Материал: 2010_Lyus_E__Bez_oglyadki_na_bogov_Vzlyot_sov

5. Да здравствуют лизоблюды!

пять дней до объявления результатов окончательного подсчета голосов. У этого митинга были две необычные особенности. Во первых, флаг партии Индийский национальный конгресс был одним из шести флагов разных партий. Это были первые выборы, на которые ИНК пошел в союзе с другими партиями. И Соня стояла на трибуне в окружении нескольких партийных лидеров, хотя она, конечно, была самой известной из них. Мы находились в той части страны, где говорят по тамильски, поэтому Соня говорила по английски, а не на хинди. Каждые две минуты она делала паузу, чтобы переводчик с театральными манерами успевал перевести ее слова на тамильский. Его фразы были вдвое длиннее, чем у Сони, и каждый период он снабжал невероятно картинными жестами. Второй необычной чертой митинга было выражение лица Сони. Она выглядела непринужденной и счастливой. Несколько раз она даже смеялась, особенно когда тамильский переводчик жестикулировал особенно красочно. Я мог только гадать, чувствует ли она, что ее соперники уже начали проигрывать. Пожалуй, она в самом деле научилась выступать публично.

У этого митинга была еще одна особенность. Среди других партий на трибуне стояли представители тамильской националистической партии Дравида Муннетра Кажагам, которая в прошлом сочувствовала жестоким «Тиграм освобождения Тамил Илама», сепаратистскому движению в близком от Индии островном государстве Шри Ланка. Именно тамильская националистка смертница — молодая женщина по имени Дхану — взорвала на себе бомбу, убившую Раджива

иеще нескольких человек в 1991 г. Во время правления Раджива, в 1987 г., когда он согласился послать на остров миротворческие силы, Индия увязла в конфликте в Шри Ланке. Но эти силы быстро превратились в одну из сторон конфликта

иприняли участие во многочисленных стычках с «тамильскими тиграми». После убийства Раджива ИНК отказался иметь какие либо отношения с партией Дравида Муннетра Кажагам, запятнанной связями с убийцами Раджива. Но в конце концов Соня согласилась, что для успеха на выборах нужно

дит голосование. Зато результаты выборов становятся известны через час или два после закрытия последнего участка, потому что система голосования электронная и итоги подводит компьютер. Приятный контраст в сравнении с Флоридой 2000 г.

221

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

действовать прагматично. На выборах 2004 г. альянс во главе с партией Индийский национальный конгресс получил все сорок парламентских мест от Тамилнада. Большинство мест досталось партии Дравида Муннетра Кажагам.

Ранее в день митинга я побывал в Шриперумбудуре, расположенном примерно в тридцати милях от Ченная, где был убит Раджив. На этом месте устроен мемориал. На мемориальной доске рассказывается, как Дхану убила Раджива. Молодая женщина была одета в сари, а в ее волосы были вплетены цветы. Она почтительно согнулась перед ним, чтобы коснуться его ног. «Точно так же убийца склонился, чтобы коснуться ног Махатмы», — говорится в тексте. В тот вечер на митинге в 2004 г. Соня упомянула об убийстве своего мужа. Она повторила свою же фразу: «Я стою здесь на той земле, которая впитала кровь моего мужа. И я могу заверить вас, что для меня не будет большей чести, чем разделить его судьбу для блага нашей страны». Я не в первый раз подумал, что политика для Сони — очень личное дело.

** *

Упартий Индийский национальный конгресс и Бхаратия Джаната много различий. Одним из таких различий, на которое мало обращают внимание, является гибкость ИНК. Бхаратия Джаната при случае может о многом умолчать из тактических соображений, но всем известно, во что она верит. А в случае ИНК зачастую трудно понять, во что он верит сегодня. В этом его сила и слабость. Это слабость, потому что ИНК труднее вести своих людей к ясно определенной цели, если не считать восхваления династии Неру—Ганди. Но это может быть и преимуществом, потому что дает партии пространство для экспериментов с разными стратегиями в штатах, где она правит.

Втаких штатах, как Андхра Прадеш на юге Индии, ИНК правит в традиционном стиле — много обещает бедным, пока люди со связями набивают карманы. В других штатах во главе партийной машины стоят реформаторски настроенные главные министры, пытающиеся изменить правила игры.

Один из самых впечатляющих местных лидеров партии Индийский национальный конгресс — Шейла Дикшит, главный министр Дели, что то вроде мэра. Пятнадцатимиллионный Дели — это один из самых больших городов мира. Каждые три года его население увеличивается на миллион человек.

222

5. Да здравствуют лизоблюды!

Это первый или второй по величине город Индии — в зависимости от того, как провести городскую черту. Другой крупнейший город — Мумбаи, которым (видимо, для наглядности сравнения) управляет одна из самых негодных администраций ИНК в стране. Отчасти в результате такого контраста Дели в последние несколько лет обошел Мумбаи в качестве центра притяжения новых инвестиций. Дели еще и самая богатая часть Индии — средний личный доход здесь вдвое выше, чем в среднем по стране. В 1990 х годах никто из индийцев, отвечая на вопрос, где он хотел бы жить, не задумался бы ни на секунду. Все хотели жить в Мумбаи. Сегодня голоса, скорее всего, разделились бы между Мумбаи и Дели. Некоторые считают, что это заслуга Шейлы Дикшит.

