Материал: 4550

86

дарственная Дума, ни Совет Федерации так и не сумели создать систему реального контроля за деятельностью исполнительной власти. Данная ситуация является следствием того, что контрольные функции российского парламента в сравнении с парламентами других государств ограничены в первую очередь по причине отсутствия конституционного перечня прямых контрольных полномочий. Или другой пример. Коррупция является следствием различных причин, в том числе и весьма слабого государственного контроля в сфере управления, но существование коррупции может стать причиной паралича реализации государственных программ по конкретным социально-экономическим проблемам, одновременно коррупция – это причина нарушения конкретных прав различных социальных групп населения и отдельных граждан.

Известно, что мероприятия по приведению российского законодательства и правоприменительной практики в соответствие с европейским нормами, в том числе и в области судебной защиты прав человека, ещё не в полной мере отвечают национальным потребностям и учитывают сложившиеся традиции, а также опыт, накопленный в развитии правовой системы страны. Несомненно, что это одна из причин, не способствующая эффективному устранению правонарушений, а в конечном итоге – созданию правовой системы, которая обеспечивала бы подлинное соблюдение прав российских граждан.

В настоящее время, несмотря на введение процедуры парламентского расследования, в аспекте защиты прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации контрольные полномочия Федерального Собрания тем не менее не в полной мере отвечают мировым стандартам современного этапа развития госу- дарственно-правовой системы. В России прокуратура является институтом несудебной защиты прав человека. В большинстве зарубежных стран она не входит в систему несудебных правозащитных институтов, осуществляя только функцию уголовного преследования и поддержания государственного обвинения в уголовном судопроизводстве. В соответствии с Федеральным законом о прокуратуре она наделена функцией надзора за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, однако на практике прокуратура чаще всего выступает в качестве «ока государева», придавая обвинительный уклон уголовному процессу, и реже стоит на страже прав личности. При этом надзор за законами не мешает ей самой их нарушать. Развитие традиционных форм несудебной защиты прав человека и становление новых правозащитных институтов, безусловно, расширяет границы гарантированных прав граждан Российской Федерации. Вместе с тем, как отмечает большинство исследователей данной проблемы, именно несудебный механизм обеспечения прав человека – самое слабое звено в правовой системе Рос-

87

сии47. Россия, провозгласившая себя правовым государством, вменила в обязанность всех без исключения органов власти и должностных лиц соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина. Тем не менее непосредственная защита прав и свобод личности – прерогатива тех специализированных государственных органов, чьей основной или единственной функцией является прямое рассмотрение заявлений граждан и принятие по ним решений с учётом их прав и личных интересов48. Всё вышеизложенное позволяет обозначить наиболее актуальные направления изучения причин нарушения прав человека:

1.Выявление особенностей причин нарушения прав человека на уровне социальной группы, общества в целом. Те есть одна из задач исследователей состоит в том, чтобы с максимальной полнотой и объективностью проанализировать как то общее, что порождает негативные отклонения от правовых норм, так и то специфическое, что характерно для детерминации каждой из разновидностей. Это необходимо для организации правозащитной деятельности на подлинно научных началах.

2.Изучение образа жизни различных социальных, профессиональных, возрастных групп населения в условиях становления рыночной экономики, реформирования других сфер жизнедеятельности общества, интенсивных информационных процессов и глобализации мира.

3.Осмысление механизмов, обеспечивающих достижение оптимального со-

четания общественных (государственных), корпоративных и личных интересов в законодательном регулировании правового статуса личности, практике его реализации и защиты.

4.Изучение объективных и субъективных факторов, оказывающих непосредственное влияние на деятельность органов государственной и муниципальной власти по обеспечению соблюдения и защиты прав человека.

5.Анализ условий, методов и средств действия несудебного механизма защиты прав и свобод личности, в том числе деятельности неправительственных правозащитных организаций.

Указанные и иные направления изучения причин нарушений в сфере прав человека, несомненно, будут способствовать более эффективной функциональной деятельности всех звеньев гражданского общества и демократии, политической системы общества как общей гарантии прав, свобод и законных интересов личности.

§5.2. Современные проблемы укрепления гарантий прав личности

47Права человека в регионах Российской Федерации : сб. докладов : в 5 т. / отв. ред. С. М. Лукашевский.

М. : Зацепа, 2001. С. 80.

48Шевцов В. С. Права человека и государства в Российской Федерации. М. : Профобразование, 2002. С. 400.

88

Полнота правового статуса человека и гражданина в России даже под самым критическим углом зрения не вызывает серьёзных споров, поскольку отражением в одной лишь Конституции РФ международных стандартов в области прав человека наше государство заявило свою незыблемую приверженность гуманистическим идеям и принципам, утвердившимся в мировом сообществе.

Главная проблема в современных российских условиях – обеспечение реализации предоставленного личности правового статуса. Отсюда такой существенный её аспект, как защита и охрана прав человека и гражданина Российской Федерации. Истоки указанной проблемы следует искать в серьёзном отставании российской общекультурной правовой традиции от западноевропейской. Применительно к эволюции смыслового изменения категории «права человека» в России названное отставание проявилось в том, что, став в XIX в. универсальной культурной категорией, права человека были подтверждены законотворческой инициативой и законодательной практикой в нашем государстве только в начале XX века. А законоискусство в России как показатель признания феномена человека, правовой культуры личности достигло мировых стандартов в области прав человека лишь в 80 – 90-х гг. XX века.

