381
мышленностью и мало применялись в других отраслях народного хозяйства. Существенные финансовые затраты на научные исследования, как правило, не имели бизнес-эффекта и тем самым подрывали экономическую стабильность советского общества. Проблема массового внедрения научных разработок и изобретений в общественную жизнь так и не была в достаточной мере решена в советский период отечественной истории.
Наука оказалась одновременно оторвана от большой экономики и от высшего образования. Традиционно в Советском Союзе в системе высшего образования научные исследования, как правило, играли второстепенную или вспомогательную роль. По крайней мере, это касалось весьма широкой проблематики естественных наук. Крупнейшие исследовательские программы в области физики, химии, электроники, биохимии, астрофизики развивались автономно от университетов и образовательных институтов. Структурно исследовательские центры и прикладные проектные институты были отделены от системы высшего образования, что порождало некоторое отставание университетов от достижений и проблем переднего края большой науки. Более того, лабораторное и техническое оснащение учебных учреждений порой оставляло желать лучшего. Особенно это было характерно для позднего периода советской эпохи.
3. Прикладные научно-технические центры, которые ин-
тегрированы в бизнес-компании и промышленные предприятия. В настоящее время никакая инновационная технологическая компания не может развиваться без разработки сложных научных продуктов (технологий, процессов и материалов) в подобных центрах и лабораториях. Например, производство самолетов, автомобилей, компьютеров, смартфонов, лекарств требует
382
серьезных научных исследований во многих областях прикладной физики, химии, материаловедения, электроники и т. д.
Строго говоря, появление нового технического продукта на международном рынке уже совершенно невозможно без воз-
никновения некоторого научного или технологического ноу-хау,
которое создает определенное преимущество этого продукта среди множества ему подобных. В частности, это может быть более экономичный двигатель для самолета или автомобиля; аккумулятор более высокой электрической емкости для телефона; легкий, но сверхпрочный материал для производства поверхностей самолета и т. д. Таким образом, конкурентное производство современных товаров предполагает инновационный научный продукт.
Любое подобное достижение опирается как минимум на прикладные разработки в области физики и химии, а порой оно невозможно и без применения результатов определенных фундаментальных исследований. В частности, создание промышленного ядерного реактора оказалось технически реальной задачей только после целого ряда фундаментальных работ ведущих европейских физиков по изучению внутренней структуры атома и условий осуществления ядерных реакций с участием нестабильных (радиоактивных) химических элементов.
4. Общественные научные объединения: академии наук,
ассоциации исследователей по отраслям научного знания или конкретным научным дисциплинам, диссертационные советы, научно-экспертные советы, международные научные коллаборации. Подобные объединения в научном сообществе выполняют две основные функции:
− Координируют взаимодействие и коммуникацию исследователей, иногда напрямую административно управляют теми или иными научными программами. Например, Академия наук
383
СССР через систему академических НИИ управляла научными разработками по всем основным отраслям научного знания.
− Выносят экспертные оценки тем или иным научным проектам и работам. Например, оценивают диссертационные научные исследования, проводят экологическую экспертизу, оказывают консультативную помощь органам власти при подготовке нормативных актов, регулирующих сложные вопросы общественной и экономической жизни, требующих высокой научной компетенции.
5. Автономные научные программы или проекты, органи-
зуемые государственными органами или частными компаниями для решения определенной научной или научно-технической проблемы. В качестве показательного примера можно отметить сверхсекретный «Манхэттенский проект» в США, целью которого было создание первой атомной бомбы. Он возник как реакция ряда европейских физиков и политических лидеров США на попытки разработки ядерного оружия нацистской Германией в период Второй мировой войны1.
Проект начался в сентябре 1942 г. и к лету 1945 г. выполнил основную задачу. Эта научная программа получила крайне щедрое по тем временам финансирование Правительства США (по современному курсу – более 20 млрд. долларов) и объединила большой коллектив исследователей из Европы и Америки. Всего в Манхэттенском проекте были задействованы 130 тыс. специалистов различного профиля: ученых, инженеров, строите-
1 В 1939 г. президенту США Ф. Д. Рузвельту было доставлено письмо, подписанное выдающимся немецким физиком Альбертом Эйнштейном, в котором ученый предупредил американского лидера о намерениях гитлеровской Германии начать работу над крайне разрушительным оружием нового типа. В подготовке этого письма также приняли активное участие американские физики венгерского происхождения Л. Силард и Ю. Вигнер.
384
лей и военных. В течение этого короткого периода были созданы три экспериментальных атомных бомбы: две на основе обогащенного урана (уран-235) и одна плутониевая (плутоний-239). В июле 1945 г. в штате Нью-Мексико была успешно испытана первая атомная (плутониевая) бомба. Две урановых бомбы в августе 1945 г. без всякой военной необходимости были сброшены на японские города Хиросима и Нагасаки.
Таким образом, «Манхэттенский проект» является примером эффективной концентрации интеллектуальных, финансовых и технических ресурсов в целях реализации конкретной крайне сложной научно-технической задачи. Подобный успех имели и две советских амбициозных научных программы: проект по созданию атомного оружия (1949) и проект по запуску человека в космос (1961). Выполненные в условиях значительного дефицита ресурсов (экономика страны была подорвана разрушительной войной), но в крайне сжатые сроки, они показали впечатляющий и совершенно неожиданный для всего мира уровень научных достижений, технических возможностей и организационного потенциала советского государства того периода.
6. Научные школы как неформальные объединения исследователей, разделяющих общие мировоззренческие позиции, концептуальные подходы и методологические принципы в русле конкретных научных направлений. Как правило, научная школа формируется вокруг одного или двух-трех ярких, оригинальных, продуктивных исследователей (авторов), которые внесли значительный творческий вклад в решение определенной научной проблемы.
Научная школа по своей сути является экстерриториальным идейным объединением ученых, которые в некоторых случаях могут работать в одном университете или одной лабора-
385
тории, но это вовсе не является обязательным условием существования школы как таковой. Главное здесь – приверженность общим подходам и идеям. Исследователей могут разделять государственные границы и тысячи километров, но это совершенно не мешает им придерживаться общих подходов к решению той или иной проблемы и творчески развивать тождественные идеи, сформулированные авторитетным представителем науки, которого они считают основоположником данной научной школы.
Всовременной российской науке и системе высшего образования некоторые административные работники из неформальной научной школы иногда пытаются сделать наукометрическую единицу бюрократической отчетности. Согласно подобному подходу, чем больше научных школ в университете или научном институте – тем выше научный статус такого учреждения. На самом же деле вполне очевидно, что само по себе наличие или отсутствие научных школ не является корректным показателем каких-либо особых достижений или успешности научных исследований в конкретном университете, научном институте или исследовательском центре. Поэтому применение формальных статистических методов для оценки эффективности научной деятельности в академическом сообществе все чаще вызывает резкое неодобрение.
Вэтом смысле мотивация и интересы субъекта административной деятельности в сфере науки и интересы самого субъекта научной деятельности, то есть реального исследователя, иногда существенно расходятся. Не случайно многие ученые вполне обосновано сомневаются в результативности формального менеджмента и финансового администрирования в научной сфере, осуществляемых управленцами, не связанными
снаучными кругами и не являющимися субъектами исследова-