К эволюции теории и статистической методологии измерения национального богатства
Плышевский Б.П.
История развития экономической науки показывает, что разработка теоретических проблем национального богатства постепенно все шире дополнялась обоснованиями методов оценки этой политикоэкономической категории. К исследованиям, начатым в разное время отдельными учеными и специалистами стран запада, подключались статистики, в том числе органы официальной статистики все большего числа государств. Роль статистики при этом не сводилась к проведению количественных оценок отдельных элементов национального богатства и общих его размеров. С уточнением методов расчетов и состава необходимой для их проведения информации происходил серьезный пересмотр исходных теоретических представлений о национальном богатстве, месте этой категории в системе базовых понятий политической экономии. Указанное взаимодействие продолжается и в настоящее время.
Две концепции национального богатства: классическое и неоклассическое направления.
Формирование современных представлений о национальном богатстве связано с работами А. Смита, в первую очередь с главным его трудом «Исследование природы и причин происхождения богатства народов» (1776 г.). С этого времени понятие национального богатства прочно вошло в состав основных категорий политической экономии и приобрело статут, равнопорядковый с категориями национального продукта и национального дохода. Однако в статистике показатели национального богатства как у нас в стране, так и за рубежом на сегодняшний день «освоены» намного слабее, чем показатели национального продукта и дохода. Последние исчисляются государственными статистическими органами крупных экономически развитых стран с конца 19 - первой половины 20 столетий (этому предшествовали эксприментальные их оценки отдельными исследователями). С расчетами национального богатства обстоит гораздо сложнее, поскольку они остаются в целом менее регулярными и часто все еще являются ориентировочными.
Остановимся в связи со сказанным на истории проблемы. Книга А. Смита подвела своего рода итог предшествующим обсуждениям проблем национального богатства, начатым меркантилистами и физиократами. Первые видели источник богатства во внешней торговле, притоке в страны золота и драгоценностей; вторые - главным образом в развитии сельского хозяйства. К.Маркс показал, что взгляды меркантилистов и физиократов, равно и взгляды самого А. Смита, отражали разные ступени развития капитализма, процесс превращения денежного и торгового капитала в промышленный. Здесь можно провести известную аналогию с современными дискуссиями о национальном богатстве, когда появились многие новые трактовки, отражающие особенности его формирования в условиях изменения структуры национальных экономик, глобализации мировой экономики и громадного роста финансового капитала.
Новым у А.Смита было то, что он показал в качестве главного источника богатства наций труд независимо от того, в какой сфере (отрасли) он прилагается, и повышение его производительности. Это проиллюстрировано на примере мануфактуры - кооперации, основанной на разделении ручного труда. Со времени промышленного переворота, положившего начало применению в производстве машинной техники и возникновению крупной индустрии, решающим источником роста богатства наций стала промышленная деятельность. Этот вывод А. Смита считается ныне аксиоматическим и разделяется практически всеми направлениями экономической теории (некоторые дополнения к нему, связанные с формированием постиндустриального общества и возникновением «новой» экономики, будут рассмотрены ниже).
Особенность смитовской концепции национального богатства заключается далее в том, что он связывал его образование с понятием производительного труда как труда, создающего материальные ценности (товары). Богатством является то, что может быть накоплено и существовать как запас (производительный капитал, имущество государства и населения). Услуги такой способностью не обладают (потребляются в момент их предоставления); создающий их труд полезен и необходим обществу, но национального дохода и богатства, как накапливаемой части дохода, не производит. Денежный капитал согласно А. Смиту является формой кругооборота промышленного (производительного) капитала.
Важной составной частью теории А. Смита является также положение о свободе частного предпринимательства и конкуренции («невидимой руке» рынка) как лучшем механизме увеличения национального богатства.
Позднейшее формирование статистики национального богатства шло в основном в русле идей, выдвинутых А. Смитом. Практически во всех странах первые оценки национального богатства относились к материальным элементам основного и оборотного капитала (запасам готовой продукции, сырья и материалов), несколько позже они распространились на имущество населения. Главное внимание при этом уделялось измерению объема, структуры и динамики основного капитала по отраслям и экономике в целом.