Отсутствие единой «ткани» правовой культуры в России XX в. было обусловлено извечным выбором между преимуществом веры и достоинством знания, нравственными и правовыми нормами, разрывом между нормативным и функциональным аспектами прав человека, вызванным противоречием между официальным признанием принципов правового государства и гражданского общества и отсутствием механизмов, способных последовательно проводить эти принципы49. Если такие механизмы всё-таки как-то выражены, то их действие либо блокируется лицами, связанными с их применением, либо искажается вследствие субъективного усмотрения. Примером может служить широко распространённая ситуация, когда человек, совершая противоправные действия, ставит себя в положение, в котором государственная власть вынуждена идти на ограничение его основных прав и свобод (личной неприкосновенности, неприкосновенности жилища и т.п.). В этих и других случаях власть не всегда следует ею же принятым законам, то есть допускаются нарушения законности. Поэтому правовой статус личности необходимо защищать от государственных и муниципальных служащих, органов власти, которые эту законность нарушают. Следо-

49 Глушкова С. И. Права человека в России : учеб. пособ. М., 2005. С. 434.

89

вательно, нужна государственная программа обеспечения, укрепления законности в работе органов государства, прежде всего правоохранительных органов и их должностных лиц. Проблемы защиты прав личности самым тесным образом связаны с необходимостью совершенствования законодательства в сфере прав человека и гражданина. Не секрет, что комплекс основных прав человека и гражданина, отражающий международные стандарты и получивший конституционное закрепление, в процессе реализации сталкивается с немалыми трудностями, в частности, с отсутствием либо не до конца продуманными механизмами их осуществления, их «нестыковкой» с имеющимися социальноэкономическими программами. Все мы свидетели частых изменений и дополнений в законы, едва начавшие регулировать реальные общественные отношения.

Причины этого кроются не в изменчивой социальной практике, а в изначально заниженных требованиях к принимаемым законам, в том числе и в процессе их обсуждения. Вследствие применения таких законов выявляется множество пробелов, которые требуют восполнения. Примером может служить Федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации».

Отражая новую стратегию развития местного самоуправления в России, Закон не был до конца проработан во многих отношениях. Законодатель в своё время не учёл важных положений, о которых говорили практики. Как следствие, сегодня приходится отступать от концептуальных характеристик закона, затрагивающих конституционные права российских граждан.

Мы уже успели понять правовую значимость установленных процедур и разделяем позицию закона о том, что даже обоснованный приговор, принятый с нарушением процессуальных норм, является незаконным, то есть неправосудным и подлежит отмене или пересмотру. В таком случае, почему парламентские процедуры, нарушаемые депутатами Государственной Думы (нередко чтения законопроектов проводятся при отсутствии установленного кворума), не всегда обеспечиваются в восстановлении, а решения, принятые в ходе таких нарушений, не пересматриваются как незаконные?

В современных условиях должен соблюдаться принцип доверия граждан к закону и действиям государства, который предполагает сохранение разумной стабильности правового регулирования и недопустимости внесения произвольных изменений. Одна из самых болезненных проблем российского законодательства – не отсутствие законов или неграмотные законодательные установле-

90

ния, а их фактическое неисполнение, блокировка определённых либеральных положений жёсткими инструкциями, громоздкими нормативными актами.

Примером обратного отношения может служить социальное законодательство. Степень его бюрократизации в процессе реализации сегодня переходит разумные пределы, что порождает отношение к обратившемуся за назначением пособия как к просителю, пришедшему просить милости у органов социального обеспечения, в ведении которых находится распределение благ.

Известно, что одним из основополагающих принципов правового государства является связанность последнего собственными законами, то есть всё, исходящее от государства как общественное веление, носит императивный характер для самого государства. Действие государственных органов по своему усмотрению делает предписание односторонним, а значит, не подкреплённым соответствующими средствами для выполнения обязанностей другой стороны. Кроме негативного психологического эффекта, мы имеем подрыв доверия к самому государству. Незадолго до вступления в должность Президента Российской Федерации Д.А. Медведев обратил внимание на положение, связанное с состоянием контроля за сектором малого и среднего бизнеса, в котором действовали свыше сорока контрольных структур. Они, по сути, сводили на нет результаты работы предпринимателей. Его указания кардинально изменить ситуацию в этой сфере внушают надежду на то, что права лиц, с чьей деятельностью в стране связывается формирование среднего класса как условия нормального функционирования гражданского общества, будут действительно обеспечены. И наконец, спадут неоправданные контрольные «оковы», мешающие нормально организовать работу. Проблема деформации правового сознания и низкой правовой культуры в России общеизвестна; к её проявлениям в повседневной жизни выработалась, без преувеличения, устойчивая привычка, которая идёт в прямой разрез с нравственными и правовыми императивами. Известно, каких масштабов достигла коррупция в государственном механизме и негосударственных структурах общества. Социологические опросы российских граждан свидетельствуют об адаптации индивидуального правосознания к этому преступному явлению: многие из опрошенных признали для себя приемлемыми действия лиц, дающих чиновнику взятку, оправдывая их необходимостью затрат времени исполнителя на оказание услуги, ведущей к удовлетворению какого-либо интереса обратившегося с просьбой. Понятно, что в такой атмосфере борьба с коррупционными проявлениями не имеет благоприятных перспектив.