Некоторые мысли по поводу социализма и русской правовой традиции
Е. Б. Хохлов
Санкт-Петербургскийгосударственныйуниверситет,
РоссийскаяФедерация, Санкт-Петербург
В статьеисследуетсясущностьконцепцийсоциализма, сформулированныхглавнымобразомнапротяженииХІХ столетия, и тесоциальные, экономические и политическиепоследствия, которыевозниклиприпопыткереализацииоднойизтакихконцепций, именномарксистско-ленинской, в России. Поводомдлятакогоанализаявиласьпроблемасоотношениядвухкатегорий: идеологиисоциализма и русскойправовойтрадиции. Чтопервично в этихдвухкатегориях, а чтоявляетсяследствием: идеологиялисоциализмапородиласоветскуюсоциально-политическуюпрактику, в особенностипервыхлетсоветскойвласти, илиданнаяпрактикасталапроявлениемрусскогоправовогосознания, котороереализовывалопрактикуподсоциалистическимилозунгами, извращаясоциалистическуюидею? Именнопоследняяпозицияформулироваласьмногочисленнымикритикамисоветскогореальногосоциализма. В статьеделаетсявыводобуниверсальномхарактересоциалистическойидеи: в своемпрактическомвоплощенииона с неизбежностьюдолжнаприводить к темэкономическим, социальным, политическим и идеологическимпоследствиям, которыевоплощены в советскойсоциалистическоймодели. В этомсмыслесоветскаямодельестьэталонреальногосоциализма, что, однако, вовсенеозначает, чтоонауникальна: любаядругаястрана, вознамерившисьпостроить у себясоциализм, с неизбежностьювынужденабудетсоздатьнечтоподобное в своихпринципиальныхчертах. Концепциясоциализма, сформулированная в ХІХ в.,имеетдваглавныхидеологическихисточника: 1) реакциянаидеологию и практикулиберализма, ставшегогосподствующимучениемнарубежеХУІІІ-ХІХ столетий; 2) вера в могуществочеловеческогоразума. Человечество, полагалисоциалисты -- приверженцыидеисоциальногопрогресса, достиглотакогоуровняинтеллектуальногоразвития, чтовполнеспособнопостроитьсвоесобственноеобщежитиенарациональных и гуманныхоснованиях.В статьеанализируютсятеизменения, которыедолжныбудутпроизойтиприреализацииэтой, в сущности, благороднойидеи.
Ключевые слова:социализм, либерализм, советскаясоциалистическаямодель, государствокаксубъектхозяйства, права и свободыличности, русскаяправоваятрадиция.
Reflections on socialism and the Russian legal tradition
E. B. Khokhlov
St. Petersburg State University,
St. Petersburg, Russian Federation
The article examines the essence of socialist concepts, formulated mainly during the nineteenth century and the social, economic and political consequences that arose after the attempts to implement one of these concepts, namely Marxist-Leninist philosophy, in Russia. The reason for this analysis lies within the relationship of two categories -- the ideology of socialism and the Russian legal tradition. What is the origin and what is the consequence amongst these two categories: did the ideology of socialism give rise to Soviet socio-political practice, especially during the first years of the Soviet regime, or did this practice become a manifestation of Russian legal consciousness that implemented this practice using the socialist slogans and distorting the socialist idea? Namely the latter position was maintained by the numerous critics of Soviet real socialism. The author concludes that the socialist idea is universal in nature: in its practical implementation, it must inevitably lead to the economic, social, political and ideological consequences that had been embodied in the Soviet socialist model. In this sense, the Soviet model is the ultimate example of real socialism, which, however, does not mean at all that it is unique: any other country, intending to build socialism, will be inevitably forced to create something similar in its fundamental features. The concept of socialism, formulated in the nineteenth century, has two main ideological sources: the first one is the reaction to the ideology and practice of liberalism, which become the dominant doctrine at the turn of the eighteenth and nineteenth centuries, and the second one is the belief in the power of the human mind. The article analyzes the changes that will have to occur during the implementation of this, in essence, noble idea.
Keywords: socialism, liberalism, the Soviet socialist model, the state as a subject of economy, the rights and freedoms of the individual, Russian legal tradition.
Введение
Две основные причины заставили меня взяться за написание этой статьи.
Первая -- очевидно усиливающаяся в нашем обществе (а возможно, и во всем мире) ностальгия по социалистической модели общества; причем у нас она принимает форму своего рода лозунга «назад в СССР», т. е. назад не просто в существовавшую некогда и разрушенную страну, но возвращение именно к той экономической, политической и социальной системе, которую эта страна практиковала.
Второй, более непосредственный повод -- опубликованная недавно статья профессора И. Ю. Козлихина(Kozlikhin et al. 2019), посвященная русской правовой традиции, в которой упоминается и мое имя. Мне показалось уместным, ничуть не вступая в полемику с моими коллегами (уровень их статьи я оцениваю весьма высоко), отталкиваясь от изложенных в ней идей, попытаться сформулировать ряд своих мыслей по проблеме, которые кажутся мне существенными.