В СССР расчеты основного капитала были начаты ЦСУ в середине двадцатых годов и с первой пятилетки проводились ежегодно на основе разработки баланса основных фондов. Схема этого баланса предусматривала показатели наличия основных фондов на начало года, их ввода, выбытия и наличия на конец года. Показатели объема и структуры основных фондов определялись по их балансовой стоимости в текущих (или смешанных) ценах, а динамики - с учетом их переоценки в сопоставимые цены. Периодически (через 10-15 лет) проводилась общая переоценка основных фондов всех предприятий и организаций, которая показывала их восстановительную стоимость на дату переоценки.
Статистика основного капитала в странах запада сложилась позже, в послевоенный период (пятидесятые и шестидесятые годы) и базировалась на применении метода непрерывной инвентаризации - суммирования годовых инвестиций в основной капитал и вычета из полученного объема износа (амортизации), исчисленного исходя из предполагаемых сроков службы отдельных элементов этого капитала. Метод непрерывной инвентаризации был предложен и применен Р. Голдсмитом и Д. Крамером (США).
Концепция национального богатства в марксистской политической экономии связана с выходом в свет первого тома «Капитала» (1867 г). Она развита К.Марксом на базе положений А. Смита и дополнена двумя главными моментами - теорией прибавочной стоимости и характеристикой особенностей создания и распределения богатства в буржуазном обществе.
В условиях товарного производства при капитализме прибавочный продукт представляет стоимость неоплаченного труда наемных работников (заработная плата как цена рабочей силы теоретически соответствует стоимости необходимого продукта, покрывающего стоимость ее воспроизводства как товара). Капитализация (накопление) прибавочной стоимости выступает как процесс увеличения национального богатства. Богатство буржуазного общества отражает его классовый характер и является в этом смысле некоей абстракцией, аналогичной понятию национального дохода как суммы доходов классов, экономические интересы которых не совпадают и в ряде отношений антагонистичны. Марксистская теория особое внимание уделяет характеристике социальной стороны создания и распределения национального богатства.
Марксистская теория пересмотрела также взгляды А. Смита на свободный рынок и конкуренцию как наилучшие механизмы увеличения богатства народов. Марксова теория дала развернутую характеристику противоречий капитализма, показала неизбежность при капитализме периодических кризисов перепроизводства, которые определяют циклический характер воспроизводства национального богатства.
Следует отметить, что теория национального богатства, развиваемая различными направлениями политической экономии, как правило, является более широкой и обстоятельной, чем статистическая методология и практика в этой области. Статистика обычно исходит из той или иной теории, воспринимая те ее положения, которые необходимы для проведения расчетов.
Таким образом, в последней трети 19 столетия на базе двух главных направлений экономической теории - буржуазного, представленного либеральными последователями А. Смита, и марксистского, сложись две основные концепции национального богатства. Первая связывала его рост с накоплением капитала, вторая - с материальной подготовкой социалистического преобразования общества. Составной частью программы таких преобразований было увеличение национального богатства в интересах всего общества и справедливое его распределение. Каждая из этих концепций оказала затем заметное влияние на развитие статистики как науки и организацию в разных странах государственной статистики.
Исторически сложилось так, что ряд идей марксистской теории по времени был реализован советской статистикой раньше, чем это произошло с наследием А. Смита на западе. Выше говорилось о работах ЦСУ СССР по оценке основных фондов как составной части баланса народного хозяйства, выполненных в середине двадцатых годов прошлого столетия. Баланс народного хозяйства как система макроэкономической статистики сложился раньше, чем соответствующая система в странах запада (система национальных счетов сформировалась в середине двадцатого века), и применялся как инструмент народнохозяйственного планирования на протяжении всего советского периода. Схема и методология баланса народного хозяйства были освоены также после второй мировой войны государственной статистикой других социалистических стран.
