Но не только отсутствие как будто необходимых следов искажает типовой механизм следообразования. Не меньшее значение для этого имеет наличие следов, типовым механизмом совершения преступления вида, к которому относится расследуемое, не обусловливаемое.
Существование их с прагматических позиций можно объяснить несколькими причинами.
Во-первых, что они к совершению преступления отношения вообще не имеют (возникли до или после того) и потому, по большому счету, к механизму совершения преступления отношения не имеют, следами преступления не являются, а лишь на определенном этапе расследования воспринимаются следователем как таковые.
«Я знаю случаи, – писал еще Ганс Гросс, – в которых судебный следователь описывал с самой педантичной тщательностью положение трупа и приходил к остроумнейшим заключениям, как вдруг при дальнейшем расследовании оказывалось, что труп уже был перевернут и оставлен в этом положении посторонними любопытными лицами. В одном же деле на предварительном следствии большое значение при осмотре трупа придано было найденному на трупе пиджаку, но затем выяснилось, что пиджак был накинут на труп для того, чтобы избавить прохожих от страшного вида раздробленного черепа».[25]
Во-вторых, что эти «лишние» следы созданы умышленно преступником для введения в заблуждение лиц, которые будут расследовать это событие, с целью либо обоснования его некриминального характера, либо создания сведений о совершении преступления неким не имеющим отношения к преступлению лицом (в том числе легко по этим следам устанавливаемым).
В-третьих, то, что они возникли в результате действий преступника, необходимость совершения которых логикой реализации механизма преступления не вызывалась, либо их совершение было предопределено непредвиденным для преступника развитием криминальной ситуации, либо, наконец, обусловлены исключительно субъективными, проявившимися при совершении преступления свойствами и особенностями личности преступника.
И только на этом этапе, на этой основе – после осознания следователем типового механизма следообразования в результате совершения преступления определенного вида и обозначенных выше «отступлений» от него – для следователя «включается» личность конкретного преступника, модифицировавшего типовой механизм следообразования.
Иными словами, на этой основе начинается целеустремленная последовательная реконструкция механизма совершения преступления (напомним, что на предыдущем этапе реконструировалось само событие, которое с высокой степенью вероятности является преступным), и возникают возможности установления лица, его учинившего.
Следующий постулат прагматических основ криминалистической методики таков: возможности «переработки» механизма следообразования, последовательность следственных действий и других мероприятий а, зачастую и сама сущность выяснения при этом необходимых обстоятельств во многом предопределяются сложившейся следственной ситуацией (в методическом значении этой категории).[26]
Сразу подчеркнем: механизм следообразования и следственные ситуации - это, образно говоря, «лестницы в соседних подъездах»; они не зависят друг от друга; если преступление определенного вида действительно было совершено, то, как сказано, типовые следы от него неукоснительно возникнут на типовых объектах. А вот возможности их переработки, их обнаружения, извлечения и исследования, как сказано, обусловливаются возникающей ситуацией на каждом этапе расследования.[27]
3 КЛАССИФИКАЦИЯ СЛЕДОВ В КРИМИНАЛИСТИКЕ
3.1 Следы человека
Рост уровня преступности в Российской Федерации диктует необходимость поиска и внедрения в практическую деятельность по раскрытию и расследованию преступлений новейших средств и методов экспертного исследования следов и вещественных доказательств. Одним из наиболее разработанных направлений экспертного исследования являются криминалистические исследования следов-отображений, на которые приходится более половины из проводимых экспертами органов внутренних дел судебных экспертиз. К следам в узком смысле слова относятся следы-отображения, а также следы-предметы и следы-вещества, отображающие следовую картину события, с целью раскрытия, расследования преступлений и установления обстоятельств, способствующих их совершению.
Судебно-трасологическая экспертиза – исследование следов, следообразующих и следовоспринимающих объектов (носителей) и других материалов дела, проводимое лицами, сведущими в трасологии, в установленном законом порядке для определения фактических данных, используемых в качестве доказательств.
Приказом МВД РФ от 10 февраля 2006 г. № 70 введена Инструкция по организации формирования, ведения и использования экспертно-криминалистических учетов органов внутренних дел РФ[28]. В ней, в частности, указывается, что ведение экспертно-криминалистических учетов может быть автоматизировано с использованием технических средств и автоматизированных информационных систем, прошедших апробацию и рекомендованных к использованию ЭКЦ МВД России.
