - быть учредителями и участниками создаваемых в России обществ и товариществ; - создавать полностью принадлежащие им предприятия, хозяйственные общества и товарищества или же совместно с российскими лицами в организационно-правовых формах, предусмотренных российским законодательством (в частности, в форме акционерных обществ и обществ с ограниченной ответственностью); - заключать инвестиционные соглашения, концессионные соглашения, соглашения о разделе продукции и в иных формах участвовать в разработке недр и природных ресурсов (Федеральные законы: от 21.02 1992 г. № 2395-1 (в ред. от 27.12.2009 г.) "О недрах"; от 30.11.1995 г. №187-ФЗ (в ред. от 27.12.2009 г.) "О континентальном шельфе Российской Федерации"; от 30.12.1995 г. №225-ФЗ (в ред. от 30.12.2008 г.) "О соглашениях о разделе продукции"); - принимать участие в приватизации государственных и муниципальных предприятий; - регистрировать товарные знаки и наименования мест происхождения ( на началах взаимности); - быть учредителями и участниками некоммерческих и благотворительных организаций
создавать свои филиалы и представительства на территории Российской Федерации.
Говоря о правовом режиме, следует ясно определить, существуют ли различия между правовым режимом иностранных юридических лиц и правовым режимом иностранных инвесторов. Учитывая, что создание иностранными организациями в Российской Федерации своих филиалов и представительств и внесение имущества в основные фонды таких структур, рассматривается как один из способов осуществления иностранных инвестиций, целесообразно так же рассмотреть в рамках данного вопроса правовой режим иностранных инвесторов, тем более, что одно понятие вытекает из другого, ведь инвестор, это, прежде всего, юридическое лицо.
В силу сложившейся международной практики иностранным инвесторам может быть предоставлен один из следующих правовых режимов: национальный режим и режим наиболее благоприятствуемой нации.
При предоставлении национального режима иностранным инвестициям национальные и иностранные предприниматели выступают на рынке, за некоторыми исключениями, равноправными субъектами, что не ущемляет интересов иностранных инвесторов. Из этого следует, что "национальный режим" означает такой режим, при котором права иностранцев на территории принимающего государства определяются в основном местными (национальными) законами, а не законами страны происхождения капитала. При этом режим иностранных инвестиций не может быть менее благоприятным, чем режим, предоставляемый национальным юридическим лицам (национальному капиталу).