Влияние институциональной среды на стратегии компаний изучается с точки зрения не только статического воздействия тех или иных характеристик рынка на деятельность фирм, но и институциональной трансформации, которая определяет изменения их идентичности и стратегий. Такая трансформация приводит к изменению организационных характеристик, логики развития институтов и стратегических приоритетов госкомпаний [Li, Cui, Lu, 2014]. Она актуальна в первую очередь для растущих рынков, где происходят институциональные преобразования, в результате которых постепенно снижается степень государственного контроля над экономикой и госкомпаниями в частности. Результатом такой трансформации становится институциональное разнообразие госкомпаний с присущими им организационными особенностями, степенью автономности менеджеров и рыночной ориентацией [Li, Cui, Lu, 2014].
Институциональный подход оказался плодотворным при рассмотрении вопроса легитимации госкомпаний на иностранном рынке, в частности способов, с помощью которых они могут достичь легитимности, необходимой для того, чтобы функционировать в обществе, достигать успеха и с легкостью приобретать ресурсы [Vergne, 2011]. Внешняя среда оказывает когнитивное, нормативное и регулятивное давление на фирмы, которые вынуждены отвечать на него, имитируя практики тех компаний, которые уже признаны легитимными [Di Maggio, Powell, 1991]. Компании, приспосабливающиеся к принятым во внешней среде социальным нормам и установкам, достигают легитимности в определенном организационном поле [Meyer, Peng, 2016].
Институциональное давление на компании, выходящие за рамки национальных операций, трактуется учеными различным образом. По мнению авторов работы [Kostova, Zaheer, 1999], интернационализирующаяся компания сталкивается с двумя видами давления: со стороны головного офиса и иностранного институционального контекста -- и они могут конфликтовать друг с другом. В [Cui, Jiang, 2012] выделяются три источника институционального давления, которому подвергаются интернационализирующиеся компании. Во-первых, регулятивное давление институтов внутреннего рынка, которое воздействует на зарубежные стратегии фирм. Причем оно в разной форме присуще как растущим рынкам (контроль за капиталом), так и развитым экономикам (барьеры для выхода на иностранный рынок в определенных стратегических отраслях). Во-вторых, внешнее давление, которое может выражаться в регулятивных практиках зарубежного рынка. В-третьих, нормативное давление индустрии и других стейкхолдеров зарубежного рынка.
Авторы работы [Estrin et al., 2016] в результате эмпирического исследования глобальной выборки интернационализирующихся компаний выяснили, что чем выше степень институционального контроля за фирмами на внутреннем рынке, тем выше вероятность того, что стратегии государственных и частных компаний будут схожи и направлены на достижение большего уровня глобализации. В случае более слабого институционального контроля стратегии госкомпаний, вероятнее всего, будут определяться личными мотивами владельцев фирм и интернационализация станет менее приоритетным стратегическим решением.
Компании из стран с растущими экономиками стремятся к легитимации своей деятельности на зарубежных рынках, поскольку национальная институциональная среда со значительной долей государственного влияния, высокой неопределенностью рынка и постепенной институциональной трансформацией оказывает сдерживающее влияние на их международные стратегии [Peng, 2003; Deng, 2009]. Институты особенно сильно воздействуют на стратегии фирм из стран с растущей экономикой именно потому, что государственное влияние в них более осязаемо, чем на развитых рынках [Hoskisson et al., 2000]. Легитимность особенно важна для интернационализирующихся государственных компаний, которые в силу дуального статуса экономических и политических акторов, а также из-за присущего многим из них «багажа» социалистического наследия могут испытывать недостаток легитимности в своих международных операциях [Meyer et al., 2014]. К этим компаниям и их международным стратегиям приковано особое внимание как к получателям государственной поддержки в различных формах: привилегированный доступ к ресурсам и информации, поддержка в коммерческой дипломатии, субсидии и налоговые послабления, гранты, регулятивные преференции, определенные преимущества в системе государственных закупок [Cuervo-Cazurra, 2018]. В результате каждая такая фирма рассматривается как инструмент государственной политики правительства страны, как своего рода «троянский конь» международного бизнеса [He, Eden, Hitt, 2016]. Таким образом, госкомпании могут оказаться нелегитимны в зарубежном институциональном контексте и будут вынуждены легитимировать свою деятельность на международных рынках [Cuervo-Cazurra et al., 2014].
