По мнению экспертов, учебные заведения региона (школы, вузы) чаще всего реализуют такие виды этнокультурной деятельности как: организация для школьников и молодежи посещения исторических мест, памятников, культурных объектов (83%); развитие межрегиональных и иных культурных связей (57%); проведение мероприятий по предупреждению конфликтных ситуаций в сфере межнациональных отношений (56%); проведение мероприятий, препятствующих распространению ненависти, основанной на националистических, религиозных и экстремистских идеях (54%); проведение мероприятий, препятствующих распространению идеологии и символики фашизма и нацизма (43%); содействие участию молодежных и детских общественных объединений в мероприятиях по гармонизации межнациональных отношений (37%); поддержка добровольческой деятельности по сохранению культурного наследия (34%); мониторинг межэтнических и религиозных отношений с целью заблаговременного предупреждения общественных разногласий и конфликтов (18%); содействие межкультурному общению и повышению взаимного доверия мигрантов и местного населения (16%); участие в общественных советах по гармонизации межнациональных отношений (13%).
В завершении анкеты у экспертов была возможность высказать обобщенный итоговый комментарий по теме опроса, который посчитали возможным оставить 40% опрошенных. В своих комментариях эксперты, в частности, отмечали, что тематика исследования важна и актуальна: «Этнокультурный компонент необходимо развивать, современный мир требует новых подходов, в частности - проблема миграции», «Я считаю, что необходимо развивать национально-культурное направление, учить национальные языки, так как это наша история», «Я считаю, что этнокультурное образование в самых разных формах необходимо уже потому, что надо решить вопрос с этнографическим невежеством населения и, прежде всего, молодежи», «Этнокультурное образование крайне необходимо, так как мы живем в многонациональной стране, а значит надо знать о своих соседях, чтобы избежать конфликтов, чтобы было уважение между людьми», «Тема нужная, важная. Современные дети мало знают об этнокультурном и региональном историческом наследии. Многие затрудняются в ответе о своем семейном наследии, о традициях и пр. На занятиях и уроках выделяется время для ознакомления детей, а практических занятий недостаточно, дети затрудняются во многих вопросах этнокультурных ценностях» и др.
Вместе с тем, понимание значимости исследуемой проблемы наталкивается у экспертов на «прозу жизни», т.е. реальную ситуацию в образовательных учреждениях, которую они как педагоги-практики в массе своей очень хорошо знают. Среди подобных оценок были высказаны, например, следующие: «Школам некогда заниматься межнациональным направлением, детей только загружают знаниями! Будем надеяться на лучшие времена!», «На сегодняшний день родители не заинтересованы в преподавании национальных языков, т.к. в учебном процессе часы на изучение других предметов сокращаются, а обучающиеся должны сдавать ОГЭ и ЕГЭ по другим обязательным предметам», «Развитие этнокультурного образования на нуле в связи с недостатком финансирования… А когда находится знающий человек, оказывается, что ему нет возможности платить за уроки», «Преподавание этих предметов часто ведется формально, в т.ч. по объективным причинам. Например, содержательно, новые учебники, пособия и популярная литература выходят малыми тиражами…», «Низовые инициативы крайне слабы и не подкреплены необходимыми ресурсами. Даже в национальных республиках. Поэтому, к сожалению, без изменения образовательной политики существенных сдвигов здесь ждать сложно» и др.
Некоторые эксперты (к сожалению, очень немногие) пытались предложить некие модели, подходы и принципы возможного развития этнокультурной сферы: «Реализация культурной и языковой политики в регионах имеющих национальную окраску проводиться безусловно должна, но без ущерба интересам других народов и на добровольной основе», «При хорошей рекламе со стороны образовательных учреждений, родители сказали бы «да» национальным языкам и предметам этнокультурной направленности» «Необходимо учитывать этнокультурные интересы всех народов, проживающих в регионе, но при этом учитывать и количественный состав населения. Исторически основу населения региона составляют удмурты, русские и татары. В границах Удмуртии больше внимание (не в ущерб другим народам) необходимо уделять истории и культуре удмуртского и русского населения» и др.
Таким образом, по итогам исследования экспертного сообщества республики можно сделать следующие выводы:
· Наличие тех или иных форм знакомства с национальным языком и этнокультурным образованием присутствует в учебных организациях Удмуртии, но в ограниченному объеме, эта практика не является повсеместной. Лучше ситуация обстоит на начальной и основной ступенях школы и в вузах, средняя ступень школы, в целом, в наименьшей степени обеспечена такого рода информацией.
