Материал: Evtushenko_V_I_Dissertatsia_Ekologicheskaya_migratsia_v_Rossiyskoy_Federatsii_konstitutsionno-pravozaschitnaya_teoria

242

нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшаф-

тов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обя-

заны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством».

Ст. 79 данного федерального нормативного акта устанавливает, что «…вред,

причиненный здоровью и имуществу граждан негативным воздействием окружа-

ющей среды в результате хозяйственной и иной деятельности юридических и фи-

зических лиц, подлежит возмещению в полном объеме».

Ст. 77 Федерального закона Российской Федерации «Об охране окружающей сре-

ды» не в полном объеме отвечают нормам ст. 42 Конституции Российской Федерации.

В соответствии с общепризнанным определением понятия «правонаруше-

ние», среди его основополагающих признаков – виновность деяния и его проти-

воправность. Соответственно, норма статьи 42 Конституции Российской Федера-

ции оставляет за рамками своего действия всех пострадавших, когда при чрезвы-

чайной ситуации или другом экологическом катаклизме нарушение права лично-

сти на благоприятную окружающую среду и нанесение ему прямого ущерба не связано с правонарушениями, т. е. виновными деяниями отдельных физических или юридических лиц, например, в результате природных явлений или в резуль-

тате всеобщего потепления (являющееся причиной такого социального явления как климатическая миграция), которое хотя и является результатом хозяйственной деятельности человечества, но определить противоправность и виновность данно-

го деяния не представляется возможным.

В области права, посвященного возмещению вреда гражданам, пострадав-

шим при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, дей-

ствует общий конституционный принцип полного возмещения вреда лицам, по-

страдавшим от экологических правонарушений. Однако отсутствует правовая норма о возмещении государством вреда лицам, пострадавшим от стихийных бедствий, что является недоработкой в законодательной системе России. Учиты-

вая неразвитость в нашей стране института добровольного страхования граждан от стихийных бедствий, а также то, что нормативное закрепление практики при-

243

нудительного взимания дополнительных страховых взносов вызовет неоднознач-

ную реакцию в обществе, наиболее приемлемым вариантом является нормативно-

правовое закрепление процедуры действий при чрезвычайных ситуациях природ-

ного и техногенного характера, которые могут сочетать как меры прямой госу-

дарственной помощи пострадавшим, так и экологическое страхование за счет ра-

ботодателей, так и, например, добровольное страхование населения с уровнем до-

хода выше среднего Для исправления данной ситуации предлагается в случае созыва Конститу-

ционного совещания инициировать принятие изменений в статью 42 Конституции Российской Федерации, определив, что компенсация нанесенного чрезвычайной ситуации природного и техногенного характера ущерба или по причине любого иного снижения качества природной окружающей среды будет произведена неза-

висимо от наличия или отсутствия виновных действий в первопричине данного события. Соответственно, соответствующий подпункт статьи 42 Конституции Российской Федерации предлагается сформулировать следующим образом: «Каждый имеет право … на возмещение ущерба, причиненного его здоровью или имуществу чрезвычайной ситуации природного и техногенного характера или по причине любого иного снижения качества природной окружающей среды».

Декларированное в Конституции Российской Федерации право в такой фор-

мулировке должно в большей степени обеспечить выполнение права личности на благоприятную окружающую среду. Кроме того, оно подтверждается не только нормами Федерального закона Российской Федерации «Об охране окружающей среды» и Федерального закона Российской Федерации «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера», но и нашли свое подтверждение как в административной, так и в судебной практике.

Конституционный Суд Российской Федерации в своем Постановлении при-

знал, что вызванное аварией на четвертом энергоблоке Чернобыльской АЭС ра-

диационное заражение окружающей среды привело к существенному нарушению прав как работающих на самой станции, так и проживающих в районе экологиче-

ского бедствия. Данное нарушение права личности на благоприятную окружаю-

244

щую среду, по мнению Конституционного Суда, обязывает государство как воз-

местить бывшим работникам станции, ликвидаторам и населению понесенные ими потери, материальный и моральный вред, так и провести соответствующие процедуры по восстановлению пострадавших территорий1.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О при-

менении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» констатируется что, если

«…форма вины не конкретизирована, то соответствующее экологическое пре-

ступление может быть совершено умышленно или по неосторожности»2.

