Материал: 2010_Lyus_E__Bez_oglyadki_na_bogov_Vzlyot_sov

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

* * *

Общаясь с членами РСС, никогда не знаешь, чего от них ждать. Зачастую они оказываются очень приятными людьми. Однажды, обедая в доме очень гостеприимного сторонника РСС в Ахмедабаде, столице штата Гуджарат, я вызвал некоторое замешательство. Другим его гостем был руководитель прачараков (кадровых добровольцев) Гуджарата Манмохан Вайдья. Обед затевался, чтобы просветить меня относительно движения. Вайдья описал мне, что значит быть прачараком РСС. Прачарак дает обет безбрачия, гарантирующий, что его единственной семьей будет движение. Он ночует в одном из общежитий, целую сеть которых РСС содержит по всей стране. Он не должен употреблять алкоголь, курить и есть мясо. Все его существование должно быть подчинено целям движения. Жизнь, которую обрисовал Вайдья, показалась мне очень трудной и жертвенной. За исключением вегетарианства, сказал я, у вас очень много общего с исламскими фундаменталистами. Вайдья был поражен. Потом он рассмеялся: «Мы — преданы идее. Пожалуй, вы имели основания сказать, что у нас есть нечто общее. Но они очень поверхностны. А мы индусы». — «Просто индусы, — спросил я, — или индуистские фундаменталисты?» — «Мы не фундаменталисты, мы националисты, — ответил он. — Это большая разница».

Спустя несколько месяцев я побывал в штаб квартире РСС в Нагпуре, чтобы получить представление об их ежегодном «Офицерском тренировочном лагере». Главное здание РСС, расположенное в центре промышленного города центральной Индии, выходит на большой пыльный плац, где добровольцы РСС ежедневно занимаются строевой подготовкой. Это своего рода гигантская шакха для руководящих кадров РСС. Курс подготовки длится тридцать дней. Меня сопровождал Рам Мадхав, разговорчивый и обаятельный официальный представитель движения. Мы наблюдали, как две тысячи мужчин всех возрастов маршировали туда и обратно по плацу, каждый с длинной бамбуковой тростью латхи, которую, между прочим, использует и полиция. Они были одеты в стандартную униформу добровольцев РСС: белая рубашка, подпоясанные черным ремнем шорты цвета хаки, желтые носки и черные ботинки. На голове форменная черная шапка — инверсия традиционной для партии Индийский национальный конгресс белой шапки. Форма приветствия явно позаимствована

166

4.Вымышленная лошадь

уфашистов: стоя по стойке «смирно», доброволец поворачивает согнутую в локте правую руку в положение перед грудью ладонью вниз. Каждое утро при восходе солнца добровольцы собираются перед развевающимся на ветру шафрановым флагом РСС, чтобы отдать ему честь, а потом спеть гимн индусских националистов «Vande Mataram» («Святая родина»). День начинается в 4 часа утра и длится до 10 вечера. Обычно он занят военной подготовкой и «воспитанием характера», для чего добровольцы участвуют в дискуссионных группах и традиционных играх вроде каббади1, участники которой, разбившись на две команды, ловят друг друга и кричат при этом «каббади, каббади». Индивидуальные виды спорта не поощряются, даже шахматы, некогда придуманные в Индии. Крикет запрещен как игра иностранного происхождения.

Дав нам налюбоваться муштрой, меня и моего друга фотографа проводили в официальную штаб квартиру движения, расположенную в центре Нагпура. Здесь живет высшее руководство движения. Руководитель РСС и его заместитель занимают одну маленькую квартиру на двоих. Их спальни, примыкающие к небольшой гостиной, по монастырски голы и аскетичны. Говорят, формально идеологию РСС нельзя называть фашистской, потому что фашизм как идеология построен на культе вождя. РСС подчеркивает коллективное руководство,

вкотором сарсангчалак играет роль «наставника и советника». Рассуждения о том, что отсутствие культа личности не позволяет отнести РСС к фашистским движениям, представляются мне рассуждениями педанта. Зато совершенно очевидно, что РСС — движение аскетическое. Меня очаровала простота спальни сарсангчалака. Она похожа на келью монаха или на спальню священника, отказывающего себе во многом.