Показатели национального богатства появились в советской статистике позже - в восьмидесятые годы, тогда же были проведены их расчеты за предшествующий период (семидесятые годы). В их состав были включены данные об основных фондах, материальных элементах оборотных фондов и домашнем имуществе населения. Запасы этого имущества исчислялись по товарам длительного пользования методом непрерывной инвентаризации (приобретение за год за вычетом износа запасов прошлых лет) в ценах соответствующих лет.
В 1992 г. в связи с распадом Советского Союза и развертыванием рыночных реформ российская статистика перешла на методологию национального счетоводства, в которой принято иное понимание национального богатства. Однако показатели национального богатства до сих пор определяются Росстатом по методологии советского периода. Методология СНС реализована только в части оценок ВВП и национального дохода; в отношении оценок национального богатства она оказалась нереалистичной из-за спорного теоретического обоснования экономического содержания этого показателя и отсутствия надежной информационной базы расчетов. Об этом свидетельствует помимо российской практики опыт разработки СНС в других странах. Показатели национального богатства в статистических изданиях ООН и других международных организаций по-прежнему отсутствуют.
Национальное богатство в СНС понимается как чистая стоимость национального капитала, которая определяется как рыночная стоимость активов (нефинансовых и финансовых) за вычетом стоимости финансовых обязательств. В основе оценки лежит в конечном итоге принцип определения размеров его финансового выражения.
Почти шесть десятилетий, которые прошли со времени существования СНС как согласованной теории и международной статистической методологии, вполне достаточны для проверки ее положений практикой статистических измерений и экономического анализа. Можно утверждать, что методология СНС относительно более успешно прошла такую проверку в отношении категорий национального продукта и дохода (хотя и здесь осталось немало «белых пятен» в теоретическом обосновании этой категории) и не выдержала ее применительно к национальному богатству. Есть все основания вернуться поэтому к рассмотрению исходных положений теории А.Смита и К. Маркса и оценить их с точки зрения приложимости к современному состоянию экономики и возможного дальнейшего их развития..
И классическая теория и неоклассический экономикс признают объективную взаимосвязь категорий национального богатства, продукта и дохода. Вместе с тем в них отражено разное понимание отличий процесса воспроизводства этих категорий, что связано прежде всего с определением производительного труда и порядком отнесения к нему товаров и услуг. В концепции СНС такое понимание отсутствует.
Показатели национального продукта и дохода в СНС предназначены для характеристики масштабов и результатов экономической деятельности, объема и структуры операций на рынках отдельных стран. Это дает основания для отражения в ВВП как производства товаров, так и выпуска услуг. При измерении национального богатства указанный подход себя не оправдывает, поскольку реальное богатство, как стоимость накопленного продукта ряда лет, услуги не включает (они не могут накапливаться по определению). Попытки их включения неизбежно придают этому элементу признаки условности, что со своей стороны лишает показатель национального богатства экономической четкости и однозначности трактовки. В самом деле: увеличивают ли богатство стран расходы их правительств на оборону и гонку вооружений? Являясь, конечно, частью реальных экономических операций, созидательны ли они с точки зрения роста действительного богатства общества, не снижают ли они, напротив, его объем? Тот же вопрос возникает и в отношении расходов государства на поддержание общественного порядка и содержание аппарата принуждения (полиция, внутренние войска, содержание тюрем и т.д.). Обратимся к ситуации России: как повлияло на богатство страны рост почти в 2 раза по отношению к 1990 г. численности служащих в сфере государственного управления? Как оценивать с тех же позиций увеличение до 5 млн. человек численности работающих в частных охранных предприятиях, которые затрачивают труд, охраняя имущество, собственность и жизнь частных лиц? Поскольку услуги занятого в подобных структурах персонала относятся к рыночным операциям, их нельзя не учитывать в составе доходов населения и расходов домашних хозяйств на конечное потребление. Но дает ли это основание считать труд частных охранников создающим национальное богатство? По нашему мнению, оплату труда указанного персонала следует относить к операциям перераспределения национального дохода, а не к прибавке реального богатства общества.