Легитимация международной деятельности госкомпаний может происходить уже на этапе выбора формы зарубежной работы. Так, они могут следовать логике постепенной интернационализации и легитимации и, прежде чем выходить на рынки отдаленных стран, осваивать культурно и территориально более близкие рынки [Johanson, Vahlne, 1977; 2009]. Также легитимация может обеспечиваться выбором институционально или политически близких иностранных контекстов, в связи с чем повышается шанс на «принятие» госкомпании на международном рынке [Cuervo-Cazurra et al., 2014]. Выбор формы международной деятельности с позиций легитимности часто выражается в том, что госкомпании вступают в альянсы с местными фирмами и таким образом реализуют изоморфические практики.
Вместе с тем госкомпаниям критически важно сохранять легитимность и на внутреннем рынке, поскольку от этого зависит, будут ли они пользоваться ресурсными и административными преимуществами, которые предоставляет государственная собственность [Li, Cui, Lu, 2014]. Легитимация на внутреннем рынке реализуется также за счет того, что госкомпании поощряются в своих зарубежных операциях в целях повышения конкурентоспособности государства на международной арене [Li, Cui, Lu, 2014].
По мнению авторов работы [Meyer et al., 2014], институциональное давление на госкомпании, вызванное недостатком их легитимности, более ощутимо в технологически развитых экономиках, а также в странах, где превалирует верховенство закона (особенно это касается защиты миноритарных акционеров). В таких странах госкомпании встречают сопротивление местных стейкхолдеров, испытывающих недоверие к стратегиям госкомпаний из-за возможных утечек технологий за границу, а также из-за несоответствия природы государственных компаний принципам рыночной экономики. В результате госкомпании вынуждены приспосабливаться к институционному давлению и завоевывать легитимность, определенным образом выбирая форму международной деятельности и степень контроля своего иностранного подразделения.
Институциональная теория также рассматривает, каким образом непрямая госсобственность в компании может быть использована как инструмент заполнения институциональных пустот, которые увеличивают затраты на ведение бизнеса. В этом случае вмешательство государства в стратегии компаний считается менее вероятным, чем в условиях прямой собственности [Inoue, Lazzarini, Musac- chio, 2013].
Теория трансакционных издержек. В исследовании интернационализирующихся госкомпаний в рамках теории транcакционных издержек изучается, каким образом государственная собственность в компании влияет на ее трансакционные издержки. Авторы работы [Peng et al., 2016] подчеркивают, что государственные компании, равно как и частные, стремятся минимизировать свои трансакционные издержки. Однако такое утверждение возможно с рядом оговорок. Среди них -- вопрос несостоятельности рынка. Одна из причин возникновения государственных компаний -- необходимость борьбы с несостоятельностью рынка в определенных аспектах [Levy, 1987]. Как отмечается в [Peng et al., 2016], госкомпании способны снижать трансакционные издержки именно в странах, где несостоятельность рынка особенно выражена.
Государственное владение компанией, согласно [Kaldor, 1980], приводит к большей склонности к риску в международных операциях, поскольку, обладая огромными ресурсами, а также возможностями регулятивного воздействия в вопросе контрактов, компании могут позволить себе этот риск. Таким образом, фирмы с различным объемом ресурсов по-разному оценивают риск международных операций.
Используя положения теории трансакционных издержек, институциональной теории и политической экономии, авторы работы [Pan et al., 2014] выяснили, что определенные инвестиции у фирм со значительной долей государственной собственности сопряжены с более низкими трансакционными издержками, чем у частных компаний или фирм с меньшей долей государственного владения. Также было показано, что в случае высокой степени государственного участия в компании и крепости ее политических связей отличие институциональной среды иностранного рынка меньше влияет на долю собственности в международном подразделении. Следовательно, если институциональная среда внутреннего и зарубежного рынка отличаются, то приобретаемая доля собственности в международном подразделении будет ниже, чем в ситуации их схожести, однако эта взаимосвязь модерируется долей государственной собственности в приобретающей компании и степенью развитости политических связей [Pan et al., 2014].