Источником информации, необходимой для решения экспертных задач трасологической экспертизы, являются следы человека, орудий, механизмов, транспортных средств, животных, вещная обстановка места происшествия в натуре или зафиксированная на фотоснимках и в протоколах осмотра. Разносторонность исследований объясняется многочисленными и разнообразными объектами, очертить круг которых практически невозможно. Неслучайно они классифицируются по объектному основанию на четыре большие группы (виды), в каждой из них на подгруппы (подвиды).[29]
Отпечатки пальцев рук с давних пор используются для отождествления личности. Дактилоскопия – раздел трасологии, посвященный изучению свойств и строения узоров на коже пальцев рук человека с целью использования их следов для идентификации личности. Пальмоскопия изучает с той же целью рельеф кожи ладоней, а плантоскопия – рельеф кожи стоп человека.
Кожа человека имеет сложное строение. Тонкий поверхностный слой называют эпидермисом, а расположенный под ним основной слой кожи – дермой. Дерма также состоит из двух слоев: верхнего – сосочкового и нижнего – сетчатого. Эпидермис отображает рельеф сосочкового слоя дермы, благодаря чему на пальцах, ладонях рук и ступнях ног можно наблюдать так называемые папиллярные линии – П-образные возвышения шириной до 0,7 мм, высотой до 0,4 мм, разделенные бороздками – углублениями шириной до 0,3 мм. Рисунок, образуемый этими линиями, именуется папиллярным узором. Кроме папиллярных линий элементами рельефа кожного покрова кистей рук и ступней ног являются флексорные (сгибательные) линии, белые линии (морщины и складки, возникающие вследствие потери кожей эластичности), тонкие линии (выступы на дне бороздок) и поры (воронкообразные отверстия для выделения пота).[30]
С точки зрения криминалистики важнейшими свойствами узоров на коже кистей рук и ступней ног человека являются их индивидуальность, устойчивость и восстанавливаемость.[31]
Диагностическое направление в дактилоскопии становится все более актуальным, практически востребованным и вместе с тем, обоснованным результатами целого ряда фундаментальных научно-исследовательских работ[32], обзор которых свидетельствует о развитии диагностической дактилоскопии преимущественно по интегративному пути – пути, основанному на объединении криминалистического и биологического направлений в изучении кожного рисунка. Указанное обстоятельство наиболее ярко проявляется в изучении возможности решения такой экспертной задачи, как установление принадлежности следов нескольких пальцев рук одному (на момент исследования - неизвестному) человеку.[33]
На подготовительной стадии при ознакомлении с поступившими материалами эксперт (помимо того, что должен обратить внимание на состояние и упаковку объектов) с особой тщательностью отмечает местоположение следов пальцев рук, их ориентацию относительно объекта и взаимное расположение. При этом он изучает состояние самой следовоспринимающей поверхности (материал, рельеф, имеющиеся наложения) с точки зрения возможности полного, частичного, искаженного или неискаженного отображения и сохранения следов. Важное значение имеет установление расположения объекта на месте происшествия. Данные сведения, наряду со знанием закономерностей оставления следов рук на различных объектах, позволяют эксперту определять руку и палец, которыми были оставлены следы.[34]
Способ выявления и фиксации следов рук для решения задачи установления принадлежности их одному человеку принципиального значения не имеет. Для этого могут быть использованы физические, химические и комбинированные методы, которые не искажают абсолютные размерные показатели следа, что важно для определения в узорах размеров центральной части поля узора и таких относительных размерных показателей, как плотность папиллярных линий и высотно-широтное отношение – важных критериев для распознавания руки и пальца, которыми оставлены следы, диагностики пола и возраста неизвестных лиц.
На аналитической стадии исследования каждый из поступивших объектов (следов) изучается отдельно. При этом решается вопрос об индивидуальности следов (индивидуальна ли совокупность их общих и частных признаков, которая выявлена в каждом из них). Далее путем сравнительного исследования решается вопрос о том, не являются ли обнаруженные следы следами одного и того же пальца - одного и того же или близко расположенных (перекрываемых) его участков.
Анализируются общие макропризнаки папиллярного узора (тип, подтип, ориентация узора, толщина папиллярных линий, расстояние между ними, степень крутизны изгиба линий и др.), детали строения узора (их вид, количество, взаиморасположение, определяемое количеством папиллярных линий между ними), а также микропризнаки, характеризующие отдельно взятую деталь (по положению относительно папиллярной линии, форме, размерам, протяженности и др.). При этом следует учитывать, что в зависимости от условий следообразования ряд деталей и их некоторые микропризнаки могут искажаться. Крючки, например, могут преобразовываться в мостики (при сильном нажиме), а мостики - в крючки (при слабом нажиме). В этой связи оценке сходств и различий таких признаков должен предшествовать этап установления механизма образования исследуемых следов рук.[35]
Исследование эджеоскопических признаков и признаков пор для решения подзадачи о том, не являются ли обнаруженные следы следами одного и того же пальца, мы не рекомендуем, поскольку, с одной стороны, указанные признаки подвержены сильным искажениям и редко выявляются, с другой – их изучение крайне трудоемко, тогда как указанная задача может быть решена более простыми способами.