Переходя непосредственно к указанной проблеме, обращу внимание прежде всего на факт, который может показаться довольно странным.
Столетие назад выдающийся русский мыслитель, социалист по убеждениям М. И. Туган-Барановский констатировал: о социализме существует необозримая литература; одно перечисление важнейших литературных источников социализма занимает в известном библиографическом сборнике (Штаммгамера) два толстых тома, и это притом что сборник включает в себя только небольшую часть социалистической литературы (Туган-Барановский 1996, 80).
За прошедшее столетие объем социалистической литературы, если принять во внимание факт существования «реального социализма», разумеется, неизмеримо возрос, так что этот объем, вероятно, следовало бы считать не томами, а общей массой, причем даже не в килограммах. Именно потому, что сколько-нибудь серьезная попытка обозрения и анализа этого необъятного количества произведений по социалистической проблематике заведомо обречена на провал, я и не ставлю здесь такой задачи, ограничивая предмет данной статьи только тем аспектом проблемы, который был обозначен в упомянутой работе профессора И. Ю. Козлихина В значительной мере в своих выводах я опираюсь на мою большую работу, опубликованную несколько лет назад (Хохлов 2013), которая, таким образом, является основой для этих выводов..
Парадокс же заключается в том, что при всем обилии научных и публицистических работ, посвященных социализму, остается неясным, что же, собственно говоря, есть социализм. Весьма резко об этом высказался О. Шпенглер: «Огромная масса социалистов сразу же перестала бы быть таковой, если бы хоть отдаленно смогла понять социализм тех девяти или десяти людей, которые сегодня понимают его во всех его крайних исторических последствиях» (Шпенглер 1998, 513). В более мягкой форме то же самое констатирует М. И. Туган-Барановский, который как раз и ставит в своей упомянутой работе задачу раскрыть сущность социализма. Однако его книга с очевидностью свидетельствует о том, что ему это не удалось: высочайшего класса ученый, он, увлеченный социалистической идеей, становится по-детски наивным (это мягко сказано), когда рассуждает о будущем социалистическом устройстве общества, не будучи в состоянии свести воедино свой прекраснодушный либерализм и персонализм со своими же экономическими и организационными рецептами построения лучшего (социалистического) будущего.Однако у меня возникает впечатление, что констатация Шпенглера может быть адресована и ему самому: лет десять с лишком спустя он сам блестящим образом демонстрирует, что отнюдь не находится в числе «тех девяти или десяти людей, которые сегодня понимают его во всех его крайних исторических последствиях», если судить по его оценкам реального русского социализма. Якобы его (Шпенглера) «немецкий» социалист Маркс не имеет никакого отношения к царившей в советской России вакханалии, которую, разумеется, европеец Шпенглер считает не социализмом, а монголо-татарским рецидивом (Шпенглер 2007, 65 и сл.).
Вообще замечу, что «реальный социализм», прежде всего советского образца, на протяжении всей своей истории оставался объектом критики, причем со стороны сторонников социалистической идеи, именно за то, что он был на самом деле не социализмом, или, во всяком случае, не совсем социализмом. Так было в ленинскую эпоху, когда советскую социалистическую систему критиковали, например, «старые» социалисты, такие как Г. В. Плеханов или П. Б. Аксельрод; так было и в сталинский период (вспомним упомянутого выше О. Шпенглера; можно также упомянуть и Л. Д. Троцкого, сетовавшего в эмиграции на «преданную революцию», как и на то, что «свинцовый зад бюрократизма» задавил социализм). Не является исключением и позднейший период, когда социалистические критики советского социализма предлагали разного рода альтернативные концепции вроде некоего «демократического социализма» или «социализма с человеческим лицом». Собственно говоря, в этом же ряду находится и критика реального социализма правящей советской политической верхушкой в конце 1980-х годов, когда под лозунгом перестройки попытались реализовать кардинальную ревизию существовавшей социалистической модели, приведшую в конечном счете к ликвидации страны.
Остается задать вопрос: изменилось ли положение к настоящему времени? Судя по тому, что в обществе по-прежнему популярны ссылки на опыт «скандинавского социализма», «социалистического Китая» (причем последний нередко ставится в упрек нашей стране, не пошедшей по этому пути), не говоря уже о каких-то итальянских профессорах, толкующих о «ленинской партии нового типа» и о «диктатуре пролетариата», -- судя по всему этому разнообразию мнений, внятного понимания сути социализма не достигнуто до сих пор.
1. Основное исследование
1.1 Социализм: генезис концепции
Переходя непосредственно к предмету, полагаю необходимым сделать предуведомление методологического характера, которое кажется мне весьма существенным. При характеристике той или иной социально-экономической модели чрезвычайно важно разделять те лозунги, которые продуцирует такая модель, и внутреннюю логику системы, предопределяющую ее функционирование и историческую эволюцию. Например, вероятно, немного найдется в истории тиранических политических режимов, которые откровенно заявляли бы себя в качестве таковых, а не предлагали бы обществу по меньшей мере причины и мотивы, заставляющие их осуществлять именно такую, а не иную политику. Скорее напротив, чем более тираническим является политический режим, тем активнее он обосновывает свои действия эвдемоническими соображениями, т. е. всемерной заботой о народном благе.