С помощью инструментария теории трансакционных издержек также изучается, каким образом госкомпании могут достичь большего успеха своих международных стратегий, снизив трансакционные издержки, которые могут возникать из-за специфической непрозрачности, присущей национальным и зарубежным операциям госкомпаний. «Бремя непрозрачности» (liability of opaqueness) [Li, Li, Wang, 2019] приводит к снижению легитимности госкомпаний из-за их дуального статуса и агентской проблемы. Решением, по мнению ученых, может стать большая открытость госкомпаний, совершающих международные сделки путем внесения их в список фондовых бирж, или приглашение признанных аудиторов.
Теория агентских отношений. В теории агентских отношений рассматривается взаимодействие двух сторон, одна из которых является принципалом, а другая в качестве агента выполняет какие-либо действия от лица принципала. Этот подход предполагает, что принципалы создают для агентов стимулы действовать в их интересах, а не в своих собственных, а также обеспечивают механизмы контроля за агентами [Dharwadkar, George, Brandes, 2000]. Инструментарий агентской теории часто используется исследователями для изучения стратегий госкомпаний, поскольку конфликт принципал -- агент особенно остро проявляется в госком- паниях в силу их специфической дуальной повестки, предполагающей наличие не только экономических, но и политических целей, а также вследствие того, что механизмы мониторинга деятельности менеджеров, стремящихся к максимальному удовлетворению своих потребностей, в госкомпаниях недостаточно развиты.
Ситуация осложняется тем, что де-юре собственником госкомпаний выступает не только правительство, но и граждане страны, которым правительство подотчетно. Такая структура взаимоотношений между собственниками и менеджерами затрудняет возможность контроля за действиями последних [Cuervo, Vil- lalonga, 2000]. Авторы работы [Cuervo-Cazurra et al., 2014] определяют эту ситуацию как двойную агентскую проблему (dual agency problem). Она отличается от традиционной агентской проблемы в частных компаниях, когда собственники не могут полностью контролировать менеджеров, а последние могут преследовать собственные цели, не совпадающие с целями собственников. Суть двойной агентской проблемы заключается в том, что одновременно существуют два типа агентских отношений: граждане -- политики и политики -- менеджеры [Cuervo-Cazurra et al., 2014, р.931]. При этом в процессе интернационализации возникает третий тип агентских отношений -- между принципалами в лице собственников госфирм и агентами в лице менеджеров иностранных подразделений. Следствием тройной агентской проблемы, по мнению ученых, может стать склонность гос- компаний в своих международных стратегиях выбирать проекты, обладающие меньшей бизнес-ценностью [Cuervo-Cazurra et al., 2014]. Также государство как собственник компании может способствовать назначению определенных политически аффилированных менеджеров или участию госкомпаний в политически выгодных экономических проектах [Inoue, Lazzarini, Musacchio, 2013].
Использование теории агентских отношений для изучения международных стратегий госкомпаний из стран с растущими экономиками представляется особенно уместным, если принять во внимание ряд агентских проблем, характерных именно для этих страновых контекстов. Они связаны прежде всего с риском экспроприации, актуальным для миноритарных инвесторов. Он возникает в условиях слабого институционального контроля, когда инвесторы с большой долей собственности в компании способны препятствовать получению необходимой прибыли от инвестиций [Dharwadkar, George, Brandes, 2000]. В работе [Duanmu, 2014] изучаются такие риски и развивается политически обоснованная аргументация. Автор рассматривает центральный для агентской теории аспект как проблему госфирмы (агента национального правительства) и иностранного рынка, который способен осуществлять монопольный контроль в вопросах легитимации и арбитража контрактов. Причем «представительская» роль госкомпаний как агентов своих национальных правительств может смягчать вышеуказанный конфликт, особенно в случае прочных политических связей между двумя странами [Duanmu, 2014].