«В этой постели сарсангчалак, скорее всего, и умрет», — пояснил мне мой гид прачарак. Потом нас отвели в семейный дом Хедгевара, первого сарсангчалака РСС. Это был превосходно отреставрированный браминский дом, типичный для состоятельных индусов из высшей касты. В XIX в. Семья Хедгевара перебралась в Нагпур из Хайдарабада, в котором правил

1 Детальное и очень поучительное описание РСС см. в: Walter K. Andersen and Shridhar D. Damle, The Brotherhood in Saffron, The РСС and Hindu Revivalism­ (New Delhi: Vistaar Publications, 1987).

167

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

мусульманин Низам1, нетерпимый к проявлениям несогласия. Семейная история, вне всяких сомнений, имеет отношение к исламофобии Хедгевара.

«Не правда ли, красивый дом?» — заметил наш гид. Меня всегда занимало, отчего индусские националисты так жаждут завоевать одобрение тех, кто вряд ли сочувствует их мировоззрению. Агрессивное отношение РСС к миру трудно согласуется с мягкой любезностью многих членов движения. Они выражают пренебрежение к иностранным идеям и культуре, и все же жаждут завоевать признание и расположение иностранцев. Их психология очень сложна — вероятно, куда сложнее их идеологии. В Нагпур я приехал в сопровождении Сохайл Акбара, моего делийского фотографа и друга, который к тому же мусульманин. Сохайл немного волновался по поводу того, как отреагирует РСС, если откроется его религиозная принадлежность. К счастью, никто о ней не догадался, а если и догадался, то не подал вида.

Особенно важно было скрыть полное имя Сохайла во время нашего следующего визита. Вишва Хинду Паришад (ВХП, Мировой совет индуизма) — самая воинственная структура РСС. Движение РСС стремится к полному преобразованию общества. Партия Бхаратия Джаната — его политическое крыло, а задачей ВХП является реформа индуизма как религии. Молодежное крыло ВХП Баджранг Дал неизменно посылает свои ударные отряды туда, где вспыхивают межобщинные волнения. Получившая название в честь божественной обезьяны Ханумана, которая в классическом индийском эпосе «Рамаяна» своим хвостом сожгла остров Ланка, организация Баджранг Дал состоит из молодых людей в возрасте от пятнадцати до тридцати лет. Мы побывали на тренировочных занятиях Барджанг Дал в Нагпуре. В отличие от муштры на плацу РСС, молодые люди из Барджанг Дал — среди них были и совсем юные, едва достигшие половой зрелости, — тренировались не только с латхи, но и с саблями и пневматическим оружием.

1Примерно треть британской Индии составляли отдельные княжества. Из примерно пятисот кнжеств большинство были слишком малы и незначительны. Но самые крупные, такие как Хайдерабад и Кашмир, могли претендовать на статус независимых государств, хоть это и была чистая иллюзия.

168

4. Вымышленная лошадь

«Вот так, — сказал инструктор, медленно занося трость, — вы убиваете человека ударом в затылок. Это очень просто». Я спросил у нескольких молодых людей, большинство из которых отрастило непременные армейские усы, зачем им подобная подготовка. Подросток из племени, живущего там, где активно действуют христианские миссионеры, ответил: «Христиане пытаются обратить наших людей в свою веру. Нам нужно защищаться». Другой сказал: «В нашем городе мусульмане убивают коров и поднимают страшный шум, когда мы молимся. Либо мы их убьем, либо они нас». Все горели желанием продемонстрировать свои умения. Говорят, что через тренировочные лагеря Барджанг Дал прошло от 300 000 до 400 000 человек. Главный инструктор был столь же дружелюбен: «Мы готовим коммандос для защиты индуизма, — сказал он. — Нам нечего скрывать». Занятия проходили совершенно открыто на спортивных площадках колледжа в центре Нагпура, где их мог видеть любой проезжающий мимо. «Знай они, что их фотографирует мусульманин, Бог знает, что бы они сделали», — с облегчением вздохнул Сохайл, когда мы уехали оттуда. Его опасения были совершенно обоснованы. Барджанг Дал сыграла ведущую роль в двух самых страшных погромах из трех, произошедших в Индии за последние четверть века, в 1992 и 2002 г. В третьем случае сторонники партии Индийский национальный конгресс громили сикхов после того, как в октябре 1984 г. сикхские телохранители застрелили Индиру Ганди.