Традиционно считается, что эксперт может сделать вывод об оставлении нескольких следов пальцев рук пальцами рук одного человека, только если: установлено, что два и более следа пальцев рук оставлены в результате одновременного контакта двух и более пальцев человека с поверхностью следовоспринимающего объекта; в процессе сравнительного исследования установлены совпадения индивидуальных совокупностей деталей строения папиллярных узоров, отобразившихся в двух или более следах (такой вывод возможен при условии сопоставимости зон папиллярных узоров, отобразившихся в сравниваемых следах рук).[36]
Необходимо отметить, что если решение таких традиционных для дактилоскопии диагностических задач, как определение руки и пальца, которыми оставлены следы, пригодности следов для идентификации личности и т.п., хорошо известно криминалистам и соответствующие методики изложены практически во всех руководствах и учебниках по криминалистике и дактилоскопии, то решение задач по определению медико-биологических свойств личности хотя и заявляется в перечне диагностических задач, которые могут быть решены на основе дактилоскопии, все же лучше всего осуществляется на основе использования специальных познаний из области медицины в рамках судебно-медицинского дерматоглифического исследования либо, что более предпочтительно, в рамках комплексного (судебно-медицинского и криминалистического) исследования. К сожалению, судебно-медицинские подходы к оценке диагностической информативности пальцевых следов в криминалистической литературе отражены отрывочно и, в силу своей специфики, не адаптированы в должной мере для целей криминалистического исследования. Именно поэтому на сегодняшний день использование судебно-медицинских данных в дактилоскопии желательно с привлечением специалиста в области судебной медицины.
Использование специальных знаний в раскрытии и расследовании преступлений - перспективное направление развития криминалистики. Применение методов естественных и технических наук в криминалистике позволяет получать новые результаты. Это в полной мере относится к дерматоглифическим исследованиям кожных узоров.[37]
Криминалистическая дерматоглифика – это раздел трасологии, представляющий собой систему научных положений и разрабатываемых на их основе специальных средств и методов обнаружения, фиксации, изъятия, сохранения и исследования дерматоглифических узоров, изображений в целях раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.
Как раздел трасологии криминалистическая дерматоглифика имеет свои предмет, объекты, методы, систему, формы, язык и задачи.[38]
Результаты анализа имеющихся научных достижений, исследование криминалистического значения основных категорий дерматоглифики, современное состояние дерматоглифических исследований позволяют говорить о становлении теории криминалистической дерматоглифики, а также раскрыть ее понятие и предмет.
Закономерности поисково-познавательной деятельности по изучению дерматоглифических узоров и изображений – это закономерности собирания (обнаружения, фиксации и изъятия), исследования, оценки полученной информации (в первую очередь заключений экспертов), а также использования доказательственной информации о дерматоглифических признаках, указывающих на свойства личности.[39]
Названные закономерности образуют предмет теории криминалистической дерматоглифики. Специфика криминалистического подхода к изучению дерматоглифических признаков заключается в изучении именно тех закономерностей, которые существенны для процесса раскрытия и расследования преступлений.
Исследуемая теория представляет собой результаты интеграции знаний из различных областей человеческой деятельности, развития смежных областей знаний - расоведения, антропологии, генетики, медицины, педагогики, спорта, криминалистики, судебных психологии и психиатрии. Названные процессы интеграции закономерно детерминируют возникновение новой частной криминалистической теории.[40]
Криминалистически значимая информация может быть получена не только при изучении следов рук и босых ног, отображающих папиллярные узоры, но и при исследовании следов рук в перчатках, а также следов ног в чулочно-носочных изделиях или в обуви. Необходимо помнить, что при возникновении данных следов в качестве следообразующего объекта выступают соответственно перчатки, чулки, носки или обувь. Именно эти объекты могут быть идентифицированы по их следам в ходе трасологического исследования, но отнюдь не их владелец. Носитель обуви при определенных условиях может быть идентифицирован по следам, имеющимся на деталях обуви, контактирующим со стопой, но не по следам, оставленным подошвой обуви.