Подобно Соне Ганди, Дикшит вдова. Ее муж, служащий ИАС, умер молодым. Как и лидер партии, Дикшит принадлежит к политической династии. Ее свекр был членом ИНК, а сын Сандип Дикшит — член национального парламента от Дели. В партии Индийский национальный конгресс такое встречается все чаще. Неру—Ганди далеко не единственная династия. Когда старый член ИНК уходит на покой или умирает, избирательный округ зачастую наследует один из его отпрысков. ИНК способствовал тому, что династическое поведение стало нормой в самых разных областях индийского общества. Индер Малхотра, бывший редактор газеты Times of India и биограф династических семейств Южной Азии, говорит, что непотизмом не запятнаны только два видных поста в государственной системе Индии — управляющий Центрального банка и начальник штаба армии. Многие из тех, кто бросает камни в династию Неру—Ганди, сами живут в стеклянных домах, говорит Малхотра. Он говорит о «зияющей пропасти между словами и делами сплетников, наиболее активно жалующихся на культ династий». И продолжает: «Большинство этих людей пускаются во все тяжкие ради возвышения собственного потомства»1.

Но во всех остальных отношениях Дикшит непохожа на политиков ИНК. Она открыто говорит о коррупции в своей администрации и громко сетует на политические ограничения. Я спросил ее, почему во многих районах Дели отбросы остаются гнить на улицах в летнюю жару. «Я с этой проблемой сражаюсь каждый день, — сказала она. — У нас в Дели

1 Malhotra, Dynasties of India and Beyond, p. 29.

223

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

тысячи мусорщиков выходят на работу лишь время от времени, и я с этим ничего не могу поделать. Я пыталась внедрить механизацию, но они сопротивляются, потому что боятся остаться без работы. В Индии новое нужно внедрять медленно. Нужно двигаться обходными путями».

С теми же проблемами она сталкивается при реформировании водоснабжения в Дели. Город сравнительно неплохо обеспечен водой — более 53 галлонов на человека в день — но в большинстве районов Дели воды мало или совсем нет. Бедным зачастую приходится покупать воду у частных водовозов — так называемой водной мафии. То, что платят жители Дели за воду, не покрывает даже 10% издержек на водоснабжение. При этом средств на то, чтобы протянуть водопровод в трущобы, естественно, нет. Поскольку бóльшая часть воды потребляется средним классом, бедные фактически субсидируют поставку воды богатым. В управлении водоснабжения Дели на километр водопроводной трубы в пятнадцать раз больше служащих, чем в среднем городе любой промышленно развитой страны. Эти служащие кровно заинтересованы в том, чтобы не допускать никаких перемен.

Когда Дикшит попросила Всемирный банк подсказать ей схему передачи функции распределения воды частной компании, ее обвинили в том, что она обирает бедняков. Всемирный банк тоже был обвинен в том, что он вмешался в процедуру торгов (которая сама по себе небезупречна), чтобы гарантировать получение контракта на оказание консультационных услуг американской компанией Pricewaterhouse Coopers. Понятно, что Всемирный банк действовал в нарушение собственных рекомендаций, что с учетом неприязни к организации, учрежденной в рамках Бреттон Вудского соглашения, и глупо, и политически наивно. Но выдвинутое против Дикшит обвинение в «уступке силам неолиберализма» было явным преувеличением1. Когда Дикшит повысила плату за воду (вне всякой связи с конфликтом вокруг Всемирного банка), против нее были выдвинуты похожие обвинения. Как обычно бывает в Индии, протесты направлялись как бы от лица обиженных бедняков, хотя они то и были жертвами статус кво.

1На пресс конференции MKSS («Организация [борьбы] за расширение возможностей рабочих и крестьян») и Паривартана в Дели, август 2005.

224

5. Да здравствуют лизоблюды!

Злоключения Дикшит показывают, насколько трудно дается реформирование государства в Индии. Но все таки успех достижим, даже в Дели. В марте 2004 г. Дикшит открыла первый одиннадцатимильный участок делийского метро — городской железной дороги, которая будет преимущественно подземной, а к 2015 г., когда его достроят, 225 станций метро будут покрывать почти все районы огромной столицы. Такого рода инфраструктурные проекты могут преобразить город. Строительство метро, в котором уже к 2006 г. насчитывалось около 50 станций, идет с опережением графика. Метро чистое, эффективное и пунктуальное. Оно служит ярким образцом, противостоящим зачастую медлительным, коррумпированным и низкокачественным инфраструктурным проектам в других частях Индии. Делийское метро реализуется как частно государственное партнерство, финансируемое за счет дешевых японских и немецких кредитов и управляемое автономно, без повседневного административного вмешательства государства. Дикшит делает все возможное, чтобы обеспечить управленческую независимость этой публичной корпорации. «Меня не осаждают с просьбами о мелких любезностях и протекции, — говорит управляющий делийского метрополитена Е. Сриддхаран. — Я не должен никому кланяться. Вот почему в своем развитии мы постоянно опережаем график. Это образец того, как следует управлять предприятиями государственного сектора в Индии. Нет никакой предопределенности в провалах подобных проектов». Хотя метро удается строить только с помощью льготных кредитов и субсидий — как это почти всегда было с проектами общественного транспорта и в развитых странах — в будущем оно поможет еще больше ускорить бурное экономическое развитие города.

Дикшит включилась и в успешный проект по улучшению качества воздуха в Дели, для чего весь общественный транспорт, включая моторикш, переведен на сжатый природный газ. После 1999 г., когда началась замена старых, дизельных двигателей, количество частиц сажи в воздухе сократилось на 30%. Как и в случае с метро, Дикшит была лишь одной из участниц коалиции интересов, требовавшей перемен, в которой участвовали, помимо прочих, природоохранный Научно экологический центр (Center for Science and Environment) и Верховный суд Индии, утвердивший решение об обязательности перехода на сжиженный газ. Но когда политические лидеры

225