Беспорядки 1992 г. были прямым следствием стремления националистов переписать историю Индии. Три тысячи убитых — преимущественно мусульман — стали доказательством (если здесь нужны доказательства) того, сколь смертоносной может быть история, когда ставится под вопрос идентичность полиэтничной нации государства. Беспорядки начались с того, что 6 декабря большая толпа воинственно настроенных индусов разрушила мечеть в священном городе индуистов Айодхья. Возглавляемые Л. К. Адвани, который стал лидером Бхаратия Джаната в 2004 г. после ее поражения на выборах, индусские националисты в 1987 г. начали общенациональную кампанию за снос мечети. Они объявили, что Бабри Масджид, т.е. мечеть Бабура, названная в честь первого императора династии Моголов, поставлена на месте храма, снесенного в 1528 г. по приказу Бабура. Они говорили и о том, что здесь место рождения Владыки Рамы, по имени

169

Э. Льюс.  Без оглядки на богов

которого назван эпос «Рамаяна». Нет никаких свидетельств того, что Рама когда либо существовал, а большинство образованных индусов считают его фигурой мифической и легендарной. (Тагор считал «Рамаяну» «чудесной притчей»1.) Согласно священным текстам, Рама родился несколько сотен тысяч лет назад. Не существует даже надежных свидетельств того, что на этом месте когда либо стоял храм. О месте рождения Рамы и о разрушенном храме заговорили только после того, как Индия получила независимость. Скептики могут рассматривать кампанию, развернувшуюся вокруг Айодхьи, хорошим примером того, что Бенедикт Арнольд назвал властью воображения. В 1984 г., до начала кампании за восстановления храма Рамы, у партии Бхаратия Джаната было всего 2 из 545 мест в парламенте Индии. В 1989 г., через два года после начала кампании, у партии было уже 84 парламентских места. Пик популярности партии Бхаратия Джаната пришелся на 1999 г., когда партия получила 183 места (на выборах 2004 г. ее представительство в парламенте сократилось до 138 депутатов).

Погромы 2002 г. в штате Гуджарат были напрямую связаны с убийствами, последовавшими за разрушением мечети в Айодхье десять лет назад. Поводом к беспорядкам в Гуджарате стало сожжение в городе Годхра 27 февраля 2002 г. 58 индусов, ехавших в поезде. В Годхре, городе с большим мусульманским населением, находится крупная железнодорожная станция, на которой останавливаются пассажирские поезда, следующие из Гуджарата в Уттар Прадеш, где расположен город Айодхья. Все предшествующие недели поезда были набиты воинственными активистами Вишва Хинду Паришад, которые направлялись в Айодхью в рамках кампании давления на правительство с требованием построить храм Рамы на месте снесенной мечети. Цель кампании еще не была достигнута (на этот раз следует простить индийским судьям то, что они тянули с началом слушаний по неразрешимому делу о том, какая из религий имеет законное право на это место). Члены мусульманской общины, многие из которых работают на железнодорожной станции носильщиками и торговцами, утверждают, что воинственные индусские активисты все эти недели насмехались над ними. Правительственная комиссия, присланная для расследования инцидента, не смогла прийти к определенному

1 Sen, The Argumentative Indian, p. 48.

170