· Существенных препятствий для преподавания предметов этнокультурной направленности в образовательных учреждениях, как правило, нет. Эту точку зрения разделяют 65% респондентов. Но, возможно, такая в целом благополучная ситуация складывается из-за того, что нет и активного движения в этом направлении: 16% отметили, что такое преподавание вообще не ведется. Главные проблемы традиционно связаны с финансированием, кадрами, материальным обеспечением учебного процесса.
· С точки зрения экспертов, знания о народной культуре могут использоваться в разных видах трудовой деятельности. Главным образом, в туризме. Также эти знания могут пригодится в сферах занятости, связанных с традиционной кухней, образованием и воспитанием, художественными промыслами, работой в СМИ. В то же время, эксперты видят опасность чрезмерности «этностиля» в современной масс-культуре, из-за чего утрачивается оригинальность, первозданность культурных форм, появляются культурные «миксы» сомнительного содержания.
· Вопрос о том, имеют ли администрации учебных заведений полное представление об этнокультурных интересах населения в сфере образования разделил экспертное сообщество. Показательно, что значительная часть опрошенных затруднилась ответить, что говорит о сложности проблемы. Но главная проблема, очевидно, в той или иной степени фиксируется: отсутствие системности в получении и анализе информации подобного рода и отсутствие надежных источников информации. Наиболее распространенной формой в школах остается традиционное анкетирование родителей.
· Эксперты полагают, что в ближайшие годы интерес со стороны родителей может вызвать изучение их детьми отдельных предметов этнокультурного содержания, в меньшей степени изучение национального языка. Прогнозируется отторжение идеи обучения на национальном языке и изучение предметов, связанных с религиозной направленностью.
· Недооценка значимости этнокультурного образования и/или его игнорирование при сочетании ряда факторов может привести к общественному недовольству. Основной акцент в ожидаемых угрозах сделан на утрату культурной самобытности титульного народа. Кроме того, по мнению экспертов, вызревание недовольства возможно в ограниченной социальной среде и при определенных обстоятельствах. В то же время, очевидна этнорегиональная специфика Удмуртии как преимущественно русскоязычного культурного ареала с мировоззренческими установками титульных удмуртов на общественную стабильность, согласие и диалог.
· Конструктивные предложения экспертов по улучшению ситуации в сфере этнокультурного образования связаны, прежде всего, с необходимостью дальнейшего уточнения нормативно-правовой базы; разработкой новых программ и учебно-методической литературы; подготовкой квалифицированных специалистов; продолжением регулярных мониторингов и научных исследований по данной проблематике. В качестве пожелания экспертами была высказана идея о целесообразности подготовки «Концепции развития этнокультурного образования Удмуртии».
Список использованных источников
1. Воронцов В. Поможет ли новый федеральный закон родному языку? // Этнокультурное образование. Методы социальной ориентации российской школы / ред. Степанов В. В. М., 2010. С. 180-188.
2. Воронцов В. С., Касимов Р. Н., Черниенко Д. А. Итоги большого этнографического диктанта // Ежегодник финно-угорских исследований. 2017. Т. 11, вып. 3. С. 176-183.
3. В школьные предметы внедрят этнокультурный компонент [Электронный ресурс]. URL: http://nazaccent.ru/content/25771-v-shkolnye-predmety-vnedryat-etnokulturnyj-komponent.html.
4. Межэтнические отношения и этнокультурное образование в Приволжском федеральном округе: экспертный доклад по итогам специсследования / ред.: В. А. Тишков, В. В. Степанов. М. ; Ижевск: ИКИ, 2016. 148 с.
5. Межэтнические отношения и этнокультурное образование в регионах России / ред.: В. А. Тишков, В. В. Степанов. М.: ИЭА РАН, 2016. 297 с.
6. Обязательное изучение удмуртского языка в школах, этнопарк, площадки для народных игр - что старейшины ждут от главы Удмуртии? [Электронный ресурс]. URL: http://izhevsk.mk.ru/articles/2017/10/18/.
7. Путин на Совете: Заставлять человека учить неродной язык недопустимо [Электронный ресурс]. URL: http://nazaccent.ru/content/24792-putin-zastavlyat-cheloveka-uchit-nerodnoj-yazyk.html.
8. Этническое и языковое возрождение в Удмуртии: от политики к культурному многообразию: коллектив. моногр. / под науч. ред. К. Уильямса, А. Баранова, В. Воронцова, Л. Федоровой. Ижевск, 2008. 252 с.
9. Этнокультурное образование. Методы социальной ориентации российской школы / ред. Степанов В. В. М.: ИЭА РАН, 2010. 223 с.