Концепция социализма в своих основополагающих чертах сложилась в середине ХК в. (в отличие от социалистической практики, которая на много столетий и даже тысячелетий старше). Здесь нужно сделать как минимум два уточнения. социализм государство экономический
Во-первых, на самом деле было сформулировано несколько концепций социализма, среди которых наиболее известно деление их на утопический и так называемый научный социализм (Зомбарт 1906; Туган-Барановский 1996). Тем не менее все эти концепции имеют нечто общее, что и позволяет их объединить под общим наименованием, различая их, таким образом, лишь в деталях: реформационный или революционный, «научный» или утопический социализм (последний, по справедливому замечанию М. И. Туган-Барановского, с большим основанием может претендовать на то, чтобы именоваться научным).
Во-вторых, сама по себе социалистическая (и коммунистическая) идея сформулирована и обоснована весьма давно -- достаточно вспомнить, что, например, такие разные люди, как Ф. Ницше и К. Поппер, называли Платона «первым социалистом», и они были не так уж неправы Платон, разумеется, был далеко не единственным, хотя, пожалуй, наиболее известным. Можно в связи с этим вспомнить один из трудов Р. Шльмана, специально посвященный данному вопросу (Шльман 1910). Эта работа и поныне сохраняет научный интерес..
Важнейшей особенностью «нового социализма», по крайней мере на момент его формирования, являлось то, что это, строго говоря, была не концепция, а целое мировоззрение, включающее в себя систему взглядов философского, политического, экономического и социального порядков; причем это мировоззрение имело принципиально позитивистский (т. е. материалистический) характер. Конечно, существовали и идеалистические варианты социализма, однако господствующим был именно позитивистский вариант. Поэтому, как констатирует В. Зомбарт, признанный специалист по данной проблеме, в лучшем случае «даже там, где христианская вера еще не отступила перед натиском “просвещения“ (как в Англии и Сев[ерной] Америке), социалисты подчиняют ее своему учению. Учение Христа служит там учению социализма. “Христос был первый социал-демократ!”» (Зомбарт 1906, 24).
Позитивистский (материалистический) взгляд на социальный мир с неизбежностью порождает взгляд на человека как на если не исключительно, то главным образом продукт социальной среды: среда формирует человека, поэтому путь «к лучшему будущему» -- изменение социальных, политических и экономических условий жизни человека, построение рая на земле. При таких условиях «реформаци-онный» или «революционный» социализм отличаются лишь по методам решения проблемы.
Итак, если отвлечься от лозунгов, в чем заключается формулируемый социалистами рецепт построения такого земного рая? На мой взгляд, в основе идеологии социализма лежат два взаимосвязанных источника.
Во-первых, социалистические взгляды стали реакцией на победу в странах Европы либеральной идеологии (конец ХVШ -- первая половина ХК в. -- время господства (кратковременного) «манчестерского» лозунга laissez faire, laissez passer, в особенности это касалось в экономическом плане -- Англии, в политическом -- Франции). Данный факт прекрасно известен в социальных науках столетие и более назад, но был забыт позднее, причем забыт по чисто идеологическим причинам, ибо социализм есть по определению передовое учение и он не может быть реакционным. И идеология, и практика либерализма давали достаточно оснований для того, чтобы критиковать и отрицать и то и другое, трактуя методы борьбы с бедностью в Англии. Дабы описать этот тезис с максимально возможной краткостью, приведем некоторые суждения на этот счет классиков классической политической экономии Подробное изложение проблемы см. в указанной выше моей книге (Хохлов 2013, § 48)..
Томас Роберт Мальтус, автор ставшего знаменитым труда о народонаселении, в его первом издании пишет: «Человек, который родился в мире уже занятом, и если он не имеет существования от своих родителей, на которое он справедливо может претендовать, и если общество не нуждается в его работе, то он не имеет никакого права на малейший кусок пищи и в действительности ему незачем быть там, где он находится: на роскошном пиру природы нет для него свободного прибора, иона приглашает его удалиться, ибо до своего рождения он не спросил у общества, готово ли оно его принять» (цит. по:Брентано 1930, 97) (в последующих изданиях этот тезис был исключен).
Еще более суровый приговор Т. Мальтус выносит незаконнорожденным детям: «Обязанность каждого человека заботиться о своих детях, безразлично законных или незаконнорожденных, до такой степени очевидна и важна, что справедливость требует, чтобы общество было вооружено всеми возможными средствами для ее укрепления. Но я уверен, что для достижения этой цели нет более пригодного средства, как обнародование закона о том, что впредь попечение о детях возлагается исключительно на их родителей, а если они пренебрегут своей естественной обязанностью и покинут своих детей, то должны рассчитывать на то, что попечение об этих детях будет зависеть лишь от случайной помощи со стороны частной благотворительности» (Мальтус 1895, 132).