Данное решение находится в полном соответствии с духом Конституции России и в рамках нового института конституционного права –

«…конституционно-правовой ответственности государства (восстановительно-

компенсационной) по возмещению вреда, причиненного физическим и юридиче-

ским лицам в результате техногенно-экологических катастроф…»3. В тоже время,

необходимо отметить, что данный вид конституционно-правовой ответственности не ограничен только компенсацией за причиненный здоровью и имуществу вред,

а распространяется также и на лиц, вынужденных покинуть место своего посто-

янного проживания в результате чрезвычайной ситуации природного и техноген-

ного характера и образования зон экологического бедствия. экологических ми-

грантов. В случае экологических мигрантов в рамках возмещения нанесенного вреда должна входить деятельность по оказанию помощи в обустройстве и адап-

тации на новом месте временного или постоянного жительства.

1Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 1 декабря 1997 г. №18-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 1 Федерального закона от 24 ноября 1995 года «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» // Собрание законодательства РФ. 1997. № 50. Ст. 5711.

2Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 года №21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2015 года №19). // Бюллетень Верховного Суда РФ. №12. Декабрь 2012.

3Витрук Н. В. Конституционный институт возмещения вреда, причиненного физическим и юридическим лицам в результате техногенно-экологических катастроф и террористических актов // В сборнике: Право, демократия и личность в конституционном измерении: (история, доктрина и практика). Избранные труды (1991-2012 гг.) / Н.В. Витрук. М.: Норма, 2012. С. 282.

245

Подобные нормы предусмотрены и в специальных нормативных актах. Так,

Федеральный закон Российской Федерации «Об использовании атомной энергии» устанавливает, что нанесенный человеку вред, вызванный радиационным излуче-

нием или комплексным влиянием радиационного излучения в сочетании с други-

ми вредными факторами (химическими, токсическими и др.) подлежит возмеще-

нию. Ответственность за вред, нанесенный в данном случае, согласно закону наступает вне зависимости от вины причинителя ущерба1.

Ответственность граждан и юридических лиц за причинение ущерба при-

родным объектам и обязанность его возмещения предусмотрены также соответ-

ствующими нормами Водного кодекса Российской Федерации2; Федерального за-

кона Российской Федерации «О континентальном шельфе Российской Федера-

ции»3; Лесного кодекса Российской Федерации4 и т.д.

При возмещении вреда, причиненного окружающей среде, применяются, в

том числе, нормы гражданского права, но лишь в тех случаях, когда специализи-

рованные нормы отсутствуют. Отсюда следует вывод о том, что, если механизм правового регулирования процесса компенсации вреда, причиненного экологиче-

скими правонарушениями, не установлен природоохранным законодательством,

нормативными актами о защите флоры и фауны, применяются нормы граждан-

ского законодательства5.

В Российском законодательстве нет проработанных в полном объеме зако-

нодательных актов, в соответствии с которыми государство компенсировало бы вред лицам, пострадавшим от стихийных бедствий6. Как правило, подобные пра-

1Федеральный закон Российской Федерации от 21 ноября 1995 года № 170-ФЗ «Об использовании атомной энергии» (в ред. Федерального закона от 26.07.2019 года №252-ФЗ) // Собрание законодательства РФ. 1995. № 48. Ст. 4552.

2Водный кодекс Российской Федерации от 03 июня 2006 года № 74-ФЗ (в ред. Федерального закона от 16.12.2019 года №431-ФЗ) // Собрание законодательства РФ. 2006. № 23. Ст. 2381.

3Федеральный закон Российской Федерации от 30 ноября 1995 года № 187-ФЗ «О континентальном шельфе Российской Федерации» (в ред. Федерального закона от 16.12.2019 года №431ФЗ) // Собрание законодательства РФ. 1995. № 49. ст. 4694.

4Лесной кодекс Российской Федерации от 04 декабря 2006 г. № 200-ФЗ (в ред. Федерального закона от 31.07.2020 года №269-ФЗ) // Собрание законодательства РФ. 2006. № 50. Ст. 5278.

5См.: Мисник Г. А. Принципы гражданско-правовой ответственности за причинение экологического вреда // Экологическое право. 2008. №2. С. 14-20.

6См.: Васильева М. И. Государство как субъект экологического права // Экологическое право.